# Интеллектуальная позиция_Аналитический сборник № 1/97 (2)

ВП СССР

## ВНУТРЕННИЙ ПРЕДИКТОР СССР. ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ ПОЗИЦИЯ. _______. Аналитический сборник № 1/97 (2). Подальше от фрейдизма… Санкт–Петербург. 1997 г.


© Публикуемые материалы являются достоянием Русской культуры, по какой причине никто не обладает в отношении них персональными авторскими правами. В случае присвоения себе в установленном законом порядке авторских прав юридическим или физическим лицом, совершивший это столкнется с воздаянием за воровство, выражающемся в неприятной “мистике”, выходящей за пределы юриспруденции. Тем не менее, каждый желающий имеет полное право, исходя из свойственного ему понимания общественной пользы, копировать и тиражировать, в том числе с коммерческими целями, настоящие материалы в полном объеме или фрагментарно всеми доступными ему средствами. Использующий настоящие материалы в своей деятельности, при фрагментарном их цитировании, либо же при ссылках на них, принимает на себя персональную ответственность, и в случае порождения им смыслового контекста, извращающего смысл настоящих материалов, как целостности, он имеет шансы столкнуться с “мистическим”, внеюридическим воздаянием.


Оглавление


Философия индивидуализма как основа стадного сумасшествия у людей [3]

Синайский “турпоход” [20]

О “духовности” и “материальности” в региональных цивилизациях [51]

Коллективное сознательное и бессознательное в процессах общественного самоуправления [60]

Суфизм и масонство: в чём разница? [67]

Отповедь “Черной мессе” [132]


## Философия индивидуализма как основа стадного сумасшествия у людей

Осенью 1996 года по радио прошел цикл передач, в которых читали сборник “Концепция эгоизма” американской писательницы и философа российского происхождения Айн РЭНД[1]. Оригинальное название книги Ayn Rand “The Morality of Individualism” (Моральность/нравственность индивидуализма). То есть при переводе на русский, названию сборника придан более откровенный и агрессивный характер. Сборник издан в 1995 г. в серии “Памятники здравого смысла” под девизом “Sapienti sat!” (Мудрому достаточно!) Ассоциацией бизнесменов Санкт–Петербурга и издательством «Макет» тиражом 5000 экз., а радиотрансляция привела к тому, что несколько сотен тысяч человек проглотили его мимоходом за завтраком: т.е. непосредственно в глубинную бессознательную психику минуя осознанное осмысление услышанного.

Ayn Rand родилась в 1905 г. в Санкт–Петербурге, в 1926 г., получив образование, она эмигрировала из СССР, жила и работала в США, где и умерла в 1982 г. Как сообщается в предисловии, её произведения до сих пор пользуются популярностью и ежегодно продается до 250 000 экземпляров. Её наследники и последователи в 1985 г. организовали Институт Айн Рэнд, который занят пропагандой объективизма (название её философской системы, выраженной в её научных и литературных произведениях).

Мы прокомментируем названную книгу потому, что это одно из немногих изданий, в котором, хотя и не выражено понятие об иерархии обобщенных средств управления/оружия, но тем не менее за философией, мировоззрением признается первенство во всех житейских делах каждого человека и общества. То есть бессознательно книга затрагивает первый приоритет обобщенных средств управления.

В предисловии к “Концепции эгоизма” директор Института Айн Рэнд доктор философии Майкл С.Берлинер пишет:

«Книга охватывает лишь малую часть идей Айн Рэнд. Автора интересует широчайший круг проблем: от психологии формирования концепций до сущности и природы музыки.
Айн Рэнд считает философию основным фактором, определяющим жизнь отдельного человека или нации, и убеждена, что Америку, созданную на принципах личной независимости, разрушает философия, считающая эту независимость злом. “Современное состояние мира, — писала она в 1961 году, — не доказательство бессилия философии, напротив это доказательство её силы. Именно философия довела людей до сегодняшнего состояния, и только философия может вывести их из него.” Философия мистицизма, диалектического материализма, самопожертвования и покорности принесла советским людям лишь тиранию и смерть. Только философия разума, рационального эгоизма и индивидуализма покажет им выход. Хочется верить, что эта книга попадет к тем людям в бывшем СССР, кто ищет выход. Он ведет к личному счастью и свободному обществу.» — так завершается предисловие, датированное ноябрем 1992 г.

Книга пришла к российскому адресату спустя четыре года, если считать по времени чтения её в радиопередачах, поскольку тираж издания 1995 г. 5 000 экз. для России — ничто. Демократизаторы явно ошиблись в оценке общественной ситуации: то, что для них имело смысл издать большим тиражом еще в 1991 г.[2] в качестве “Манифеста антикоммунистической партии”, издано мизерным тиражом с явным опозданием. Их хозяевами был безвозвратно упущен краткосрочный период, когда марксизм в России сошел с трона официально пропагандируемого мировоззрения, вследствие чего в образовавшийся философический вакуум удобно было ввести иную легкодоступную[3] философскую систему, отвечающую тогдашним вожделениям изрядной части политически активной антикоммунистической интеллигенции. Это позволяло создать демократизаторам на некоторое время массовку на основе интеллектуальной философской системы, а не на основе бессмысленных эмоций, как это случилось реально после ГКЧП. Однако русское издание “Концепции эгоизма” вышло в свет после того, как уже гораздо большими тиражами вышли издания, выражающие более мощную русскую философскую систему[4], расширяющую понятийную базу читателя и отрицающую индивидуализм, в качестве идеологии независимости одного человека от других.

То есть к моменту издания сборника Айн Рэнд мировоззренческая ниша, ранее принудительно заполнявшаяся марксизмом, в России оказалась заполненной качественно иной мировоззренческой системой, так же как и Айн Рэнд, взывающей к разуму читателя. В этих условиях радиотрансляция и переиздание работ Айн Рэнд большими тиражами спасти положение демократизаторов уже не может.

По этой причине мы не будем заниматься постраничным комментированном текста сборника, а прокомментируем только наиболее значимые высказывания Айн Рэнд и принципиальные ошибки её мировосприятия, памяти и мышления.

Сборник завершается приводимым ниже утверждением, достойным “Манифеста антикоммунистической партии”, если бы таковой был написан. По всей видимости из–за приводимых ниже слов, ласкающих самолюбие многих частных предпринимателей, Ассоциация бизнесменов Санкт–Петербурга и решила поднять философское наследие Айн Рэнд на свой щит. Комментарии к этому фрагменту пронумерованы римскими цифрами:

«Однако же существовала — единственная в истории человечества — страна денег, а это значит — страна разума, справедливости I[5], свободы, творческих и производственных достижений. Впервые в истории человеческий разум и деньги были неприкосновенны, не было места вооруженной борьбе за счастье II[6]— были созданы условия для стремления к счастью, достигнутому своим трудом. Здесь не было места меченосцам III[7] и рабам IV[8], здесь впервые появился созидатель, величайший труженик — американский промышленник.

Вы спрашиваете, что отличает американцев. Главным отличием я считаю то, что люди страны изрекли: “Делать деньги” V[9]. Ни один другой язык или народ не произносил этих слов VI[10]. Люди всегда считали богатство статичным: его можно захватить, выклянчить как подаяние, унаследовать, получить в результате мошенничества VII[11], чьей–то благосклонности, наконец его можно разделить. Американцы были первыми, кто понял, что богатство должно создаваться созидательным трудом VIII[12]. Выражение “делать деньги” является основой человеческой морали.

Именно эти слова американцев осуждают лицемерные представители вырождающихся IX[13] культур прочих континентов. Они пытаются навязать американцам чувство стыда за величайшие достижения своей культуры, чувство вины за свое процветание X[14]; заставляют относиться к американским промышленникам как к грабителям и подлецам XI[15]; призывают расценивать могучие производственные сооружения как собственность пролетариев XII[16], как продукт простого мускульного труда подгоняемых кнутом рабов, подобных строителям египетских пирамид XIII[17]. Негодяй, который самодовольно ухмыляясь, утверждает, что не видит разницы между силой кнута и могуществом доллара XIV[18], должен на своей шкуре испытать это различие, и надеюсь, в конечном итоге это произойдет.
Пока вы не поймете, что деньги — корень добра, вы будете идти к самоуничтожению. Если деньги перестают быть посредником XV[19] между людьми, люди превращаются в объект произвола.
Кровь, кнут, дуло пулемета — или доллар.
Делай выбор! Другого не дано! XVI[20] Время пошло! XVII[21]» (с. 122, 123)


В общем куда как более откровенно и ультимативно. Как видите, в этом небольшом фрагменте текста рассыпано довольно много римских цифр, которые в тексте отмечают глупости и заведомо ложные сведения. Плотность распределения вздора в остальных фрагментах текста примерно такая же.


Айн Рэнд пишет:


«Философия — это сила, которая определяет становление, эволюцию и разрушение социальных систем. Роль превратностей судьбы, случая или традиции в этом контексте такова же, как и в реальной жизни личности: их влияние находится в обратной зависимости от философской оснащенности культуры (или личности), и это влияние возрастает, когда рушится философия. Поэтому характер социальной системы необходимо определять и оценивать по её отношению к философии.» (с. 24)

Это было бы совершенно правильно, если бы в обществе была возможна только одна философия. Поскольку возможны разные философии (и соответствующие им культуры чувствования мира и культуры мышления), в том числе и взаимоисключающие философии, то характер социальной системы определяется не только её отношением к философии, но еще больше — содержанием мировоззрения общества, будь оно выражено в форме эпоса, наиболее употребительных пословиц и поговорок или философской системы, развитой наукой. И после приведенных слов излагается мнение по частному вопросу о философии капитализма в его западной модели:

«Четырем основам, на которых держится капитализм, соответствуют четыре раздела философии: потребностям человеческой природы и выживания соответствует метафизика, разуму — теория познания, индивидуальным правам — этика и свободе — политика.» (с. 24)

В последней сентенции есть одна особенность: речь идет исключительно об индивидуальных правах; вопрос о правах коллективов и национальных и многонациональных обществ и человечества в целом утоплен в молчании. Такая ориентация разделов философии неуместна даже для общества измышленных яйцекладущих (в теплый песок) индивидуалистов гермафродитов, а не то что для общества двуполых людей. Семья минимум — мама, папа и ребенок[22] (даже в возможности) — это общественно необходимый коллектив, без защиты прав которого в целом воспроизводство здоровых (нравственно, психически и физически) поколений в обществе невозможно. Если философия индивидуализма (объективизм) не понимает коллективных прав и обязанностей и не видит их в реальной жизни цивилизации Запада, то это не означает, что у людей нет разного рода коллективных потребностей, порождаемых ни чем иным как особенностями, свойственными каждому из индивидов во множестве, представляющем собой общество. И эти коллективные потребности в повседневности общества должны быть обеспечены точно также, как и жизненные потребности индивида[23], иначе общество деградирует, если своевременно не одумается.

То есть, точно также, как индивидуальные потребности в жизни общества приводят к появлению понятий и институтов защиты прав одного человека, различия в индивидуальных потребностях и генетическая нетождественность людей приводят к необходимости защиты общественными институтами коллективных прав людей.

Мы указали прежде всего на семью, как на объект коллективных прав потому, что сочетание “мама + папа + дети” — неоспоримая естественная биологически обусловленная социальная система, объективно существующая точно также, как и слагающие этот коллектив разнополые и разновозрастные индивиды. Но в обществе возникают и другие множества индивидов, которые могут быть объектами и субъектами прав коллектива, поскольку без их осуществления невозможно осуществить и права индивидов.

Конечно в 100-страничной книжке, такой как “Концепция эгоизма”, невозможно написать обо всех сторонах жизни общества, но если её автор выделяет в перечне основных разделов философии исключительно индивидуальные права, то вряд ли автор понимает, что нарушение прав коллективов, оставшихся в умолчании, не позволит осуществить и всю полноту индивидуальных прав, обрекая множество людей на реальное бесправие разного рода.

И это не единственное место, где индивидуализм (объективизм) заблуждается в трех соснах. Приведем еще один пример, очень значимый для понимания психологии общества и положения в нем индивидов.

«Мышление — это невероятно сложный процесс идентификации и интеграции, на которые способен только индивидуальный разум. Не существует коллективного разума. Люди могут учиться друг у друга, но процесс обучения требует от каждого обучающегося собственного мышления. Люди могут сотрудничать в поисках новых знаний, но такое сотрудничество требует от каждого ученого независимого использования своей способности рационально мыслить.» (с. 19)

Всё так, кроме одного: Коллективный разум существует. Всякий разум — иерархически многоуровневый процесс обмена информацией и её преобразований. Коллективный разум отличается от индивидуального тем, что он, как процесс, протекает не в пределах структур биомассы и биополей, обеспечивающих интеллектуальную деятельность одного человека (индивида = неделимого), а в пределах вещественных и полевых структур, обеспечивающих психическую деятельность множества разных людей, а также и обусловленных ею. Процесс информационного обмена между людьми, каждый из которых является носителем индивидуального (по–русски это слово в точности означает — неразделимого) разума, протекающий на уровне биополей, акустической и письменной речи, произведений искусства и памятников культуры и т.п. порождает коллективный разум; если более точно то иерархию взаимной вложенности разумов от индивидуального до коллективного разума всего человечества. В этой иерархии взаимной вложенности могут быть коллективные разумы, время существования которых не более чем время взаимного общения некоторой группы людей, и есть разумы, время жизни которых превосходит время жизни библейских долгожителей, поскольку возможно длительное существование коллективного разума на основе обновления его элементной базы — сменяющих друг друга поколений людей.

И жизнь общества во многом определяется тем, какими свойствами обладают порождаемые людьми коллективные разумы — составляющая их коллективного сознательного и бессознательного; и в каком качестве по отношению к порождаемым ими же коллективным интеллектам пребывают люди: индивидуальный разум человека может быть невольником коллективного разума более или менее широкого множества людей, а также и той малочисленной группы, которая обладает осознаваемыми ими навыками управления коллективным сознательным и бессознательным; но индивидуальный разум может быть одним из осозанно целеустремленных творцов коллективного разума, являющегося общим достоянием его участников.

Но в любом из двух вариантов индивидуальные умы — элементная база коллективного разума, однако обладающая собственным индивидуальным разумом, по какой причине элементная база может осмыслить факт порождения ею коллективного разума, после чего способна управлять процессом его формирования по своему нравственно обусловленному произволу.

Для понимания возможности существования коллективного разума достаточно курса физики средней школы и рассмотрения процессов обработки информации в сети ЭВМ, например в “Интернет”, или на многопроцессорном вычислительном комплексе, когда разные фрагменты одной и той же задачи решаются на разных машинах. Тем не менее, человек может согласиться с объективностью факта информационного обмена между людьми (в том числе и на основе биополей), но будет возражать против возможности существования коллективного разума людей. Но в этом случае возражения проистекают из того, что возражающие просто не обладают навыками самообладания, необходимыми для того, чтобы воспринять диалог их собственного индивидуального разума с коллективным, порожденным ими же; либо они порождают коллективного сумасброда, с которым интеллектуально нормальному человеку и говорить–то не о чем.

Последнее имеет свою компьютерную аналогию: программное обеспечение компьютера может быть достаточным для его изолированной работы, но может быть недостаточным, чтобы с его пульта можно было войти в сеть и управлять решением какой–то задачи с привлечением свободных ресурсов остальных компьютеров в сети; в то время как некоторые сети могут быть построены так, что из сети просматриваются все составляющие сеть компьютеры, но со многих компьютеров (возможно, что за единичными исключениями) другие компьютеры сети не просматриваются и не контролируются даже собственные ресурсы, вовлеченные во обслуживание сети. Тем не менее неспособность конкретного компьютера с конкретным программным обеспечением работать в сети не означает, что сетевые информационные системы в принципе не возможны и ли не существуют. Так же и Айн Рэнд ошибается, настаивая на том, что коллективный разум не существует; существуют множества в той или иной мере обособленных один от другого коллективных разумов, обладающих разными длительностями своего существования, но Айн Рэнд не единственная, кто этого не видит и не понимает.

Отрицать же существование порождаемых людьми коллективных интеллектов в их взаимной вложенности это — вести дело к тому, чтобы все согласные с воззрением Айн Рэнд о несуществовании коллективного разума стали бессознательными невольниками их же собственного порождения — коллективного разума, порождаемого ими бессознательно. При этом следует иметь в виду, что всякий коллективный разум — только подсистема в коллективной психике, и коллективная психика может быть здравой и шизоидной, точно также как и психика индивида.

Есть только одна особенность: множество интеллектуально развитых индивидов, условно говоря психически нормальных каждый сам по себе, в состоянии породить шизоидную коллективную психику, включая и коллективный разум, которая сделает индивидуальные судьбы большинства из них малоприятными.

Поэтому одна из необходимых черт, которой должна обладать индивидуальная психическая культура безусловно нормального индивида — не порождать коллективного сумасшествия тех, кому дано Свыше быть психически и интеллектуально безусловно нормальными.

Айн Рэнд пишет:

«Концепция человека как свободной независимой личности была глубоко чужда европейской культуре. Это была культура племенная по своей сути; в европейском мышлении племя было сущностью, целым[24], а человек лишь одной из клеточек этого организма, которой можно легко пожертвовать. Это относилось как к правящему классу, так и к простым людям: считалось, что правящий класс обладает своими привилегиями только в связи с занятием, считавшимся благородным[25], — службой в войске или воинской дружине. Но дворянин был собственностью общины в той же степени, что и крепостной, — его жизнь принадлежала монарху[26].» (с. 13)

Европейской культуре, условно названной “племенной”, Айн Рэнд противопоставляет американскую культуру:

«Существуют лишь два основополагающих вопроса (или два аспекта одного и того же вопроса), определяющих природу социальной системы: признает ли социальная система права личности и допускает ли социальная система использование физической силы в отношениях между людьми? Ответ на второй вопрос — практическое воплощение ответа на первый вопрос.
Является ли человек независимой личностью, распоряжающейся своим телом, разумом, своей жизнью, своей работой и её результатами, — или он собственность племени (государства, общества, коллектива), которое может распоряжаться ими по своему усмотрению, может диктовать ему убеждения, предписывать ход жизни, контролировать его деятельность и экспроприировать её результаты? имеет ли человек право существовать для самого себя — или он рожден в путах, как крепостной, который должен постоянно выкупать свою жизнь служа племени.<…>
В истории человечества капитализм — единственная система, которая отвечает “да”.
Капитализм — это социальная система, основанная на признании индивидуальных прав личности, включая право на собственность, в которой вся собственность находится в частном владении.
Признание прав личности влечет за собой исключение из человеческих взаимоотношений физической силы: по существу права могут быть нарушены только с применением силы.» (с. 23)

Это написал человек, который не мог не знать русской поговорки: «Не мытьем, так катаньем.» Концепция же человека, «как свободной независимой личности» — это обольстительный миф американской государственной идеологии “деидеологизации”. Этот миф даже не идеал, к которому стремится американское общество; а тем более он не достижение американского образа жизни. Все декларированные права независимой личности подавляются в большей или меньшей мере не силовыми методами. Это покажем прежде всего на подавлении американским капитализмом права частной собственности.

Дело в том, что сделка кредитования под процент одним лицом другого, благодаря ссудному проценту, однонаправлено перекачивает покупательную способность из кошельков множества людей, составляющих общество, в карман кредитора. Тем самым кредитование под процент отрицает право частной собственности третьих лиц в отношении покупательной способности средств платежа находящихся в их частной собственности, в чем бы эта покупательная способность не измерялась: в количестве баранов, золота, долларов, рублей или обезразмеренных долях единицы — единичной совокупной платежеспособности общества в целом, складывающейся из платежеспособности его членов.

Из опубликованного сборника Айн Рэнд складывается впечатление, что она получила образование не естественно–научного математического профиля, а противоестественное образование, условно называемое “гуманитарным”. Обладая им человек сыплет словами, забыв о статистике жизненных явлений, на которые только указуют слова; забыв о теории мер неопределенностей (обычно называемой теория вероятностей) и арифметике. Отсюда и проистекает слепота, при которой гуманитарно образованный поборник частной собственности, индивидуальных прав человека, частного предпринимательства и демократии (народовластия) в упор не видит, как признанное законным надгосударственное частное ростовщичество расовой корпорации безо всякого насилия отнимает собственность в разнообразии её конкретных проявлений у множества людей, чем и отрицает не только право частной или право общественной собственности, но и человеческое достоинство всех, не принадлежащих к глобальной элите ростовщиков. Последнее происходит потому, что утрачивая собственность, люди превращаются в рабов собственников.

Не видя всего этого Айн Рэнд пишет:

«Право соглашаться с другими не вызывает никаких сложностей в любом обществе; самое важное — это право не соглашаться. Именно институт частной собственности защищает и воплощает в жизнь право не соглашаться и, таким образом, охраняет открытый путь к наиболее ценному человеческому атрибуту (ценному с личной точки зрения, социально и объективно) — творческому разуму.
В этом радикальное отличие между капитализмом и коллективизмом.» (с. 24)

Дурость этого утверждения не бросается в глаза, если забыть о корпоративном банковском ростовщичестве. Но если вспомнить о ростовщичестве, то оно — явная глупость. Всё идет по анекдоту:

— Имею я право?

— Имеете, имеете…

— А могу ли я?

— Нет не можете!!!

Это анекдот о правовой системе СССР. Но он же справедлив и по отношению к правовой системе рекламируемого Айн Рэнд капитализма на основе идеологии индивидуализма. Вы имеете право не соглашаться со сделкой кредитования под процент, заключенной другими физическими или юридическими лицами, поскольку она нарушает ваши права частной и общественной собственности, но вы не можете избежать всех негативных последствий сделки, заключенной дураком или врагом народа с одной стороны и мафиози–ростовщиком с другой стороны.

И потребуются не усилия индивида, обладающего правом не соглашаться, а коллективные целенаправленные действия тех, кто в согласии между собой предпримет разнокачественные коллективные действия по защите множества людей от последствий дурости и соглашательства одних и вседозволенности других, которая может быть не только силовой, с каковой не может примириться Айн Рэнд, но и финансовой и магически философской вседозволенностью, об одной из которых Айн Рэнд тщательно помалкивает, а другую сама же и творит.

За примерами далеко ходить не надо. Уже упоминавшийся Генри Форд, будучи не самым мелким частным собственником в США, купил газету “Дирборн Индепендент” (“Дирборнская Независимая”), через которую попытался осуществить свое «право не соглашаться». Форд начал публикацию статей[27], в которых излагал свое мнение о роли еврейских кругов (интеллектуальных и финансовых) в глобальной политике и властвовании в США. В итоге еврейские круги США обратились к нему через владельца киностудии “ХХ век Фокс” с угрозой антирекламы и разорения Форда под её давлением. Фокс пообещал в каждый свой фильм вставлять кадры с разбитыми в авариях фордовскими автомобилями, а в комментариях объяснять трагедии техническими ошибками заводов Форда. Генри Форду было предложено принести публичное извинение за публикации в его газете “Дирборн Индепендент” и признать их не соответствующими действительности. Текст соответствующего заявления был передан Форду в готовом виде для подписи. Один из секретарей Форда, с ведома Генри Форда, но в тайне от других, подделал его подпись на этом заявлении и вернул бумагу заказчику, что было признано еврейскими кругами США в качестве отречения Форда и присяги на лояльность.

Следует особо обратить внимание на то, что показывать несостоятельность высказанных в его собственной газете мнений с Фордом его оппоненты не стали. Они просто предъявили ультиматум: либо ты сам признаешь это всё несостоятельным и принесешь извинения, так чтобы все знали о твоем подчинении нам, либо мы разорим все твои заводы. Выбирай, ты “свободен” в выборе.

Уже в наше время Линдон Ларуш, видный американский политик, миллионер, как–то раз выдвигавший свою кандидатуру на пост президента США, подобно Форду развернул в США и за их пределами кампанию за запрещение кредитования под процент. В итоге он был обвинен в нарушении налогового законодательства США и получил пятнадцать лет тюрьмы, которые и отбывает по настоящее время. С ним тоже, как и ранее с Г.Фордом, спорить и убеждать в ошибочности его воззрений не стали, а просто укатали в тюрьму. В моральном отношении это — хуже чем инквизиция, которая далеко не всегда ошибалась в квалификации действий своих оппонентов и всё же пыталась убедить их в ошибочности их воззрений и действий[28].

Так конкретные жизненные примеры Форда и Ларуша показывают, что даже крупный частный собственник не может безнаказанно осуществить свое декларируемое право не соглашаться с политикой, проводимой в США корпорацией эгоистов, но не кем–либо персонально из множества эгоистов–индивидуалистов, всё множество которых служит средством удовлетворения потребностей членов корпорации — то есть некоторого коллектива.

То есть происходит то же самое, что в понимании Айн Рэнд свойственно европейской культуре, которая, на её взгляд, проистекает из воззрения, что племя — это сущность, целостность. И в результате соглашения с таким взглядом, который она называет коллективизмом, индивид якобы оказывается в рабстве у коллектива.

В действительности же Айн Рэнд не отличает стадности от коллективизма. Стадность и коллективизм это различные типы отношений индивида и коллективного бессознательного и сознательного (включая и коллективный разум). При стадности все индивиды — невольники коллективного бессознательного и доктрины, осуществляемой коллективным их разумом не через абстрактный государственный аппарат и структуры общественных организаций и социальную неструктуированную стихию, а конкретными людьми, узурпировавшими тем или иным способом возможность своим личным мнением подменять мнение большинства людей. Иными словами в стадности правит произвол индивидуализма. Именно того индивидуализма и эгоизма, о котором, как о неоспоримом благе, пишет Айн Рэнд: гласно — право жить для себя; а по умолчанию — право существовать угнетая жизнь других, если другие не могут дать достойного эффективного отпора вседозволенности первых; конкурируют с ними в эгоизме или соглашаются с тем, что на их жизни паразитируют другие.

При коллективизме все индивиды — творцы их коллективной психики и коллективного разума в частности, не пытающиеся узурпировать употребление по своекорыстию достояния, вещественного и информационного, созданного коллективными разнородными усилиями всех прошлых и ныне живущих поколений.

У американского индивидуализма, в том числе и в изложении его взглядов Айн Рэнд, хватило ума, чтобы провозгласить отказ от рабства в стадности, которая стирает в ничто разнообразные достоинства и преимущества входящих в стадность индивидов. Но не хватило ума, чтобы изменить характер отношений индивидуальной и коллективной психики людей: индивидуальные достоинства и стремление реализовать свои какие–то преимущества над другими людьми затмили весь мир. По этой причине коллективное, по–русски — соборное, — позволяющее сочетать безконфликтно и без ущерба индивидуальные достоинства, отождествилось в мировоззрении многих со стадным. Это было названо прогрессом, но в результате этого “прогресса” осознаваемое рабство большинства в иерархии взаимной тирании в стадности толпо-”элитаризма” — сословного строя Европы — заменилось не осознаваемым рабством в иерархии мафиозной тирании якобы демократической Америки, порождающей несколько иными методами ту же стадность множества индивидуалистов–эгоистов, возомнивших о своей независимости от других людей и биосферы.

В действительности же только в коллективе может раскрыться талант и все разнообразные достоинства человека. Мы живем в мире, в котором есть множество дел, которые невозможно начать и завершить в одиночку или даже вдвоем: чтобы они были сделаны от начала и до конца хорошо, они требуют участия в них множества людей, обладающих разными человеческими и профессиональными качествами. Если устранить хотя бы одного человека, то многие дела не могут быть совершены просто потому, что устраненный человек может оказаться носителем каких–то вполне определенных качеств, которыми не обладают другие люди, по какой причине его устранение разрушает полноту сотрудничества в деятельности коллектива.

Причем речь идет не только о структурно оформленном штатным расписанием коллектива какой–либо мелкой или крупной фирмы. Речь идет вообще о жизнедеятельности людей в обществе, в домашнем общении и в общении их между собой вне дома и вне работы. Именно всё это отсутствует в стадности, и этим отличается коллективизм от стадности.

Члены коллектива, если этого и не осознают, то обладая чувством товарищества реализуют коллективную деятельность бессознательно, и потому в коллективе нет той легкости жертвования отдельными людьми и их судьбами, которую приписывает коллективизму Айн Рэнд. Айн Рэнд должна была бы это знать хотя бы потому, что она училась в России и СССР, а Н.В.Гоголь в повести “Тарас Бульба” чувству товарищества уделил должное внимание.

В стадности же гибель отбившегося от стада, или в панике затоптанного стадом, — норма. И стадность проявляет нетерпимость к тому, что выделяется на фоне стадности, но не может доказать стаду, что особь — вожак или пастух. Это так, даже, если происходит в стаде человекоподобных индивидуально разумных. И именно стремлением насадить стадные нормы поведения в обществе людей попрекает Айн Рэнд коллективистов всех эпох и народов.

В СССР коллективизм никогда не был безраздельно господствующим стилем жизни. Но именно он, а не государственное рабовладение, осуществляемое правящей “элитой”, был идеалом послереволюционных лет до тех пор, пока новая “элита” не выкристаллизовалась к середине 1950‑х годов.

И вопреки объективной реальности жизни в США Айн Рэнд пишет:

«Нарушать права человека означает заставлять его действовать против собственного рассудка[29]. Экспроприировать принадлежащие ему ценности можно одним путем — применением физической силы[30]. Существуют два потенциальных нарушителя: преступники и правительство. Огромное достижение Соединенных Штатов состояло в том, что правительству запрещено легализовать преступность[31].» (с. 50)

Думать надо своей головой — в этом Айн Рэнд права. Но думать следует так, чтобы не порождать стадного сумасшествия умников–индивидуалистов, всё множество которых обречено быть невольниками корпорации эгоистов.


## Синайский “турпоход”


…обобрать его велят; до пьяна гонца поят, и в суму его пустую суют грамоту другую…
А.С.Пушкин


“Независимая газета” от 12.02.97 опубликовала под рубрикой «Реалии» статью Марка Раца объемом в газетный лист “Политика формирования открытого общества” с подзаголовком “Попытки выдумать и реализовать миссию народа в мировой истории до добра не доводят”.

В номере же от 25.02.97 “Независимая газета” опубликовала под рубрикой «Коллизия» статью «политолога» Лилии Шевцовой тоже объемом в газетный лист “Российская власть опять на перепутье” с подзаголовком “Номенклатурная сделка или санитарная чистка?”.

До полного набора не хватает только рубрики Иллюзии, поскольку коллизии возникают только как несовместимость иллюзий с реалиями; если говорить по–русски, то это столкновения противоестественных вожделений с естественными возможностями течения событий в жизни, как таковой. Но анализом иллюзорных вожделений политической «элиты» обслуживающим её интеллектуалам от журналистики заниматься не досуг, поскольку процесс отрезвления от несбыточных вожделений и прочих иллюзий не доставляет удовольствия тем, кто оплачивает “свободную” журналистику; а кроме того, отрезвление множества читателей от несбыточных надежд в отношении политики, проводимой хозяевами режима правящих кукол, подрывает основы такого правления.

С учетом этого, всю публицистику “Независимой газеты” из рубрики «Реалии» следует перенести в рубрику «Иллюзии». А обнажившуюся пустоту рубрики «Реалии» читателю, если он не безнадежный слепец и слабоумный, придется заполнить по своему нравственно обусловленному разумению.

Хотя статья Марка Раца — никчемное словоблудие, тем не менее должно согласиться с главным его утверждением: Попытки выдумать и реализовать миссию народа в мировой истории до добра не доводят. Но после этого согласия следует задуматься над тем, к кому должно быть обращено это предостерегающее нравоучение?

Если к славянофилам прошлого, то такая адресация — бессмысленна, поскольку славянофилы никогда не обладали идеологической властью над умами ни широких народных масс, ни чиновников государственного аппарата Российской империи: государственный аппарат был под гнетом иных идей, которые и привели империю к краху в 1917 г., поскольку прежние идеи оказалась плохой, и потому бесполезной, опорой для того, чтобы сдержать и опрокинуть вторжение в Россию мрак–сизма.

Если же М.Рац взывает к разуму державников и национал–патриотов наших дней, то это обращение к ним ещё более бессмысленно, чем ретроспективное обращение к теням усопших славянофилов:

●  во–первых, просто потому, что национал–державники (если говорить на новоязе демократизаторов) возникли именно как реакция общества на то, что демократизаторы довели нашу Родину почти что до краха, но не до добра. От добра добра не ищут: это известно и понятно всем, кроме политологов, которые тиражируют иллюзии о гражданском и открытом обществе, пребывая тем временем в «коллизиях» с «реалиями» жизни.

●  во–вторых, массовка державников взбудоражена эмоциями, которые просто довлеют в их психике над памятью и способностью здраво мыслить, по какой причине взывать к их разуму — все равно, как бить об стенку горох: шуму много, но всё отскакивает, не проникая в разум.

●  А те из державников, чьи умы не взбудоражены эмоциями, знают и без напоминаний М.Раца, что выдумывание народам их миссий в мировой истории до добра действительно не доводят, но они имеют по этому вопросу мнение, содержательно отличное от того, к которому М.Рац пытается привести читателя. И это иное содержание — главное.

Конечно, для многих нынешних Марков, в силу их культурно обусловленного происхождения, Евангелие и хронологически более поздний Коран — не указ. Тем не менее, в связи с конкретным поучением М.Раца в отношении выдумок и попыток реализовать «миссию народа в мировой истории», всё же следует напомнить новозаветное о соломинке в чужом глазу, при нежелании заметить в своем собственном глазу присутствие бревна. Причем, если у славянофилов прошлого и настоящего по части «выдумок и реализации миссии народа в мировой истории» всего лишь “рыльце в пушку”, то у их оппонентов дело зашло настолько далеко, что за махровым пухом рыла[32] и вовсе не видать…

Чтобы понять евангельское замечание о бревне в собственном глазу в его связи с «выдуманной миссией народа в мировой истории» обратимся к Корану. Коран — особого рода проявитель объективного смысла общебиблейских и талмудических недомолвок и блудословия: «Те, кому было дано нести Тору, а они её не понесли, подобны ослу, который несет книги. Скверно подобие людей, которые считали ложью знамения Бога! Бог не ведет людей неправедных!» — Коран, 62:5.

Из этого можно понять, что миссии народов в мировой истории всё же объективно существуют, поскольку невозможно уклониться от того, чего объективно нет даже в возможностях. И Коран указует, в частности, на то, что в далеком прошлом соплеменники многих ныне активных в публицистике, в политике и в бизнесе Марков уклонились от выполнения предложенной им Свыше просветительской миссии в отношении всех без исключения народов Земли.

Известно, что в Синайскую пустыню из Египта древние евреи вышли под водительством Моисея. В этом Библия и Коран едины. Как известно из географии, Синайский полуостров относительно невелик (по размерам примерно как Крымский), и неторопливый караван способен пересечь его вовсе не за общеизвестные библейские 40 лет, а примерно за две — три недели. Это обстоятельство приводит к вопросам:

●  Что же на самом деле произошло в Синайской пустыне в течение тех сорока лет?

●  Кто в неё вошел и кто из неё вышел?

●  И как же так произошло, что те, кому «было дано нести Тору» с целью просвещения всех без исключения народов, по выходе из пустыни, вопреки просветительской миссии, занялись истреблением обитателей доиудейской Палестины, а обосновавшись в Палестине, сами впали в еще худшее идолопоклонство и многобожие[33], чем истребленные ими коренные её обитатели?

Толкователи традиционалисты один за другим перепевают мнение о том, что Моисей водил сорок лет по пустыне кругами своих подопечных якобы для того, чтобы естественным образом умерли все, рожденные в египетском рабстве, чья психика с детства была извращена и подавлена египетским рабством; и чтобы в пустыне выросло поколение не знающих рабства, действительно свободных людей. Так ли это? — думайте сами. Но при этом не забывайте, что Моисей из пустыни живым не вышел; где его могила, — неизвестно (Второзаконие, 34:6): он ушел из жизни до того, как из пустыни в Палестину вторглись древнееврейские кочевники, уничтожавшие всё и всех на своем пути без жалости и сострадания. Так что мнение Моисея о причинах сорокалетнего “турпохода” и о выросших в пустыне новых поколениях “свободных”, чья психика не угнетена рабством с детства, осталось неизвестным.

Но из Библии ясно, что те, кто вышел из пустыни “освобожденными” от психологического комплекса раба, были заодно кем–то некоторым образом освобождены и от миссии просвещения других народов Торой — теми знаниями, которые они получили через Откровение Моисею. Все библейские тексты, описывая дела “освобожденных” по выходе их из пустыни, говорят, что в ней выросло не поколение просветителей, несущих Истину и Свободу всем угнетенным во всех землях, а поколение расистов–рабовладельцев, которые вынесли из пустыни единственную в мировой истории миссию безоглядного порабощения других в угоду себе и беспощадного истребления несогласных с их тиранией, однако осуществляемую уже не на основе обнаженной идеи своекорыстия, а якобы от Божьего имени, со ссылками на Откровение Свыше Моисею .

Поскольку Моисей из пустыни живым не вышел, то он не смог засвидетельствовать другим народам истинную Боговдохновенность того, что творили и творят “освобожденные” и их потомки со ссылками на «закон Моисея» и факт Откровения ему Свыше. С той поры эта исторически уникальная система расового безоглядного рабовладения целенаправленно распространяется на все страны мира.

Этот факт явной смены миссии в мировой истории приводит к вопросу: Может ли быть рабовладелец свободным, или он сам — невольник вдвойне, поскольку зависит не только от своих хозяев (выдумщиков миссии в мировой истории), но и от предназначенных ему хозяином в эксплуатацию рабов?

Как рабовладелец по существу может быть безнадежным невольником своих рабов, ярко показано во взаимоотношениях раба Эзопа и рабовладельца–философа Ксанфа во многих пьесах и фильмах[34]. Вопрос же о том, что и у рабовладельца может быть хозяин, по отношению к которому он еще более жалкий раб, чем его собственные рабы, как–то выпал из поля зрения историков и литераторов (и об этом следует задуматься).

Кроме того, каждый, кто настаивает, что именно в предопределении Свыше безраздельной мировой тирании еврейства и есть суть богоизбранности евреев, пусть подумает: не богохульствует ли он, возводя на Бога напраслиной мерзость насаждения на Земле глобальной рабовладельческой цивилизации?

А если обратиться к древности, то какой смысл Высшему промыслу в том, чтобы менять на Земле одних рабовладельцев, претендующих на мировое господство (Древний Египет, Рим, и прочие), на бывших прежде их рабами новых претендентов на мировое господство? — Прежние рабовладельцы по своим нравам к такому господству и стремились. И они в общем–то соответствовали такой глобальной исторической миссии; разве что для более эффективного её осуществления их действительно следовало освободить от рецидивов общечеловеческой нравственности и проявлений общечеловеческой доброты по отношению к противникам, в которых они могли увидеть людей равного достоинства с собою или превосходящих их в некоторых качествах.

Такие рецидивы общечеловеческой нравственности и доброты — большая внутренняя помеха для всякой орды оглоедов, которая следует за вождями, устремившимися к установлению безраздельной глобальной тирании над другими. Именно рецидивы общечеловечности приводили в прошлом к тому, что исторически известные военные экспансии с целью установления мирового господства гасли в течение жизни, если не одного, то двух — трех поколений, даже достигнув неоспоримых военных успехов. Поэтому всякий политик, видящий течение длительных общественных процессов, охватывающих жизнь нескольких поколений, и устремляющийся к мировому господству, приходит к необходимости “освобождения” своего воинства в преемственности поколений от общечеловеческих нравственных качеств[35].

Целью настоящего обзора является не ясновидческая реконструкция всей полноты реальных событий, легших в основу библейских повествований. И всё ниже следующее — не пророчество о прошлом, каким оно свершилось в действительности, а рассмотрение возможностей течения прошедших событий на основе доступных всем (в отличие от ясновидения или избранничества Свыше для пророческой деятельности) сообщений библейских текстов. Это не призыв к новой вере и не установление нового канона в толковании Библии, а призыв подумать над смыслом и происхождением господствующей в Евро–Американской цивилизации веры в глобальный религиозный и исторический миф, подменяющий собой как веру непосредственно Богу, так и здравый смысл. Подумать над смыслом сообщений текстов может каждый, вне зависимости от того, насколько он преуспел в ясновидении, прочей экстрасенсорике и (или) ритуальной дисциплине своего культа.

Целью настоящего обзора является обратить внимание на некоторые из библейских сообщений, которые значимы в анализе темы порождения не общечеловеческой, а противочеловечной нравственности, мировосприятия и образа мыслей и поведения. Надо понять, как возникли исторически уникальные мировосприятие и нравственность еврейства, поскольку только на их основе и могла около трех тысяч лет устойчиво осуществляться выдуманная и навязанная им миссия в мировой истории по порабощению всех, приведшая планету к глобальному биосферно–экологическому и социальному кризису. Именно в этих кризисах глобального масштаба и выражается противоестественность мировосприятия, нравственности и мировоззрения еврейства, господствующего в сфере управления Западной региональной цивилизации, в основе культуры которой лежит Библия. Это так, поскольку все названные глобальные кризисы порождены западным образом жизни.

Как протекали в древности события после исхода из Египта евреев, большинство людей может судить только по их описанию в Библии. Чему в ней верить, а что подвергать сомнению и как умозрительно реконструировать истинный ход событий — каждый в этом случае решает сам по своему нравственно обусловленному произволу в пределах возможностей своей культуры мировосприятия и мышления.

Начнем с начала и заглянем на первую страницу Библии в издании Московской патриархии. Там сразу же можно найти прямое и недвусмысленное указание на имевшие место уже в глубоком прошлом цензурные изъятия из еще более древних текстов. На первой же странице книги Бытие в примечании читаем: «Слова, поставленные в скобках, заимствованы из греческого перевода 70-ти толковников (III в. до Р.Х.)…»

Иначе говоря, в далеком прошлом они были устранены из дошедшего до нас общебиблейского канона, по неугодности смысла части изъятий, но возвращены в общедоступный текст при подготовке в XIX в. синодального перевода Библии на современный русский язык.

И следуя этому указанию, в книге Числа, гл.14, находим пример такого рода утаивания дел давно минувших в преданьях старины глубокой. Рассматриваемый далее фрагмент (в обеих его редакциях) очень значим тематически для понимания поставленного нами вопроса об объективно предопределенных Свыше и выдуманных по своекорыстной отсебятине миссиях народов в мировой истории.

Именно в кн. Числа, гл.14, сообщается о том, как началось сорокалетнее хождение по пустыне. Пошел уже второй год пребывания Моисея с его подопечными вне Египта. К этому времени Моисей уже получил в Откровении вероучение и организовывал жизнь евреев в соответствии с ним: То есть по существу все главные религиозные события уже свершились. Многолетнего хождения по Синайскому полуострову к этому времени не предполагалось. Были посланы разведчики в земли Палестины, по возвращении которых, согласно обетованию Палестины Богом Аврааму, планировалось начать переселение в этот край, заселённый в те времена Амаликетянами и Хананеянами.

Было бы предполагавшееся переселение мирным, или же оно носило бы характер военного вторжения, судить трудно, поскольку именно после возвращения разведчиков среди подопечных Моисея вспыхнул бунт. Непожелавшие следовать в Палестину вышли из повиновения Моисея и его сподвижников и призывали народ побить их камнями (Числа, 14:10). О последовавших событиях Библия повествует так:

«20 И сказал Господь [Моисею]: прощаю по слову твоему; 21 но жив Я, [и всегда живет имя Мое,] и славы Господа полна вся земля: 22 все, которые видели славу Мою и знамения Мои, сделанные Мною в Египте и в пустыне, и искушали Меня уже десять раз, и не слушали гласа Моего, 23 не увидят земли, которую Я с клятвой обещал отцам их; [только детям их, которые здесь со Мною, которые не знают, что добро, что зло, всем малолетним, ничего не смыслящим, им дам землю, а] все, раздражавшие Меня, не увидят её.»

Текст в квадратных скобках восстановлен по переводу семидесяти толковников — Септуагинте, которая представляет собой версию событий в изложении хозяев тогдашнего (III в до н.э.) канона Ветхого завета. Таким образом открывается возможность сравнить смысл стиха 14:23 до и после восстановления изъятий, совершенных в интересах хозяев более поздней исторически, чем Септуагинта, христианской канонической Библии, которую употребляют западные церкви и их миссионеры.

Изъятие из стиха 14:23 сообщает о том, что из пустыни выйдут только те, кто на момент описываемых событий не знает, что есть добро, а что зло, и ничего не смыслит в жизни; а также и те, кому еще предстоит родиться в течение предстоящего срока вымирания взрослых, имеющих свойственное им представление о том, что есть добро и зло и видящих в жизни смысл, обусловленный их реальной нравственностью. По существу подразумевается воспитание в дальнейшем ныне малолетних и тех, кому предстоит еще родиться, так чтобы культура и многие жизненные навыки их родителей стали им чуждыми. Если культура родителей объективно порочна, то отрицание её в последующих поколениях может породить как еще одну иным образом порочную культуру, так и праведную культуру.

Эпохе рабовладения соответствует и тип нравственности — общечеловеческой в том смысле, что сходственные общественные классы в разных национальных культурах несут из поколения в поколения сходственные нравственные качества и этику: “рабы” — везде рабы; “свободная чернь” — везде свободная чернь; “патриции” — везде “партийцы” (т.е. числено малая и властная часть общества) и т.п.

Из сравнения обоих вариантов стиха 14:23 книги Числа можно сделать вывод, что цензорам общебиблейского канона, по известным им причинам, желательно было не привлекать внимания читателя к проблематике становления в синайском сорокалетнем “турпоходе” — отличных от общечеловеческих — нравственности и культуры мировосприятия и осмысления происходящего, свойственных рожденным и выросшим в пустыне поколениям.

●  Если в течении этих сорока лет в Синайской пустыне шло становление объективно праведной нравственности и культуры, соответствующих миссии «нести Тору» для просвещения всех других народов, то такое стремление цензоров общебиблейского канона скрыть уникальный педагогический опыт вызывает изумление.

●  Если же одна порочная нравственность в течение тех сорока лет замещалась в новых поколениях иной, в каких то отношениях еще более порочной нравственностью и выражающей нравственность в преемственности поколений культурой, то стремление цензоров общебиблейского канона (знающих, что есть добро, и что есть зло, и кое–что смыслящих в жизни) спрятать начала в воду вполне объяснимо: Ведь, СОРОКАЛЕТНИЙ “турпоход” по Синайской пустыне последовал именно за этим эпизодом, поворотным в судьбе древних евреев, описанным в кн. Числа, гл.14, и подвергшимся в последствии цензуре.

Истинно ли изначальное сообщение Септуагинты о Божьих словах в ответ на молитву Моисея о прощении, или же все приписано Богу задним числом? — этот вопрос тоже встает в связи с рассматриваемыми событиями. Дело в том, что, если посмотреть по текстам Библии в их нынешней редакции на те события, которые произошли ДО и ПОСЛЕ обсуждаемого эпизода (Числа, гл.14), то можно увидеть следующее.

ДО него имели место следующие принципиально важные события:

●  Моисей получил в Откровении вероучение и заложил основы организации общественной жизни евреев в соответствии с ним: Положения десяти заповедей, без оговорок об адресации их исключительно евреям, приведены в гл.20 книги Исход.

●  Среди этих заповедей и запрет творить “богов” для поклонения (Исход, 20:23).

●  Манна небесная появляется в гл.16 книги Исход, и ничего не говорится о её плохом качестве (об этом далее).

●  Моисею переданы скрижали Завета (Исход, 31:18).

●  Эпизод с поклонением золотому тельцу, имевшим место вопреки известному всем запрету на идолопоклонство (Исход, гл.32).

ПОСЛЕ него оригинальные скрижали от Бога разрушаются якобы самим Моисеем во гневе, и Моисей удаляется от народа вторично, а возвратившись приносит новый, уже рукотворный экземпляр скрижалей.

●  Левит, 19:4 требует: «Не обращайтесь к идолам, богов литых не делайте себе»;

●  Левит, 24:28 требует: «Один суд должен быть у вас, как для пришельца, так и для туземца», что предполагает единство нравственных и этических стандартов по отношению как к себе, так и по отношению к иноплеменникам, что и должно быть в просветительской миссии «Нести Тору всем народам», как о существе богоизбранности евреев сообщает Коран.

Тем не менее есть здесь и странный эпизод с разрушением первых скрижалей, полученных Моисеем непосредственно от Бога.

Но ПОСЛЕ эпизода, описанного в книге Числа, гл.14, поток “странностей”, которые явно или опосредованно отрицают основы того, чему учил и что делал Моисей ДО него, нарастает:

●  Числа, гл.21, повествуют об очередном недовольстве среди кочующих по пустыне евреев: «И говорил народ против Бога и Моисея: зачем вывели вы нас из Египта, чтобы умереть нам в пустыне, ибо здесь нет ни хлеба, ни воды, и душе нашей опротивела эта негодная пища.» Это очень странное по смыслу сообщение, поскольку ранее начала сорокалетнего хождения по пустыне перебоев с пищевым довольствием манной небесной не было, а её вкусовые качества были превосходны: «она была как кориандровое семя, белая, вкусом же как лепешка с медом», и надо полагать, что Дар Небес был идеально адаптирован к физиологии человеческого организма и не надоедал также, как не надоедают воздух и вода из заветного ключа в родных местах.

Если Моисей по–прежнему осуществляет миссию в полном согласии с Божьим промыслом, то перебои со снабжением и качеством манны вызывают удивление. Или же по каким–то причинам манна уже не небесная, а её земной суррогат? — то ропот на качество и перебои со снабжением вполне понятны.

●  Вслед за этим ропотом на качество «манны» следует наказание: нашествие змиев, которые жалят множество людей и те скоропостижно мрут. Спасение от змеев известно многим, если не по текстам Библии, то по картине “Медный Змий” в Русском музее и её репродукциям. И выражается оно, как поклонение рукотворному идолу — отлитому из меди змию. Это происходит вопреки всем предшествующим запретам на производство идолов для поклонения. То есть спасение от змей осуществляется не по молитве Моисея или кого–либо из его верных последователей, как это естественно в религии единобожия, а средствами магии, замыкающими психику множества людей через медный рукотворный истукан на змийский эгрегор.

Кто предстал Еве в образе змия искусителя, — в этом вопросе все околобиблейские толкователи едины. В рассматриваемом же эпизоде образ, воплощенный в меди, и к которому взывают поражаемые змиями, — тот же самый. Однако комментариев о сущности пустынных змиев и медного змия толкователи традиционалисты не дают никаких, а отождествление их сущности с первым библейским змием для них есть вероломство и кощунство.

●  И особый вопрос, по каким причинам канон Ветхого Завета, наряду с прямыми указаниями на то, что Богу Истинному нет нужды в жертвоприношениях, все же содержит тщательно разработанный ритуал жертвоприношений, обративший впоследствии Иерусалимский храм в скотобойню? Что это: дань Свыше мировоззрению той эпохи, либо же наваждения и отсебятина извратителей Откровения Моисею, внедривших в религию, провозглашенную от имени Бога Истинного, Милостивого, Милосердного, по существу первобытную магию крови?

Возвращаясь к тем событиям, что описаны, как предшествующие обсуждаемой главе 14 книги Числа, очень трудно представить, что пророк, в гневе разбил скрижали, полученные им непосредственно от Бога, поскольку пророк, в отличие от опекаемых им, знает их предназначение и осознанно работает, чтобы всё свершилось наилучшим образом ко благу опекаемых им соплеменников, которые мало что понимают и пребывают в крайнем заблуждении. А скрижали — святыня, предназначенная для того, чтобы вывести их на путь истинный.

Кроме того Числа, стих 12:3 характеризует его: «Моисей был человек кротчайший из всех людей на всей Земле», что тоже плохо вяжется со многочисленными карательными акциями в отношении мало что понимающих его соплеменников, которые ему приписывает традиционная редакция Библии. Приведенные слова Библии о Моисее, как о кротком человеке, согласуются с его образом, который встает из коранических сообщений о его деятельности. Кроме того Коран не выдвигает против Моисея никаких обвинений в связи с высказанным в нем же обвинением в адрес евреев: «Те кому было дано нести Тору, а они не понесли её, подобны ослу, который навьючен книгами.» Из этого можно понять, что в кораническом описании событий Моисей не причастен к извращению миссии «нести Тору» для просвещения всех народов: это сделали другие.

В частности об эпизоде, описанном в гл.14 кн. Числа, повествует и Коран в суре 5:

«23 (20). Вот сказал Муса своему народу: “О народ мой! Вспомните милость Бога к вам, когда Он установил среди вас пророков, и сделал вас царями, и даровал вам то, чего не даровал никому из миров.
24 (21). О народ мой! Войдите же в землю священную, которую Бог предначертал вам, и не обращайтесь вспять, чтоб не оказаться вам потерпевшими убыток.”
25 (22). Они сказали: “О Муса! Ведь в ней люди–великаны, и мы никогда не войдем в неё, пока они не выйдут оттуда. А если они выйдут оттуда, мы войдем.”
26 (23). Сказали два человека из тех, что боятся <прогневить Бога>, которым Бог даровал милость: “Войдите к ним воротами. А когда вы войдете, то вы будете одерживающими верх. На Бога полагайтесь, если вы верующие!”
27 (24). Они сказали: “О Муса! Мы никогда не войдем туда, пока они там остаются. Ступай же ты и твой Господь и сражайтесь вдвоем, а мы здесь будем сидеть.”
28 (25). Сказал он <Муса, т.е. Моисей>: “Господи! Я властен только над самим собой и моим братом: отдели же нас от этого распутного народа.”
29 (26) Сказал Он: “Вот она запрещена им на сорок лет, они будут скитаться по земле; не скорби же о народе распутном!”»

О Моисее же, как об истинном посланнике Божием, в Коране говорится исключительно с уважением и признательностью, но при этом же сообщается, что, исполняя возложенное на него Свыше, Моисей подвергался обидам со стороны недовольных его деятельностью людей, а также и посягательствам на его жизнь (в Египте). В частности: «Не будьте подобны тем, которые обижали Мусу (Моисея)! Бог сделал его непричастным к тому, что они говорили, и он был уважаемым у Бога.» — Коран, 33:69.

Складывается впечатление, что до рассматриваемого эпизода в главе 14 книги Числа древних евреев готовили к одной миссии, а когда подготовка их к её исполнению была в основном завершена, но они не пожелали приступить к её практическому исполнению, произошло вмешательство извне, в результате которого евреи и вышли из Синайской пустыни такими, как о них повествует Библия, и какими они известны в Истории.

И, как можно проследить по текстам Библии и Корана, некое посягательство на свободное историческое развитие евреев началось уже задолго до Моисея: Иосиф Иаковлевич (Прекрасный), поднявшись в социальной иерархии Египта из положения купленного невольника до уровня ближайшего советника фараона, был женат на Асенефе — «дочери Потифера жреца Илиополийского» (Солнцеградского — Гелиополийского в более привычной транслитерации, Бытие, 41:50). Это означает, что потомки Иосифа принадлежали к кланам иерархии “жречества” Египта. А будучи евреями, они вместе с Моисеем ушли в Синайскую пустыню, не перестав при этом быть служителями культа египетского Амона.

Библия повествует о всеобщей любви к Иосифу в Египте и естественной смерти его в возрасте 110 лет (Бытие, 50:22 – 26). Коран же (сура 40:36) сообщает о гибели Иосифа, поскольку его вероучение было неприемлемо для иерархии Амона и её руководители надеялись, что Бог не пошлет иного посланника. Это сообщение о гибели Иосифа в Кораническом повествовании связано уже с появлением при дворе фараона Моисея в качестве посланника Божиего и исходит оно от одного из членов рода (семьи, клана) фараона (сура 40:29), осведомленного о реальной правде прошлого.

То есть в бытность Моисея в Египте конфликт между Богом и всей иерархией жречества Египта, возникший во времена Иосифа, продолжался. Как можно понять из сообщений Библии, конфликт возник вследствие расхождения во взглядах о сути реформ общественных отношений в Египте. Если пользоваться современной терминологией в пересказе библейских сообщений (Бытие, гл.41 – 47), то в результате первого этапа реформ, осуществленных под руководством Иосифа, следовавшего водительству Свыше, в Египте возникла государственная собственность на основные средства производства — землю прежде всего. Но как можно понять из книги Бытие, гл.47:22, государственная собственность по существу была клановой собственностью “жречества” Египта, устроившего для себя коммунизм (каждому по потребности его) на труде всего общества; все остальное население Египта юридически оказалось на положении рабов, хотя продолжало жить там, где жило и заниматься тем, чем занималось до этого.

Трудно представить себе, что Иосиф, человек, поднявшийся к вершинам государственной власти из положения купленного невольника и изведавший в этом качестве не мало несправедливого, видел целью своей деятельности построение кланово-”элитарного” рабовладельческого государства, разрастающегося до глобальных масштабов. Коран, многократно порицая рабовладение, в том числе и египетское времен Иосифа и Моисея, однако не высказывает в адрес Иосифа никаких обвинений в насаждении рабовладения в ходе его государственной деятельности в Египте. Разумно предположить, что на втором этапе реформ, должно было произойти преображение государственной собственности, узурпированной жреческими кланами, в общенародную, но иерархия отказалась признать равное с собой человеческое достоинство всех прочих жителей Египта и пошла на устранение Иосифа, как о том сообщает Коран. Библия об этом умалчивает, поскольку иерархия знахарей[36], до уровня которых деградировало жречество Египта, держащая канон библейских текстов на протяжении веков, заинтересована в том, чтобы скрыть от паствы свой конфликт с Богом и Его посланниками.

Во времена Моисея этот конфликт между иерархией египетского знахарства и посланниками Бога Истинного продолжался. И не следует думать, что еврейская периферия египетского псевдожречества, ушедшая вместе с евреями, признала Моисея в качестве легитимного первоиерарха с началом исхода из Египта: затаились и ждали удобного момента, чтобы избавиться от Моисея[37], как ранее избавились от Иосифа, дабы извратить после его смерти и переданное через него вероучение. Под мудрым управлением, а иным не может быть управление пророка Божиего, толпа не бунтует сама по себе: чтобы в таких условиях возник бунт, в толпе должна быть организация подстрекателей, владеющих навыками взятия контроля над толпой и управления ею. Библия же повествует не об одном, а о многих бунтах, но мало чего говорит о подстрекателях.

С подстрекателями связано и ведение в иудаизме родословных по материнской линии, в том смысле, что критерий кровной принадлежности к еврейству — принадлежность к еврейству матери[38], а не отца. Оно обусловлено кровным родством некоторой части иудеев с древними иерархиями знахарей Египта, которые в древности делали всю геополитику в Европе и Западной Азии. Такое сохранение матриархата закрывало чужакам возможность вхождения в кухню, по существу глобальной, политики тех лет. С другой стороны, в обществах, в которые входили евреи, господствовал патриархат. По этой причине в случае брака еврейки и нееврея их дети на протяжении столетий воспринимались национальными обществами диаспоры в качестве своих кровных, а не чужаков–евреев, и имели возможность продвигаться по службе в общем–то без особых ограничений со стороны традиционного общества с психологией патриархата.

Соответственно также в квадратные скобки восстановленных по Септуагинте изъятий из современного нам библейского канона попала и целая колонка текста во второй главе 3‑й книги Царств, в составе стиха 35. Устранение её позволило не привлекать излишнего внимания к факту родственных связей между династией египетских фараонов, также принадлежавших к системе посвящений древнеегипетского жречества–знахарства, и иерусалимской династией царей, начиная от Соломона. Вследствие этого родства потомки Соломона от египетской принцессы[39], если они были, также кровно принадлежали к “жреческим” кланам египетских знахарей.

Но и сама древнееврейская первооснова грекоязычной Септуагинты складывалась под контролем египетского знахарства, не говоря уж о том, что и перевод на греческий был выполнен на острове (по существу в изоляции от посторонних глаз) в новой египетской столице Александрии под присмотром начальника книгохранилища египетских Птолемеев[40], который по своему должностному положению не мог не принадлежать к иерархии тогдашнего “жречества” Египта. То есть Септуагинта и её древнееврейская первооснова — выражение воззрений на Откровение Моисею тогдашнего знахарства египетского Амона, ранее конфликтовавшего и с Иосифом, и с Моисеем, чье вероучение о едином Боге, запрет на идолопоклонство и отсебятину магии и подрыв основ удобного для иерархии рабовладения были неприемлемы для знахарей.

Из анализа смысла изъятий, в результате которых сложился нынешний канон Библии, можно понять, что длительное время после исхода из Египта и обоснования в Палестине — главном транзитном узле тогдашних караванных и морских торговых, а главное информационных, путей в Средиземноморье — древний Иерусалим был внешним представительством иерархии служителей Амона, имевшей исторически традиционным центром древнеегипетские Фивы (Гелиополь). Фивы, стоявшие на мировой окраине в стороне от торговых путей и связанных с ними информационных потоков, стали неудобными для осуществления управления Средиземноморско–Западноазиатской цивилизацией в целом, на что в ходе своего исторического развития посягнула иерархия египетского Амона. Именно на основе тогдашней Средиземноморско–Западноазиатской цивилизации, управленческими усилиями наследников жрецов Амона, выросла современная нам Евро–Американская, Библейская цивилизация.

Для иерархии знахарства Амона, посягнувшей на мировое господство, было целесообразно завладеть главным информационным узлом древнего мира. Но памятуя о военных неудачах многих войн Египта с Ханааном, иерархия знахарства Амона первой в истории разработала концепцию холодной войны за мировое господство методом культурного сотрудничества, в которой психологическая обработка и противника и социальной группы, употребляемой в качестве инструмента агрессии, выходящая за пределы их миропонимания[41], первенствует над понятными большинству ведением войны оружием в обычном понимании этого слова, как средств разрушения вещественной[42] основы жизни общества и уничтожения людей. Переход к войне не вещественными средствами, сделал агрессию невидимой для её жертв на многие века.

Соответственно многое, обладающее значимостью в связи с проблематикой организации общественного самоуправления в Библейской цивилизации, попало в разного рода изъятия из канона Библии, но сохранено в отвергаемых официальными церквями и синагогами апокрифах и более древних редакциях текстов, а также и в изустных традициях толкования канона для высоко посвященных. То, что не попало в цензурные изъятия, цензоры утопили в преисполненном их отсебятины усыпляющем разум и завораживающем веру многословии библейских текстов. Тема анализа смысла изъятий из библейских текстов и дополнения их отсебятиной редакторов еще в далеком прошлом — на заре становления современных нам иудейского и христианского культов — не самая приятная тема не только для иерархий официальных церквей, синагог и всевозможных оккультистов, но и для многих политиков и политологов, считающих себя “светскими” и свободными от давления на их интеллект[43] библейской традиции…

Однако никто в нынешней глобальной цивилизации не свободен от гнета выдуманной в древности для евреев миссии в мировой истории, которую из синайского “турпохода” вынесли иудеи, и которую их потомки и примкнувшие к иудаизму прозелиты[44] несут по свету вместо того, чтобы нести истинную Тору, в том виде, в каком её получил и огласил Моисей.

Возможно, что в эпизоде, описанном в книге Числа, гл.14, Моисей был уничтожен. Или же после него он сам устранился от власти, дабы все вместо отвергнутой ими Истины, вкусив плоды лжи и отсебятины, — по своему разумению, своей свободной волей вернулись к Истине. Но судя по дальнейшим событиям именно после этого эпизода и началось как навязывание придуманной для евреев знахарством Египта их миссии в мировой истории, так и придание форм единобожия древнеегипетской магии культа Амона. Образно говоря, всё в Синайской пустыне произошло, как в известной сказке А.С.Пушкина: «А ткачиха с поварихой, с сватьей бабой Бабарихой, обобрать его велят, до пьяна гонца поят, и в суму его пустую суют грамоту другую…»

С учетом выявленных фактов изъятий, следует понимать, что Библия, уже НАЧИНАЯ С ЕЁ ДРЕВНЕЙШИХ РЕДАКЦИЙ — на основе реальных фактов прошлого — излагает заказную версию имевших место событий, которая отвечает интересам наследников тех египетских рабовладельцев, кто некогда предложенную Свыше древнему народу одну миссию в мировой истории, подменил другой, выдуманной по своекорыстной отсебятине миссией.

Обе миссии предполагают объединение враждующего многонационального человечества в глобальную цивилизацию, в которой не будет войн, построенную на основе объединяющей все народы культурой.

●  Миссия от Бога предполагает таковое объединение на принципе осуществления каждым из людей Богом данной ему свободной воли и соответственно не предполагает рабовладения ни в явных, ни в изощренно скрытных формах. То есть это объединение на основе признания равного человечного достоинства[45] всех, КТО ЭТОМУ НЕ ПРОТИВИТСЯ.

●  Но и миссия от знахарства также предполагает объединение человечества, однако предопределяет расово-”элитарную” систему глобального рабовладения во внутрисоциальной иерархии подавления свободы воли; рабовладения — бархатного по отношению к лояльным невольникам, и беспощадного как по отношению к ленивым невольникам, так и по отношению к непокорным ей свободновольным людям.

Как бы и когда ни умер Моисей, но Божьим промыслом пророк не мог уйти из жизни (или быть отстраненным от власти), ни при каких обстоятельствах, ранее того, как через него его спутникам и подопечным был передан достаточный объем информации для успешного осуществления предложенной Богом людям их праведной миссии в мировой истории. Бог не насилует даже Истиной вопреки данной Им же свободной воле. И, получив Откровение через Моисея в первый год пребывания в пустыне под его руководством, древние евреи имели возможность выбора своей миссии в истории, дабы непреклонно следовать единственной из них вне зависимости от того, с ними Моисей или он ушел из жизни. В ходе бунта, описанного в главе 14 книги Числа, они сами отказались от предложенного им, тем самым приняв на себя по умолчанию иную миссию, не провозглашенную открыто и противную первой. И только по причине предоставления людям Свыше свободной воли была возможна и реально свершилась подмена Истинной миссии — ложной миссией, выдуманной египетским знахарством.

Важную роль в событиях синайского “турпохода” играет манна. Кто желает, может не верить в её историческую реальность, и полагать сообщения о ней выдумкой. Но пусть и он тоже представит, как изрядной численности социальную группу лишают возможности свободного, т.е. бесконтрольного и бесцензурного общения с иными культурами; создают условия, в которых она не имеет необходимости заниматься производством материальных благ для обеспечения своего существования; на этом фоне изоляции и обеспечения всем готовым — целеустремленные наставники, которые контролируют жизнь этой группы, осуществляют пропаганду вполне определенных идей; эти условия поддерживаются неизменными в течение времени, за которое вымирает первое поколение, помнящее по своему личному опыту начало этого эксперимента и предшествующую ему жизнь в труде; а у второго поколения, которое трудового опыта уже не имеет, но еще отчасти помнит рассказы первого поколения о прошлой трудовой жизни, успевают вырасти взрослые дети; это уже третье поколение, которое выросло в искусственной культуре кочевого концентрационного лагеря, и его представители не знают ничего, кроме того, чему научили их наставники, чью пропаганду они только и слышали с самого рождения.

Это всё по своей социальной сути полностью соответствует синайскому “турпоходу”, в том виде, как он описан в Библии. Если манну небесную от Бога сменила манна земная из житниц египетских храмов, доставляемая в зону “турпохода”[46] по заранее согласованному маршруту и распределяемая под наркозом или гипнозом; если, даже манна небесная выдумка, то за прошедшие тысячи лет многие поколения иудеев, читая Пятикнижие, осознанно и бессознательно отождествляли себя с участниками описанных в Библии событий. И так они входили в роль носителей миссии, выдуманной для них цензорами и редакторами Библии. Манна небесная и все события, в том виде, как они описаны в Библии, стали объективной исторической реальностью для психического мира большинства из них, вне зависимости от того, как протекали события — первооснова текстов — в вещественной реальности прошлого.

То же относится и ко многим поколениям христианского большинства, окружающего еврейскую диаспору в Библейской цивилизации: они, осознанно и бессознательно внимая Библии, входили в социальные роли, соответствующие придуманной для христианского большинства миссии. Естественно, что придумщики мисси для христианского большинства — те же самые хозяева общебиблейского канона и культуры в Западной региональной цивилизации и они позабоитлись о том, чтобы каждая из миссий взаимно дополняла другую в осуществлении глобальных целей знахарей полноты концепции, а не её разрозненных и изолированных фрагментов.

Исторически реально же на место хозяев общебиблейского канона есть единственный претендент — клановая система иерархии жречества Амона древнего Египта, выродившаяся в своекорыстное знахарство и укрывшаяся в колене Левия, выделенном в качестве священнической “элиты” среди остальных колен Израиля. А реальные и вымышленные факты, относимые в Библии к деятельности Иосифа Иаковлевича, Моисея и Христа распределены знахарями от Амона по сконструированному ими религиозному и историческому общебиблейскому мифу, на основе которого на протяжении двух последних тысячелетий (совместно с талмудическим дополнением к Ветхому Завету для иудеев) воспроизводится из поколения в поколение нравственность и психика людей, сообразно каждой из выдуманных миссий народов в мировой истории.

Дармовая манна в течение сорока лет и пропаганда идей расовой исключительности в условиях отсутствия от рождения необходимости трудиться для поддержания жизни, — это и есть то опьянение, о котором говорится в «сказке» А.С.Пушкина «до пьяна гонца поят, и в суму его пустую (см. Числа, 14:23) суют грамоту другую.» Тем не менее сказанному неотъемлемо сопутствует вопрос: Но ведь манна была и в первый год, до этого эпизода, когда по утверждению настоящего обзора всё шло под водительством Божьим, осуществлявшемся через Моисея? В чём разница воздействия манны ДО и ПОСЛЕ рассматриваемого эпизода в книге Числа?

Однако разница действительно имеет место. И это каждый, при желании и определенной подготовке, может проверить на личном опыте. Повседневная житейская суета, работа утомляет подавляющее большинство людей. Мысли их полны житейских проблем, на фоне которых подавляющее большинство людей просто психологически не во состоянии освоить новое знание, переосмыслить прошлое и свои задумки и надежды в отношении будущего. Если гнет житейской суеты с человека снять, то тем самым ему предоставляется свободное время, в течение которого он может (если действительно того хочет) освоить новое знание, переосмыслить на его основе свои прежние представления о жизни вообще и свое личное прошлое, в частности; пересмотреть свои задумки и пожелания в отношении будущего.

Выход в пустыню и Дар Небесный — манна — и были такого рода снятием груза житейских проблем с психики целого племени. Год и один месяц (Числа, 1:1) — срок вполне достаточный, чтобы воспринять основы нового знания о Мироздании и роли человека в нём, о предназначении каждого человека в жизни всего человечества, и чтобы переосмыслить свои собственные прошлое и намерения на будущее. Без бремени житейской суеты за срок около года вполне можно целенаправленно свершить свое нравственное и этическое преображение. Бог не возлагает на людей невозможного, и определенно по истечении этого срока евреям был предложен Исход из пустыни для осуществления миссии распространения Торы, но они сами пошли на поводу у подстрекателей и отказались от предложенного им Свыше.

И только после этого их отказа жизнь в пустыне превратилась для них в кочевой концлагерь:

●  полная изоляция от общения с другими культурами;

●  одуряющее воздействие безделья;

●  одуряющее воздействие пропаганды от рождения идей расовой исключительности и вседозволенности по отношению к другим народам.

И по завершении психобработки в кочевом концлагере, на выходе из него, — племя–биоробот — инструмент агрессии, с запрограммированной нравственностью и пониманием добра и зла, отличающими его во всех своих классовых группах от остального человечества. Сказанное ярко иллюстрирует стихотворение Владимира Леви, автора таких популярных в свое время книг по вопросам психологии и аутотренинга, как “Искусство быть собой”, “Разговор в письмах”, “Нестандартный ребенок”, “Везет же людям…”:

Sapiens[47]


Я есмь
не знающий последствий
слепорожденный инструмент,
машина безымянных бедствий,
фантом бессовестных легенд.
Поступок — бешеная птица,

Слова — отравленная снедь[48].

Нельзя, нельзя остановиться,
а пробудиться — это смерть.


Я есмь
сознание. Как только
уразумею, что творю,
взлечу в хохочущих осколках
и в адском пламени сгорю.


Я есмь
огонь вселенской муки,
пожар последнего стыда.
Мои обугленные руки
построят ваши города.


Исторически зафиксированный и документированный в Библии поучительный пример массовой зомбификации уклоняющихся от исполнения их объективной миссии в Истории. В сравнении с тем, что произошло в Синайском кочевом концлагере, нынешние стенания интеллигенции об угрозе применения психотронного оружия и зомбирования населения, заставляют напомнить пословицу: Снявши голову, по волосам не плачут, после чего многим следует пристально вглядеться в зеркало.

И этот же пример указует на способ обретения как личной, так и общенародной абсолютной защиты от зомбирования: Ни при каких обстоятельствах не уклоняться от объективной миссии в жизни общества, которая есть предложенная Свыше наилучшая из множества возможных миссий.

Чтобы не быть голословным в утверждении о подмене истории евреев миссии нести Тору в её истинном виде всем народам миссией порабощения всех народов без исключения и истребления несогласных с нею (даже не своих интересах, а в интересах анонимного знахарства библейской концепции организации жизни цивилизации), не в первый уже раз приведем общебиблейскую доктрину построения глобальной расово-”элитарной” рабовладельческой цивилизации. Условное название[49] её по цитируемым основным библейским источникам — Доктрина “Второзакония–Исаии”:

«Не отдавай в рост брату твоему ни серебра, ни хлеба, ни чего–либо другого, что возможно отдавать в рост; иноземцу отдавай в рост, чтобы Господь Бог твой благословили тебя во всем, что делается руками твоими, на земле, в которую ты идешь, чтобы овладеть ею.» — Второзаконие, 23:19, 20, в библейской орфографии. Слова «чтобы овладеть ею» относятся не к тогдашнему обетованию Палестины, поскольку в древности она была захвачена военной силой; они относятся ко всем прочим землям, в которые входят иудеи и сохраняют себя в качестве еврейства, несущего культуру ростовщического паразитизма по этикету и церемониалу, вне зависимости от сохранения ими вероисповедания или его утраты.

Речь идет не о том, является ли паразитом тот или иной еврей конкретно, речь идет о статистике, во множественности которой есть место и паразитам, и созидателям вне зависимости от их происхождения, и о распределении этой статистики между еврейством и народами Земли: т.е. среди кого паразиты встречаются чаще и живется им вольготнее.

Паразитические культуры (будь они национальными или мафиозными) выражают себя в занятии их носителями сфер деятельности с монопольно высокими доходами, а также сфер деятельности, обладающих иного рода “престижностью” (и в этом случае необходимо перераспределение доходов в пользу престижных, но не доходных видов деятельности через “общину” — “котел–общак” — паханами–руководителями). В Ветхом Завете читаем пример для подражания паразитам: «Сынов же Израилевых Соломон не делал РАБОТНИКАМИ (выделено нами), но они были его воинами, его слугами, его военачальниками и вождями его колесниц и его всадников.» — 3 кн. Царств, 9:22.

Но это — только намек на расово — “элитарное” государство. В Талмуде он разработан уже до тезиса о прямом предопределении божьем:

«Явился Господь Бог и измерил землю и отдал иноплеменников во власть израильтян. Так как дети Ноя не исполнили 7 заповедей, то Господь Бог отдал все их имущество израильтянам.» — цитировано по книге “Нравственное богослове евреев–талмудистов”, пер. с нем. протоиерея А.Ковальницкого (СПб, 1898 г., репринт без выходных данных 1991 г.) с. 7, со ссылкой на талмудический трактат Баба кама.

Талмуд также неоднократно отрицает человечное достоинство тех, кто живет вне иудо–талмудического вероисповедания: «Семя человека — не–еврея есть семя животного»; «только евреи люди, другие же народы имеют свойства зверей, происходят от животных.»[50]; «Дома гоев — дома животных»; «Женщина не еврейка есть животное.» — А.Ковальницкий, с прямыми ссылками на многие талмудические трактаты.

Со времен заточения в пустыне во времена фараонов до наших дней иудаизм проповедует кланово–племенную замкнутость для его носителей: «и не отдавать дочерей своих иноземным народам, и их дочерей не брать за сыновей своих.» — Неемия, 10:30; «земля, в которую вы входите, чтобы наследовать ее, осквернена сквернами иноплеменных земли, и они наполнили ее нечистотами своими. И теперь не отдавайте дочерей ваших в замужество за сыновей их, и их дочерей не берите за сыновей ваших, и не ищите мира с ними ВО ВСЕ ВРЕМЕНА (выделено нами), чтобы укрепиться вам и вкушать блага сей земли и оставить ее в наследие детям вашим навек.» — 2 кн. Ездры, 8:80 – 82. «И будешь господствовать над многими народами, а они над тобою не будут господствовать.» — Второзаконие, 28:12, текст восстановлен по переводу 70 толковников после цензурного изъятия из канона иерархиями посвященных. «Тогда сыновья иноземцев будут строить стены твои и цари их — служить тебе; ибо во гневе Моем Я поражал тебя, но в благоволении Моем буду милостив к тебе. И будут всегда отверзты врата твои, не будут затворяться ни днем, ни ночью, чтобы приносимы были к тебе достояние народов и приводимы были цари их. Ибо народ и царства, которые не захотят служить тебе, — погибнут, и такие народы совершенно истребятся.» — Исаия, 60:10 – 12, все цитаты в традиционной библейской орфографии.

Христианские Церкви настаивают на священности этой мерзости, а канон Нового Завета, прошедший цензуру и редактирование еще до Никейского собора (325 г. н.э.), от имени Христа провозглашает ее до скончания веков: «Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков. Не нарушить пришел Я, но исполнить. Истинно говорю вам: доколе не прейдет небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполниться все» — Матфей, 5:17, 18. Так создается единая взаимно дополняющая свои разные фрагменты общебиблейская система программирования психики в соответствии с придуманными для народов их миссиями в мировой истории.

Талмуд разъясняет все это более определенно:

«Лучший из гоев достоин смерти.» — Абода зара, 26, в, Тосафот.

И.Б.Пранайтис, ксендз, в прошлом профессор еврейского языка в Императорской Римско–Католической академии в СПб, комментирует: «Эта фраза очень часто повторяется в различных еврейских книгах, правда не одними и теми же словами.»

«Кто тщится оказывать добро акуму (не–иудею), тот по смерти не воскреснет!» — Зогар, 1, 25, б.

«Нельзя еврею учить акума чему–нибудь.» — Иоре деа, 154, 2.

«Обмануть гоя дозволительно.» — Баба кама, 113, в.

«Имущество гоя — это незаселенный уголок: кто первый им завладеет, тот и хозяин.» — Баба батра, 54, 16.

«Если будет доказано, что такой–то трижды изменил Израилю или был виновником того, что капитал из рук еврея перешел в руки акума, ищи способа и случая стереть его с лица земли.» — Гошен гаммишпат, 388, 15.

«Дозволяется, по Торе, давать акуму взаймы под лихвенные проценты. (…) Теперь, впрочем, это дозволительно во всяком случае.»

Выдержки из Талмуда цитированы по книге И.Б.Пранайтиса “Христианин в Талмуде еврейском или тайны раввинского учения о христианах.”, Ташкент, 1911 г., изданной на русском языке в связи с “делом Бейлиса”.

Если называть исторические явления их сущностными именами, то это расовая доктрина, несущая:

●  всеобщее зомбирование идеологией паразитизма расовой “элиты” на труде “иноплеменного” рабочего быдла;

●  геноцид в отношении всех без исключения не согласных с нею.

И существо этой доктрины не менялось со времен канонизации Ветхого Завета до последних редакций Талмуда; хотя цензурные изъятия и имели место, но они также не устраняли её существа, а только скрывали от непосвященных — тех кому ею уготован геноцид или участь рабочего быдла — наиболее откровенные декларации об устремленности её хозяев к построению расовой глобальной системы рабовладения.

И она не является досужим теоретизированием контингента психбольницы. Она целенаправленно проводится в жизнь с моменты исхода евреев из пустыни. В частности в России в течение последнего столетия: после 1917 по 1937 г. были не зверства анонимного меньшевизма[51], взявшегося неизвестно откуда, а геноцид в России был организован на основе доктрины марксизма–троцкизма–ленинизма, классики коей были евреями; а в списке организаторов и иерархов общегосударственной власти тех лет евреи подавляли числено всех прочих; а среди “прочих” высших чиновников преобладали женатые на еврейках (об институте жен и любовниц влияния было сказано ранее); сам же марксизм–троцкизм был светским атеистическим выражением этой доктрины, приспособленным для её осуществления в период господства в обществе материализма и безверия; так же и антисоветская ростовщическая контрреволюция после 1985 г. имеет всё то же библейско–талмудическое содержание и осуществляется теми же средствами и инструментами на основе бионосителя вида Человек разумный.

Лицемерам и невеждам, не знающим смысла ни реальной ветхозаветной доктрины о “расе господ”, ни истории её становления и экспансии, всем отвергающим как клевету многочисленные свидетельства о ритуальных убийствах иноверцев иудаизмом, отрицающим еврейский расово — “элитарный” характер государственных переворотов 1917 г., 1953 г., 1985 г. в России и стенающим о геноциде в отношении евреев в погромах до 1917 г. в России и в годы “гитлеризма” в Европе и т.п. — должно узнать и понять и обращенную к евреям сторону отсебятины и выдумок иерархии посвященных, восходящей корнями к египетским знахарям социальной магии:

«Игнорирующий слово раввина подлежит смерти» (трактат Эрубин, 21:2), ибо у раввината есть претензии на то, что «слова раввина суть слова Яхве живого» (трактат Беррахот, 44:201:4).

“Шекельгрубер” — в переводе на русский — сборщик шекля–налога, взимаемого с иудеев раввинатом и его хозяевами с целью общакового мафиозного перераспределению в пользу тех, кто занят в малодоходных но значимых для еврейства отраслях и для оплаты шабес–гоев. Шекельгрубер это — должность в еврейской “общине”. Дедушка А.Гитлера носил фамилию Шикльгрубер (особенность транслитерации: “е” или “и” могут заменять одна другую), которая и определяет существо “гитлеризма”. Когда, с началом кризиса в ХIX веке традиционных религиозных культов, среди еврейского населения Европы стала проявляться устойчивая тенденция к необратимой ассимиляции с нееврейским населением, то это было массовым игнорированием слов раввинов, за которое хозяевами иудаизма установлено наказание — смерть.

Поскольку мировая революция по марксистско–троцкистской доктрине перманентной революции с целью завершения глобальной экспансии была сорвана деятельностью В.И.Ленина (заключил Брестский мир и разрядил тем самым нагнетание революционной ситуации в Европе) и преемственной деятельностью И.В.Сталина (с 1907 г. утверждал «творческий марксизм», т.е. развивающийся, а не догматический, по какой причине, отойдя от зомбирующих догм Библии и её светской модификации — мрак–сизма — выдвинул доктрину построения социализма и коммунизма сначала в одной отдельно взятой стране), то глобальные знахари социальной магии запустили в действие аварийный сценарий.

Полуправда о еврействе и его миссии в мировой истории, оглашаемая Гитлером, создала ему массовку, а сопутствующие ей лживые по существу умолчания обрекли бездумную массовку “расы господ” на поражение, разочарование и на подневольность по завершении аварийного режима анонимным знахарям и программистам глобального сценария. Агрессия Гитлера против СССР, в наилучшем с точки зрения глобальных знахарей варианте осуществления, позволяла отстранить от государственной власти в СССР Сталинское крыло партии и передать власть недобитой троцкистской оппозиции. После этого возможно было бы возобновить процесс перманентной революции, прерванный Брестским миром. Но Сталинизм в СССР устоял, по какой причине реставрацию “социализма” по–троцкистски в СССР пришлось отложить до начала перестройки[52], знаменательно начатой в год сорокалетия совместной победы Сталинизма, троцкизма и западной демократии над гитлеризмом.

А.Гитлер, как и должно исполнительному шекельгруберу, организовал сбор шекля с непослушных — в полном соответствии с предписаниями высших в иерархии. По всей Европе еврейство платило этот шекль своими жизнями[53]. Никаких преступлений перед узурпаторами внутрисоциальной власти в библейской цивилизации А.Гитлер не совершал. Именно по этой причине его имени не было в списке обвиняемых в Нюрнбергском процессе над военными преступниками ни заочно, ни “посмертно”. И это отсутствие имени А.Гитлера среди обвиняемых в Нюрнбергском процессе символично и знаменательно. В исторически недостоверном фильме–символе “Падение Берлина”, сценарий которого редактировал И.В.Сталин лично, сам он, в белых одеждах, говорит прямо: Гитлер сбежал от суда народов. Хотите верьте И.В.Сталину, знаменательности фамилии “Шекельгрубер” и отсутствию её в списке нюрнбергских обвиняемых; хотите верьте официальной версии об убийстве А.Гитлера и опознании его обожженного черепа: это — право читателя. Кроме того, в 1989 г. в прессе США проскользнуло сообщение, со ссылками на очевидцев, что Гитлер, Ева, адъютант Гитлера своевременно покинули Германию, обосновались в Чили и жили среди индейцев. Ева и адъютант умерли в середине 1950‑х в ходе эпидемии, а Гитлер был жив еще в 1989 г., и индейцы о нем заботились и оберегали; звали они его доктор Адольфо, а он лечил их детей, которых очень любил. Повторное сообщение об этом же было опубликовано в России в журнале “Всемирные новости”, № 4/5, 1995 г. На основе сопоставления с этим сообщением других публикаций на тему исчезновения живого Гитлера из рук союзников можно придти к выводу, что оно действительно имело место под покровом глобальной операции прикрытия: от общеизвестного обгорелого трупа до нескольких псевдогитлеров с ближайшим окружением, которых видели в разное время в Чили, Аргентине, Бразилии.

Шекельгруберовщина — “гитлеризм” — осознанное порождение политики хозяев надгосударственных банковских кругов, которые употребили Гитлера в осуществлении их геополитической программы именно такими методами, поскольку с момента публикации “Майн кампф” они оказывали ему щедрую финансовую поддержку, естественно не афишируя её. То есть в банковских кругах на Гитлера смотрели как на своего “человека”. Кроме того, в США были опубликованы материалы некогда секретного расследования, проведенного по приказанию канцлера до–аншлюзовской Австрии Долфуса, убитого в ходе прогитлеровской попытки государственного переворота. В них сообщается, что в ходе расследования была установлена возможность кровно–родственных связей между А.Гитлером и банковским кланом Ротшильдов: А.Гитлер — внебрачный внук австрийского Ротшильда (Р.Эпперсон “Невидимая рука. Введение во Взгляд на историю как на заговор)”, гл.24, 13‑е издание, США, 1992 г.; русское издание СПб, “Образование и культура”, 1996 г.).

Шекельгруберовщина — “гитлеризм” — знаменует собой то, что ветхозаветно–талмудическая доктрина о вседозволенном господстве над народами Земли иудейской “элиты”, по отношению к самой “расе господ” — блеф, низводящий возомнивших о себе как верующих в неё, так и беззаботных бездумных потребителей своего статуса[54] многочисленных “бен–израэлей” — иудеев — до состояния, подобного животным, некогда уничтожавшимся в жертвоприношениях Иерусалимского храма.

Глобальный биосферно–экологический кризис и множество сопутствующих ему внутрисоциальных проблем — следствие технико–технологического “прогресса” за последние две тысячи лет. Технико–технологический “прогресс” под кнутом ссудного процента опережает нравственное развитие цивилизации, существующей в ростовщической удавке. Так, что М.Рац прав: попытки выдумать и навязать народу миссию в истории до добра не доводят. Это исторически реальная миссия еврейства в мировой истории, но приписывать её самоубийственность для цивилизации благому Божьему промыслу, на наш взгляд богохульно.

Но коли библейская миссия выдумана и навязана, подменив собой истинную миссию, объективно предложенную Свыше, то тем самым выдуманная миссия, при её осуществлении, объективно порождает необходимость миссии сдерживания и искоренения из жизни мерзостной отсебятины древнего жречества Египта, деградировавшего до безоглядности и безответственности знахарства. Эта альтернативная миссия, объективно необходимая человечеству для жизни, и её нет причин выдумывать: Её суть необходимо просто понять и осуществить ко благу всех народов, угнетаемых на протяжении тысячелетий общебиблейским паразитизмом.

Но поскольку М.Рац ничего внятного по этой проблематике не высказал, то это означает, что он объективно работает на Доктрину “Второзакония–Исаии”, будучи сам её жертвой и тупым[55] орудием. Как справедливо указали братья А. и Б.Стругацкие в “Жуке в муравейнике”, нормы общечеловеческой этики не распространяются на биороботов в то время, когда те ведут боевые действия против людей.

И в свете сказанного, то историческое явление, которое стоит за словами «Политика формирования открытого общества» (так М.Рац назвал свою статью), есть по существу политика формирования общества, открытого для неограниченной деятельности международной мафии–зомби по осуществлению целей общебиблейской расовой рабовладельческой доктрины, навязанной социальными магами древнего Египта. Таковы “реалии”, от которых уклонились зомби–аналитики. Но людям такая политика вредна и потому должна быть подавлена и искоренена в исторически коротки сроки.

Теперь можно вернуться к статье Лилии Шевцовой “Российская власть опять на перепутье. Номенлатурная сделка или санитарная чистка?” Статья начинается вопросами:

«Напряженность в российских политических кругах усиливается. Сегодня, как и в 1993 г., речь идет прежде всего о следующем: в каком направлении двинется политический режим? к “сильной руке”? какой именно олигархии удастся закрепиться? сохранится ли поле для ограниченной демократии?

Шаги, которые предпринимают отдельные группировки, заставляют ставить и другие вопросы: возможен ли компромисс между основными силами в переходный период, который может начаться уже при Ельцине? или нынешним параличом власти воспользуется одна из группировок? Насколько реальна устрашающая верхи угроза, исходящая от генерала Лебедя? насколько устойчива российская система власти и сможет ли она вынести грядущие встряски?»

Эти вопросы — заурядный образец, той ахинеи, которой отечественная журналистика, после 1991 г. замусоривает коллективное сознательное и коллективное бессознательное России. Такая ахинея из года в года пятнает газетные развороты. В ней не меняется по существу ничего, кроме фамилий тех, кого воспринимают в качестве мнимых и реальных угроз стабильности очередного правящего режима: Сначала Ельцин — угроза Горбачеву; потом Руцкой и Хасбулатов — угроза Ельцину; за Руцким еще кто–то; теперь очередь дошла до Лебедя и Чубайса, как возможных персон № 1, следующего режима. Но никто из них не угроза доктрине “Второзакония–Исаии” со всеми вытекающими для России последствиями.

Вся их борьба и борьба поддерживающих их массовок — возня мелочных рвачей и амбициозных слепцов и дураков, не способная вызвать ничего кроме молчаливой презрительной насмешки со стороны ныне живущих наследников организаторов синайского “турпохода”, тех, кто запустил тысячи лет тому назад процесс, из–под колпака которого не высунулся на протяжении столетий ни один российский политик, за исключением князя Святослава и Сталина; из–под контроля которых за тысячу лет после крещения Руси не вышло и ни одно массовое общественно–политическое движение.

Святослав, разгромив Хазарский каганат и будучи противником внедрения Библейского культа в России, создал условия для самобытного развития народов России–цивилизации. Он отрицал мерзостную доктрину, порожденную осатанелым “жречеством” древнего Египта, за что и был убит.

Даже если не вдаваться в подробности идеологии сталинизма, то вождь–жрец И.В.Сталин проводил политику планомерного снижения цен и планового ведения народного хозяйства во многонациональном государстве, взявшем курс на искоренение эксплуатации человека человеком. Это исключало возможность ростовщического вмешательства в экономику страны, а внешняя политика СССР исключала возможность затягивания ростовщической удавки на государстве в целом.

После убийства Святослава его сын от порочной связи русского князя с дочерью хазарского раввина из города Любеч (институт любовниц влияния в действии!!!) — “святой” «равноапостольный князь Владимир–креститель» 1000 лет назад ввел страну в плен древнеегипетского знахарства, разрушив Святославово наследие. Прошло почти 1000 лет прежде чем, Сталин освободил страну из этого плена. Но “элитаризовавшееся” окружение спесивого дурака Н.С.Хрущева ввело СССР в плен древнеегипетский сызнова. Околоельцинские группировки пытаются плен древнеегипетский закрепить конституционно в качестве нормы жизни для всех народов России, но испытывают проблемы, которые и видятся Лилии Шевцовой в качестве “перепутья российской власти”, а редакции “Независимой газеты” они же видятся в качестве «коллизии».

Реально же “коллизия” носит совсем иной характер: Страна обладает достаточным потенциалом, для того чтобы вырваться из древнеегипетского плена узурпаторов власти в Библейской цивилизации. И процесс очищения России от мерзостной Библейской доктрины идет своим чередом. Это объективный процесс, слагающий мировую историю. Процесс, поддерживаемый Свыше, и осуществляющийся через разрешение в его пользу всех ошибок и неопределенностей управления по Библейской рабовладельческой доктрине, которой тупо следуют себе на погибель демократизаторы России.

Первая редакция 28 февраля — 5 марта 1997 г.

Уточнения 23 апреля 1997 г.


## О “духовности” и “материальности” в региональных цивилизациях[56]

Прежде всего следует обратить внимание на то, что слова “материя” и “дух” — не придуманы нашей эпохой, а унаследованы ею от предков. Но ныне они понимаются, осмысляются несколько не так, как это было хотя бы в начале прошлого века. В то время слово “материя” по существу было “именем собирательным”, употреблявшимся для обозначения вещества в различных его агрегатных состояниях: от твердого до газообразного. “Дух”, особенно в повествованиях о призраках и явлениях бестелесных, также был словом для обозначения объективных явлений, однако не обладавших качеством вещественности = материальности.

Человек же по тогдашним воззрениям был существом трехкомпонентным, представляющим собой в жизни единство 1) вещественного тела, 2) духа и 3) души. При этом — в полноте тогдашнего контекста — объективности “духа” были свойственны субъективные особенности каждого из “духов”: Святой Дух, дух лжи, природные (стихийные) злые и добрые духи, неприкаянные духи конкретных живых и умерших субъектов, сказочные джины и т.п. Субъективные особенности духов определялись в зависимости от свойственного им информационного обеспечения поведения и деятельности каждого из них.

Следует иметь в виду, что наука тех лет, уже ступив на путь материалистического развития, однако не знала еще такого понятия, как “физическое поле”. Когда же понятие физического поля стало общеупотребительным, то все поля без исключения были отнесены к “материи”, которая до этого была обобщающим понятием по отношению исключительно к веществу в его различных агрегатных состояниях.

Следует помнить, что физические поля объективно существовали и в тот период исторического времени, когда наука не имела в своем арсенале понятия “физическое поле”, а также связанной с ним терминологии (лексики) и (внелексических) представлений–образов. Но поля существовали, человек сталкивался с их объективными проявлениями, и эти проявления полевой стороны бытия находили свое отражение в культуре. При этом, не будучи веществом, физические поля не попадали в то время в понятие “материя”, а их проявления относились к сфере “духовной” жизни Мироздания.

Чувствительность разных людей разная: люди, обладавшие качествами, которыми обладают те, кого ныне называют “экстрасенсами”, были и в те времена. Если большинство людей воспринимали объективно своими органами чувств только вещество, то малочисленные “экстрасенсы” могли непосредственно ощущать некоторые поля и их совокупности, т.е. они осознанно объективно видели, слышали, осязали духов; не-”экстрасенсы” непосредственно духов осознанно не воспринимали, но видели только воздействие полей на вещественные объекты без непосредственного контакта вещественных объектов между собой. И на основе этих вещественных проявлений деятельности духов (общефизических полей, несущих в себе образы, как несет образы вещество) “экстрасенсы” и не-”экстрасенсы” находили общий «язык».

Соответственно, в культуре каждого народа, каждой региональной цивилизации изначально возможно две ветви развития: во–первых, освоение и хранение навыков употребления в своих целях вещества; во–вторых, освоение и хранение навыков употребления в своих целях общефизических полей, и прежде всех прочих физических полей — той совокупности полей (ныне она называется “биополем”), которая свойственна живущему человеческому телу (биомассе–веществу), не подкрепленному вещественными техническими средствами, излучающими и/или воспринимающими те или иные общефизические (природные) поля.

Преобладание первого в культуре общества по существу можно назвать — “материальная цивилизация”; преобладание второго в культуре по существу можно назвать — “духовная цивилизация”.

Но есть еще и нечто третье, что объединяет в каждой цивилизации её “материальность” и “духовность”. Навыки обращения с этим третьим стали утрачиваться по мере того, как наука занялась “материализацией” духов — включением общефизических полей в философскую категорию “материя”, отказывая тем самым “духам”, несущим информацию (образы, внелексический смысл как таковой) в объективности их существования.

В итоге, о роли совокупности общефизических полей, свойственных живому человеческому организму, западная наука и практическая медицина не задумывались до самого последнего времени, пока порожденные бездуховной наукой Запада проблемы не взяли всех за горло, поставив под угрозу жизнь всего глобального биоценоза. Однако, до сих пор школьные и вузовские учебники по предметам биологической тематики, хотя что–то и сообщают о физиологии обмена веществ, но глупо молчат по всем вопросам физиологии полей живых организмов: излучение, поглощение и переизлучение общеприродных полей в их жизнедеятельности, а также и по вопросам взаимовлияния биогенных и техногенных полей как друг на друга, так и на жизнь всей биосферы.

Пока наука признавала объективность “материи” (вещества) и объективность “духа” (общеприродных полей), большинство людей понимало, что всякий образ, не является ни веществом, ни духом, но может быть запечатлен как в веществе, так и в духе; то же относится и к фиксации и выражению смысла, мысли — всего того, что ныне сводится в понятие “информация”. Мыслительные процессы человека сопровождаются излучением полей, и мысль, смысл, образ (и т.п. информация) может существовать в духе человека, не будучи выраженными им в веществе. Отказав “духу” в объективности существования, материалистическая наука молчаливо, негласно отказала в объективности и смыслу (информации), который, будучи продуктом мыслительной — духовной (полевой) по её носителю — деятельности человека, изначально не вместился в понятие “общефизические поля”, как один из видов “материи”, в нынешнем понимании этого термина.

Мягко говоря, описанный нами только что “синонимический” переворот в терминологии общества (вещество + поля = материя, дух = 0)[57], сопровождавший научный прогресс в последние два столетия, нельзя назвать удачным. То есть, совершив этот терминологический переворот и навязав “бездуховную” терминологию, материалистическая наука разрушила прежнюю духовную культуру — культуру мировосприятия и мышления, — безусловно обладавшую многими недостатками и извращениями, но заместила её еще более ущербной духовной культурой, не способной описать полевую сторону жизни и заодно утратившей представление об информационных процессах в обществе и в Мироздании.

После того, как свершился этот терминологический переворот, опустошивший смысл многих слов, потребовалось достаточно продолжительное время, чтобы обнуленная в современной нам терминологии составляющая “духа”, под давлением обстоятельств, нашла к концу ХХ века свое выражение в признании материалистической наукой:

●  объективности существования во Вселенной нематериальной информации и также нематериальных систем кодирования информации[58];

●  и в робко высказываемых предположениях, что Вселенной в целом и многим её фрагментам свойственен разум и мышление, и как следствие — объективно допустимая и объективно порочная этика и общевселенская “иммунная система”, обеспечивающая пресечение подрывающего гармонию Вселенной поведения субъектов–объектов, представляющих собой малые её части.

И когда древние говорили об одухотворенности вещества (“материи” в тогдашней терминологии), то они были правы, поскольку нет вещества, которое не представляло бы собой “сгустков” (квантов) полей, “склеенных” и пронизанных другими полями. А нарушение полевых процессов в живом организме, может быть не менее убийственно, чем нарушение в нём обмена веществ, его телесной целостности, структуры и формы.

Мировосприятие и мышление это информационные процессы, протекающие в человеческом организме на полевых носителях, свойственных вещественным структурам человеческого тела. Даже восприятие осязаемого — это полевой процесс, а не механический: в организме нет кинематической передачи раздражения в мозг (рычагов и шестеренок), а есть некоторое количество разнородных “волноводов”, по которым распространяются в организме общефизические поля в их совокупности.

Соответственно, если употреблять современную терминологию, то культура духовная — это накопление и передача от поколения к поколению навыков:

●  нетехнического восприятия общефизических полей, несущих информацию;

●  навыков преобразования этой информации (культура мышления);

●  навыков излучения (с осмысленной целью воздействия человека как на себя самого, так и на другие объекты–субъекты в Мироздании) свойственных человеческому организму полей, несущих информацию также, как и воспринимаемые им поля (в этом суть самообладания и управления собой и обстоятельствами вокруг).

Таким образом духовность в обществе людей обуславливает “вещественность”. Короче говоря, если нематериальный образ не запечатлен в духе, то он не будет запечатлен и в мраморе.

Духовность формируется в настоящем на основе прежней духовности под воздействием текущего состояния “вещественности” и в совокупности с нею предопределят будущее в его духовной и “материальной” (вещественной) составляющих. Так духовная культура настоящего, обусловленная всем прошлым историческим путем[59], предопределяет будущее состояние “материальной” — овеществленной культуры[60] в частности. Но текущее настоящее — это единственный миг, в который можно и должно изменить в духовной культуре те её свойства, которые подавляют благоносность “материальной” (овеществленной) и “духовной” ветвей культуры будущего, обрекая тем самым множество людей на бедствия, возможно что в преемственности многих поколений.

Исторически реально так сложилось, что Библия и с нею связанные догмы стали кандалами на духовной культуре Запада, наложившими запрет на недогматические тематику и образ мышления, а также и на духовные практики[61]. В этих условиях и развивалась материальная культура. В итоге на Западе сохранилось господство нравственности и этики борьбы за жизненное пространство и обладание ресурсами[62], свойственных пещерным временам, но подкрепленное не личностной телесной и духовной силой и координацией возможностей варвара начала эры, а техноэнерговооруженностью современности, не мыслимой для войн каменного и бронзового веков.

Соответственно, с точки зрения европейцев, “варвары” — все отстающие от Евро–Америки в области техники и технологий добычи и обработки вещества; с точки зрения Восточной Азии, “варвары” — все, кто не умеет владеть своим духом и ответственно за последствия вести себя в вещественном мире.

Россия же может понять и ту, и другую точку зрения, поскольку россиянам — наряду с их достижениями в обеих сферах деятельности — свойственны проявления каждого из названных видов варварства, на которые многие могут взглянуть с точки зрения самобытной культуры региональной цивилизации России, не являющейся ни Азией, ни Евро–Америкой («Евро-» в данном случае не только «Европа», но и «еврейство» диаспоры, через которое осуществляется управление Евро–Американской региональной цивилизацией в целом, которую обычно принято называть «Запад»).

На Востоке (в Индии, в Китае, в Японии) первенствовала духовная культура, многими нравственными и этическими соображениями ограничивавшая развитие (материальной) овеществленной культуры. По этой причине развитие техники и техногенной среды обитания в этом регионе планеты не привело к тому, что энерговооруженность обогнала развитие нравственности и этики в обществе, как это случилось на Западе и в России. До самого конца ХIX века злонамеренность на Востоке вынуждена была опираться преимущественно на свои силы, а не на усилители, в которых овеществлены новейшие достижения научно–технической мысли. Восточным традициям свойственен отбор кандидатов на освоение духовных практик и отсев признанных недостойными по их нравственным и этическим качествам для прохождения высших ступеней, что отчасти и защитило Восточно–Азиатские общества от злоупотреблений духовными практиками. Но желающие злоупотреблять духовными практиками столетиями устремляются с научно–технически передового Запада на Восток, дабы, обманув социальные запреты восточных традиций, войти в тамошние исторически сложившиеся системы обучения и посвящений, чтобы вынести знания и навыки на Запад.

Последнее позволяет понять особенность исламского региона планеты, культуре которого свойственна более строгая черта, чем культурам Восточной Азии: Ислам изначально налагает ограничения прежде всего на злоупотребление духовными практиками: В Коране многократно сообщается, что все чудотворения совершались пророками исключительно с дозволения Бога и/или по Его прямому повелению дать знамение. Никакой отсебятины в области магии — духовных практик — истинные пророки не совершали; отсебятина в духовных практиках способна нарушить гармонию Мироздания еще в большей мере, чем технико–технологический прогресс, опережающий нравственное и этическое развитие общества; и прежде всего — “развитие” нравственно и этически объективно порочных групп и личностей в составе общества.

Отличие исламского Востока от ведического Востока в том, что открытие человеку возможностей к освоению духовных практик (а также ограничения на доступ к ним объективно порочных) в Восточной Азии находятся в ведении внутрисоциальных традиционных институтов (типа орденов и братств Запада), доказавших свою жизнеспособность в течение столетий; в Исламе же открытие путей к освоению духовных практик — исключительная прерогатива Бога: в таком понимании суфии и прочие мистические ордена и братства, занятые духовными практиками в мусульманском регионе планеты, — это не естественное выражение исламской культуры, а вкрапления в неё духовной культуры Запада и Восточной Азии.

Также следует вспомнить, что многие, столкнувшись с информационным бумом последних десятилетий, тонут в волне информационного мусора и не могут сами быстро выявить жизненно необходимой им информации в «плюрализме мнений», представляющем собой совокупность неопределенностей. По этой причине они становятся невольными заложниками подчас еще более невежественных “авторитетов” — толкователей «плюрализма мнений» — неспособных, однако, разрешить неопределенности без того, чтобы не вызвать катастрофу.

Это приводит к вопросу о том, что духовная культура должна нести в себе средства различения — в темпе течения событий — каждым человеком жизненно необходимой ему и другим информации, от вредоносной помехи и бесполезного шума, порождаемых в обществе авторитетными толкователями и попугаями от журналистики и педагогики.

Традиционные духовные культуры Восточной Азии сложились до этого информационного бума, но оказались не готовыми к нему. Когда человечество только подходило к эпохе “информационного взрыва” в первой половине ХХ века, Китай и Япония в своей традиционной культуре не нашли средств для продолжения своего самобытного развития в глобальном взаимодействии с обществами прочих региональных цивилизаций.

В Китае это выразилось в том, что он попытался решить проблемы своего развития и взаимоотношений с глобальным обществом на основе марксизма. Вследствие ущербности марксистских воззрений (крутой материализм и бездуховность, приведшие к ложным воззрениям в политэкономии[63] и управленчески неприемлемой постановке основного вопроса философии[64] Китай зашел в тупик, задачу выйти из которого и поставил шестой пленум ЦК КПК четырнадцатого созыва[65], обратившись к тематике соотношения и взаимной обусловленности “духовности” и “материальности” в жизни одного и того же общества.

Япония, также как и Китай, в первой половине ХХ века совершила ошибку в своей политике: она ввязалась в союз с марионеточным нацизмом, пришедшим к власти в Германии, вступила в войну против Запада, в которой не могла победить за отсутствием реальных союзников. Она смогла сохранить после неё свою традиционную духовность и культуру общественного самоуправления во многом благодаря СССР, чье руководство не позволило “лидерам” Запада посадить на скамью подсудимых японского императора в качестве военного преступника в процессе, аналогичном Нюрнбергскому.

Причина этого лежит в том, что Восточно–Азиатские учения о духовных практиках ничего не говорят о различении необходимого и ненужного, а учат воспринимать всё происходящее, как должное — “карма”.

В статье «”Вторая Европа” или “Третий Рим”?» с подзаголовком «Интуитивные прозрения гуманитария»[66] А.С.Панарин предлагает и России идти по пути расхлебывания “кармы”, вызревающей в жизни каждого общества, предлагает молчаливо подражать Азиатскому Востоку. Им особо оговорено, что: «Дистанцирование от Запада, экспортирующего деморализующий постмодерн прежде модерна, предполагает, естественно путь на Восток. Не экзотический Восток теократий и мусульманского фундаментализма, а новый, Тихоокеанский Восток, доказавший свою способность овладеть Просвещением, не впадая в декаданс.»

Если бы он не предлагал молчаливо расхлебывать “карму”, то он не отказался бы априори — загодя невежественно и слепо — от анализа смысла духовной культуры “экзотического Востока теократий и мусульманского фундаментализма”.

Тогда, возможно он увидел бы ключ к еще одной духовной практике, данный в Коране, и не используемый с того времени ни одной из господствующих духовных практик[67]: «О те, которые уверовали! Если вы будете благоговеть перед Богом, Он даст вам Различение и очистит вас от ваших злых деяний и простит вам. Поистине Бог — обладатель великой милости!» (Коран, 8:29). «А когда спрашивают тебя рабы Мои обо Мне, то ведь Я — близок, отвечаю призыву зовущего, когда он позовет Меня. Пусть же и они отвечают Мне[68] и пусть уверуют в Меня, — может они пойдут прямо!» (Коран, 2:182). «Бог не меняет того, что (происходит) с людьми, покуда люди сами не переменят того, что есть в них»[69], — так объясняется в Коране, сура 13:12, трагичность происшествий в жизни многих личностей и обществ.

Если очистить каноны Ветхого и Нового Заветов от привнесенной в них самодурственной отсебятины, своекорыстных извращений лежащих в их основе истинных Откровений, то выяснится, что все пророки учили одной и той же религии, но в разное время и разные народы. Различия между религиями, в основе которых лежат вероучения истинных пророков, известные из истории и современности, — либо внешне видимые различия в обрядности, либо — следствие извращения Откровений, цензурных изъятий и дополнения текстов Писаний отсебятиной.

Соответственно, очищение в настоящем духовной культуры от самодурственной отсебятины, унаследованной от прошлого, — путь в счастливое будущее.

Первая редакция 12 февраля 1997

Уточнения 23 апреля 1997


## Коллективное сознательное и бессознательное в процессах общественного самоуправления


Существование индивидуального[70], т.е. свойственного человеческой отедельной личности сознательного и бессознательного, ощутимо и более или менее понятно каждому человеку. Многие согласятся с существованием коллективного сознательного — «общественного сознания» в привычной марксистской терминологии — под которым понимается вся совокупность информации в обществе, осознаваемой всем множеством людей. Сложнее обстоит дело с восприятием и осознанием кем либо из индивидов факта объективного существования коллективного бессознательного, а тем более смысла несомой им информации, поскольку каждый из людей — несет в своей психике только какую–то весьма малую долю коллективного сознательного и бессознательного.

Тем не менее, всякое множество людей (толпа и народ в том числе) несет в себе коллективное сознательное и бессознательное и управляется им. По существу несет в себе информационные модули определенного смысла, распределенные своими различными фрагментами по иерархически организованной психике каждого из множества разных людей[71], а эти модули предопределяют процесс самоуправления коллектива, поскольку людям во множестве свойственна общность, во–первых, культуры, а во–вторых, по характеристикам их биополей. То есть информационный обмен, являющийся существом процессов управления и самоуправления, в обществе носит как минимум двухуровневый характер: биополевой и через средства культуры (виды искусств, средства массовой информации, науку и образование).

Коллективное сознательное и бессознательное в таком его понимании, как объективного информационного процесса, поддается целенаправленному сканированию и анализу, поскольку обрывки информационных модулей так или иначе находят свое выражение в произведениях культуры разного рода: от газетно–туалетной публицистики, до фундаментальных научных монографий, понятных только самим их авторам и нескольким их коллегам. Один человек или аналитическая группа в состоянии систематически сканировать (по–русски — просматривать) множества публикаций и высказываний разных людей по разным вопросам, выбирая из них фрагменты функционально–целостных информационных модулей, принадлежащих коллективному сознательному и бессознательному. В такого рода перекачке информации из коллективного бессознательного в индивидуальное и коллективное сознательное — одна из множества сторон процесса общественной жизни, развития в обществе культуры — овеществленной и духовной. Если этот процесс протекает устойчиво и бесконфликтно между сознательным и бессознательным (как индивидуальным, так и коллективным), то это можно назвать устойчивым развитием.

После анализа состояния коллективного сознательного и бессознательного, на него возможно оказать воздействие в субъективно избранном направлении его изменения, преследуя определенные цели, если сгрузить в него информацию, объективно соответствующую, во–первых, целям и во–вторых, информационному состоянию общества. Такое воздействие может быть произведено вопреки долговременным жизненным интересам большинства; вопреки тому, как большинство понимает и выражает свои жизненные интересы; но сделать это возможно, если люди не умеют, а главное и не желают, защитить свое коллективное поведение от своего же коллективного сознательного и бессознательного, и агрессивного воздействия на него сторонних сил.

Коллективное бессознательное и сознательное, если признавать объективность информации, — своего рода информационное домино. Каждая мысль, в большинстве её выражений имеет начало и конец. Перед нею может встать[72] иная мысль, которую первая объективно будет продолжать; но может найтись и мысль, продолжающая первую. И каждая из них может принадлежать разным людям. И есть некий “информационный магнетизм”, о природе которого мы в этой работе говорить не будем, но вследствие которого, как и в настольном домино, в информационном домино коллективного сознательного и бессознательного есть возможные и невозможные соответствия завершений и начал мыслей. Отличие только в том, что возможные соответствия “завершение информационного модуля — продолжение его иным информационным модулем” в информационном домино не однозначно. Но кроме того неоднозначность продолжений в информационном домино вызвана и тем, что в этом сплетении мыслей и их обрывков участвует множество людей одновременно, оттесняя своими мыслями мысли других. Но в отличие от настольного домино, где определенная по составу группа игроков плетет только одну информационную цепь, в коллективном сознательном и бессознательном плетется множество информационных выкладок[73] одновременно как из завершенных мыслей, так и из обрывочных, порождаемых разными людьми на уровне биополевой общности и на уровне средств культуры.

Какие–то информационные выкладки могут замкнуться концом на свое же начало, иллюстрацией чего является известное многим повествование: «У попа была собака. Он её любил. Она съела кусок мяса — он её убил, вырыл яму, закопал, крест поставил, написал: “У попа была собака… и т.д.”». Если так построенное кольцо недоброй информационной выкладки коллективного сознательного и бессознательного устойчиво, то оно может работать в режиме нескончаемых кругов ада.

Всякое кольцо информационной выкладки может поддерживаться относительно немногочисленным подмножеством людей, и процессы в нем происходящие не способны увлечь остальное большинство, если в него нет открытых входов для завершений чужих мыслей и открытых окончаний ему свойственных, к которым могли бы пристроиться сторонние начала мыслей и завершения. Либо же открытые входы–выходы есть, но в информационной среде общества отсутствуют необходимые проставочные информационные модули (информационные мосты меж данным информационным кольцом–цепью и другими иерархически взаимовложенными информационными кольцами), которые могли бы соединить открытые входы–выходы со всеми прочими информационными выкладками коллективного сознательного и бессознательного.

Именно по этой причине заглохли демократизаторские преобразования в России: узок круг демократизаторов; страшно далеки они от пахарей, рабочих и прочих работящих, которым нет до демократизаторов конкретного дела; и варятся демократизаторы в собственном соку и грызутся между собой…

Узок и круг нацистов в России… И им — только на символике да на не переосмысленных идеях, некогда внедренных в чужое государство, разгромленное прошлыми поколениями россиян, — не объединиться с пахарями, рабочими и прочими работящими.

Но может случиться так, что какая–то информационная выкладка, поддерживаемая также весьма небольшим числом людей, содержит в себе множество завершений собственных, открытых для присоединения чужих начал, и ответных продолжений чужих завершенных мыслей и их обрывков (аналогом этого в настольном домино являются кости–дуплеты, лежащие поперек цепи костяшек). Такая информационная выкладка может замкнуть на себя каждодневную деятельность почти всего общества. И направленность общественного развития, свойственная такого рода выкладке информационных модулей в коллективном сознательном и бессознательном, определит дальнейшую жизнь общества. Вне этого процесса останутся разве что те, кто поддерживает кольцевые информационные кандалы для самих себя, в которые нет открытых входов, и из которых нет открытых выходов для завершений и начал мыслей остального большинства людей.

Может случиться так, что в какой–то информационной выкладке есть разрыв и не достает всего лишь одного доброго слова, чтобы она стала благоносной программой управления общественным развитием со стороны коллективного бессознательного или сознательного.

Но может случиться и так, что одного неосторожного обрывка мысли достаточно, чтобы в коллективном бессознательном и сознательном заполнить разрыв в какой–то информационной выкладке, и тем самым дать старт действию какой–то программы общественного самоуправления, которая способна уничтожить плоды многих тысячелетий развития культуры.

Поэтому, памятуя об информационном домино коллективного сознательного и бессознательного, его управляющем воздействии на течение событий, человеку должно быть аккуратным даже в собственных обрывках сонных мыслей, а не то что в мысленных монологах перед своим «Я» или в громогласной работе на публику в кампании друзей или в средствах массовой информации.

Если не ходить вокруг, да около, то духовная культура общества — это культура формирования информационных выкладок в коллективном сознательном и бессознательном. Какова культура — такова и жизнь общества. Нынешнее состояние России и история её последних нескольких столетий при таком взгляде говорит о господстве в повседневности крайне извращенной и загрязненной духовной культуры. Впрочем, это относится и к остальным модификациям толпо-”элитарной” культуры в ближнем и дальнем зарубежье, хотя там иная проблематика. Кто не согласен с этим утверждением о реальной[74] духовности России, пусть опровергнет слова апостола Павла: «И духи пророческие послушны пророкам, потому что Бог не есть Бог неустройства, но мира. Так бывает во всех церквах у святых.» Реальное состояние страны не отрицает хранимых ею высоких идеалов нравственности и зерен истинной духовности под грудой мусора и извращений, но является выражением распущенности, беззаботности и безответственности при известных высоких идеалах и притязаниях осуществить их в жизни.

Коллективное сознательное и бессознательное иерархически организовано: от семьи и группы сотрудников на работе до наций и человечества в целом. Эта иерархическая организованность имеет место в системе объемлющих взаимных вложений, каждомоментно меняющих свою структуру и иерархичность. Это подобно матрешке, но отличие от реальной матрешки в том, что, если вскрыть самую маленькую “матрешку” в коллективном сознательном и бессознательном, то в ней может оказаться любая из её объемлющих больших со всеми другими, поскольку человек — часть Мироздания, отражающая в себя всю Объективную Реальность в её полноте и целостности.

Возможно, что кто–то, после прочтения работ классиков западного психоанализа конца XIX — первой половины ХХ века, задастся вопросом, а следует ли отходить от их воззрений на коллективное и индивидуальное сознательное и бессознательное, как разгула стихии эмоций и инстинктов в поведении отдельных людей и их множеств?

При ответе на этот вопрос следует иметь в виду, что отказ от понятийного и терминологического аппарата, свойственного традиционным школам психологии, совершен не вследствие воинствующего невежества, встревающего со своим мнением в дискуссию профессионалов.

Во–первых, “эмоциональные оценки” — по их существу примитивизированные отражения на уровень сознания больших по объему информационных модулей, свойственных иным, информационно более мощным уровням психики, которые просто не вмещаются в сознание как целостность в темпе течения событий, и которые тем не менее несут определенный смысл и предопределяют направленность поведения на их основе. Поскольку инстинкты и эмоции в конечном итоге это — определенная информация, лежащая в основе поведения человека и множеств людей, то сохранение эмоционально–инстинктивной терминологии при обсуждении коллективного сознательного и бессознательного это — молчаливое уклонение от вопроса о смысле управленческой информации, на основе которой оно воздействет на общество.

Во–вторых, классические школы психологии, рассматривающие общественные процессы исходя из вопроса о воздействии на их течение коллективного сознательного и бессознательного, сформировались до того, как в жизни глобальной цивилизации произошло одно важное качественное изменение. Оно прошло вне их поля зрения и понимания, поэтому попытка понять и предвидеть общественные процессы в современности на основе взглядов классиков психологии и психоанализа, выраженных в конце XIX — первой половине ХХ века — предопределенно обречена на ошибочные выводы.

Дело в том, что все прикладные психологические тесты, построенные на основе воззрений классических психологических школ, не учитывают объективно свершившегося изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени[75], которое произошло во второй половине ХХ века, и в результате чего общество обрело новые свойства. Эти новые свойства возникают именно под давлением изменившегося соотношения эталонных частот биологического и социального времени, вследствие чего меняется мотивация и логика поведения множества людей. Соответственно, прежние психологические тесты оказываются не чувствительными ко многим общественно опасным психологическим явлениям, но на их основе выдаются ошибочные рекомендации, прежде всего в области подбора и расстановки кадров.

С проблематикой коллективного сознательного и бессознательного связана еще одна сторона функционирования информационных систем. Из теории управления известно, что в функционировании больших информационных систем проявляется взаимная дополнительность 1) принципов, реализующихся в них по провозглашению (это определено непосредственно так…), и 2) принципов, реализующихся в них же по умолчанию (это — само собой разумеется, и хотя определённо не провозглашено, но введено опосредованно и определено, через объективные причинно–следственные обусловленности существования системы в окружающей её среде).

При этом возможны системы, представляющие собой своего рода “троянского коня”: провозглашаемые при их построении принципы в реальном их функционировании подавляются принципами, введенными в них же по умолчанию и не провозглашенными прямо: они “само собой разумеются”, но… по–разному создателями системы и ее потребителями.

В силу ограниченной информационной емкости носителей и ограниченной мощности средств передачи и обработки информации невозможно построить информационную систему, в которой бы не было информации, введенной в неё по разного рода умолчаниям. Заказчик любой системы должен это понимать и позаботиться о том, чтобы система умолчаний, принятая разработчиком не противоречила “само собой разумению” заказчика.

Человеческое общество в своем историческом развитии представляет собой также систему, информационным процессам в которой свойственна взаимная дополнительность информации по оглашению и информации по умолчанию. Причем взаимное соответствие информации по умолчанию и информации по оглашению в суперсистемах, к классу которых принадлежит общество, определено не однозначно, а множественно и описывается статистическими закономерностями.

Но распределение информационного обеспечения самоуправления общества по категориям “умолчания” и “оглашения” в человеческом обществе определяют взаимоотношения коллективного сознательного, в которое попадают все оглашения, и коллективного бессознательного, в которое попадают все умолчания, а многие оглашения проявляют себя не однозначно, попадая в те или иные информационные выкладки.

Кроме того следует иметь в виду, что как в психике каждого человека существует внелингвистический уровень обработки информации в неких субъективных образах, так и в коллективном сознателльном и бессознательном также существует внелингвистический уровень, также принадлежащий к умолчаниям и управляющий оглашениями.

Первая редакция 18 декабря 1996

Уточнения 23 апреля 1997


## Суфизм и масонство: в чём разница?


Пресса последних десяти лет так или иначе неоднократно обращалась к теме о роли масонства (жидомасонства) в Истории. Одни пытались убедить читателя в том, что без решения масонской ложи соответствующего уровня компетенции и её организационных усилий — в мире не свершится ни одно исторически значимое событие; другие — с ещё большим остервенением — доказывали, что вся деятельность в России пресловутого жидомасонства на протяжении последних трех столетий представлена исключительно несколькими горсточками бижутерии и прочей галантереи, употреблявшейся членами лож в их ритуалах и которые наши современники могут созерцать в Казанском соборе Санкт–Петербурга в экспозиции Музея истории религии и атеизма[76]. Тема суфизма в этой околомасонской полемике обычно не затрагивалась. Но вследствие того, что с распадом СССР Россия приняла на себя роль пособника Запада в его глобальном конфликте с народами, исповедующими ислам, в периодическую и книжную печать России стала проникать тема о роли суфиев и суфизма, как явления общественной жизни, обладающего значимостью не только в мусульманских регионах планеты. И из появившихся публикаций на тему о суфиях и суфизме возможно вынести мнение, что суфизм в коранической региональной цивилизации является аналогом масонства, действующего на Западе — в библейской региональной цивилизации, — тем более, что сами масонские авторы пишут о суфиях, как о масонах, действующих в исторически реальном исламе; а суфийские авторы, со своей стороны, указывают на то, что многие известные западные масоны были суфиями, а само масонство — ответвление суфизма[77]. Это приводит к вопросу: Соответствует ли мнение об идентичности масонства и суфизма исторической реальности прошлого и настоящего или же историческая реальность требует выработать содержательно иное мнение?

Начнем рассмотрение этой темы с общедоступного и обратимся к “Советскому энциклопедическом словарю” (изд. 1986 г.):

«МАСОНСТВО (франкмасонство) (от франц. franc macon[78] — вольный каменщик) религ. — этич. движение, возникло в нач. 18 в. в Англии, распространилось (в бурж. и дворянских кругах) во мн. странах, в т.ч. России. Назв., орг–ция (объединение в ложи), традиции заимствованы М. от ср. — век. цехов (братств) строителей–каменщиков, отчасти от ср. — век. рыцарских и мистич. орденов. Масоны стремились создать тайную всемирную орг–цию с утопической целью мирного объединения человечества в религ. братском союзе.[79] Наиб. роль играло в 18 — нач. 19 вв. С М. были связаны как реакц., так и прогрес. обществ. движения.»

«СУФИЗМ (от араб. суф — грубая шерстяная ткань, отсюда — власяница как атрибут аскета), мистич. течение в исламе. Возникло в 8 – 9 вв., окончательно оформилось в 10 – 12 вв. Для С. характерно сочетание идеалистич. метафизики с аскетич. практикой, учение о постепенном приближении через мистическую любовь к познанию бога (в интуитивных экстатич. «озарениях») и слиянию с ним. Оказал большое влияние на араб. и особенно перс. поэзию (Санаи, Аттар, Джалаледдин Руми[80]).»

Из сравнений обеих энциклопедических статей действительно кажется, что и масоны, и суфии — ушедшие в себя от социальных проблем мистики, между которыми вряд ли могут быть существенные различия в их роли в жизни соответствующих им культур; а по сообщаемому в каждой из статей видно, что ни те, ни другие “мистики” в наши дни не оказывают существенного влияния на жизнь “прагматиков”, составляющих подавляющее большинство населения планеты и, в частности, России.

О существе общественно управленческой роли, а не о “мистической” и “галантерейной” деятельности масонства в истории человечества и России в прошлом и в современности пресса и книжные издательства вынуждены были начать говорить только под давлением интереса политически активной части общества к этой теме, возникшего в ходе перестройки. В своем большинстве это были публикации, освещавшие многие ранее замалчиваемые факты и дававшие им правдоподобные объяснения, призванные погасить самодеятельные исследования этой проблематики (а также погасить и интерес к этой теме в обществе).

Однако суфизм всё это время по–прежнему продолжал оставаться второстепенной темой во всей оккультно–эзотерической тематике печати СССР и стран СНГ последних лет. Тем не менее на роль суфизма в истории России и в мировой истории всё же необходимо обратить большее внимание в связи с тем, что политика Кремля с момента начала вмешательства во внутренние дела Афганистана по существу поддерживает антиисламскую глобальную политику заправил Запада. Запад же не прочь защититься от Ислама мощью России, а от России — мощью Ислама, подобно тому, как в прошлом от притязаний империи Гогенцоллернов на передел колоний он защитился мощью империи Романовых, а от империи Романовых — мощью империи Гогенцоллернов; как от сталинизма защищался гитлеризмом, а от гитлеризма — сталинизмом. Соответственно современным обстоятельствам этот старинный сценарий переработан, а России в нём предуготована роль средства сдерживания и подавления того мирового общественного движения, на которое журналисты повесили ярлык «исламский фундаментализм». Абстрактно филологическое иноязычное пугало — «исламский фундаментализм», которое каждый, не знающий коранического учения, понимает по–своему из контекста, в котором его встречает, было изобретено, дабы не вступать на скользкий путь развенчания идеалов жизни людей на Земле, высказанных в Коране, которым, однако, далеко не всегда следуют и те народы, которые традиционно почитаются “мусульманскими” (в том числе и на территории Российской империи). При этом отступничество от того Ислама, которому учил Мухаммад, в регионах коранической цивилизации создает реальную фактологию на основе которой Западный обыватель воображает образ врага с ярлыком «исламский фундаментализм».

В справедливости сказанного здесь (а последнего утверждения в особенности) все могут убедиться на опыте нынешней бойни на территории Чечни, воплощающей принцип «ни войны, ни мира»[81]. Как известно, в ходе этой разборки, начиная с августа 1991 г., идеологических споров Кремля и Грозного не было: споры о государственном статусе того или иного региона или государственном обособлении народов — это не споры о существе идеологий.

Чеченские сепаратисты не предприняли ничего для пропаганды коранических идеалов даже среди чеченцев, а не то чтобы явить делом их правоту в среде противника и среди пленных (как того требует Коран), но беззастенчиво — безо всякого идеологического обоснования — употребляли многих пленных в качестве рабов. А кремлевские чиновники, со своей стороны, не предприняли ни одной попытки понять коранические идеалы, как таковые, дабы развенчать их, если они того заслуживают; либо же прямо обвинить чеченских сепаратистов в отступничестве от того Ислама, которому учил Мухаммад, так, чтобы чеченские сепаратисты одумались или же сгинули вследствие их собственного отступничества от Ислама.

В итоге действия вооруженных толп с обеих сторон (российского контингента[82] и чеченских “боевиков”) свелись к безыдейному бандитизму и жесточайшему взаимному уничтожению ради осуществления целей, неизвестных самим участникам событий, которых всё это время, по обе стороны фронта употребляли в тёмную по своему усмотрению заправилы глобальной политики. Однако ход нынешней бойни в Чечне заставил вспомнить события Кавказской войны России XIX века. При этом оказалось, что миновать тему суфизма — невозможно.

“Независимая газета” от 06.03.97 опубликовала статью Владимира Дегоева (д.и.н., профессор Северо–Осетинского гос. университета, Владикавказ) “Имам Шамиль. Избранник и жертва Кавказской войны.” В ней сообщается, что к началу XIX века горцы Кавказа жили родоплеменным строем на основе верований, названных В.Дегоевым «языческой религией»[83]. Жили они тем жизненным укладом, каким до того столетиями жили многие поколения их предков. «Нет оснований предполагать, что эта устойчивая, естественная и органичная среда жаждала преобразований[84]. Однако именно она стала их объектом, благодаря привнесенным извне идеям, с одной стороны, и выдающимся личностям с другой. Изначально эти идеи были связаны с суфизмом — интеллектуально элитарным течением в исламе, рассчитанным на избранных. Оно носило совершенно аполитичный характер, с явной примесью религиозного космополитизма. Суфизм проповедовал аскетический образ жизни, нравственное очищение человека, слияние его с Абсолютной Истиной (Богом). Он был красивой и заманчивой доктриной прежде всего для неординарных людей, почему мы и находим среди его приверженцев духовных отцов и главных персонажей Кавказской войны. Их взыскующий ум и дух пытались найти в суфизме ответы на трудные вопросы бытия. В ходе этих поисков обнаружилось, что в новом учении, с виду отвлеченном и безобидном, сокрыт огромный преобразовательный потенциал, с помощью которого можно изменить, усовершенствовать традиционное языческое общество, освободив его от того, что с точки зрения суфизма именовалось “пороками”, “безбожием” и “невежеством”. Но чтобы реализовать этот потенциал, нужно было сделать идеологию реформ привлекательной или хотя бы понятной для масс. Осознав это, предшественники Шамиля и он сам взяли из суфизма самую простую и непритязательную часть — шариат[85] — свод обрядовых, бытовых и правовых предписаний ислама, и соединили его с предельно элементарной концепцией газавата. Последняя важна была как практическое, основанное на принуждении, средство утверждения нового порядка. Что до глубокого духовного и философского содержания суфизма, то оно осталось уделом посвященных, к коим, кстати, причисляли себя, хотя и не всегда с должным основанием, вдохновители Кавказской войны. Они испытывали повышенный интерес к таинствам религии, но это был скорее личный, духовный интерес, чем политический. Все они, будучи прагматиками, слишком хорошо понимали, что им нельзя “официально” увлекаться эзотерическими премудростями: стоявшая перед ними конкретная цель требовала четкого разграничения между теорией и практикой.

Таким образом, высокая, сложная и во многом гуманистическая идея, как нередко случается, была не только упрощена до уровня, удобного для массового восприятия и массового употребления, но и опущена до инстинктов толпы, превращена в известном смысле в свою противоположность. В условиях Дагестана первой трети XIX в. завезенный туда суфизм классического образца эволюционировал в “политический суфизм”, по определению одного западного автора. (В более привычной терминологии — “мюридизм”[86].) Новая доктрина была удобна тем, что она обеспечивала идеологией, как внутренние реформы в горских обществах, так и войну против России.»

Так В.Дегоев описывает идейные основы противников России в Кавказской войне XIX в. Несколько далее он пишет и о России: «Россия пришла на Северный Кавказ со своей цивилизаторской программой и своей идеологией преобразований, в корне отличных от концепции исламизации. В каком–то смысле война Шамиля с русскими явилась выражением ожесточенного столкновения двух противоположных реформаторских идей.»

Мы привели два отрывка из названной статьи. В первом речь идет исключительно о суфизме. Если в нём заменить слово «суфизм» на слово «масонство», опустить конкретные имена и географические детали, то всё сказанное вполне можно принять за образчик масонской литературы, описывающей роль масонских систем посвящения и общественных деятелей–масонов в политической жизни какого–либо из государств Запада, живущего на основе Библии: всё, как и в масонстве, “элитарно”, “интеллектуально”, для “избранных”, но не для простых людей и т.п., и в результате утверждения толпо-”элитарности” «высокая, сложная и во многом гуманистическая идея» исторически обязательно обращается в свою устойчивую противоположность.

Однако в первом отрывке есть и некоторые особенности, которые связывают его со вторым отрывком в аспектах политики. Так В.Дегоев пишет в первом отрывке о суфизме как об учении «с виду отвлеченном и безобидном». Это подразумевает, что суфизм с виду — одно, а по существу — совсем другое: то есть не отвлеченное от жизни учение, и далеко не безобидное, по отношению к тем внутриобщественным силам, которые противостоят ему в жизни. Ответ же на вопрос: Какие силы, почему и как противостоят суфизму? — по существу есть ответ на скрытые во втором отрывке вопросы:

●  В каком именно смысле «война Шамиля с русскими[87] явилась выражением ожесточенного столкновения двух противоположных реформаторских идей»?

●  И в чем существо этих взаимно исключающих реформаторских идей в их жизненном выражении на протяжении всей прослеживаемой глобальной истории?

Но чтобы ответить на эти вопросы, необходимо понять прежде всего суть суфизма, что, как видно из ранее приведенных цитат, невозможно на основе публикаций о нём непричастных к суфизму “энциклопедистов”, историков и журналистов. Следует обратиться к писаниям самих суфиев.

Что писали в России о суфизме до 1917 г. и сохранилось после него, — лежит в библиотеках и недоступно большинству читателей без того, чтобы приложить героические усилия для доступа и поиска в фондах.

В бытность СССР из суфийской литературы достаточно массовыми тиражами издавались только различные сборники историй о мулле (молле, ходже) Насреддине и сказки “Тысячи и одной ночи” (некоторые из них были экранизированы, благодаря чему стали практически общеизвестны). В то время они не могли не подвергнуться “литературно–художественной” обработке, дабы устранить из сюжетов то, что было в явном конфликте с марксизмом и ханжескими нормами морали “интеллигенции” (“делателей культуры”), не всегда приемлющей простонародную культуру мышления и речи, а также и тематику и детали некоторых повествований, далеких от приукрашивания реальной жизни. При этом составители сборников и авторы предисловий и комментариев к ним не сосредоточивали внимание читателей на роли суфиев в создании и редактировании этого множества историй, хотя многие из них и знали об этом: всё выдавалось исключительно за плод народного ума, мудрости, художественного творчества и юмора. О суфийском воздействии на происхождение этого пласта культуры народов мусульманского Востока недвусмысленно сказано только в произведениях самих суфиев, изданных на русском языке преимущественно после 1991 г.

Таким образом получается, что народность историй о мулле[88] Насреддине и сказок “Тысячи и одной ночи”, которые действительно на протяжении жизни многих поколений являются и частью информационного обеспечения деятельности суфиев, отрицает высказанное В.Дегоевым утверждение о суфизме как об «интеллектуально элитарном течением в исламе, рассчитанном на избранных»: что–нибудь одно — либо народность, либо “элитарность” для избранных. И даже если реально в истории имела место не общенародность суфизма, то, как минимум, на протяжении веков в народе оказывалась широкая поддержка деятельности относительно малочисленной группы “профессиональных” суфиев, которых В.Дегоев отождествил с “интеллектуальной элитой”, по неизвестным причинам подверженной в течение столетий непреходящей “моде на суфизм”.

Но не приходится говорить о народном происхождении основополагающей масонской легенды о мастере, принявшем участие в строительстве храма Соломона и убитом своими завистниками, которая известна на Западе только в “элитарных” кругах общества и среди посвященных в регулярное легитимное масонство. Не входит она и в народный цикл сказок “Тысячи и одной ночи”, хотя библейский Соломон (Сулейман) почитаем и в мусульманском мире как один из праведных мусульман.

То есть, в отличие от масонства, противопоставившего себя простонародью иерархией “элитарных” посвящений, в случае исторически реального суфизма имеет место нечто совсем иное — объединяющее представителей внешне различных социальных групп в этом явлении общественной жизни преимущественно мусульманских стран и отрицающее тем самым “элитарную замкнутость” и самопревознесение “элиты” над простонародьем, способной иногда к проявить покровительственную снисходительность самодовольного барина к простому рабочему человеку.

Чтобы показать, о чем идет речь, обратимся к суфийской литературе: Идрис Шах “Сказки дервишей” (Москва, “Гранд”, 1996, пер. с англ.):


Три учителя и погонщики мулов.
Абд аль-Кадир пользовался такой необыкновенной известностью, что мистики всех вероисповеданий стекались к нему толпами, и у него неизменно соблюдалась традиционная манера поведения. Благочестивые посетители располагались в порядке очередности, определяемой их личными достоинствами, возрастом, репутацией их наставников и тем положением, которое они занимали в своей общине.
Посетители также немало соперничали друг с другом из–за внимания султана учителей Абд аль-Кадира. Его манеры были безупречны, и невежественные или невоспитанные люди не допускались на эти собрания.
Но однажды три шейха из Хоросана, Ирана и Египта прибыли в Дарх со своими проводниками — неотесанными погонщиками мулов. Шейхи возвращались после хаджа (паломничества в Мекку). В пути их до последней степени измучили грубость и несносные проделки проводников. Когда шейхи узнали о собрании Абд аль-Кадира, мысль о том, что скоро они избавятся от своих проводников, обрадовала их не меньше, чем предвкушение предстоящего лицезрения великого учителя.
Шейхи подошли к дому Абд аль-Кадир, и он, против своего обыкновения вышел к ним навстречу.
Ни единым жестом приветствия не обменялся он с погонщиками мулов, но с наступлением ночи, когда шейхи в темноте пробирались в отведенные для них покои, они совершенно случайно стали свидетелями того, как Абд аль-Кадир пожелал спокойной ночи их проводникам, а когда те почтительно прощались с ним, даже поцеловал им руки. Шейхи были изумлены и поняли, что эти трое, в отличие от них самих, скрытые шейхи дервишей. Они последовали за погонщиками и попытались завязать с ними беседу, но глава погонщиков грубо осадил их:
— Идите прочь с вашими молитвами, бормотаниями, вашим суфизмом и поисками истины. Тридцать шесть дней мы выносили вашу болтовню, а теперь оставьте нас в покое. Мы — простые погонщики и ко всему этому не имеем никакого отношения.
Такова разница между открытыми суфиями и теми, которые только подражают им.


“Еврейская энциклопедия” и такие авторитеты по хасидизму, как Мартин Бубер, отмечали сходство хасидской школы с испанскими суфиями, имея в виду хронологию и близость учений.
Это сказание, в котором фигурирует суфий Абд аль-Кадир из Гилана (1077 – 1166 гг.), входит также в жизнеописание рабби Злимелеха, который умер в 1609 году.
Абд аль-Кадир, прозванный “королем” (и точно такой же титул носил Злимелех), был основателем ордена Кадирия.


Чисто внешне Абд аль-Кадир принадлежал к высшей социальной “элите” и в этом “элитарном” качестве он превосходил трех шейхов, также принадлежавших к “элите”. Погонщики — чисто внешне — принадлежали к грубой неотесанной черни, причем к её низшим неквалифицированным слоям, занятым вне тонких ремесел и высоких технологий того времени. Нет сомнений, что погонщики были суфиями. И Абд аль-Кадир, также будучи суфием, с полным уважением общался с суфиями погонщиками. Но были ли трое шейхов, которых сопровождали погонщики, сами суфиями или они только воображали в самомнении, что они есть истинные суфии?

На этот вопрос может быть два взаимно исключающих ответа:

●  суфиями были только погонщики, и внешне выражается[89] это в том, что они отказались обсуждать суфизм и его проблемы со спесивыми шейхами–воображалами, в действительности чуждыми суфизму.

●  суфиями были и шейхи, и погонщики, но погонщики обладали более высокими степенями посвящения, по какой причине присекли попытки иерархически низших шейхов влезть в дела более высоких иерархов, для скрытного осуществления каких–то своих целей внешне прикинувшихся неотесанными погонщиками.

С точки зрения регулярного масонства Запада правильным является второй ответ. Из литературы противников масонства[90], исследовавших вопрос об организации его деятельности, известно, что иерархия масонских посвящений имеет 99 ступеней, вся полнота которых употребляется однако не во все исторические эпохи. Некоторые степени посвящения сохраняются пустыми, в качестве резерва управленческих возможностей системы в целом. По такой структуре ячеек возможно классифицировать и разложить основную массу психологических и мировоззренческих типов личностей, составляющих общество в каждую эпоху, что и создает информационную (и психологическую) основу для замыкания всей деятельности общества непосвященных на масонские структуры посвящений и обеспечивает тем самым незаметное для невнимательной и бездумной толпы управление обществом через масонские структуры со стороны хозяев системы посвящений.

Известно, что высшие степени масонских посвящений доступны только при принадлежности к масонству предков претендента на протяжении нескольких поколений: это своего рода низкочастотный фильтр, препятствующий проникновению антимасонской агентуры на высшие ступени властной иерархии в системе. Действие его основано на том, что дети, внуки и прочие потомки первого поколения проникших в систему чужих агентов и диверсантов, будучи воспитанными в информационной среде системы, скорее всего уже будут лояльными к ней, а некоторые из них даже станут её убежденными сторонниками и активными деятелями в обществе.

Также известно, что со 2 по 33 степень иерархия пропускает всех получивших первую степень посвящения, вне зависимости от их этнической (или расовой, кровнородственной) принадлежности; выше 33 степени иерархия пропускает только евреев; выше 66 степени из числа евреев иерархия пропускает только раввинов (для повышения скрытности деятельности системы, некоторая часть раввинов, предназначенная для употребления в темную, должна оставаться вне системы посвящений, дабы с чистой совестью без лицемерия активно отрицать факт её существования). Это ещё один низкочастотный фильтр отстройки системы управления обществом через масонство от кровно и идеологически чуждого вторжения в иерархию с целью взятия её под контроль.

Что и как происходит на уровнях иерархии близких к 99 степени и выше, источники умалчивают. Те кто, неспособен измерять историческое время столетиями и тысячелетиями и не в состоянии посмотреть на жизнь национальных обществ и глобальной цивилизации на интервалах времени такой продолжительности с точки зрения хотя бы теории “автоматического управления”, развитой в её технических приложениях[91], то сказанное здесь о принципах организации регулярного масонства Запада, ему конечно покажется вздором, особенно если он не стремится к мировому господству сам, понимая недостижимость его в течение предстоящего ему срока одной человеческой жизни (или по иным причинам). Тем не менее, история помнит имена тех, кто стремился к мировому господству и пытался достичь его в течение срока жизни и передать завоеванное своим наследникам, в предположении, что они смогут его удержать в преемственности поколений.

Последнее качественно меняет дело: Необходимо только сместить акценты. Достижение мирового господства в течение срока человеческой жизни становится необязательным, поскольку господства должны достичь потомки–наследники зачинателей проекта; но в течение жизни каждого поколения подвластная область должна необратимо расширяться до самого момента завоевания безраздельного мирового господства. Последующим поколениям предстоит поддерживать устойчивость глобальной системы безраздельной власти.

При таком подходе к проблеме завоевания мирового господства описанная иерархия посвящений представляет интерес для устремившихся к мировому господству, поскольку принятая в ней система фильтрации при прохождении посвящений, работоспособна и обеспечивает при смене поколений защиту высших масонских должностей от вторжения противников или конкурентов (конечно, если те сами не действуют на основе более дееспособных систем организации коллективной деятельности в обществе); а статистически редкие одиночки противостоять ей не могут, поскольку в своем большинстве имеют дело только с её внешне видимыми фрагментарными проявлениями и не видят её в целом.

Каждому поколению участников, описанная система в её устойчивом применении в преемственности поколений[92], создает — на всем протяжении их жизни — “уверенность в завтрашнем дне”[93]. Какой бы конкретный смысл они ни вкладывали в эти слова, но при устойчивом осуществлении проекта завоевания мирового господства они год от года живут лучше, чем прежде в избранном ими смысле слова “лучше”, поскольку пребывают на вершине социальной пирамиды в безраздельно подвластной им расширяющейся области, становящейся по существу их вотчиной, в которой они управляют распределением доступного продукта и свободного времени. Это и создает уверенность в завтрашнем дне на протяжении всей жизни каждого из членов преемственной в поколениях команды, что во многом обеспечивает им психологический комфорт и непреходящее “житейское счастье” в некотором смысле этих слов, в зависимости от клановой принадлежности каждого и соответствующих клану степеней посвящения.

И даже если литература, из которой взято ранее приведенное описание, содержит и заведомо ложную информацию, то ложь относится уже к мелким “секретным” деталям, до которых так охоч суетливый поверхностный ум, пропуская главное — системообразующие принципы осуществления всемирного жидомасонского заговора, которые лежат почти открыто, но вне понимания толпой их функционального предназначения и значимости в жизни непосвященного большинства.

Если у кого–то встает вопрос о том, почему принадлежность к еврейству, а евреев к раввинату являются необходимыми санитарными рубежами системы масонских посвящений (т.е. почему не масонство, а жидомасонство; а среди жидомасонства раввиномасонство?), то ответ на этот вопрос состоит в том, что масонство Запада осуществляет не неопределенную религиозно–этическую “деятельность вообще”, как об этом сообщает “Энциклопедический словарь”, а вполне определенную деятельность в масштабах планеты по осуществлению библейской доктрины построения единого глобального расово-”элитарного” государства. Хозяева Библии — зачинатели проекта завоевания мирового господства методом культурного сотрудничества (и их наследники) — роль расовой “элиты” отвели евреям (жили в каменном веке рядом с алчными иерархами Египта), а роль “интеллектуальной элиты” расы господ отвели раввинату (в кланы которого вошли сами[94]). Все остальные должны либо быть лояльными к этой системе и обслуживать её как в целом, так и иерархически высшие общественные группы в особенности, либо подлежат уничтожению, как недостойные “совершенства”[95] такой социальной пирамиды.

Это — открыто лежащая “тайна” социологии, вероучения религиозных и светских культов в региональной цивилизации библейского Запада. Эта “тайна” представляет собой своего рода “невидимые грабли”[96], об которые разбили свои головы многие из благонамеренных политиков и простых людей в течение примерно трех последних тысячелетий.

Кто является хозяевами Библии и системы управления обществом в целом, включая и библейскую расу “господ” и раввинат (её интеллектуальную “элиту”), естественно, в Библии не сказано. Вопрос об идентификации этого коварного “Никто”[97], действующего в Истории уже несколько тысяч лет, хронологически лежит в добиблейских временах и не входит в тематику настоящей работы, хотя некоторые стороны этой темы и были затронуты при рассмотрении Синайского “турпохода” древних евреев.

Когда среди идеалов масонства называется «мирное объединение народов», то с одной стороны это — благообразный камуфляж и наркоз для привлечения в масонские структуры бездумно–доверчивой благонамеренной массовки, от безделья и скуки не знающей чем заняться; а с другой стороны это не совсем ложь, поскольку управляемые военные вспышки — это эпизоды, а не системное средство непрерывного применения. И потому их можно списать на деятельность некой “нелегитимной черной ложи”, и такому объяснению поверят подавляющее большинство лопухов в легитимном масонстве низших степеней посвящения. Системным же средством непрерывного применения является не грубая военная сила, а организованное трансрегиональное ростовщичество, предписанное евреям Библией (Второзаконие, 23:19, 20), однонаправленно перекачивающее платежеспособность из общества в корпорацию ростовщиков–заимодавцев. То есть Библия (что и отличает её от “Майн Кампф”, чей сатанизм для большинства не вызывает сомнений) — это не доктрина силового завоевания мирового господства, а доктрина скупки еврейством мира (вместе с легковерными, не желающими жить своим умом) на основе ростовщического господства над финансами в глобальных масштабах (Второзаконие, 28:12; Исаия, 60:10 – 12). Так что речь действительно идет о «мирном», в указанном смысле, объединении человечества в ростовщическом ярме довлеющего надо всеми наднационального глобального расово-”элитарного” государства.

Поскольку масоном на Западе можно стать и быть только пройдя посвящение и обретя тем самым легитимность в качестве масона определенной степени, то попытка интерпретировать приведенную сказку дервишей об Абд аль-Кадире, шейхах и погонщиках в масонской и околомасонской психологии статистически предопределенно возможна исключительно вторым способом: погонщики — высшие иерархи по отношению к шейхам–суфиям; или же они представители параллельной системы посвящений — “спецконтроля за спецнадзором” (своего рода “прокуратура” и “тайная полиция” в системе «разделения властей» внутри масонства).

Если же человек (не являющийся масоном) обладает знаниями, пониманием, способностями, соответствующими определенным стандартам масонских степеней посвящения, то для масонства он — ничто. Его следует употреблять “в темную” (в обход контроля его сознательного понимания целей и способов обращения с ним), если он избегает легитимного посвящения; он — самозванец (само–чинный узурпатор) в том случае, если ведет себя нелояльно к системе, и потому подлежит уничтожению[98]; а если он, даже пройдя посвящение, умышленно или по непониманию её сути (по своей благонамеренности) противоборствует легитимной масонской деятельности, то он также подлежит нейтрализации вплоть до физического уничтожения, истинные причины которой маскируются сопутствующими легко видимыми обстоятельствами[99].

Иначе складываются отношения среди суфиев. В книге “Суфизм” (Москва, “Клышников, Комаров и Ко”, 1994) Идрис Шах пишет:

«Суфием может оказаться ваш сосед, человек, живущий напротив вас, или ваша служанка; суфии могут быть богачами или бедняками, иногда они становятся затворниками.
Сторонний наблюдатель не может осуществить полноценное исследование суфизма, ибо оно предполагает непосредственное участие, подготовку и опыт. Суфии написали громадное количество книг применительно к различным обстоятельствам, поэтому подчас они кажутся противоречащими друг другу и не могут быть понятыми непосвященными также еще и потому, что обладают скрытом смыслом. Чаще всего посторонние изучают их весьма поверхностно.

Одна трудность в попытках подхода к суфизму с помощью суфийских произведений, написанных на Востоке, была замечена многими учеными, предпринимавшими такие попытки, в том числе и проф. Никольсоном, который много работал, чтобы понять и сделать доступной Западу суфийскую мысль. Публикуя отрывки из некоторых суфийских произведений, он признает, что “очень большое количество этих произведений являются совершенно особыми уникальными, поэтому подлинный их смысл открывается лишь тем, кто обладает ключом к шифру, в то время, как непосвященные понимают все либо буквально, либо вообще ничего не понимают”.[100]» — с. 40, 41.

В этом контексте “суфий” и “посвященный” — синонимы, вследствие чего из приведенного отрывка возможно понять, что необходимо пройти систему обучения суфийскому образу мировосприятия, мышления и выражения мыслей, после чего станет доступным полнота смысла суфийской литературы. И это возможно отождествить с системой масонских посвящений и придти ко мнению, что суфизм, как внутриобщественная система (система — носитель информации), по принципам построения аналогичен регулярному масонству Запада, отличаясь от него в деталях: количеством ступеней в иерархии, организацией фильтрации непригодных при переходе к высшим степеням посвящения и, возможно, концепцией внутриобщественной деятельности[101].

Но далее Идрис Шах пишет: «В обычной жизни некоторые формы понимания становятся доступными благодаря опыту. Человеческий ум является тем, что он из себя представляет, отчасти вследствие влияний, которым он подвергается, а также своей способности использовать эти влияния. Взаимодействие между влиянием и умом определяет собой качества личности. Суфии сознательно подходят к этому нормальному физическому и ментальному процессу[102]. Это приводит к более эффективным результатам; “мудрость” становится постоянной и не зависит больше от времени, эпохи и случая. <…>

По всем вышеупомянутым причинам было бы бессмысленным пытаться излагать суть суфийского мышления и деятельности в обусловленной или упрощенной форме. Абсурдность таких попыток суфии сравнивают с “поцелуями через посредника”. Суфизм может быть естественным (спонтанным), но он является также частью высшей формы эволюции человечества, причем сознательной формы. В тех обществах, где суфизм не проявлял себя именно в такой сознательной форме, не существует способов адекватной его передачи. С другой стороны, почва для такой передачи (частично литературной, частично описательной, частично наглядной и т.д.) уже подготовлена в других местах.
<…>

Упрощенного суфизма не существует, более того, он ускользает от тех неустойчивых людей, которые могут быть уверены в том, что им удастся понять его, постичь что–нибудь “духовное” с помощью того, что на поверку оказывается грубой и неэффективной способностью к восприятию. Не смотря на всю крикливость таких людей (а они часто оказываются именно такими), едва ли они вообще существуют для суфиев. <…> Суфизм предназначен не для особой части общества[103], ибо такой части просто не существует[104], но для определенной способности, скрытой в людях. Суфизм не существует там, где люди не активизируют в себе эту способность. Он содержит в себе и “суровую” и “мягкую” реальность, разлад и гармонию, яркий свет пробуждения и мягкую темноту стремления ко сну.» — “Суфизм”, с. 41, 42.

И на странице 49: «… суфий видит суфийское учение и вступает с ним в контакт в условиях любой культуры, подобно пчеле, которая собирает мед из разных цветов[105], но сама в цветок не превращается.»

Комментарий этой обширной цитаты начнем с главного: Человек способен понять и выразить суть суфизма в меру того, насколько он сам обладает качествами суфия.

Является он естественным (спонтанным, как пишет Идрис Шах) суфием, не прошедшим обучения и посвящений, или он является обученным суфием, для самих людей, обладающих качествами суфиев, — значения не имеет.

То есть в суфизме нет масонской проблемы легитимизации и нарушений легитимности самочинством непосвященных: если человек обладает качествами суфия, то суфизм объективно выражается в его жизни и деятельности и это видно другим суфиям (но не видно возомнившим себя суфиями без действительных к тому оснований); если не обладает, то вопреки громогласным заявлениям о своей приверженности суфизму, отсутствие качеств суфия у болтуна видно другим суфиям и они относятся к нему как к пустому месту или назойливо крикливому говорящему попугаю, — в зависимости от обстоятельств.

Если же кто–то настаивает на значимости факта легитимности посвящения для суфизма, то он не суфий, а масон в случае, если сам прошел посвящение; или же самонадеянный дурень и употребляется масонством в темную, если не прошел посвящения.

Это безразличие суфизма к масонской проблеме легитимности ясно видно и из сказки “Плотина”, приведенной Идрис Шахом в упомянутом сборнике “Сказки дервишей”. В ней речь идет о вдове и её детях. Как общеизвестно в определенных кругах, одно из иносказательных самоназваний масонов — «дети вдовы». Сюжет сказки в том, что некий тиран притесняет детей вдовы. Старший из братьев покидает семью и родные места, но не забывает о них. Обретя на чужбине определенное положение и способность поддержать свою семью, он оказывает братьям помощь через посредников–купцов, чьи караваны он посылает на свою родину. Проходят годы, прежний тиран умер, и старший брат возвращается к семье. Но младшие братья уже забыли его, и потому не признают своего брата. Они не верят, что он — их брат; не узнают в его описаниях свою мать, облик которой стерся из их памяти; не верят, что караваны купцов, обслуживанием которых они жили всё время до его возвращения, посылал он, таким образом оказывая помощь им опосредованно (чтобы избежать гнева тирана).

Старший брат предлагает им начать восстановление плотины, чтобы оросить и благоустроить землю, на которой они живут, а они отвергают это предложение и говорят, что будут ждать как и прежде прихода караванов, и не верят, что караваны больше никогда не придут, потому что их некому больше посылать в этот край. Тем временем новый тиран намеревается сызнова поработить братьев, по существу бездумно домогающихся от их старшего брата предъявления свидетельства о легитимности, отрицая всё то, что он для них сделал через своих посредников.

Из сказки вывод один: очень уж тупые, самонадеянные и упрямые «дети вдовы», упорно домогающиеся видимых “свидетельств легитимности”, не выходящих за пределы их ОГРАНИЧЕННОГО представления о Мире, невзирая на свидетельства самой жизни, даже когда над ними нависла угроза новой беспощадной тирании.

Свидетельства “легитимности”, выходящие за пределы их ограниченного представления о Мире они отвергают, трусливо и лениво избегая вдаваться в их существо[106]. На роль же старшего брата в иносказании этой сказки претендент один — суфизм; вдова и тираны также являются иносказательными образами исторически реальных явлений в жизни человечества в целом, а также и в жизни многих национальных обществ.

Сказанное о понимании и выражении суфизма людьми относится и к настоящему тексту: он настолько выражает суть суфизма и его особенности в сравнении с регулярным масонством Запада, насколько его авторы сами обладают качествами суфиев. Понят настоящий текст может быть вне осознанного следования определенным путем суфиев также ровно настолько, насколько не–суфий, столкнувшись в жизни с суфийской тематикой, способен вообразить в себе иную — суфийскую культуру мировосприятия, мышления, выражения мыслей, и внешне видимой деятельности, после чего сравнить её со своей прежней личностной культурой мировосприятия, мышления, выражения мыслей и деятельности.

Как можно понять из книги Идрис Шаха, способов ко вхождению в суфизм два:

●  обучение под руководством действительного суфия («Обучать суфизму может только суфий, а не теоретик и не интеллектуальный толкователь» — “Суфизм”, с. 97);

 «Человек развивается независимо от того, знает ли он об этом или нет. Жизнь едина, хотя в некоторых своих проявлениях она и кажется инертной. Если вы живете, значит вы учитесь. Те кто учится с помощью сознательных попыток научиться чему–либо, лишают себя возможности научиться тому, что дается им, когда они находятся в своем обычном состоянии. Некультурные (т.е. не обученные: наша вставка) люди часто обладают некоторой долей мудрости, потому что они не препятствуют влияниям самой жизни» — “Суфизм”, с. 343.

Короче: мудрость человека обусловлена не культурой, не образованием–обучением, а тем, насколько он сам не препятствует умудряющему влиянию жизни на него, в каких бы конкретных формах это умудряющее влияние жизни на него ни протекало.

Но второе — приводимый Идрис Шахом ответ одного из суфийских шейхов–учителей на просьбу пришельца стать его учеником. И в сборнике “Сказки дервишей” также содержатся истории, сюжет которых начинается внешне видимым отказом или отговоркой какого–либо суфия обучать пришельца, а завершается тем, что человек, некогда получивший отказ, со временем сам став суфием понимает, что именно с внешне видимого отказа или отговорки учителя и началось его целенаправленное обучение суфизму самой жизнью (“Торговля мудростью”).

Из такого рода реальных и сказочных сюжетов, содержащих отказы и отговорки суфийских учителей начать обучение суфизму кого–либо из пришельцев, можно понять, что и суфийский учитель — тоже часть самой жизни, в которой человек естественным образом способен войти в суфизм и сам.

И если человек — по своей отсебятине — не препятствует влиянию на него самой жизни: осмысляет происходящее как в его душе (в его внутреннем психическом мире), так и вокруг него (в физическом общем всем мире), то он естественным образом продвигается в своем развитии к суфизму. Вопрос только в сроке времени, по истечении которого он очнется в жизни в качестве истинного суфия. Максимум, что может сделать учитель в таком понимании вхождения в суфизм: указать ученику те моменты, когда тот — расщепившись своей душой — сам себе подставляет подножку или берет себя же за глотку и перекрывает кислород, чем и сдерживает свое продвижение в направлении стать суфием; либо же, будучи одержим собственной амбициозностью, упорствует и продвигается в противоположном от суфизма направлении.

Пример отношения суфиев к такого рода упорствующим в собственной амбициозности Идрис Шах приводит и в книге “Суфизм”:

«Однажды на Ближнем Востоке я стал свидетелем того, как один иностранный оккультист настойчиво расспрашивал суфийского шейха, страстно желая узнать, как он мог бы отличить суфийского учителя от обычных людей, и есть ли у суфиев какие–либо мессианские легенды, предвещающие возможность появления Руководителя, который сумел бы вернуть людей к метафизическому знанию. Шейх сказал: “Вам самому уготовано стать таким руководителем, и восточные мистики сыграют важную роль в вашей жизни. Не теряйте веру.” Позднее он повернулся к своим ученикам и сказал: “Он только за этим и приходил. Разве можно отказать ребенку в конфетке или доказывать лунатику, что он ненормален? В наши функции не входит воспитание невоспитуемых. Если человек спрашивает: “Как вам нравится мой новый пиджак?” — вы не должны отвечать, что он выглядит ужасно, если не можете подарить ему более хорошую вещь или привить хороший вкус в выборе одежды. Некоторых людей невозможно обучать.”»

По существу же шейх–суфий направил западного оккультиста–искателя[107], преисполненного самомнения, по пути, на котором тому предстояло одно из двух:

●  либо одуматься в борьбе с порождениями собственной его мессианской амбициозности и действительно стать скромным руководителем других людей;

●  либо тот обречен был свернуть себе шею, если не одумается своевременно и не избавится от своей гордыни и притязаний на деятельность превыше своих реальных возможностей.

На наш взгляд, указанный процесс отрезвления оккультиста, искателя приключений, можно было бы ускорить, если бы суфий сказал ему правду прямо, а не подыграл бы отстраненностью иносказания горделивой амбициозности пришельца, охочего до “элитарной” мистики.

То есть, хотя способов вхождения в суфизм два, но суть их одна и та же — обучение жизнью как таковой во всей её полноте. Каждый жизненный факт, с которым сталкивается человек — предложение (в “грамматическом” смысле этого слова) некоего Языка, обращенное к нему лично его Наивысшим Учителем — Богом. Вся жизнь — Язык, на котором Вседержитель обращается к каждому из людей, обучая их. Именно в этом и состоит суть язычества, в этом — языческие верования.

Тот, кто назовет это идолопоклонством или многобожием — либо запутавшийся в жизни человек, которому необходима сторонняя помощь, — либо злодей, которому вряд ли что внешнее поможет, если он не одумается сам. Но во всяком из двух случаев, он — извратитель естества человеческой культуры и инструмент порабощения свободных людей. Чтобы скрыть эту поработительную сторону дела — иерархия византийских толкователей Библии на Руси и навязала понимание слова “язычество” в качестве синонима идолопоклонства, многобожия, первобытной магии и т.п. неуместного в жизни человека (и человечества в целом) суеверия.

Соответственно показанному, арабскому слову “суфизм” и связанным с ним текстуально и исторически другим словам, толковать которые на свой манер замучились западные интеллектуалы от эзотеризма регулярного масонства, есть русская равная мера словесного выражения: ЯЗЫЧЕСТВО.

Переход к родному языку по восстановлении истинной смысловой нагрузки слова “язычество” заметно упростит понимание всего дальнейшего изложения, да и самой жизни.

Хозяева регулярного масонства библейского Запада нетерпимы не к многобожию или идолопоклонству, а именно к язычеству (в указанном смысле этого русского слова) — как к естественной внутриобщественной основе развития цивилизации. Идолопоклонство и поклонение кому угодно, только не Богу, они как раз и поощряют, поддерживая культы рукотворных идолов и обожествленных личностей людей — в прошлом; а политических лидеров и прежде них идолов массовой культуры (звезд эстрады, кино и спорта) — в настоящем: и в этом выражается их сатанизм и противление Богу. Вводя других в извращенные религии и культуры они стремятся эксплуатировать в отношении них Божеское попущение.

Всякое искоренение истины нуждается в некоторой благообразной маскировке, “оправдывающей” извратителей и обманывающей коротко и поверхностно мыслящую массовку. И искоренение язычества хозяевам библейской цивилизации Запада в ходе строительства глобального расово-”элитарного” государства неудобно проводить открыто и прямо. Но поскольку идолопоклонство и многобожие — действительные ошибки одного из прошлых этапов в историческом развитии язычества в культуре нынешней цивилизации, то поэтому осатанелыми хозяевами Библии принята стратегия устранения язычества, как естественного общественного явления и генетически предопределенной психологической культуры человека, под видом борьбы с идолопоклонством и многобожием — действительными пороками языческого мировоззрения прошлого.

Сказанное можно текстуально показать непосредственно в самой Библии. В её состав не входит текст, который прямо и без обиняков назывался бы: Благая весть Миру Иисуса Христа. В Библию входят только четыре “евангелия”, смысл какого греческого слова “просветители славянства” не пожелали выразить русским языком. Если это сделать и подставить русский словесный эквивалент в текст Нового Завета, то и получится «Благая весть», но однако не от Иисуса Христа, а “от Матфея”, “от Марка”, “от Луки”, “от Иоанна”: то есть подлог Благой вести Миру Иисуса Христа неким её заменителем — очевиден.

Если бы слова «Благая весть» изначально подставить вместо слова «евангелие» в переводы канона Нового Завета на русский, то читатель довольно скоро задумается: Где же она — эта самая Благая весть и в чём её смысл? Реально же этого не сделано и под непонятным именем “евангелий” содержатся четыре кратких биографических справки о жизни и деятельности среди людей Иисуса Христа, которые молчаливо отождествляются с самим Учением Христа как таковым. Биографические справки, конечно, кое–что цитируют из того, что Свыше Говорилось Миру через Христа, но не излагают этого во всей полноте сказанного; а главное — в них Благую весть Христа сопровождают отсебятина и цензурные изъятия, внесенные редакторами канона “священного” писания и “святоотеческого” преданий каждой из множества враждующих библейских церквей.

Ответ на вопрос, куда дели Благую весть Миру Иисуса Христа как таковую? — однако не остается повисшим в воздухе в реальной истории. Церкви имени Христа отвергли её, но она сохранилась в качестве апокрифа, название которого можно выразить по–русски так: «Благая весть Миру Иисуса Христа в изложении ученика Иоанна[108]».

Из него можно понять, что Иисус не искоренял язычество, как в этом пытаются уверить людей библиисты и как это более тысячи лет делает на Руси пришлая иерархия книгочеев в лице доморощенных её посвященных, а учил истинному безошибочному язычеству:


### Е в а н г е л и е М и р а И и с у с а Х р и с т а. от ученика Иоанна. (фрагмент; перевод с французского перевода с арамейского и древнеславянского)

… И тогда множество больных и парализованных пришло к Иисусу, и сказали ему: Если Ты знаешь всё, Ты можешь сказать нам, почему мы должны страдать от стольких болезней. Почему мы лишены здоровья, как другие люди? Учитель, исцели нас, чтобы мы вновь обрели силы и чтобы несчастья наши оставили нас надолго. Мы знаем, что Ты обладаешь силой исцелять все болезни. Освободи нас от Сатаны и от всех страшных бед, которые он причиняет нам. Учитель, пожалей нас!

Иисус ответил им: Блаженны вы, ищущие истину, ибо я[109] помогу вам и дам хлеб мудрости.

Блаженны вы, захотевшие вырваться из власти Сатаны, ибо я приведу вас в царство ангелов Нашей Матери, туда, куда власть Сатаны не может проникнуть.
И с великим удивлением спросили они: Где наша Мать, и кто Её ангелы? Где находится царство Её?
Наша Мать находится в вас, а вы находитесь в Ней. Это Она нас породила и дала нам жизнь.
Это от Неё вы получили тело свое и придет день, когда будете должны вернуть его. Блаженны будете вы, когда сможете познать Её. Её и царствие Её, когда последуете законам Её.
Поистине говорю я вам: тот, кто достигнет этого, никогда не увидит болезни, ибо власть вашей Матери господствует надо всем.
И власть эта уничтожает Сатану и царство его, и закон вашей Матери господствует над всем и управляет вашими телами, также как и всеми живущими на Земле.
Кровь, которая течет по вашим венам, берет начало от Матери вашей, из Земли. Её кровь падает из облаков, бьет ключом из лона Земли, журчит в горных ручьях, шелестит сквозь листву деревьев, поднимается, как пыль, над полями пшеницы, дремлет в глубоких долинах, знойно обжигает в пустыне.
Крепость костей наших происходит от Матери нашей, Земли, от скал и камней Её. Тела их обнажены и смотрят в небо с горных вершин: они, как гиганты, которые спят на склонах холмов, и как идолы, расположенные в пустыне: скрываются они также в самых глубоких недрах Земли.
Эластичность мускулов наших породила плоть Матери нашей, Земли: эта плоть, желтая и красная, дает жизнь плодам наших деревьев: она дает также пищу, бьющую ключом из каждой борозды наших полей.
Утробу нашу дало нам чрево Матери нашей, Земли: она спрятана от глаз наших также, как и невидимы нам глубины Земли.
Свет наших глаз, способность слышать ушей, — родились от разнообразия цвета и звуков Матери нашей, Земли: они омывают нас, как волны моря омывают рыб, а струи воздуха — птиц.
Истинно говорю я вам: человек — это сын Матери–Земли; от Неё сын человеческий получает тело свое, подобно тому, как тело новорожденного растет, питаясь грудью своей матери. Поистине говорю вам: вы — одно целое с Матерью–Землей: Она находится в вас, а вы — в Ней. От Неё вы родились, вы живете благодаря Ей, и в Неё вы, в конце концов, вернетесь. Поэтому следуйте Её законам, ибо никто не проживет долгих лет, не будет радоваться каждому мгновению, если не будет почитать Матери своей и уважать Её законов.
Ибо ваше дыхание — Её дыхание, ваша кровь — Её кровь, ваши кости — Её кости, ваша плоть — Её плоть, ваше чрево — Её чрево, ваши уши и глаза — Её уши и глаза.
Поистине говорю я вам, если хоть раз вы нарушите хоть один закон из Её законов; если вы хоть раз повредите один из членов вашего тела, то неизбежно будете поражены сильно, и будет плач и скрежет зубов. Говорю я вам: Пока не будете следовать законам вашей Матери, вы не сможете никак избежать смерти. Но тот, кто решит уважать законы Матери своей, получит взамен привязанность Её.
Она излечит все его болезни и никогда он не станет больным. Она подарит ему долгую жизнь и защитит ото всех печалей, охранит от огня, воды и укусов ядовитых змей. Ибо ваша Мать породила вас, и Она поддерживает в вас жизнь. Она дала вам тело ваше, и никто, кроме Неё, не излечит вас. Блажен тот, кто любит свою Мать и кто покоится на груди Её!
Ибо даже, если вы удалитесь от Неё, ваша Мать любит вас. А насколько больше полюбит Она вас, если вы вернетесь к Ней. Поистине говорю Я вам: Велика любовь Её, больше, чем высокие горы, глубже, чем самые глубокие моря. И тот, кто любит свою Мать, никогда не будет покинут Ею.
Подобно тому, как курица охраняет своих цыплят, и львица — своих детенышей, любая мать — новорожденного, — также ваша Мать–Земля сохранит сына человеческого от всех напастей и всех бед. Ибо поистине говорю я вам: бесчисленные беды и опасности поджидают сынов человеческих: Вельзевул, князь всех демонов, источник всего зла, находится в ожидании в теле всех сынов человеческих. Он источник смерти, он порождает все несчастья, и под пленительной маской он искушает и соблазняет всех сынов человеческих. Он обещает им богатство и власть, великолепные дворцы, золотые и серебряные одежды, множество слуг, и всего, чего они захотят; он обещает еще славу и почет, чувственные радости и роскошь, прекрасные яства и обильные вина, шумные оргии и дни, проводимые в праздности и лености.
Так соблазняет он каждого, призывая к тому, к чему более склонно его сердце. И в тот день, когда сыновья человеческие становятся полностью рабами всей этой суетности и всех этих мерзостей, тогда он, как оплату за наслаждение, отнимает у сынов человеческих все благости, которые Мать–Земля дала нам в таком изобилии. Он лишает их дыхания, крови, костей, плоти, внутренностей, глаз и ушей. Дыхание сына человеческого становится коротким, прерывистым и болезненным, оно становится зловонным, как дыхание нечистых животных.
Его кровь загустевает, распространяя такой же тошнотворный запах, как вода в болоте, она сворачивается и чернеет, подобно смертной ночи. Его кости уродуются, делаются хрупкими, они покрываются узлами снаружи, и разлагаются изнутри, а потом лопаются пополам, как камень, падающий со скалы. Кожа его становится жирной и пухлой от воды в ней, и на ней образуется корка и безобразные нарывы.
Его внутренности наполняются отвратительными нечистотами, образующими гниющие зловонные потоки, в которых гнездится бесчисленное множество поганых червей. Глаза его меркнут, пока не воцарится в них глубокая ночь: ушами его овладевает глухота и царит в них гробовая тишина.
Итак, в конце концов, теряет сын человеческий жизнь из–за собственных ошибок, и из–за того, что он не смог научиться уважать законы своей Матери, а лишь совершал ошибки, одну за другой.
Поэтому все дары его Матери–Земли были отняты у него: дыхание, кровь, кости, кожа, внутренности, глаза и уши, и, в конце концов, — сама жизнь, которой Мать–Земля наградила его тело.
Но, если сын человеческий признает свои ошибки, если пожалеет о своих грехах и отречется от них, если он возвратится к своей Матери–Земле, освободится от когтей Сатаны и устоит перед его искушениями, тогда Мать–Земля примет своего сына, который пребывал в заблуждениях и ошибках: она подарит ему свою любовь и пошлет к нему ангелов своих, которые будут служить ему. Поистине говорю я вам: Как только сын человеческий воспротивится Сатане, обитающем в нем, и перестанет подчиняться воле его, в то же мгновенье ангелы Матери его учередятся в нем, чтобы служить ему властью своей, освобождая сына человеческого из–под власти Сатаны.
Ибо никто не служит двум господам. Поистине, или служат Вельзевулу и его дьяволам, или нашей Матери–Земле и Её жизни. Поистине говорю я вам: Блаженны те, которые следуют законам жизни и которые не следуют по тропам смерти. Ибо в них жизненные силы будут расти, все более укрепляясь, и они избегнут влияния смерти.
И все, кто находились около Него, слушали Его слова с удивлением: Ибо Его слова были полны Силы, и Он учил не так, как учили священнослужители и книжники.
Между тем, хотя солнце уже закатилось, они не возвращались в свои дома. «Они сели около Иисуса и спросили Его: Учитель, каковы законы жизни? Останься подольше с нами и научи нас. Мы хотим послушать Твое учение и запомнить его, чтобы идти прямым путем.
Тогда Иисус сел среди них и сказал: Поистине я скажу вам: Никто не может быть счастлив, если не следует Закону. А другие ответили Ему: Мы все следуем законам Моисея: это он дал нам закон таким, каким написан он в Священном Писании.
И ответил им Иисус: Не ищите Закона в вашем писании. Ибо Закон — это Жизнь, а в писании мертво. Поистине говорю я вам: Моисей не получал свои законы от Бога написанными, а от Живого Слова.
Закон — это Слово Жизни, переданное живым пророком для живых людей. Во всем сущем записан Закон. Вы найдете его в траве, в дереве, в реке, в горах, в птицах, в небе, в рыбах, в озерах и в морях, но особенно ищите его в самих себе.
Ибо поистине говорю я вам: Все сущее, в котором есть жизнь, ближе к Богу, чем писание, лишенное жизни. Бог создал жизнь и все сущее таковым, что они являются Словом вечной жизни и служат Учением человеку о Законах истинного Бога. Бог написал Свои Законы не на страницах книг, но в вашем сердце, и в вашем духе.
Они проявляются в вашем дыхании, в вашей крови, в ваших костях, в вашей коже, в ваших внутренностях, в ваших глазах, в ваших ушах и в любой самой незначительной части вашего тела.
Они присутствуют в воздухе, в воде, в земле, в растениях, в лучах солнца, в глубинах и высотах. Все они обращены к вам, чтобы вы могли понять Слово и Волю живого Бога. К несчастью вы закрыли глаза, чтобы ничего не видеть, и заткнули уши, чтобы ничего не слышать. Поистине говорю вам: Писание — дело рук человека, в то время как жизнь и все её воплощения — дело Божие. Почему же вы не слушаете Слов Бога, записанных в творениях Его? И почему изучаете вы писания, буквы которых мертвы, будучи деянием рук человеческих?
— Как же можем мы читать Законы Божии, если не в писаниях? Где же они написаны? Прочитай же нам их, там, где Ты их видишь, ибо мы не знаем других писаний, кроме тех, что унаследовали мы от предков наших. Объясни нам Законы, о которых Ты говоришь, что нам, услышав их, можно вылечиться и исправиться.
Иисус сказал им: Вы не можете понимать Слова жизни, потому что пребываете в смерти. Темнота закрывает глаза ваши, а уши ваши глухи. Однако я говорю вам: Не надо устремлять взор свой на писание, буква которого мертва, если действиями своими отвергаете вы Того, Кто дал вам писания. Поистине говорю вам я: В делах ваших нет ни Бога, ни Законов Его; не присутствуют они ни в обжорстве, ни в пьянстве вашем, ни в образе жизни вашей, которую вы растрачиваете в излишествах и роскоши; а еще менее — в поисках богатства, а в особенности в ненависти к врагам своим. Это все очень далеко от истинного Бога и ангелов Его. Но все это ведет к царству темноты и владыке всего зла. Ибо все эти вожделения вы носите в себе; а потому Слово Божие и Могущество Его не могут войти в вас, оттого, что вы вынашиваете в себе много плохих мыслей, а также мерзости гнездятся в теле вашем и в сознании вашем. Если вы хотите, чтобы Слово Живого Бога и Могущество Его смогли проникнуть в вас, не оскверняйте ни тела вашего, ни сознания вашего, ибо тело есть Храм Духа, а Дух — Храм Бога. Поэтому должны вы очистить этот Храм, чтобы Владыка Храма смог поселиться в нем и занять место, достойное Его. Чтобы избежать всех искушений тела своего и сознания своего, которые исходят от Сатаны, удалитесь под сень Неба Господнего.
<…>
Ибо, поистине, никто не может достигнуть Небесного Отца, не пройдя через Землю–Мать. И, подобно новорожденному, не могущему понять наставления отца своего, пока мать не приложит его к своей груди, не искупает его, не приласкает его, не положит в колыбель, чтобы он уснул, после того, как покормит его. Ибо место ребенка, пока он еще мал, около матери своей, ей он должен подчиняться. Но когда подрастет он, отец возьмет его с собой, чтобы он мог работать с ним в поле, и ребенок вернется к матери своей лишь в час обеда или ужина. И тогда отец даст ему свои наставления, чтобы он мог с легкостью помогать отцу во всех делах его.
И когда отец увидит, что сын понял все наставления его и выполняет умело свою работу, отдаст он сыну все свое добро, чтобы сын мог продолжать дело отца своего. Поистине говорю я вам: Блажен тот сын, который следует советам матери и ведет себя соответственно с ними. Но во сто крат более блажен тот сын, который принимает советы отца своего и следует им, ибо сказано было вам: “Чти отца своего и матерь свою, чтобы дни твои продлились на этой земле.” И я говорю вам, сыны человеческие: Чтите Мать вашу — Землю, следуйте всем законам Её, чтобы дни ваши продолжились на этой земле; и чтите Отца вашего Небесного, чтобы унаследовали вы жизнь вечную на небесах. Ибо Отец Небесный во сто крат более велик, чем все отцы по поколению и по крови, подобно тому, как Мать–Земля — более всех матерей по плоти. А в глазах Отца Небесного и Матери–Земли сын человеческий еще дороже, чем в глазах отца своего по крови и матери своей по плоти.
И иной мудростью исполнены Слова и Законы Отца Небесного и Матери–Земли, чем слова и воля всех отцов ваших по крови и всех матерей ваших по плоти. И бесконечно больше будет наследие Отца вашего Небесного и Матери–Земли: Царство Жизни, как земной, так и небесной: наследие, предпочитаемое всему тому, что могут оставить вам отцы ваши по крови и матери по плоти.
Истинные братья ваши — те, кто выполняет Волю Отца Небесного и Матери–Земли, а не братья по крови. Поистине говорю я вам: Ваши истинные братья по Воле Отца Небесного и Матери Земли полюбят вас в тысячу крат больше, чем братья по крови. Ибо со времен Каина и Авеля, с тех пор как братья по крови нарушили Волю Бога, нет больше истинного братства по крови. И братья относятся к братьям своим, как к чужим людям. Поэтому говорю я вам: Любите истинных братьев своих, Волею Божией в тысячу крат более чем братьев своих по крови.
Ибо ваш Отец Небесный есть Любовь!
Ибо ваша Мать Земля есть Любовь!
Ибо сын человеческий есть Любовь!
И благодаря Любви Небесный Отец, Мать–Земля и сын человеческий едины. Ибо дух сына человеческого происходит от Духа Отца Небесного и Тела Матери–Земли. Потому будьте совершенны, как Дух Отца Небесного и Тело Матери–Земли.
Любите Отца вашего Небесного, как Он любит ваш дух.
Любите также вашу Мать–Землю, как Она любит ваше тело.
Любите братьев ваших истинных, как ваш Отец Небесный и Мать–Земля любят их. И тогда ваш Отец Небесный даст вам свой Святой Дух, а ваша Мать–Земля — свое Святое Тело. И тогда сыновья человеческие, как истинные братья, будут любить друг друга такой Любовью, которую дарят им их Отец Небесный и Мать Земля: и тогда станут они друг для друга истинными утешителями. И тогда только исчезнут с Лица Земли все беды и вся печаль, и воцарится на ней Любовь и Радость. И станет тогда Земля подобна Небесам и придет Царствие Божие. И сын человеческий придет во всей Славе своей, чтобы овладеть своим наследством — Царствием Божиим. Ибо сыны человеческие живут в Отце Небесном и Матери–Земле, и Небесный Отец и Мать–Земля живут в них.
И тогда вместе с Царством Божиим придет конец временам. Ибо Любовь Отца Небесного дает всем вечную жизнь в Царстве Божием. Ибо Любовь — вечна. Любовь сильнее смерти.

[110] И хотя я говорю на языке людей и ангелов, если нет Любви у меня — подобен я издающему звуки колокольному металлу или гремящим цимбалам. И хотя предсказываю я будущее и знаю все секреты и всю мудрость и имею сильную веру, подобную буре, двигающей горы, если нет Любви у меня, я — ничто.

И даже, если я раздам все богатство мое бедным, чтобы накормить их, и отдам огонь, который получил от Отца Моего, если нет Любви у меня, не будет мне ни блага, ни мудрости.
Любовь терпелива, Любовь нежна, Любовь не завистлива. Она не делает зла, не радуется несправедливости, а находит радость свою в справедливости.
Любовь объясняет все, верит всему, Любовь надеется всегда, Любовь переносит всё, никогда не уставая: что же касается языков, — они исчезнут, что касается знания, — оно пройдет.
И сейчас располагаем частицами заблуждения и истины, но придет полнота совершенства, и все частное — сотрется.
Когда ребенок был ребенком, разговаривал, как ребенок, но достигнув зрелости, расстается он с детскими взглядами своими.
Так вот, сейчас мы видим всё через темное стекло и с помощью сомнительных истин. Знания наши сегодня отрывочны, но когда предстанем перед Ликом Божиим, мы не будем знать более частично, но познаем все, познав Его учение. И сейчас существует Вера, Надежда, Любовь, но самая великая из трех — Любовь.
А сейчас благодаря присутствию Духа Святого нашего Небесного Отца, говорю я с вами языком Жизни Бога Живого. И нет еще среди вас никого, кто смог бы понять все, что я вам говорю. А те, кто объясняет вам писания, говорят с вами мертвым языком людей, ищущих через людей их больные и смертные тела.
Поэтому все люди смогут понять их, ибо все люди больны, и все находятся в смерти. Никто не видит Света Жизни. Слепые ведут за собой слепых по черным стопам греха, болезни и смерти, и в конце концов, все попадают в смертную бездну.
Я послан Отцом, чтобы зажечь перед вами Свет Жизни. Свет загорается сам и рассеивает сумерки, в то время как сумерки знают лишь себя и не знают Света. Я должен многое сказать вам, но вы не сможете понять этого, ибо глаза ваши ослаблены сумерками, и полный Свет Отца Небесного ослепил бы вас. Поэтому не можете вы понять всего, что я говорю вам об Отце Небесном, который послал меня к вам»

Из этого можно понять, что Иисус Христос, если говорить по–русски — язычник[111], а если говорить по–арабски — суфий. Соответственно в суфизме многократно повторяется, хотя и по–разному обосновывается утверждение: «Мы обладаем сущность креста, а Христиане всего лишь распятием[112]» — “Суфизм”, с. 428.

Отрицать истинность сказанного в приведенном фрагменте “Благой вести Миру Иисуса Христа” на основе жизненного опыта каждого человека в здравом уме и ясной памяти невозможно. Отрицать принадлежность высказанного Христу также нет оснований, поскольку текст канона Библии, с определенной точки зрения, ни чуть не авторитетнее приведенного текста апокрифа. А при невозможности подтвердить или опровергнуть легитимное происхождение от Христа каждого из взаимно исключающих вероучений — остается смотреть на смысл сказанного в них и соотносить сказанное с жизнью.

Однако отрицать истинность приведенного поучения, возводимого ко Христу в приведенном апокрифе, всё же возможно с непреклонным усердием: ссылками на несоответствие “нелегитимно” всплывшего из прошлого апокрифа легитимным (т.е. утвержденным кем–то и некогда) канонам “священного” писания, “святоотеческого” предания и догматике. Но будет ли это деятельностью в здравом уме и ясной памяти в ладу с Благим Божьим промыслом? Как ответить по вере и разумению на этот вопрос — так по вере и разумению каждого и будет воздано Свыше ответившему и уклонившемуся от ответа: и в этой жизни, и по смерти[113].

«Все сущее, в котором есть жизнь, ближе к Богу, чем писание, лишенное жизни. Бог создал жизнь и все сущее таковым, что они являются Словом вечной жизни и служат Учением человеку о Законах истинного Бога. Бог написал Свои Законы не на страницах книг, но в вашем сердце, и в вашем духе.»

Так Язычество Божье объясняет следующие суфийские утверждения, приводимые Идрис Шахом:

«Суфии традиционно считали себя наследниками одного единственного учения, принимавшего в зависимости от обстоятельств множество различных форм, которое можно было сделать инструментом развития человека.» — “Суфизм”, с. 50.

«В строках приводимого ниже стихотворения Руми автор говорит об установлении связи с различными религиями (точнее было сказать культами и вероучениями: наша вставка) и своем отношении к этому:

«Я полностью исследовал Крест и Христиан. Его не было на кресте[114]. Я побывал в индуистском храме и в древней пагоде, но и там не было следов его. Я дошел до Герата и Кандагара. Я искал. Не было его ни вверху, ни внизу. Решившись я дошел до горы Каф[115], но и там я нашел только птицу Анка. Я отправился в Каабу. Его не было там. Я спросил о нем Ибн Сину, но он был выше философии Авицены[116]… Я заглянул в свое сердце. Там я увидел его, а больше нигде его не было…»

Слово “он” (которое в оригинале можно понимать, как он, она или оно) означает истинную реальность.» — “Суфизм”, с. 163.

«Газали[117] примирил суфизм с Исламом, доказав схоластам (по существу: книгочеям–буквоедам, отгородившимся текстами Корана и от жизни, и от Бога, как таковых: наша вставка), что суфизм не ересь, а внутреннее значение религии.» — “Суфизм”, с. 166.

Для понимания последнего высказывания Идрис Шаха о взаимоотношениях суфиев и буквоедов–книгочеев, необходимо рассмотреть вопрос о взаимодействии «языковых» и «внеязыковых» уровней психики человека. Для этого необходимо иметь (а если его нет, то выработать) конкретное представление о месте психической деятельности в целом человека в Объективной реальности; о возможных различиях в организации процесса индивидуальной психической деятельности человека и об управлении ею; о взаимосвязях индивидуальной психики человека и коллективной психики общества, в котором он живет; о взаимоотношениях общества и каждого человека с внесоциальными процессами в Объективной реальности.

К сожалению при этом не миновать трудного разговора о “банальностях”, т.е. о таких жизненных явлениях, что когда приходится вспоминать об их существовании, то большинство говорит, что это общеизвестно и “само собой разумеется”; если же о них не вспоминать, то те же самые люди, не желающие слушать о “банальностях”, ведут себя в жизни так, будто они умалишенные, совершающие почти все ошибки, которых возможно было бы им избежать, если бы эти “банальности” действительно ими само собой разумелись и лежали в основе их поведения в повседневности жизни.

По существу речь пойдет о том, чтобы дать возможность увидеть каждому со стороны индивидуальное “само собой разумение” как процесс, обусловленный общими всем явлениями жизни Объективной реальности и личностными особенностями человека. Такого рода представление необходимо, чтобы различать допустимые и опасные варианты настройки индивидуальной психики, в зависимости от особенностей которых человек либо подобен безучастной траве на покосе, либо его деятельность несет бедствия окружающим и потомкам, либо его деятельность благоносна в подавляющем большинстве жизненных обстоятельств, в которые он попадает.

В зависимости от этих “настроек” индивидуальной психики каждого (которыми возможно управлять по собственному произволу), в коллективной деятельности людей ошибка, совершенная одним, либо предопределенно устраняется другими, вследствие чего и их совместная деятельность протекает успешно; либо ошибки одного дополняются и усиливаются ошибками других, в результате чего их коллективная[118] осознанная или бессознательная деятельность утрачивает совместность и рассыпается под бременем ошибок, так и не достигнув завершения, или же её результат оказывается неприемлемым.

Общепонятно, что психика каждого человека принимает в себя информацию из Объективной реальности через систему органов чувств и на основе этой информации и информации, уже имеющейся в памяти, моделирует эту общую всем людям Объективную реальность в некоторых образах и формах, предопределенных как генетически, так и обусловленных культурой.

Такого рода моделирование — одна из основ выработки каждым человеком его собственного поведения в Мироздании, вследствие которого в общем всем (и не только людям) Мироздании происходят те или иные изменения, оказывающие влияние на бытие окружающих каждого человека. Существо этого личностного влияния обусловлено индивидуальной психической деятельностью человека и направленностью изменений в его психике. Однако, поскольку людей множество и их жизнь протекает как смена поколений, то соответственно и все достижения культуры — результат осознанного или бессознательного моделирования общей всем Объективной реальности в психическом (внутреннем) мире человека. Сказанное касается всего в жизни людей: от мелкого бытового решения до построения стиля жизни, объединяющего всё человечество.

Объединение человечества в неком стиле жизни — объективная данность, не зависящая от воли и намерений каждого из людей; другое дело, насколько мощными являются внутриобщественные связи между конкретными людьми попарно (а также и более широкими множествами людей), каково быстродействие этих связей и в чём конкретно они проявляются. Если же стиль жизни неприемлем для самих людей и вредоносен для биосферы Земли, то прежде всех усилий, направляемых людьми во вне, следует переосмыслить характер своей психической деятельности и перестроить её. Последнее может касаться как отдельных людей, так и общественных групп и народов в целом.

Только как следствие такого рода целенаправленных изменений психики произойдет и изменение стиля жизни, изменение характера плодов, приносимых жизнью, т.е. изменение характера реакции Объективной реальности на присутствие в ней как личности, так и множества людей: «Ищите прежде правды Божией и это всё (по контексту земные блага) приложится вам.» — Новый Завет; «Бог не меняет того, что <происходит> с людьми, покуда люди сами не переменят того, что есть в них.» — Коран, 13:12.

Само же моделирование общей всем Объективной реальности в психике человека — результат, во–первых, — генетической обусловленности чувствительности психических возможностей каждого родившегося; во–вторых, — воспитательного воздействия на него как унаследованной от предков культуры, так и влияния окружающих, воспринимаемых человеком без осмысления, в результате чего “само собой” складывается психическая культура личности: культура чувствования Объективной реальности, культура её осмысления, культура её преобразования; в-третьих, — активного сознательного формирования личностной психической культуры в процессе переосмысления культурного наследия предков и жизненного опыта как своего собственного, так и известного человеку из опыта общества в целом[119].

При этом человек имеет дело с двумя качественно разными потоками информации: поступающей в его психику через его органы чувств из явлений жизни непосредственно; и информацией о жизненных явлениях, которую он воспринимает также через органы чувств, но не непосредственно, а опосредованно: из их описаний другими людьми средствами общей некоторому множеству людей культуры (субкультуры, если это не культура, объединяющая всё общество).

И соответственно следует отдавать себе отчет в том, что жизненное явление как таковое и его модель в психическом мире человека — это не одно и то же; так же и описание жизненного явления (или вымысла) — это не само жизненное явление (или вымысел). Но кроме того и психический мир каждого человека и его деятельность в нём — также одно из множества своеобразных жизненных явлений в Мироздании, а описание их — одно из множества возможных описаний.

В основе же психического мира каждого человека лежит отображение объективных образов, почерпнутых из Объективной реальности непосредственно прежде всего на внеязыковой уровень[120] в его психике. Выражение же субъективных внеязыковых образов людей средствами культуры, т.е. человеческими “языками” в общем внутриобщественном смысле слова «язык»[121], как обозначения средства передачи информации среди людей в обществе — вторично по отношению к «внеязыковой» психической деятельности.

Устная и письменная речь — только один из множества «языков», развитых в культуре. Все «языки», развитые в культуре (или в какой–то субкультуре), представляют собой в жизни общества средства, вводящие в объемлющую их систему достаточно изолированные (разграниченные) один от другого индивидуальные психические миры множества людей. Некоторые понятия неизменно существуют в течение всей жизни человека, другие рождаются и сразу же умирают за ненадобностью в дальнейшем. Множество образов «внеязыковых» уровней психики числено больше, чем множество «слов» «языков», по какой причине понятийное значение одних и тех же «слов» в большей или меньшей мере обусловлено внешними обстоятельствами, настроением человека, его личностной культурой «произнесения слов» и «внимания словам», «произнесенным» другими.

Но «языки» не основа внутренней психической жизни каждого человека; «языковой» уровень психики — поверхностный, и когда он отрывается от остальных «внеязыковых» уровней психики, то человеку становится свойственно мыслить исключительно «словами» без их соображения, ведущего к пониманию их; к сожалению, способ мышления голыми, оторванными от всего остального мира «словами» в нашей культуре преобладает.

Понятие (как жизненное явление, свойственное индивидуальной — а не коллективной — психической деятельности человека[122], устойчиво существующее в ней на каком–то интервале времени, по истечении которого оно может исчезнуть или измениться) — взаимно обусловленное единство «внеязыкового» субъективного образа в психике отдельного человека и «слов» одного из «языков», развитых в культуре общества, объединяющей по «языковому» признаку людей в разнородные множества; именно поэтому «слово» (и слово, в частности) без образа, связываемого с ним, голо, пусто. Возникшее в психике одного человека понятие о чём–либо (жизненном явлении и ли[123] вымысле) может распространяться в обществе, т.е. проникать в психику других людей, преимущественно[124] через «языковые» средства культуры. В ряде случаев для распространения новых понятий более и ли менее широкий круг людей создает и новый «язык», поскольку в развитых в культуре «языках» нет слов для того, чтобы выразить их миропонимание.

Если человек заучивает «слова» не соображая их, и ли выбрасывает из себя «слова» не соображая их, то он неотличим от магнитофона[125]. Хотя «слова» могут быть действительно умные, но сам он при этом не перестает быть дураком; он перестанет им быть только после того, как за общими всем (и ли новыми) «словами» вообразит свои «внелексические» субъективные образы объективных жизненных явлений. То же касается и образов вымыслов, посылаемых в Мироздание, как им самим, так и другими. И это относится ко всем без исключения «языкам», развитым в культуре человечества: от мимики, танцев, устной речи, до узких «языков» отраслей науки.

Сказанное о «словах» — не новость. Еще дзэн–буддистский учитель древности Дайэ в письме к своему ученику предостерег его:

«Существует две ошибки, которые сейчас распространены среди последователей Дзэна, как любителей, так и профессионалов. Одна состоит в том, что человек думает, что в словах скрыты удивительные вещи. Те, кто придерживается этого мнения, пытаются выучить как можно больше слов и изречений. Вторая представляет собой другую крайность, когда человек забывает, что слова являются пальцем, указующим на луну. Слепо веруя предписаниям сутр, в которых сказано, что слова мешают правильному пониманию истины Дзэна и буддизма, они отвергают всё словесное и просто сидят с закрытыми глазами и кислыми физиономиями, как покойники.»

Горе тому, кто примет «палец» за “луну”[126], или же сочтет отсутствие «перста указующего» за отсутствие “луны”.

Взаимопонимание конкретных людей возникает настолько, насколько точно общие им «языковые» средства и культура употребления «языков» каждым из них позволяют сопоставить субъективные «внелексические» образы одного человека с субъективными «внелексическими» образами жизненных явлений общего нам всем Мироздания, которые свойственны психическому миру другого человека; насколько «слушатель» способен воспроизвести в себе активные в «разговоре» фрагменты понятийной базы собеседника, то есть за его «словами» «увидеть» его субъективные «внеязыковые» образы, а за ними «увидеть» первообразы Объективной реальности как таковой.

Но и при полном такого рода взаимном понимании людей их «внелексические» образы могут не соответствовать объективным образам Реальности, примером чему прошлые ошибки описаний: Земля плоская под хрустальной твердью небес; и нынешние: скорость света — предельно возможная скорость, теория относительности — истинна, хотя с середины 1950‑х гг. астрофизиками зарегистрированы факты получения информации от удаленных звезд со скоростями намного превосходящими скорость света[127], якобы предельную по исходному положению теории относительности.

И необходимость добротного взаимопонимания людей и безопасности культуры[128], в основе которой лежит употребление «языков», приводит к проблеме описаний как общей всем Объективной реальности, так и психического (внутреннего) мира каждого из людей.

Проблема описаний, существующая в обществе, в её существе — это проблема формирования необходимого для кодирования информации «языка» и взращивания культуры осмысленного, осознанно целесообразного пользования им (на “луну” возможно указать и «пальцем», и «мычанием»: вопрос в том, какое указание будет понято лучше). Эта проблема не нова, но сказанное о «языках» ранее — необходимо включить в объемлющий «языки» контекст «Языка жизни», что не позволяет избежать некоторых повторений уже высказанного с целью дать читателю необходимые смысловые связи с тем, что ранее “само собой разумелось”, т.е. подразумевалось по умолчанию.

Мироздание, как таковое, существует в Богом данной мере, как триединство «материя[129]-информация[130]-мера[131]»: это — Объективная реальность[132]. Об этом сказано еще более 1300 лет тому назад в Коране так: Бог сотворил всякую вещь и размерил её мерой (25:2; подчеркнутое в другом переводе: “… и предопределяя предопределил бытие их”, — что позволяет увидеть в мере также и предопределение бытия всего тварного).

У человека при восприятии Объективной реальности в душе возникают некие его личностные («внеязыковые») образы[133], обусловленные как характером объективных образов реальности (т.е. «Языком»), так и развитием человека к моменту (и состоянием, настроением, душевным настроем в процессе) восприятия информации из Объективной реальности. Личностные, субъективные образы, будучи уже принадлежностью внутреннего (психического) мира человека, обретают до некоторой степени самостоятельное устойчивое и необратимое бытие в нём; необратимое в том смысле, что они не могут быть изглажены из психики ни самим человеком, ни другими людьми: им возможно придать впоследствии только иное значение и связи с другими объектами психического мира человека, переосмыслив свершившиеся и текущие события, а также и намерения на будущее.

Статистически упорядоченно и вероятностно предопределённо, вторичные по отношению к объективным, субъективные образы прорастают в душе человека урожаем понятий, по мере того, как человек, осмысляя реальность, разграничивает в своем внутреннем мире присущие ему субъективные «внеязыковые» образы и связывает их со «словами» «языков», развитых в культуре.

В процессе, по завершении которого новое понятие обретает осознанную определённость, система разграничения субъективных «внеязыковых» образов внутреннего мира человека, не позволяет отождествить один субъективный образ, слить, перепутать его с другими; хотя одному и тому же явлению жизни в психике человека могут соответствовать несколько различных образов одновременно, возможно отражающих разные грани одного и того же явления или его взаимосвязи с другими явлениями. Этот процесс разграничения образов протекает “автоматически” бессознательно, но когда он выходит на уровень сознания в иерархически организованной психике человека, то человек ищет средства для выражения обретших определённые границы свойственных его внутренним «внеязыковым» уровням психики образов и: либо находит их в одном из существующих «языков»; либо создает новые «слова» и «языки» — средства для выражения своих внутренних образов и тем самым делает доступным для других то, как он сам осмысляет и описывает свою внутреннюю и общую всем внешнюю реальность. Культура общества, порождаемая индивидуальной творческой деятельностью[134] каждого из множества людей в совокупности либо приемлет новые «языки» либо отвергает их по разным причинам:

●  от их действительной никчемности (так эсперанто явно не может внедриться в культуру даже при наличии целенаправленных спонсорских усилий);

●  до недозрелости самого общества для пользования «языком» (так потребовалось более столетия, чтобы аппарат теории вероятностей и математической статистики вошел в основной курс математики даже же не во всех вузах, где это может качественно изменить уровень образования; но еще и в наши дни далеко не во всех случаях, когда это полезно, его применяют в своей работе даже обученные этому «языку»).

В результате этого естественного процесса взаимодействия «внеязыковых» и «языковых» уровней индивидуальной психики человека на уровне сознания возникает понятийная база, т.е.: <разграниченные субъективные «внеязыковые» образы внутреннего (психического) мира> + <«языковые» конструкции, обращенные во внешний мир, адресно[135] связанные с субъективными «внеязыковыми» образами внутреннего мира>. Понятийная база — личностное средство упаковки образов (информации) неограниченной Объективной реальности в ограниченную психику человека. Понятия могут быть, в зависимости от личностной культуры “упаковки”, либо пребывать разрозненными в устойчиво мельтешащем непредсказуемом калейдоскопе, вследствие непредсказуемости которого на его основе моделирование Объективной реальности во многих обстоятельствах оказывается невозможным с безопасным уровнем качества; либо в составе достаточно устойчивой “мозаики”, на основе которой моделирование течения событий в Объективной реальности возможно в потоке течения событий собственного психологического времени человека (которое может опережать и отставать от времени в Мироздании), в силу чего возможна прогностика будущего и управление им, а также и умозрительная реконструкция прошлого; понятийная “мозаика” не неизменна, но она изменяется “сама собой” бессознательно и ли осознанно целенаправленно в случае, когда поведение в жизни на основе прежнего миропонимания приводит к неприемлемым результатам вопреки моделированию течения событий во внутреннем мире.

Если “мозаичное” понятийное зеркало психического мира даёт извращенные представления о течении событий в Объективной реальности, то возможно, что “мозаику” придется рассыпать в “калейдоскоп”, после чего собрать понятийную базу заново иным образом (в противном случае придется пожинать плоды извращенных представлений об Объективной реальности). Некоторая “калейдоскопичность” понятийной базы присутствует всегда в силу особенностей культуры, в которой мы живем, но от чрезмерной “калейдоскопичности” мировоззрения следует избавляться и для обеспечения своей безопасности в Жизни, и для безопасности окружающих. Человек, умышленно или бездумно упорствующий в поддержании “калейдоскопичности” своего мировоззрения, не Любит, также как не Любит и носитель извращенной целостности. Тем более зловредны, способствующие распространению психической культуры на основе “калейдоскопичности” и извращенности целостного мировоззрения.

При уразумении чужих описаний — процесс построения взаимосвязей «языки» + образы «внеязыковых» уровней психики протекает в обратной последовательности:

Соотносясь с «языковыми» формами имеющегося описания (сообщения), необходимо извлечь из собственной понятийной базы, уже существующие соответствующие образы и через «языковые» конструкции и порядки «внеязыковых» образных соответствий связать их со всей остальной понятийной базой, а кроме того заполнить понятийные дыры.

Для этого необходимо достроить недостающие понятия[136] и связать их с мозаикой понятийной базы, дабы не впасть в “калейдоскопический идиотизм”. Иными словами известные («внеязыковые», т.е. «Языковые», доступные конкретному человеку) субъективные образы Объективной реальности и/или[137] вновь построенные (воображенные, ранее несвойственные психике человека) субъективные «внеязыковые» образы, необходимо связать с «языковыми конструкциями» сообщения.

При этом недостаточность соображения, в результате которой не все недостающие «внеязыковые» образы построены, по какой причине остаются некоторые понятийные дыры, отчасти может быть компенсирована в жизни соблюдением грамматики «языка». Последнее справедливо тем в большей мере, чем более многослойным является «язык» в качестве кодовой системы.

В результате на основе осмысления «языкового» сообщения во внутреннем мире возникнет субъективное — нравственно обусловленное — представление о течении процессов в Объективной реальности. В представлении (в близком к сценическому смысле этого слова) протекает в моделирование Объективной реальности, “актерами” же являются активизированные сообщением понятия психического мира человека. Представление протекает по крайней мере двух уровнях психики человека: «языковом» и образный «внеязыковом». Сознанию может быть доступен преимущественно какой–то один, или одновременно оба могут быть достаточно ярко выражены: всё определяется личностной культурой психической деятельности человека. При этом нехватка образов может отчасти компенсироваться соблюдением «языковой» грамматики, поскольку «языковые» конструкции выполняют роль “мостов” (связей) между существующими образами, а нехватка «слов» (и иных «языковых средств») одного «языка» может отчасти компенсироваться «языковыми средствами» других «языков»[138] и образами «внеязыковых» уровней психики.

То есть индивидуальная психическая деятельность человека, представляющего собой частицу общества и частицу Мироздания, связана со своего рода “каскадом” информационных “трансформаторов”, обозначенных далее в описываемой информационной системе двоеточиями:

<образы общей всем реальности («Язык жизни» — информационная составляющая триединства материя–информация–мера, как в непосредственном восприятии жизненных явлений, так и в опосредованном восприятии через памятники культуры и общение с другими людьми)> : <система органов чувств человека (вещественная, т.е. телесная, и биополевая, духовная), обладающая личностно обусловленными параметрами её генетики и настройки> : <внутренние «внеязыковые» образы психического мира человека, об обусловленности которых культурой общества и личностной деятельностью говорилось ранее> : <субъективная, обусловленная жизнью и личностной деятельностью, понятийная база человека> : <развитые в культуре «языки» разного рода сами по себе, как средства выражения своих внутренних образов в общении с другими людьми, передающие понятия из психического мира одного человека в психический мир других людей, в зависимости от чего целостность общества поддерживается единообразием понимания происходящего либо разрушается при его исчезновении> : <психический мир другого человека, для которого психический мир первого — один из объективных образов общей всем реальности>.

Этот каскад “информационных трансформаторов” (п<е>ре–образ–ователей, т.е. средств передачи и изменения образов, если по–русски) обслуживает процесс всей индивидуальной человеческой деятельности, которая, само собой разумеется, протекает в обществе, внося в него личностное своеобразие[139]:

<Отображение информации Объективной реальности во внутренний мир (в психику) человека, который является частью общей всем реальности> ; <Моделирование во внутреннем мире течения событий в Объективной реальности> ; <Познание, как утверждение или отрицание идентичности субъективного моделирования (на основе «внеязыковых» образов и понятий) и объективного течения событий в Объективной реальности> ; <Воздействие на свой внутренний, а также и на внешний мир, исходящее из внутреннего мира человека>.

По существу этот процесс есть <Преобразование Мироздания в пределах Высшего предопределения в ходе человеческой деятельности, осуществляемой как во внутреннем (психическом) мире, так и во внешнем, общем всем Мире>. Естественно, что из индивидуальной сознательной и бессознательной деятельности множества людей в преемственности поколений слагается история человечества.

Часть элементов каскада “информационных трансформаторов” находится в непосредственном распоряжении каждого человека; часть является коллективным достоянием людей; часть лежит вне возможностей индивидуального или коллективного воздействия на них. Но те из них, которые находятся в непосредственном распоряжении человека и общества в целом, определяют своей настройкой и организацией стиль жизни, совместность или несовместность коллективной деятельности, а также и характер преобразующей Мироздание деятельности людей, и как следствие — характер реакции на человека Объективной реальности в целом. То есть в этом процессе человек решает вопрос о своей совместимости с Мирозданием.

Некоторые из числа богословских школ утверждают, что Мироздание, будучи Божьим творением, совершенно, по какой причине в преобразованиях не нуждается. Соответственно стремление к осуществлению преобразований в нём изначально греховно по своей сути. Но такое утверждение есть уход от вопроса: В каком качестве Мироздание совершенно и с каковою целью оно сотворено?

Отвергнутый церковью ранее приведенный апокриф утверждает: «Все сущее, в котором есть жизнь, ближе к Богу, чем писание, лишенное жизни. Бог создал жизнь и все сущее таковым, что они являются Словом вечной жизни и служат Учением человеку о Законах истинного Бога. Бог написал Свои Законы не на страницах книг, но в вашем сердце, и в вашем духе.»

Трудно представить себе учение (не как свод правил, предназначенных для зубрежки, а как процесс), ограниченное созерцанием без активной творческой разнородной деятельности. Преобразования, вносимые в Мироздание, но и намерения осуществить либо не осуществлять и ли воспрепятствовать преобразованиям действительно могут быть греховным. Но активная деятельность, устраняющая несовершенства, ранее порожденные деятельностью греховной, в совершенном в качестве средства «Учения человеку о Законах истинного Бога» Мироздании; деятельность, заступающая путь вхождению в мир новой греховности, что тоже греховна? либо же греховно созерцательная безучастность и травянистое непротивление богоборческому злу?

Это те вопросы, на которые не желают отвечать любители порассуждать на тему о греховности знаний вообще и преобразующей деятельности вообще. Греховность всегда конкретна в своих видимых всем проявлениях и в скрытых от других людей намерениях, а неопределенная греховность “вообще” — порождение человеческого “богословия”.

Преобразование Мироздания в ходе осознанной и/или бессознательной человеческой определенной деятельности протекает либо в согласии с благим Божьим промыслом, либо по отсебятине противоборствуя Ему, в пределах попускаемого Свыше до предопределенного тому срока, предоставляемого для того, чтобы возможно было одуматься и покаяться, и начать определенно жить иначе.

В массовой[140] статистике жизни общества это всё в совокупности — общественная культура психической деятельности, представляющая собой взаимодействующую внутри и вне себя совокупность индивидуальных психических культур каждого из людей (культуры чувствования Объективной реальности, культуры мышления, т.е. осмысления прочувствованного, и культуры выражения субъективного смысла в общении с другими, которая порождает либо уничтожает взаимопонимание в обществе). То есть нынешнее состояние культуры обусловлено личностными культурами каждого из множества людей, составляющих общество, и переосмыслением каждым из них культурного наследия предков в процессе его освоения. Она порождает стиль жизни, в котором проявляется генетика и выработанная определенная культура общества; она порождает и коллективную психику, включая и коллективный разум[141].

Это — общее достояние всех тех, кто входит определенную культуру психической деятельности во множестве такого рода культур. И она тем выше, совершеннее, чем меньше искажений при прямом и обратном прохождении каскада информационных преобразований одним человеком для его личных целей; чем больше уровней «Языка», как иерархической многослойной системы кодирования информации, используется людьми; и чем лучше при этом не утрачивает своих качеств переданное одним и принятое другим. Это касается как общей всем Реальности, так и субъективной реальности внутреннего мира каждого человека. И эта культура мироощущения, мышления, информационного обмена между людьми в обществе лежит в основе всей человеческой деятельности как индивидуальной, так и коллективной, преобразующей Мироздание в процессе обучения человека «Языком жизни» вне зависимости от осознанных намерений такого рода у человека или отсутствии таковых. Другое дело, будут ли эти преобразования во исполнение благого Высшего промысла, или будут пытаться противоборствовать Ему.

По существу всякий «язык», развитый в культуре, — мерная, а не информационная составляющая Мироздания: он — общая всем кодовая система, которая передает «внеязыковые» субъективные образы, являющиеся субъективной “калькой” с объективных образов общей всем Реальности. И даже если «язык» сам обладает неоспоримой образностью (искусства: живопись прежде всего), то главное не это. Главное то, что в употреблении умельцем «язык» способен облегчить другим людям как минимум опосредованный доступ к образам совершенно иного порядка, непосредственно не всегда им доступным в иерархически организованной Объективной реальности; а как максимум — дать ключи и им к непосредственному доступу к ним.

И хотя «языковые» средства — поверхностный слой в культуре мышления и взаимопонимания людей, но возможности языков в общем внутриобщественном смысле этого слова различны. И потому в одних случаях одни «языки» в качестве средства информационного обмена и общения людей, предпочтительнее чем другие[142].

И если семья и школа еще как–то учат грамматике родного языка и логике «языка» математики, то как связать этот уровень системы кодирования информации с другими «внеязыковыми» уровнями психики человека и их кодовыми системами, а их — с «Языками»? как выглядит «внеязыковая» грамотность на «внелексических» уровнях психики и грамотность в «Языках»? — этому сами учатся только те, кто столкнулся в жизни с этой проблемой и понял, что она не наваждение и не выдумка; что пустые или неопределенной адресации «словеса» разного рода «языков», как минимум никчемны, но чаще — опасны; что есть объективные процессы (события) и вещи, для которых нет «слов» в развитых в культуре «языках».

И одна из сторон суфизма — обучение некоторой «внеязыковой» грамотности, свойственной культуре Язычества, в её разнообразных проявлениях.

Развитие культуры одной из своих ветвей имеет — и развитие средств описания внешнего и внутреннего по отношению к субъективизму человека мира. И от описаний, будь то словесные или математические формулировки законов естествознания или обществоведения, нельзя требовать полного тождества с превосходящей их по сложности Объективной реальностью во всей её полноте и целостности, хотя бы по причине ограниченности человека во времени и пространстве, как в измерениях в Богом данной мере.

Не смотря на это, человек, пользующийся теми или иными «языками» при описании реальности и прочтении описаний, сделанных другими людьми, обязан видеть ошибку описания и отдавать себе отчет в том, в какого рода деятельности эта ошибка порождает запас её устойчивости, повышая тем самым уровень безопасности человека и его окружающих, а в каких случаях ошибка описаний исчерпывает запас устойчивости его безопасной деятельности, которая должна всегда протекать в ладу с Мирозданием и Богом.

Поэтому проблема развития культуры современной цивилизации двуедина:

1) проблема взращивания личностной психической культуры: культуры собственного мироощущения (культуры пользования органами чувств как телесными, так и духовными — биополевыми), культуры мышления каждого из людей, т.е. восприятие знания по мере практической необходимости вне «языковых» средств. В нашем понимании Новый Завет об этом говорит так: «Дух Святой наставит вас на всякую истину.» Это — ключ к обретению того, что можно назвать первознанием, которое дается человеку непосредственно Свыше — каждому по его истинной нравственности; дается на Языке жизни. В связи с этим новозаветным указанием на определенно религиозный Источник первознания приведем и мнение Пророка Мухаммада: «Раб Божий получает от молитвы только то, что он понял.»

2) проблема адекватного обмена мнениями, т.е. распространения “первознания” среди себе подобных людей при помощи «языковых» средств, развитых в культуре общества — “пальца”, указующего на “луну”.

Большинство «языковых» формулировок существуют как изолированные замкнутые системы в силу ограниченности возможностей человека, в то время как в реальности всё — взаимно вложенные системы с мгновенно существующей и мгновенно изменяющейся (виртуальной) структурой, находящиеся в материально–информационном обмене между собой согласно матрице возможных состояний и преобразований (в мере); и в том числе — в обмене между иерархическими уровнями, определяющими порядок взаимной вложенности процессов.

Об этом часто забывают, описывая что–либо каким–то одним «языком» в качестве самодостаточной системы, явно или неявно опустив описание её отношений с объемлющими системами, как процессами (со–бытиями в их совокупности); иными словами, употребляют «языки», начисто позабыв об их обусловленности «Языками». Когда это приводит к очевидному ущербу вследствие деятельности на основе тех или иных неточных описаний, то за такого рода ошибками достаточно часто следует другая ошибка: абсолютизация ошибочности прежнего описания или «языка», на котором оно было сделано.

В силу ограниченности человеческих возможностей в каждой стадии его развития, при употреблении «языков» в контексте «Языка жизни» сказанному «языками» всегда сопутствует нечто, что должно подразумеваться по умолчанию в согласии с «Языками». Однако, сказанное в умолчаниях воспринимается как “само собой разумеющееся” по субъективизму каждого или же не воспринимается им вообще, даже если существует и объективно подразумевалось говорящим. И необходимо заботиться о том, чтобы система умолчаний, объективно неизбежно присутствующая при употреблении «языков», не противоречила сказанному «языками» явно; не отрицала сказанного явно и прямо[143]. Кроме того сказанное «языками» не должно противоречить ни явно, ни по умолчанию «Языку жизни». То есть в действительности возможность безошибочного употребления каждого из «языков» обусловлена «Языками».

Сказанное здесь о «Языках», «языках» и языке устной и письменной речи каждого, это еще одна сторона ЯЗЫЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ, или культуры суфизма, издревле существующей в культуре человечества. Именно её и искореняли издревле знахари–оккультисты с целью создания зависимости от легитимно правящей иерархии посвящений подавляющего большинства всего остального — непосвященного населения. Такая искусственно взращенная противоестественная зависимость в мировоззренческих вопросах от иерархии и принуждает это большинство ишачить в жизни на Земле на иерархию посвященных и её хозяев.

Поэтому всё сказанное здесь о всевозможных «Языках» и «языках» субъективно не существует для тех, кто умеет безобразно “говорить” и “писать” на одном или нескольких из них, но не умеет — вне «языковых» средств — воспринимать Объективную реальность как таковую и думать, а главное — замкнулся в нежелании обучаться ЯЗЫКОМ ЖИЗНИ, считая себя (возможно что и бессознательно) либо достигшим совершенства, либо смирившись со своим ничтожеством “маленького человека”, который якобы не может оказать влияния на течение событий вокруг него.

И в процессе обучения ЯЗЫКОМ ЖИЗНИ созидается каждым из людей некоторая составляющая господствующей в обществе нравственности и обусловленной нравственностью общей всем культуры, этики, и жизненных обстоятельств ибо: Бог не меняет того, что происходит с людьми (т.е. внешних обстоятельств), покуда люди сами не изменят того, что есть в них (подчеркнутое в другом переводе: своих помыслов); А тем, кто остерегается вызвать гнев Божий, тем Бог дает Способность к Различению, (которая лежит в основе осмысления происходящего) — так мы понимаем смысл коранических утверждений 13:12, 8:29.

В результате предоставления Свыше человеку Различения как способности, в психическом мире человека воспринимаемая им Объективная реальность предстает перед сознанием как совокупность двух категорий образов, условно которые можно назвать “определенное это” и дополняющая её до полноты категория “определенное не это”. Новая пара “это — не это” осмысляется человеком по его истинной нравственности, на основе его индивидуальной культуры мышления в совокупности со всеми памятными ему на всех уровнях его психики парами “это — не это”, предоставленными в Различение Свыше раньше. Человек, лишенный Свыше Способности к различению, утрачивает вместе с нею и способность к “питанию” разума новой информацией, вследствие чего он оказывается в информационной клетке, а жизнь его превращается в проигрыш заезженной пластинки. “Жизнь” его — существование не способного к целеполаганию и развитию автомата и ли дистанционно управляемого робота, те и ли иные психические программы которого активизируются жизненными обстоятельствами или внешними операторами по их произволу (и ли автоматизму более высокого уровня в иерархии автоматов[144]).

То есть утрата свободы воли человеком своей информационной основой имеет отказ Свыше в предоставлении человеку Способности к различению, вызванный разнородными злоупотреблениями со стороны человека освоенными им возможностями действовать в своем собственном психическом мире и в общем всем Мироздании.

Сказанное здесь о «языках» культуры и «Языках жизни» (более широком множестве систем кодирования и материальных сред носителей информации), Способности к различению, даваемой исключительно Богом непосредственно каждому, позволяет рассматривать суфизм (язычество) в качестве естественной субкультуры в числено преобладающей противоестественной, умышленно извращенной оккультными хозяевами правящей “элиты” нынешней культуре человечества. Этой субкультуре естественного, генетически предопределенного человечеству Свыше, язычества свойственно употребление каналов обмена информацией и «языков», которые либо не освоены, либо отвергнуты в культуре объемлющего суфиев общества. Если, памятуя об этом, смотреть на суфизм, ограничившись точкой зрения числено преобладающей культуры большинства, то суфизм — иная организация «внеязыковых» уровней психики человека. Иначе говоря: то, что является «внеязыковым» уровнем в общении одних людей, для других людей вполне может оказаться «языковым». То есть суфизм — психологическая культура, отличная от ныне числено преобладающей в обществах Востока, России, и Запада.

В этой связи Идрис Шах пишет:

«Суфизм невозможно изучать с помощью психологии по нескольким причинам. Самой интересной из этих причин для западного человека будет, вероятно, та, что суфизм сам по себе является психологической системой, причем намного более развитой, чем любая психологическая система, получившая доселе развитие на Западе. Эту психологию нельзя назвать восточной, но только общечеловеческой[145]. Нет необходимости утверждать это бездоказательно. Мы можем привести высказывание Юнга, в котором он признает, что западный психоанализ находится в зачаточном состоянии по сравнению с восточным:

“Западный психоанализ как таковой и те направления мышления, которые он порождает, являются не более чем попытками новичка по сравнению с древним искусством Востока” (К.Юнг. Современный человек в исследовании души. Лондон, стр.250 – 251. См. также прим. «Сознание»).
Между тем Юнг касался только отдельных аспектов восточной мысли. Целое невозможно постичь, познав отдельные его части, а начинающий в любой области, включая и суфизм, не может судить о работе мастера.
<…>

Еще раз нужно упомянуть о том, что целое невозможно постичь, познавая отдельные его части, а также о том, что постигать самого себя одновременно невозможно. Суфийский мастер Пир–и–До–Сара сказал: “Можете ли вы представить себе ум, наблюдающий себя целиком — что же будет он наблюдать, если он полностью занят наблюдением. Если же ум будет полностью занят исполнением своих функций, что же останется на долю наблюдения?[146] Наблюдение «я» необходимо в том случае, когда «я» отделяется от «не я»…” («Гора света», XVII, стихи 9951 – 57, рукопись).» — “Суфизм”, с. 77, 78.

Субкультура суфиев — психологическая культура, которая отличается от “нормальной” для библейской цивилизации (по существу: от числено преобладающей в ней), по какой причине суфию осознанно доступны некоторые возможности, не доступные окружающим не–суфиям и подчас не объяснимые на основе науки при достигнутом ею уровнем развития[147]. Соответственно употребление суфиями неосвоенного остальным обществом воспринимается в нём как “мистика”, которая признается — в зависимости от обстоятельств и мнения легитимной правящей иерархии посвященных — либо объективно невозможным вымыслом, либо сверхвозможностями мага, святого и т.п.

Кроме того одна и та же информация, свойственная «внеязыковым» уровням психики человека, может быть выражена им при помощи разных «языков»: это подобно тому, как одна и та же мысль может быть более или менее единообразно выражена на русском, английском или языке иной национальной культуры. Однако при этом в один и тот же «язык» представители разных «внеязыковых» субкультур могут вносить и разный смысл, свойственный «внеязыковым» уровням их психики каждой из них (отсюда в частности и возникает проблема: чем отличаются русские от русскоязычных? — и ответ прост: организацией «внеязыковых» уровней их психики и взаимодействием «языковых» и «внеязыковых»).

Сказанное о взаимоотношении «внеязыковых» и «языковых» уровней психики в информационной среде объемлющих «Языков», позволяет понять суть еще одного важного в затронутой нами теме о взаимоотношениях суфизма и масонства высказывания Идрис Шаха:

«То, что суфизм особым образом использует терминологию обычной религии, всегда вызывало ярость святош (то есть догматиков–буквоедов: наша вставка)» — “Суфизм”, с. 146.

Иными словами, речь идет о том, что суфии в привычные всем легитимные «слова» умеют вкладывать нелегитимный смысл. В результате этого, на «внеязыковых» уровнях психики их слушателей и читателей, возникают «внеязыковые» субъективные образы (мыслеформы) и, как следствие — иное миропонимание[148], не соответствующее легитимной доктрине (концепции) и подрывающее управление по ней. Соответственно это позволяет иначе взглянуть на вопрос о том, что реально происходит в двух случаях:

●  во–первых, если действительный суфий принимает масонское легитимное посвящение;

●  во–вторых, если легитимный масон становится действительным суфием.

Как это не опечалит многих, став легитимным масоном, действительный суфий не перестает быть суфием, т.е. свободным язычником. Если же легитимный масон в силу разных причин становится действительным суфием, то он перестает по существу быть масоном, скованным дисциплиной масонства, и обретает ранее отнятую у него основателями иерархии свободу.

Конечно речь идет о таких суфиях, как описанные в сказке суфии Абд аль-Кадир и погонщики мулов; описанные там же шейхи — масоны, воображающие себя суфиями. Очень знаменательно и то, что в послесловии к этой сказке упоминается рабби Злимелех: если он в реальной истории стал действительным суфием (носителем качеств суфия), то раввином лояльным к системе жидомасонства он перестал быть, хотя он и воспринимался и воспринимается по сию пору в известных кругах в качестве выдающегося раввина, возможно и высоких степеней посвящения масона.

Самое доступное для масонов объяснение этой однонаправленности партнерства суфизма и масонства состоит в том, что общение суфиев основано на взаимном распознавании друг друга как носителей качеств суфиев, а не на взаимном обмене паролями соответствующих степеней посвящения в орденах и ложах. То есть суфийское опознавание “свой–чужой” протекает на «внеязыковых» (для масонства) уровнях психики, в то время, как масонство употребляет «языковые» пароли.

Домогаться от опознанного в качестве суфия паролей его масонской легитимности (или отказать ему в общении на основании нелегитимности в качестве масона) для суфия, пребывающего в масонстве, означает сначала перестать быть суфием, поскольку он нарушает тем самым нормы этики суфизма — Язычества, предопределенного Богом человеку в текущую эпоху. Умышленное же нарушение норм предписанной Свыше благой нравственности и этики — отъявленный сатанизм со всеми вытекающими из него последствиями в этой жизни и по смерти.

Это означает, что даже при внешне видимом соблюдении дисциплины употребления «языков», свойственных субкультуре жидомасонства, через «внеязыковые» уровни психики суфиев, входящих в масонство на разных его ступенях, информация, свойственная суфизму, незримо входит в масонство, и “извращает” проведение в жизнь его сатанинской расово “элитарной” доктрины глобального рабовладения; а таимая масонством от легитимно непосвященных информация незримо (через «внелексические» с точки зрения субкультуры жидомасонства уровни психики) утекает на «языках» суфизма в неэлитарную субкультуру суфизма.

Даже не вступая в легитимные структуры масонства суфизм незримо для масонства через «внеязыковые» уровни, объективно свойственные каждой культуре, действует в ней, по какой причине масонская деятельность целенаправленно и необратимо искажается деятельностью суфийской.

Может встать вопрос: А почему не наоборот? — “Наоборот” пусть доказывают крутые экстрасенсы и эзотеристы от жидомасонства.

Из общедоступной литературы по эзотерике простой человек, вне зависимости от того, является ли он экстрасенсом или нет, может вынести учение о “чакрах” — энергоинформационных центрах, разного функционального назначения, расположенных в биополевой структуре человека вдоль его позвоночника от копчика до макушки. Вся масонская литература ссылается на авторитет индуизма и йог Индии в этих вопросах. Основных чакр согласно источникам этой традиции — 7, и все они расположены в плоскости симметрии человеческого тела.

В суфизме также есть учение об энергониформационных биополевых центрах в организме человека, которые подлежат развитию и управлению в культуре суфизма. Идрис Шах в связи с этой темой не вдается в описание чакр, расположенных ниже пупа, с чего начинают все эзотеристы индо–масонской традиции знахарства. Но он указывает на необходимость развития и управления также 7‑ю латифами (арабский “синоним” для “чакр”), но расположенными исключительно в верхней половине тела. При этом на уровне сердечной чакры индо–масонской традиции расположены три латифа суфийской традиции[149] (“Суфизм”, с. 327, 428). То есть, кроме того, что в индо–масонской традиции называется сердечной чакрой, суфийской традиции свойственно развитие еще двух энергоинформационных центров — приемников и передатчиков энергии и информации, — а также и управление ими[150].

Иными словами суфий несет в себе по крайней мере два канала энергоинформационного обмена, недоступных шибко продвинутому в “йогах” индуистской традиции экстрасенсу, будь он нелегитимный самоучка или же обученный масон–эзотерист. Если он в себе развивает латифы суфийской традиции, то он — по причине изменения своей биополевой структуры и физиологии — перестает принадлежать к индо–масонской традиции, а возврат в неё для него это — биополевое членовредительство; сами понимаете, что способные к этому дурни и восторженные невольники ограниченности встречаются, но числено не преобладают.

Желающие могут конечно поупражняться в словопрении на тему, что дополнительные латифы суфийской традиции — искусственное, и потому никчемное порождение, не предусмотренное генетикой человека; суфии, вряд ли вступят с ними в спор, предоставив каждому ошибающемуся убедиться в жизни в ошибочности его воззрений и той культуры, которой он объективно следует вне зависимости от произносимых им «слов».

Если подводить итог этому сравнению биоэнергетики индо–масонской и суфийской традиций, то одной фразой можно сказать так: Чтобы увидеть чужой “третий глаз”, сначала следует раскрыть свой собственный (или быть носителем чего–то лучшего, превосходящего по своим возможностям).

Примерно так же дело обстоит и с каббалой, в той её части, где речь идет о возможностях, связанных с употреблением числовых значений букв арабского и иудейского алфавитов в науке и в магической практике: арабский язык и письменность совершеннее иврита. Каббала, построенная на иудейском алфавите (22 символа), — всего лишь проекция, в пространство параметров размерностью на 6 меньше, каббалы, свойственной арабскому алфавиту (28 символов). Кто–то может настаивать, что эти “сверхивритные” 6 компонент некоего пространства параметров вымышлены, вследствие чего им нет соответствия в «магических языках» Объективной реальности, а истинной является иудейская каббала. Думать так — его право, но пусть хоть иногда он вспоминает об этом соотношении ивритской и арабской каббал в случаях неудач в приложении иудейской каббалистики к решению задач, выходящих за пределы её объективных возможностей.

Кроме того отсутствие необходимости соблюдать дисциплину иерархии посвящений порождает в суфизме и отличную от жидомасонской субкультуры организацию (настройку) психики в целом и интеллекта в частности.

Короче: если ростовщическая практика в отношении бездумно невежественного общества со стороны библейского жидомасонства — игра в одни ворота, в которой предопределенно проигрывает общество; то взаимоотношения суфизма и масонства в сфере “культурного сотрудничества” — также игра в одни ворота, в которой всегда предопределенно проигрывает жидомасонство.

Чтобы понять, в каких случаях проигрывает суфизм и Кому, теперь перейдем к вопросу о взаимоотношениях суфизма и Ислама:

«Людям со стандартным мышлением подчас бывает трудно понять, насколько универсальными являются принципы настоящей суфийской деятельности. Поскольку суфизм был предназначен для того, чтобы существовать в условиях Ислама, как и в любых других условиях (выделено нами), его легко можно изучать через контекст Ислама.» — “Суфизм”, с. 52.

Исторически реально суфизм, не как слово, а как субкультура в обществе, действительно наиболее зримо проявился в регионе коранической культуры, в которой вероучение, со свойственной ему обрядностью, получило название “ислам”. И это местное самоназвание стало общеупотребительным по отношению к нему в других культурах (слова подобные “мохаммедданство” и т.п. не привились, хотя к этому были приложены большие усилия заинтересованных масонов).

Коран предписывает определенную, всем открытую для обозрения обрядность (ритуал). Но ритуал исполняет прежде всего внутриобщественную роль: он обеспечивает воспроизводство некой религиозности как таковой при смене поколений.

Кроме того Коран предписывает и каждодневную пятикратную молитву как таковую. Один из ранее приводившихся хадисов (высказываний пророка) Мухаммада гласит: «Раб Божий получает от молитвы только то, что он понял.» Это можно выразить словами настоящей работы так: «Что получит от молитвы раб Божий, обусловлено тем, как он свяжет информацию «внеязыковых» уровней его психики, с «языковыми» уровнями.»

Это последнее весьма отлично от внешне видимых обрядовых проявлений принадлежности к кораническому (или иному) вероисповеданию, и дополняет соблюдение обрядовых норм вероучения. То есть со стороны внешне одинаково выглядят и мусульманская истинная молитва, и не являющееся по существу молитвой поклонение молитвенному коврику под чтение, Корана[151] на непонятном языке.

Ислам реально это внутрисоциальный «язык» обрядности и («внелексический») «внеязыковой» диалог всех уровней психики каждого человека — без посредников — с Богом[152].

Диалог же с Богом в молитве без посредников — это стержень объемлющего молитву опосредованного диалога с Богом в Язычестве, который протекает на «Языке жизни общего всем Мироздания». И точно так же, как и приведенный ранее апокриф Благая весть Миру Иисуса Христа, Коран многократно и прямо говорит о том, что весь Мир это знамения Божии для испытания человека:


Сура 2:28. И вот, сказал Господь твой ангелам: “Я установлю на Земле наместника.” Они сказали: “Разве Ты установишь на ней того, кто будет там производить нечестие и проливать кровь, а мы возносим хвалу Тебе и святим Тебя?” Он сказал: “Поистине, Я знаю то, чего вы не знаете!”
Сура 46:2. Мы не создали небеса и землю и то, что между ними, иначе как по истине и на определенный срок. А те, которые не веруют, уклоняются от того, в чём их увещают.
Сура 46:16. Мы не создали Небеса и Землю и то, что между ними, забавляясь. 17. Если бы Мы желали найти забаву, Мы сделали бы её от Себя, если бы Мы стали делать. 18. Да, Мы поражаем истиной ложь, и она её раздробляет, и вот — та исчезает, и вам горе от того, что вы приписываете.
Сура 29:1. Разве полагают люди, что их оставят, раз они скажут: "Мы уверовали", и они не будут испытаны? 2. Мы испытали тех, кто был до них; ведь знает Аллах тех, которые правдивы, и знает лживых. 3. Разве полагают те, которые творят злое, что они Нас опередят? Плохо они судят! 4. Кто надеется встретить Аллаха, — то ведь предел Аллаха приходит (Саблуков: для того наступит срок, назначенный Богом). Он слышащий, ведающий! 5. А кто усердствует, тот усердствует для самого себя. Поистине, Аллах не нуждается в мирах! 6. А те, которые уверовали и творили доброе, — Мы искупим у них дурное и воздадим им лучшим, чем они творили.
Сура 8:29. "О те, которые уверовали! Если вы будете бояться (<вызвать гнев Божий>, т.е. будете благоговеть перед Богом) Аллаха, он даст вам Различение и очистит вас от ваших злых деяний и простит вам. Поистине, Аллах — обладатель великой милости!"
Сура 21:105. И написали Мы уже в Псалтыри после напоминания, что Землю наследуют рабы Мои праведные.


То есть суфизм проигрывает в единственном случае: когда действительный суфий начинает противоборствовать Исламу, какое слово — в изъяснении его смысла русским языком — означает: Принятие человеком по его свободной доброй воле к исполнению Высшей Воли Божией во всей её полноте уже в этой жизни. То есть Кораническое учение и смысл слова “Ислам” идентичен общеизвестной Христовой молитве, которой в жизни противятся всею своею церковной и внецерковной деятельностью все библейские догматические культы:

"Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твое; да придет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный дай нам на сей день; и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; и не введи нас во искушение, но избави нас от лукавого. Ибо Твое есть Царство и сила, и слава во веки!" — Матфей, 6:9 – 13. «Не придет Царствие Божие приметным образом (…) ибо вот Царствие Божие внутри вас есть» — Лука, 17:20, 21.

И согласно всему сказанному, принятая на себя жидомасонством миссия построения глобального расово-”элитарного” государства — противная Богу отсебятина, которой и противостоит истинный суфизм — Язычество во всех религиях и культурах без исключения.

Альтернатива жидомасонской деятельности и гибели вместе с системой рабства и хозяевами библейского проекта — одна:

«Любите братьев ваших истинных, как ваш Отец Небесный и Мать–Земля любят их. И тогда ваш Отец Небесный даст вам свой Святой Дух, а ваша Мать–Земля — свое Святое Тело. И тогда сыновья человеческие, как истинные братья, будут любить друг друга такой Любовью, которую дарят им их Отец Небесный и Мать Земля: и тогда станут они друг для друга истинными утешителями. И тогда только исчезнут с Лица Земли все беды и вся печаль, и воцарится на ней Любовь и Радость. И станет тогда Земля подобна Небесам и придет Царствие Божие. И сын человеческий придет во всей Славе своей, чтобы овладеть своим наследством — Царствием Божиим. Ибо сыны человеческие живут в Отце Небесном и Матери–Земле, и Небесный Отец и Мать–Земля живут в них.
И тогда вместе с Царством Божиим придет конец временам. Ибо Любовь Отца Небесного дает всем вечную жизнь в Царстве Божием. Ибо Любовь — вечна. Любовь сильнее смерти.»

Это в наши дни может показаться многим несбыточным бредом, сумасшествием. В связи с возможностью такой оценки приведем еще одну сказку дервишей из сборника Идрис Шаха:


Когда меняются воды


Однажды Хидр[153], учитель Моисея, обратился к человечеству с предостережением.

— Наступит такой день, — сказал он, — когда вся вода в мире, кроме той, что будет специально собрана, исчезнет. Затем ей на смену появится другая вода, от которой люди будут сходить с ума.
Лишь один человек понял смысл этих слов. он собрал большой запас воды и спрятала его в надежном месте. Затем он стал поджидать, когда вода изменится.
В предсказанный день иссякли все реки, высохли колодцы, и тот человек, удалившись в убежище, стал пить из своих запасов.
Когда он увидел из своего убежища, что реки возобновили свое течение, то спустился к сынам человеческим. Он обнаружил, что они говорят и думают совсем не так, как прежде, они не помнят ни то, что с ними произошло, ни то, о чем их предостерегали. Когда он попытался с ними заговорить, то понял, что они считают его сумасшедшим и проявляют к нему враждебность либо сострадание, но никак не понимание.
По началу он совсем не притрагивался к новой воде и каждый день возвращался к своим запасам. Однако в конце концов он решил пить отныне новую воду, так как его поведение и мышление, выделявшие его среди остальных, сделали жизнь невыносимо одинокой. Он выпил новой воды и стал таким, как все. Тогда он совсем забыл о запасе иной воды, а окружающие его люди стали смотреть на него как на сумасшедшего, который чудесным образом исцелился от своего безумия.

Легенда часто связывается с Зу–н–Нуном[154], египтянином, который умер в 850 году и считается автором этой истории, по меньшей мере в одном из обществ вольного братства каменщиков. Во всяком случае Зу–н–Нун — самая ранняя фигура в истории дервишей ордена Маламати, который, как часто указывалось западными исследователями, имел поразительное сходство с братством масонов. Считается, что Зу–н–Нун раскрыл значение фараонских иероглифов.

Этот вариант рассказов приписывается Сеиду Сабиру Али Шаху, святому ордена Чиштия, который умер в 1818 году.


Это — иносказание, которое пережило века. Только в вымышленной сказочной реальности его можно понимать в том смысле, что речь идет о какой–то “трансмутации” природной воды (Н2О), а не о некой иной “воде”, свойственной обществу, которая по некоторым качествам в его жизни в каком–то смысле аналогичной воде в жизни планеты Земля в целом.

Таким аналогом воды (Н2О) в жизни общества является культура — вся генетически ненаследуемая информация, передаваемая от поколения к поколению в их преемственности. Причем вещественные памятники и объекты культуры — выражение психологической культуры (культуры мироощущения, культуры мышления, культуры осмысления происходящего), каждый этап развития которой предшествует каждому этапу развития вещественной культуры, воплощающей психическую деятельность людей.

Суфий древности мог иметь предвидение во «внелексических» образах о смене качества культуры, и таким образом имел некое представление о каждом из типов “вод”. Но вряд ли бы его единообразно поняли современники, имевшие представление только о том типе “воды” (культуры, нравственности и этики) в которой они жили сами, и вряд ли бы они передали это предсказание через века. Но сказка, как иносказание о неведомом и непонятном, пережила многие поколения.

Естественно, что с точки зрения человека живущего в одном типе культуры, внезапно оказаться в другом качественно ином типе культуры — означает выглядеть в ней сумасшедшим и вызвать к себе враждебность (поскольку его действия, обусловленные прежней культурой, могут быть разрушительными по отношению к новой культуре) или сострадание. Само же общество, живущее иной культурой, с точки зрения внезапно в нём оказавшегося также будет выглядеть как психбольница на свободе. Его отношения с обществом войдут в лад, только после того, как он приобщится к новой культуре и эта “вода” станет основой его “физиологии” в новом обществе.

Ранее приведенный апокриф Благая весть Миру Иисуса Христа повествует и об основе нового типа культуры:

«Любовь терпелива, Любовь нежна, Любовь не завистлива. Она не делает зла, не радуется несправедливости, а находит радость свою в справедливости.
Любовь объясняет все, верит всему, Любовь надеется всегда, Любовь переносит всё, никогда не уставая: что же касается языков, — они исчезнут, что касается знания, — оно пройдет.
И сейчас располагаем частицами заблуждения и истины, но придет полнота совершенства, и все частное — сотрется.
Когда ребенок был ребенком, разговаривал, как ребенок, но достигнув зрелости, расстается он с детскими взглядами своими.
Так вот, сейчас мы видим всё через темное стекло и с помощью сомнительных истин. Знания наши сегодня отрывочны, но когда предстанем перед Ликом Божиим, мы не будем знать более частично, но познаем все, познав Его учение. И сейчас существует Вера, Надежда, Любовь, но самая великая из трех — Любовь.»

При этом всеобъемлющая Любовь, не поддающаяся «языковому» описанию и алгоритмизации, противопоставляется ограниченным знаниям, лежащим в основе нынешнего типа культуры. В нынешнем типе культуры на протяжении тысячелетий доступ к знанию, выработка нового знания и его легитимизация для употребления в обществе была уделом иерархий посвященных. В глобальных масштабах к середине ХХ века в этом деле преуспела иерархия жидомасонских посвящений на основе библейской культуры.

Как сообщает суфийская сказка о смене “вод”, появлению новой “воды” предшествует иссякание прежних “вод”:

●  то есть науки перестают производить качественно новое прикладное знание, а занимаются перегонкой и конденсацией старой “воды” (это действительно так: вузовские учебники по математике, физике, теоретической механике, сопротивлению материалов, многим разделам медицины и других прикладных наук, написанные до 1950 г., написаны лучше, чем учебники, написанные после 1970 г.);

●  искусства отрываются от жизненных проблем и становятся бессодержательными в этом смысле, становясь искусством для искусства, в лучшем случае подобными птичьему пению, а в худшем случае — подобными сваре на птичьем базаре, где преобладают крикливые попугаи, кукушки хвалят петухов за то, что хвалят те кукушек (и это глобальное явление лучше всего видно на примере телевидения и компьютерных игр: единообразие смысловых скелетов сюжетов боевиков, фантастики, шоу–игр и ток–шоу очевидно, и маскируется только разными внешне различными образами персонажей и фоном, на котором они действуют; с уходом из мира сего В.Листьева, его проекты в руках преемников не стали ни лучше, ни хуже; и только крутой искусствовед может отличить произведения одного ахинейного модерниста от произведений другого).

И в то же время как в науке, так и в самодеятельном искусстве появляется знание и жизненное содержание — новое, неканонизированное и не поддающееся легитимизации в прежней традиции посвящений. Соответственно высоко посвященные хранители запасов прежней “воды” воспринимают это как эпидемию “сумасшествия” подопечных им стад профанов. Но в отличие от времен Хидра, все это можно описать и без иносказаний в понятийно определенной терминологии современной нам культуры, однако “нелегитимной” её составляющей, если смотреть с точки зрения хранителей ветхозаветных “вод” жидомасонства.

Суть дела в том, что в ветхозаветные времена через технологически неизменный мир проходили многие поколения людей. В этих условиях единожды выучившись какому–либо навыку, профессии, человек мог жить бездумно, т.е. существованием говорящего на «языках» попугая. В обществе не было факторов, возмущавших его психическую деятельность, и вынуждавших думать, чтобы освоить ранее неизвестные навыки и знания. Это касалось подавляющего большинства людей, по какой причине социальная пирамида и иерархия угнетения большинства меньшинством обладала известной устойчивостью, а общество управлялось на основе дозировки распространения знаний и доступа к обучению.

Новые знания появлялись в результате творческих усилий относительно малочисленных думающих одиночек[155]. Скорость этого процесса обновления культуры и нарастания общего объема информации в культуре была невелика по отношению к скорости обновления поколений людей. И относительно малочисленная иерархия посвященных успевала приобщить знания к своему запасу, а при необходимости легитимизировать их для употребления в обществе; при этом многих думающих она успевала приобщить и к деятельности в составе иерархии. Более других региональных иерархий планеты к концу ХIX в. в этом накоплении знаний и преобразованиях на его основе вещественной культуры преуспело жидомасонство библейской региональной цивилизации. Числено преобладающая же в обществе психология (индивидуальная культура мироощущения, осмысления, преобразования себя и окружающего Мироздания), которая почиталась нормальной, вопреки словам Христа, сообщаемым в приводившемся апокрифе, всё это время оставалась неизменной: той же, что была и в ветхозаветные времена.

Но на всём протяжении периода исторического времени от зачатия “жидомасонского проекта”, предназначенного для установления безраздельного мирового господства, до наших дней — процесс накапливания прикладных знаний и прочей информации в культуре ускорялся; а кроме того ускорялся и процесс вытеснения прикладных знаний и навыков новыми знаниями и навыками того же самого назначения. Во второй половине ХХ века он ускорился настолько, что некоторые люди, родившиеся до появления деревянно–тканевых этажерок, ушли из жизни создателями и пилотами сверхзвуковых самолетов: т.е. в течение срока их жизни сменилось несколько поколений летательной техники.

Еще более массовое явление: те, кто в школе осваивал логарифмическую линейку и счеты, уже забыли, как работать на стационарных компьютерах первых поколений; а в их быту сменилось несколько поколений телевизоров, холодильников, стиральных машин и прочей бытовой техники.

Так в наши дни, в результате всей прошлой деятельности жидомасонства, психика подавляющего большинства людей оказалась под воздействием фактора многократного обновления культуры за время их жизни, что не позволяет им, единожды выучившись, безбедно жить в режиме говорящего на «языках» человекообразного попугая и гарантировать достигнутый социальный статус себе до скончания дней, а своим наследникам на будущие времена.

Мироздание становится всё более жестко и беспощадно к бездумным человекоподобным попугаям, вследствие чего они обречены сгинуть в ходе действия такого рода “естественного отбора”, обусловленного культурой Ветхого Завета. Думающие же люди, ныне в их большинстве — вне иерархий посвящения. Обучаемые жизнью, они взращивают в себе иную — естественную с точки зрения субкультуры суфизма–язычества — культуру своей психической деятельности и передают её окружающим также вне традиций легитимных иерархий посвящения. Иерархии же по причине своей малочисленности и приверженности прежней культуре (и культуре психической деятельности человека в особенности), просто не в состоянии справиться с потоком информации (новой “воды”), мощность которого превосходит их ограниченные возможности.

Так в результате проект строительства глобальной социальной пирамиды по библейскому проекту, осуществляемому жидомасонством, успешно продвигается в том же направлении, на котором завершился предыдущий проект строительства вавилонской башни: разрушение вследствие нарушения лада бытия Объективной реальности.

Всё идет “само собой” в процессе обучения людей Языком жизни Бога живого. Именно по этой причине, в основе которой уважение свободной воли каждого человека, суфии изначально отказались от проповеди суфизма[156]. Процесс обновления “вод” в наши дни еще не завершился и каждый — по его свободной воле — может избрать ту или иную “воду”, в которой ему жить. Кто–то сделает это бессознательно, кто–то осознанно. Но выбор “воды”, как основы дальнейшей жизни, и последующая мера верности избранному в повседневности, начиная от мелочей и кончая общевселенской проблематикой (насколько она входят в спектр ощущения и осознания каждым действительности) — предопределит и его личную судьбу.

Идрис Шах приводит ещё одну сказку дервишей, в которой фигурирует некая вода:


Вспыльчивый человек


Один человек по малейшем поводу впадал во гнев. Наблюдая за собой многие годы, он пришел к выводу, что вся его жизнь полна непреодолимых трудностей из–за его вспыльчивости. Однажды он услышал об одном дервише, обладающем глубоким знанием, и пошел к нему за советом.
Дервиш сказал ему: “Ступай по такой–то дороге, пока не придешь к перепутью, где увидишь засохшее дерево, стань под этим деревом и каждому прохожему предлагай напиться воды.”
Человек сделал, как ему было сказано. прошло много дней, и люди стали его примечать; повсюду разнеслись слухи, что он взял на себя обет творить милостыню и следует особому курсу самоконтроля под руководством совершенного мудреца.
Однажды путник, который очень торопился, отвернулся, когда тот человек предложил ему напиться воды, и поспешно продолжал свой путь. Вспыльчивы человек крикнул ему вдогонку: “Постой, ответь на моё приветствие и испей воды, которую я предлагаю всем путникам!” Но тот даже не обернулся. Он еще несколько раз окликнул его, но не получил никакого ответа.
Возмущенный такой неучтивостью, человек тут же обо всем позабыл. Он быстро снял ружье, висевшее на сухом дереве, прицелился в удаляющегося грубияна и выстрелил.
Пешеход замертво повалился на землю, и в тот же миг произошло чудо: сухое дерево расцвело.
Сраженный пулей оказался закоренелым убийцей и был как раз на пути к совершению самого ужасного преступления в своей жизни.
Итак, как видно, есть два рода советчиков. Первые чисто механически повторяют какие–то установленные принципы. Вторые — это люди знания. Те, кто встречает людей знания, ждут от них нравоучений и относятся к ним, как моралистам. Но цель этих людей служить истине, а не оправдывать благочестивые надежды.


Течение же “вод” глобального исторического процесса предопределено Свыше, и о направленности его пророки неоднократно доводили до сведения человечества в своих живых речах; от слова жизни пророков иерархии отгораживались мертвым писанием, выражавшим самодурственную корысть земных владык; а косное большинство бездумно следовало за иерархиями посвящений, говоря “разумно”, что пророки, конечно, говорят хорошо, но они сами «люди маленькие» и «жить им приходится сейчас» в тех обстоятельствах, что сложились в их эпоху.

Но можно ли назвать такое существование нынешней глобальной цивилизации жизнью людей?

23 марта — 23 апреля 1997 года

## Отповедь “Черной мессе”

С.Кургинян в газете “Завтра” № 7, 1997 г., опубликовал статью “Черная месса” с вопросом в подзаголовке «Может ли Япончик быть символом русского сопротивления?». — Ясно, что Япончик не может. Но может ли быть С.Кургинян не символом, а деятелем в рядах Русского сопротивления? — определенный взгляд на этот вопрос может оказаться отрезвляющим не только для самого С.Кургиняна, но и для многих среди “интеллигенции” России.

Речь в статье С.Кургиняна идет о роли организованной преступности в судьбах СССР и России. Начинает он свое повествование с упоминания фактов общения лидеров КПРФ с якобы близкими к криминалитету казачьими атаманами. С.Кургинян обращает внимание читателя на героизацию в патриотической печати преступного мира России «в той части, в какой он является “русским” и “славянским” (при этом упоминается статья В.Бондаренко “Япончик, как символ русского сопротивления”, “Завтра” № 6 1997 г., давшая название подзаголовку). Далее С.Кургинян вспоминает ход перестройки с тезисом демократизаторов о «догоняющей модернизации», при которой слепо правящая демократическая интеллигенция копировала с “передового” Запада государственные и финансово–хозяйственные структуры, законодательство и «политические технологии». С этим беспринципным, по словам С.Кургиняна, копированием[157] он связывает и тезис некогда высказанный Шмелевым:

«Только мафия в России является состоятельной во всех смыслах этого слова, ибо лишь она в условиях командно–административной системы и всеобщего рабства была тем “жрецом”, который хранил в своих “общаковых” храмах огонь инициативности, способности принимать и последовательно исполнять решения. Этот тезис был одним из главных мифов перестройки и привел к тому, что мы сегодня имеем.» — подводит итог С.Кургинян.

Те, кто не слаб памятью, не согласятся с последним утверждением, поскольку главным мифом, а по существу — самоодуряющим блефом для государственно властных слоев интеллигенции, было утверждение о способности, объективно свойственной рынку, к саморегуляции производства и потребления в соответствии с общественными потребностями, при качестве управления более высоком, чем это обеспечивала “командно–административная” система на основе рекомендаций Госплана.

Те обстоятельства нищеты и реального бесправия, в каких живет подавляющее большинство населения бывшей сверхдержавы СССР сложились именно в результате попытки осуществить этот блеф в качестве “общечеловеческих ценностей”, “русской идеи”, “государственной идеологии” и т.п. словесного блуда, сопровождавшего политику последних 12 лет.

Среди прочих причин эти условия существования сложились и потому, что никто из тех, кому в последнее десятилетие пресса и книжные издательства охотно предоставляли свои страницы, ясно и своевременно не вскрыли в своих публикациях бредовость упомянутой “великой” всепродажной (рыночной) идеи, а также умолчали и о подлости пропаганды этого блефа в качестве основополагающей идеи перестройки[158].

Далее С.Кургинян пишет:

«Шмелевский миф предполагает, то чего нет — мафиози, как неких независимых “робин гудов”, прячущихся в шервудских лесах мафиозной “малины”, готовых вступиться за бедных и противостоящих шерифу и королю.»

Высказав это, С.Кургинян берется разоблачить “шмелевский миф” и выставляет три утверждения:

 «Мафия, во–первых, уже стала антисистемным отражением мировой системы, то есть интернационалом (да, господа почвенники, именно интернационалом чистейшего типа!) “черных” транснациональных корпораций. <…>
 Во–вторых, не существует непроходимого барьера между современными робин гудами и шерифами. Известно, что Меделинский картель постоянно оказывается орудием американских спецслужб, и то же самое можно сказать о целой сети мафиозных организаций типа “коза ностра” или “коморра”. <…> Нет лишь одного — “черных ТНК”, не ангажированных спецслужбами мира. <…>

В-третьих, “белые ТНК” и спецслужбы мира сотрудничают, как минимум на равных, составляя в качестве противоречивого и неустойчивого симбиоза прообраза возможного “ТИГа”[159]. Тем самым мафия и её “черные ТНК” являются (будучи зависимыми от спецслужб элементами!) партнерами “белых ТНК”, получающими сверхприбыль там, где “цивилизованные” правила не позволяют “белым ТНК” играть в открытую. <…> При этом в большинстве случаев “черные ТНК” ведут себя покорно по отношению к “белым”, становясь возмутителями спокойствия лишь в двух случаях. Либо — когда спецслужбы должны поставить на место зарвавшиеся “белые ТНК” и командуют “фас” “черным”, затем убирая “черных” по просьбе одумавшихся “белых”. Либо — когда в системе “белых ТНК”, отражающих мировое разделение труда, появляется вакантная ниша, куда устремляются “черные ТНК” в надежде занять вожделенное место среди “белых” хозяев мира.»

После этого С.Кургинян делает обобщающий вывод:

«Крупные черно-ТНКовые мафии — спецслужбы — “белые ТНК” — клубы и параполитические[160] структуры, отражающие цели мировых центров силы, — вот подлинная формула переплетенной и завязанной прочнейшим узлом транснациональной действительности конца XX века.»

Формула, конечно, похожая на правду, да беда в том, что она — крайне грубо приближенная, и, как следствие, — содержит в себе заведомую ошибку, недопустимую по её существу для политических оценок в нынешнем российском кризисе. Дело в том, что история — не принадлежит к числу так называемых “гуманитарных” наук, в которых возможно неограниченно долгое словоблудие о выдуманных абстракциях[161], не имеющих реальных связей с жизнью. История — наука точная, подобно математике. Но стандарт точности в исторической науке (и во всем прочем обществоведении) определяется не количеством знаков после запятой, а теми объективными категориями в жизни общества, с которыми соотносится описание конкретных общественных явлений. Любой общественный процесс в историческом прошлом и в текущем политическом настоящем может быть описан:

● с точностью до безликой “толпы” и “личности” — вождя, гения, — великого и мудрого или низкого и подлого, в зависимости от того, с позиций какой конкретно концепции организации жизни людей в обществе смотреть[162];

● с точностью до церковного ордена или политической партии;

● с точностью до глобального заговора многих поколений римских пап, российских императоров, коммунизма, фашизма, анархизма, гомосексуализма и т.д., в зависимости от того, какой образ врага заказали историку хозяева концепции, осуществляемой в политике[163];

● с точностью до мондиализма и других разновидностей “жидомасонского” заговора, объемлющего все ранее упомянутые и не упомянутые глобальные “заговоры”;

● с точностью до наследующего локальному жречеству древнего Египта современного нам космополитичного осатаневшего надиудейского псевдожречества узурпаторов — знахарей ныне осуществляемой глобальной концепции управления, выраженной и зафиксированной письменно в Библии, преисполненной мерзостной отсебятины древних рабовладельцев;

● с точностью до отношений нынешнего человечества с иными цивилизациями (в том числе и с предшествующими ему земными цивилизациями), иерархией сатаны и Царствием Всевышнего Господа Бога[164].

При любом стандарте точности исторических описаний возможны и ошибки, как возможны ошибки и при математических вычислениях с любым количеством знаков, но и как в математике многие результаты могут быть приемлемы для практики только при достаточном количестве “знаков после запятой” — то есть объективных жизненных категорий, с которыми имеет дело историческая наука и политология.

При чтении исторических и политологических работ они также воспринимаются сознанием читателя с точностью до указанных категорий, которые являются по существу своему разнородными элементами исторически сложившихся взаимно вложенных систем общественного глобального самоуправления, всегда протекающего в пределах допустимого иерархически высшим (по отношению к человечеству в целом и по отношению к его подмножествам) объемлющим управлением, коему человечество гораздо дольше противоборствует, чем пребывает в ладу с ним.

Эта историко–философская оговорка позволяет взглянуть на статью С.Кургиняна с привлечением большего количества[165] объективных общественно исторических категорий, чем то, которое он сгрузил в свою «подлинную формулу переплетений и завязанной прочнейшим узлом транснациональной действительности конца ХХ века».

Прежде всего следует обратить внимание: всё, сказанное С.Кургиняном о взаимоотношениях мафий, черных и белых ТНК, спецслужб и т.п. в его втором и третьем тезисах по существу опровергает высказанный им первый тезис. Из второго и третьего ясно понятно, что мафия в современной нам глобальной цивилизации — вовсе не «антисистемное отражение мировой системы», как пишет С.Кургинян, а системообразующий фактор, устойчиво порождаемый на протяжении веков самой толпо-”элитарной” системой внутриобщественных отношений людей.

Безусловно, подавляющее большинство современных нам мафиози не Робин Гуды, в том смысле, что они не являются защитниками тружеников от угнетателей. Они просто — незаконные угнетатели, которым не нашлось свободного места в легитимных иерархиях законных угнетателей — “королей и шерифов”, если говорить языком статьи С.Кургиняна. Но С.Кургинян, противопоставив мафию системе, в качестве «антисистемного отражения» и «антисистемного элемента» (его слова), по существу провозглашает исторически сложившуюся систему общественного устройства непорочной по заложенным в неё идеалам и принципам их осуществления. На самом же деле мафия, в её известном в наше время виде, будучи действительно объективно порочным порождением мировой системы и неотъемлемой её частью, является обнажением порочности самой системы внутриобщественных отношений людей, сложившейся к концу ХХ века в цивилизации, построенной на основе Библии.

Поскольку система общественных отношений объективно порочна[166], то она призывает к жизни действительно АНТИСИСТЕМНЫЙ ФАКТОР, который будет беспощаден по отношению как к самой порочной системе, так и к деятельным её приверженцам. О существе и способах вхождения в жизнь общества этого очищающего антисистемного фактора С.Кургинян задумываться не желает. Но выставляя в качестве якобы антисистемного фактора безыдейную, алчную до денег мафию — порочный элемент порочной системы, — он тем самым приписывает объективную порочность грядущему антисистемному фактору, который несет миссию очищения и преображения порочной системы. Так, подменяя одно явление другим, С.Кургинян действительно правит черную мессу на протяжении всей своей активной публицистической деятельности. При этом его писанина хорошо выражает пословицу: На воре и шапка горит.

Последнее необходимо разъяснить. В “священном писании” С.Кургиняна есть и менее очевидное, но более значимое, чем несоответствие первого его тезиса второму и третьему. С.Кургинян оспаривает высказывание о мафии в СССР в качестве ”жреца”, «который хранил в своих “общаковых” храмах огонь инициативности, способности принимать и последовательно исполнять решения.» Чтобы снять кавычки со слова «жрец» в этой фразе, в неё надо добавить еще две функции, которые были неотъемлемо свойственны жречеству[167] во всех добиблейскокультовых обществах: способность предвидеть последствия каждого из действий в политике и вырабатывать безопасные для общества решения не только уже взявших за горло проблем, но и только назревающих потенциальных проблем, которых не представляется возможным избежать. Принимать решения возможно только после того, как они уже выработаны на основе анализа прогноза возможного будущего, которое осуществится “само собой” без жреческого вмешательства в течение событий. Именно этим и занималась в древней Трое Кассандра, которую толпа запомнила в качестве пророчицы несчастий, оклеветав тем самым жрицу, которая предостерегала её от бед.

С.Кургинян во всех политических ситуациях последнего двенадцатилетия однако не смог подняться хотя бы до уровня Кассандры в главном. А главное состоит в том, что троянская жрица Кассандра, в отличие от С.Кургиняна, не только выдавала негативные прогнозы о предстоящем будущем, но сообщала вместе с бедственными прогнозами и всё необходимое для того, чтобы троянцы могли избежать их осуществления: другое дело, что троянцы не пожелали прислушаться к её мнению и жестоко поплатились за свою безоглядную самонадеянность в попрании норм общечеловеческой этики в их отношениях с соседями.

Следует знать, что еще до ГКЧП в ходе различных дискуссий и деловых игр до сведения С.Кургиняна доводилась информация и о том, как избежать осуществления долгосрочных антироссийских сценариев (порядка двадцати лет и более. Так, в основе перестройки и последующих реформ лежит Директива СНБ США 20/1 от 18 августа 1948 г.[168]). Ему говорилось о реальных механизмах управления процессами, протекающими в СССР и в мире. С.Кургинян не находил в изустной беседе никаких возражений, предпочитая отмалчиваться, но значительно “надувал щеки”. Неоднократно выступая в печати до и после ГКЧП, он по–прежнему не высказывает альтернатив оглашаемым им негативным сценариям, чем и способствует их осуществлению, программируя коллективное сознательное и бессознательное безальтернативностью бед; соответственно принятой им на себя роли заправилы черной мессы, он предпочитает молчать об известных ему механизмах осуществления антироссийских сценариев, придерживая своих читателей за дураков, что является еще одним выражением его злоэтичности.

Если смотреть со стороны на всякое общественное самоуправление (государственный аппарат — только одна из его подсистем), то кто–то лично, какие–то объединения людей должны принимать на себя функцию жречества: видеть предстоящее, обусловленное свершившимся прошлым, будущее в его проявлениях в настоящем, анализировать возможности течения событий, вырабатывать определенные решения, позволяющие избежать бедствий в будущем, и проводить их в жизнь через законодательно–исполнительные и прокуророско–репрессивные общественные системы. Речь идет не о слове, в современной нам культуре речи, которым следует именовать людей, обладающих определенными только что названными качествами и осуществляющими названную деятельность (жречество, священство, духовенство и т.п. “интеллигенция”, “элита”, “аристократия духа”), а речь идет о самих человеческих качествах и определенном виде деятельности, которые во времена до господства библейских культов связывались со словом жречество[169].

Соотнося с этим ту проблематику, которую затронул С.Кургинян, занявшись разоблачением иллюзий о патриотизме криминалитета, можно увидеть:

●  что российская мафия в её нынешнем виде, обладая многими качествами, необходимыми для осуществления в обществе функций жречества, не обладает главным из них — озабоченностью о благе тружеников разных отраслей, составляющих большинство общества, большинство населения. Достижение материального благополучия за счет перераспределения в свой карман доходов немафиозной части общества и за счет эксплуатации порочности некоторой части населения — существо и цель деятельности подавляющего большинства нынешних российских мафиози, которые не видят средств осуществления власти выше чем деньги. Кроме того известен афоризм: «Деньги — хороший слуга, но плохой хозяин.» Для большинства же мафиози деньги являются хозяином, а не слугой, по причине их безыдейности: Идеи — выше денег в качестве средств осуществления власти.

●  что “интеллектуальная элита”, к ярким представителям которой принадлежит и С.Кургинян, обладая завышенными самооценками, занимается только двумя видами деятельности: либо поет гимны о своей мудрости и благоносности, либо пророчит безальтернативные беды. Если она не занимается ни тем, ни другим, то она пытается занять позицию над схваткой добра и зла, но по существу оказывается в положении травы на поле боя, которую безжалостно вытаптывают и выжигают враждующие стороны, в зависимости от того, как складываются обстоятельства: когда это происходит, «мыслящий тростник» сетует на свою судьбу, которую избрал сам, отказавшись от решительной деятельности по произволу свободной воли.

●  что ни одна из видимых социальных групп, и никто из политических лидеров или общественных деятелей лично, открыто не исполняет функций жречества по отношению к обществу. И это сочетается с тем, что представители “интеллектуальной элиты” умышленно или бездумно предстают перед обществом в виде жрецов в каждой из сфер деятельности общества — от политологии (как С.Кургинян) через “физику с математикой” до искусствоведения, — однако не обладая качествами таковых.

Поскольку «свято место не бывает пусто», то это означает, что функции жречества в той системе, о защите которой от антисистемных элементов так заботится С.Кургинян, исполняет вовсе не “интеллектуальная элита”, а более древняя международная мафия. Она исполняет их скрытно, а не гласно. А такие представители “интеллектуальной элиты”, как в прошлом А.Д.Сахаров, А.Мень, А.И.Солженицын, Л.Н.Гумилев, а ныне Д.Лихачев, С.Кургинян — присутствуют “для мебели” и в качестве “свадебных генералов”, осуществляя функции ширмы и марионеток, которых только и видит толпа, бездумно полагая, что они и есть подлинные знахари жизненных целей и авторитеты управления по ныне осуществляемой глобальной концепции.

Косвенно это признает и сам С.Кургинян. И его признание ясно для каждого человека, умеющего считать до трех, если он подумает над смыслом слов С.Кургиняна:

«Национальным героем демократической смуты был академик Сахаров, а бандиты удовлетворялись ТРЕТЬИМИ (выделено нами) ролями в публичной[170] политике.»

Иначе говоря, “бандиты” — третьи, “интеллектуальная элита” (“Сахаровы”, “Мени”, и “Лихачевы”, “Кургиняны”) — вторые, а коварный безнациональный “Никто”[171], создающий систему глобального рабовладения на основе ростовщической монополии на кредит в трансрегиональной банковской системе и откупа авторских прав[172] на произведения интеллекта (интеллектуальная собственность) — первый.

Этот простенький отсчет: три, два, ОДИН и соответствующие этим порядковым номерам факты — пусть опровергают заинтересованные психоаналитики. На наш взгляд, С.Кургинян не ошибся, поставив бандитов на третьи, а не на вторые роли в политической жизни СССР и нынешней России, поскольку эмоционально взвинченная нерешительная, распущенная интеллигенция первые роли играть просто не способна.

Если говорить о распространении информации в нынешней общественной глобальной системе, то вся информация может быть разделена на два класса:

●  Информация, распространение которой вводит людей в состояние, в котором коварный “Никто” (а именно: Рокфеллеры, Ротшильды, Валленберги и пр.) способен эксплуатировать и самих людей, и их способности в своекорыстных интересах (либо поддерживает пребывание их в таковом состоянии), безоглядно угнетая жизнь людей и всей биосферы.

●  Информация, распространение которой выводит людей из состояния, в котором для узурпаторов внутрисистемной власти возможно употребление людей в своих целях (как окружающих современников, так и потомков) вопреки их жизненным интересам.

Соответственно, если смотреть на глобальную социальную систему с точки зрения коварного “Никто”, то преступность также делится на две сущностно разных категории:

●  Посягательство на превышение прежде всего потребительских прав, соответствующих традиционному и/или узаконенному иерархическому уровню в системе, что ущемляет потребительские права иерархически более высоких потребительских групп и узурпаторов внутрисистемной власти и подрывает их “элитарный” потребительский (прежде всего) статус. То есть по существу это все виды конкуренции в эксплуатации “рабочего быдла” с легитимной “элитой” со стороны тех, кому нет места в более высоких легитимных потребительских группах.

●  ”Идейный бандитизм”, когда в обществе распространяется информация второго класса, уничтожающая возможности законного и незаконного паразитирования легитимной “элиты” и конкурирующей с нею безыдейной мафии на большинстве.

В современном нам обществе эти две взаимно отрицающие одна другую сущности преступности против системы также неразрывно связаны, как и управление и паразитизм неразрывно связаны в сфере деятельности коварного “Никто”. Связанность друг с другом двух сущностей преступности против системы может показаться вымыслом, но тем не менее это так, если затронуть психологию свободновольного человека, которая весьма отличается от психологии «мыслящего тростника».

Если человек сталкивается с тем, что социальная система употребляет его и любимых им в качестве средства удовлетворения разнообразной похоти чьего то эгоизма, а плодами труда наслаждаются бездельники из законно правящей “элиты”, то сознательными (умышленными) и бессознательными (неумышленными) уровнями своей психической деятельности свободновольный человек противопоставляет себя системе и всем, кто лоялен по отношению к ней.

По существу с его точки зрения правящая “элита” — зло, а лояльные к ней люди, которых употребляет как скот законно правящая социальная “элита”, — рабочие ишаки и бараны. Ишачить на “элиту”, утверждающую свои притязания жить в роскоши и неге, — ниже достоинства свободновольного человека. Соответственно при таком взгляде, в обществе, состоящем из “элитарных” законодателей и властей и законопослушных подвластных, просто нет людей, а только мерзавцы из правящей “элиты” и принадлежащее им профессионально разнородное быдло: человеческое достоинство выражается вовсе не в профессии и квалификационном уровне, в ней достигнутом. В отношении “элитарных” мерзавцев и смирившегося с “жизнью” в качестве их собственности даже высококвалифицированного в разных профессиях быдла — неуместно соблюдение норм человеческой этики; также неуместно и соблюдение порочных законов, на основании которых угнетается жизнь людей и биосферы. При таком взгляде на систему, свободные люди живут исключительно в преступном против законов системы мире, и именно среди них должны поддерживаться человеческие отношения, основанные на кодексе личной чести и верности противозаконной морали, которые, естественно, не могут и не должны распространяться на человекоподобных (законопослушных и законодателей), остающихся лояльными законам объективно порочной системы из страха лишиться достигнутого приемлемого уровня комфорта и безопасности или бездумной глупости.

Не каждый “честный вор” в состоянии это выразить в терминах социологии, но по существу следование воровскому закону — идеологии “преступного мира” — выражает именно это. Тем не менее противопоставление себя легитимной системе не освобождает человека, взращенного ею, от несомого им культурного наследия системы в самом общем смысле выделенных слов. Жизненные потребности и способы их удовлетворения в каждое историческое время во многом обусловлены культурой, развитой в социальной системе. В наши дни всё производится на основе общественного объединения индивидуального труда: питание — на основе сельскохозяйственного производства и пищевой промышленности; почти все не пищевые потребности в продукции и услугах — на основе технологий и техногенной энергии.

Это обстоятельство открывает перед противопоставившими себя легитимной системе две возможности:

●  во–первых, встать на путь взимания дани с системы с применением против неё свойственных её же культуре жизненных навыков;

●  во–вторых, встать на путь порождения альтернативной системы внутриобщественных отношений и иной культуры, которая с течением времени вытеснит из жизни прежнюю легитимную систему.

Если взимаемая с системы людьми и продукцией дань полностью “проедается”, то по существу это и есть преступность против законов системы первого вида — безыдейный бандитизм. Если же речь идет о построении альтернативной системы отношений путем распространения в системе информации, подрывающей в ней основы эксплуатации рабочего быдла “элитой” и её хозяевами, то скорость этого процесса во многом зависит от объема инвестиций в него ресурсов. В исторически реальном прошлом и в современных условиях личных и семейных ресурсов в “неэлитарных” группах населения не хватает для конкуренции с легитимной системой в сфере образования молодежи и пропаганды альтернативных идей общественной жизни: все основные ресурсы распределяются под банковским диктатом, а распространение информации и её использование во многом может быть заблокировано скупкой теми же банковскими мафиями авторских прав на основании законов легитимной системы.

Это обстоятельство приводит к тому, что процесс построения альтернативной системы также сопровождается взиманием дани с порочной системы всеми средствами, которые допускает нравственность тех, кто её поддерживает: от установления, вопреки их желанию, налогообложения субъектов, поддерживающих порочную систему, — до вторжения в процесс управления системой через “резервные возможности” человеческого организма и обращение к Высшему промыслу с призывом Божьего прямого подавления порочной системы, проявления чего воспринимаются окружающими в качестве чудес, свойственных “мистике” и магии, которые якобы не существуют по учению материализма[173].

Поскольку нравственность сторонников перехода к альтернативной системе общественных отношений в целом сформирована в ходе их жизни в порочной системе, то лояльным к порочной системе субъектам и хозяевам “системы” приходится прочувствовать на своей шкуре многе из того, что они полагают допустимым по отношению к окружающим и что они оформили в традиции и законы; то есть им приходится столкнуться с незаконным применением всех системных средств: от грубого насилия до виртуозной высшей магии. А становление нравственности, соответствующей нормам жизни альтернативной системы, таким образом реально свершается в процессе “идейного бандитизма” в отношении легитимной системы на основе свойственных ей пороков нравственности.

Морально–этическое обоснование права на взимание разного рода дани с легитимной порочной системы при построении альтернативной системы на первых порах деятельности тоже не вызывает особых проблем: Поскольку система построена так, что подавляет человеческое достоинство людей в результате чего индивиды в их множестве порождают стадное сумасшествие людей и становятся объектом эксплуатации со стороны над-”элитарных” и “элитарных” групп, узурпировавших внутрисистемную власть, то консультироваться с невольниками стадного сумасшествия свободновольному человеку причин нет. Нынешние невольники не способны ни к чему кроме того, чтобы их употребляли: мы же будем употреблять их с пользой для будущих поколений, подрывая устои порочной системы, а не во вред потомкам, поддерживая систему.

По существу это не означает провозглашения принципа вседозволенности, поскольку именно на принципе вседозволенности по отношению к тем, кто считается иерархически низшим, и построена легитимная система, которой С.Кургинян противопоставляет криминалитет. И прежде всего это относится к Западной демократии, претендующей стать новым мировым порядком. Сказанное предполагает как раз подавление вседозволенности всеми теми возможностями, которые имеются в распоряжении свободновольного человека: но граница между подавлением системной вседозволенности всеми доступными возможностями и творением собственной вседозволенности, превосходящей нормы существующей системы — тонка. И кроме того она определяется в каждом конкретном случае. Это порождает две проблемы:

●  столкнувшись с косностью, трусостью, лживостью и продажностью толпы угнетенных, многие из тех, кто начал в качестве борцов с прежними угнетателями, закусив удила, заканчивают как еще более порочные угнетатели, чем их предшественники.

●  на каком то этапе своей жизни бывший невольник, очнувшись в качестве свободновольного человека, далеко не сразу, не всегда и не всем способен простить то, что те не относились к нему как к равному себе по достоинству человеку в прошлом, пока он был лоялен по отношению к легитимной системе.

Но кроме того, для некоторой части криминалитета ссылки на “идейный бандитизм” в защиту угнетенных — просто средство для оправдания своей уголовщины в глазах окружающих и создания периферии, на которую можно опереться в безыдейном бандитизме ради наживы. А кроме того, порочная система из поколения в поколение порождает генетически ущербных, которые генетически склонны к тому, чтобы идти в жизни по пути распространения порока и приобщения к безыдейному порочному криминалитету окружающих. Эти тоже пополняют ряды криминалитета, о чем в наши дни широкому читателю в упрощенно вульгарной форме сообщают многочисленные произведения Г.Климова (“Протоколы советских мудрецов”, “Красная каббала”, “Князь мира сего” и др.).

Построение альтернативной системы внутриобщественных отношений людей, которая предопределенно вытеснит из жизни порочную легитимную систему, требует согласованной коллективной деятельности многих людей и их самодисциплины; и прежде всего требует освоения знаний, применение которых в повседневности ставит хозяев легитимной системы в положение невозможности осуществления свойственной им деятельности и стиля жизни.

То есть, это процесс длительный, материальными плодами которого возможно воспользоваться только после окончательного искоренения проявлений в жизни нынешней легитимной порочной системы общественных отношений. Это обстоятельство не удовлетворяет многих, кому не нравится их социальный статус в нынешней легитимной системе. Взимание незаконной дани с легитимной системы и полное проедание дани — это попроще и не требует ничего кроме развитых возможностей подавления сопротивления криминалитету, как системы в целом, так и её субъектов. И этот стиль поведения лежит в основе порождения безыдейной преступности ради наживы самой легитимной системой в качестве её системообразующего фактора в её нормальном, мирном режиме существования.

Тем не менее оба стиля преступного по отношению к системе коварного “Никто” поведения в обозримом историческом прошлом имели место одновременно и переплетались в силу психологических особенностей их происхождения. И хотя преобладала преступность безыдейного бандитизма ради наживы, но и “идейный бандитизм” имел место и не оставался без последствий: именно под его воздействием за две тысячи лет нынешняя система прошла путь от обнаженного рабства на основе грубой физической силы до ширмы “явной индивидуальной свободы Западной демократии”, за которой скрывается система финансового ростовщического рабовладения и монопольного доступа к образованию (и особенно к управленчески значимым его видам, какие знания исключены из общеобразовательного курса школы и большинства вузовских курсов[174]).

Этот общественный прогресс — по существу деградация системы библейского рабовладения именно под воздействием “идейного бандитизма”, а не вследствие нравственного и этического преображения правящей “элиты” и коварного “Никто” в нынешней цивилизации: спесивую самонадеянную “элиту” гораздо проще похоронить, чем образумить. Этот общественный прогресс протекал, если говорить в привычной большинству терминологии диалектического материализма, как смена общественно–экономических формаций, в том числе и в ходе революций, которые хозяевам системы (коварному “Никто”) приходилось взнуздывать по ходу (так было с революциями в России в начале ХХ века), а также в ходе вынужденных инсценировок революций, упреждавших реальные революции (приход фашизма в Германии к власти — наиболее результативная по своим последствиям инсценировка революции со стороны коварного “Никто”; а последние из инсценировок в России — ГКЧП и расстрел Белого Дома).

В отношении фашизма в Германии сказанное здесь признает и сам С.Кургинян:

«Теперь о правом фланге (если бывают революции[175] справа — консервативные революции, то бишь). Здесь преступность и революционность действительно не чураются друг друга. Ярчайший (но почти единственный) пример — немецкий фашизм (ибо Муссолини подавлял бандформирования, а Франко просто вырезал их под корень), Гитлер же с преступностью играл как с элементом творимой им “черной мессы”, хотя и тут преступность не героизировалась. Но ведь сегодня–то уже хорошо известно, что фашизм и эсэсовские “черные мессы” с их соитием преступников и политиков — были не революционностью, а исполнением сложного заказа международных сил на подавление эксплуатируемых масс в Германии, на её растление, на превращение в преступное государство и последующее растаптывание, на обескровливающую войну с СССР и на многое другое.»

Все это так, но С.Кургинян мог бы и в зеркало заглянуть.

Это все, казалось бы не относящееся к теме патриотизма и отношения криминалитета к Родине, необходимо было сказать прежде, чем перейти к комментированию следующих высказываний С.Кургиняна о революциях и криминалитете. С.Кургинян, развенчивая миф о мафии в качестве главного мифа, легшего в основу перестройки и реформ, переходит к анализу революций:

«Пятая сторона происшедшего. Она связана с “лимитом на революцию”. Революция — страшное дело. Но в подавляющем большинстве случаев (и всегда — в случае подлинной революции обездоленных!) революция подчеркнуто демонстрирует чистоту рук тех, кто её делает. Не гуманизм (какой уж там гуманизм у Робеспьера или Сен–Жюста!), а именно аскезу и чистоту рук. Революция держит бандитов на дистанции и в тени (даже если это люди типа Камо). И это не случайно. Не случайна и решающая роль в революционном успехе так называемого этичесого оружия. Противопоставляются всегда гнилая, насквозь коррумпированная власть — и бедная честная, антипреступная оппозиция. Опыт Ганди, опыт ваххабистов, нидерландских гёзов, протестантских революционеров в Англии — ничему не учит? Тогда вспомним хотя бы эпизод французской революции. Комендант неприступной Бастилии встречается с повстанцами и говорит: “Никто не может взять крепость!” Ему отвечают: “Её сдаст ваша нечистая совесть.” Малейшее пятно на репутации тех, кто шел на штурм, дало бы нечистой совести защитников Бастилии карт–бланш на пролитие крови. Таков повод всех полиций мира, подавляющих революции. Это было так всегда, а уж в эпоху телевидения стало тотальным.»

Прежде всего обратим внимание на то, что в рассуждениях о революциях С.Кургинян ссылается исключительно на зарубежный разнородный опыт противостояния властей и оппозиции, хотя у России со времен Степана Тимофеевича Разина есть свой не менее интересный и поучительный опыт. О гезах, английских протестантах, Великой французской революции содержательное представление в России имеют только профессиональные историки. Все остальные содержательного представления не имеют, а напичканы историческими мифами из учебников истории и художественно–развлекательной литературы о соответствующих событиях. По этой причине, предварительно надув щеки для придания себе пущей важности, им можно втереть очки и о гезах, и о протестантах, и о многом другом.

Если же говорить о кристальной честности и моральной безупречности сторонников революций и сторонников сохранения исторически сложившихся форм государственности, то здесь также не все столь просто и определенно, как это помнится по учебнику истории и фильмам советской эпохи. Мы обратимся к опыту революций в России.

А.Спиридович (жандармский генерал) оставил воспоминания “Записки жандарма” (Москва, “Художественная литература”, 1991 г.; репринтное воспроизведение издания 1930 г., Москва, “Пролетарий”). Из них встает образ С.В.Зубатова, как широко и глубоко образованного, умнейшего и дальновидного человека, который гораздо глубже С.Кургиняна предвидел, что «революция — это страшное дело», и всеми силами пытался совершить общественно необходимые социальные преобразования и ликвидировать непримиримость в конфликте между трудом и капиталом. По описанию Спиридовича, лично знавшего Зубатова, он был человек кристальной честности и определенных убеждений, а не продажный карьерист или интриган — мастер крупномасштабных политических провокаций. И эту характеристику он подтвердил своей смертью: узнав об отречении Николая II, Зубатов застрелился, предпочитая смерть эмиграции или жизни под властью своих врагов.

Причем, по словам А.Спиридовича, никого из кристальных революционеров не принуждали к сотрудничеству, шантажом, пытками и запугиванием, а переубеждали, обращаясь к их разуму, показывая им их ошибки и невежество во многих вопросах; или же сами революционеры оказывались настолько продажны, что сами предлагали сотрудничество и жандармский корпус одним отказывал, а желание других удовлетворял.

Но и кроме такого общепонятного Иудина греха у всякой революции есть информация, которую она скрывает, и которая поважнее чем связи с бандитами. В связи с этим обратимся к примерам из революционного опыта России. После февраля 1917 г., известный впоследствии лидер рабочей оппозиции Шляпников вернулся в революционный Петроград. Партийная касса была пустовата. Просить денег на деятельность партии у рабочих партия не смела, поскольку миф об общенародной поддержке её деятельности до 1917 года появился после 1917 года. А кроме того и капитал всегда стремится платить наемному персоналу минимум, по какой причине рабочие не могли сэкономить, тем более в условиях военной разрухи, на поддержку партийной кассы. Поэтому РСДРП вынуждена была заниматься отмывкой иных денег, для чего на заводах организовывались сберегательные, страховые и больничные кассы, где и отмывались средства партии. Источники поступлений были разные: среди всего прочего Шляпников сообщает, что, будучи до того в эмиграции США, он передал тамошним еврейским кругам некоторую информацию о погромах в России. В обмен на неё ему было дано письмо, по предъявлении которого в Петрограде скромному библиотекарю бывшей императорской публичной библиотеки А.И.Браудо[176] (жившему на одно жалованье?) Шляпникову был выдан рублевый эквивалент нескольких тысяч долларов (для сопоставления: в 1912 г. радист “Титаника” — редкая в те годы и относительно высокооплачиваемая профессия — имел зарплату в 20 долларов в месяц и должен был бы копить более десяти лет, чтобы иметь такую сумму; и особый вопрос, захотел бы он её отдать на помощь революционной “рабочей” партии).

Еще ранее, ТОЛЬКО в 1905 г., только еврейский бунд, получил иностранной помощи, ставшей известной, на сумму в 7 миллионов рублей по тогдашнему золотому курсу, т.е. большую, чем строительная стоимость символа революции — крейсера “Аврора” (обошелся казне в 6,3 миллиона рублей, строился семь лет, а тут за год — 7 миллионов). Эти примеры, почерпнутые из разных источников, показывают, что коварный “Никто”, по известным ему причинам, и с известными ему целями, на протяжении десятилетий оказывал через банковские и масонские структуры финансовую поддержку, сопоставимую с военным бюджетом великих держав, всем силам, которые делали революции в России.

То, что реквизировал Камо — крохи на этом фоне, не говоря уж о том, что употребить эти деньги на революцию не удалось, поскольку серии и номера захваченных купюр были известны властям и Россия уведомила остальные страны о необходимости арестовывать тех, кто будет предъявлять их к обмену. Л.Б.Красин попытался организовать перенумерацию, но не удалось достичь необходимого качества: при первой же попытке обмена в Стокгольме предъявители захваченных в Тифлисе купюр были арестованы и переданы России. После этого Ленин, согласился и принял ультиматум всей остальной международной социалистической общественности о том, что захваченные в Тифлисе деньги будут уничтожены партией, дабы не пятнать светлые идеи социализма бандитизмом, и они были сожжены на той же даче под Петербургом, где и происходила их перенумерация. Этичность и моральность поддержки революции международными банковскими структурами, в основе которых лежал не бандитизм, а еще более гнусное ростовщичество, мировой социалистической общественностью не обсуждалась: это вождями, знавшими тайные источники пополнения партийных касс, считалось вполне нормальным и этически безупречным, было партийной тайной и потому не пятнало светлых идей социализма, в отличие от бросающегося в глаза и шумного силового бандитизма.

Если обратиться к истории Великой французской революции, то её исподнее — не чище: надо читать не только школьные учебники “за”, но и литературу тех, кто “против”. С.Кургинян в общем–то должен был это знать и сказать сам, а не выставлять в качестве примера этической безупречности революционных вождей прошлого и повстанцев. Другое дело, что непреклонная оппозиция побеждает, если она по провозглашаемым ею идеалам выше чем жизненная практика режима. После захвата власти бывшая оппозиция имеет некоторое время, в течение которого ей предоставляется возможность перестроить свои нравственность и этику повседневного властвования в соответствии с ранее провозглашенными ею же идеалами. Если такового нравственного и этического преображения не происходит, то новый режим порождает своей злонравной этикой новую оппозицию, которая, если не труслива и обладает настойчивостью, то приходит к власти теми же нравственно обусловленными методами и на тех же условиях.

Тем более уж совсем некстати вспомнил С.Кургинян телевидение: реально это средство программирования мнения бездумной доверчивой толпы, а не один из видов средств массовой информации. Монтажный стол и компьютерная графика, на основе кинодокументалистики позволяют показать всякую заказную ложь и представить обществу в качестве истинного заказанный спектр мнений.

Профессиональный редактор — это специалист по высказыванию заказного или ожидаемого мнения чужими словами и видеорядом реальных фактов, пропущенных через сито.

Сказанное о телевидении относится и к прессе, но пресса обладает своей спецификой изложения заказного мнения чужими словами. Верить телевидению и его обвинениям и провозглашаемым им “истинам” могут только безнадежно слабоумные.

Характерно и то, что С.Кургинян обошел молчанием и деятельность И.В.Сталина, поскольку она не вписывается в создаваемый им миф о преступности и политике, которым он пытается заместить развенчиваемый им миф Шмелева и Бондаренко. В адрес Сталина каких только обвинений не звучало: и он готовил тифлисскую экспроприацию Камо; и с охранкой он сотрудничал; и в тюрьмах общество уголовников предпочитал обществу политических; и стал палачом ленинской гвардии кристально честных революционеров; а в одних воспоминаниях о ГУЛАГе приведена даже характеристика Сталина одним из воров в законе “Йоська корявый[177] — пахан крепкий!”; и единение якобы преступного государства и мафии нашло отражение в блатной песне: «Советская малина собралась на совет, советская малина врагу сказала нет. Поймали того супчика, забрали чемодан, забрали деньги–франки и жемчуга стакан. Потом его отдали частям НКВД. С тех пор его по тюрьмам я не встречал нигде.»

А что на выходе деятельности Сталина? — Сверхдержава № 2, обладавшая потенциалом, достаточным для того, чтобы стать Сверхдержавой № 1. И этот потенциал разбазарили и пустили в общественно бесполезный распыл те, кто устранил Сталина, дабы избежать легитимной передачи власти продолжателю дела. Какого дела? — того, которое в речи на параде 7 ноября 1941 года сам Сталин охарактеризовал словами «Наше дело правое! Победа будет за нами». Хотелось бы, чтобы гражданин Кургинян сказал нам, как это будет по–итальянски? — «Наше дело» = «Коза ностра», а как “правое” по–итальянски — следует посмотреть в словаре самим. Это тоже еще одна случайная и ни к чему не обязывающая игра слов в истории?

Или же суть объективно в том, что революции в пользу угнетенных всегда — правое дело. Революций в пользу угнетенных слева не бывает: слева только инсценировки в интересах и коварного “Никто” при его тайном финансировании. В новой истории так было всегда от Маркса, Троцкого и Гитлера до Зюганова включительно.

Уничтожение троцкистов — уничтожение кадрового корпуса революционной инсценировки слева, т.е. уничтожение кадрового корпуса контрреволюции. Это вовсе не преступление против человечества и трудящихся России, — а акт социальной гигиены, хотя и не безупречный, поскольку в нем выразилась объективная нравственность и самодисциплина его участников, а не провозглашаемые ими идеалы.

Если обратиться к истории России то правое дело идейного бандитизма против легитимной порочной системы со времен Степана Тимофеевича Разина ко временам Иосифа Виссарионовича[178] Сталина прошло большой исторический путь. Оно поднялось от невежественной вольницы до строительства государственных структур, по своей архитектуре и целесообразности на столетие примерно обогнавших нравственное и мировоззренческое развитие интеллигенции России-СССР, которую мафия Сталина вынуждена была употребить в качестве кадрового корпуса этой системы революции справа. Сталин преступно взял дань с международного “Никто”, и на захваченные в этой экспроприации средства, отнятые у тружеников “Никто” и его холуями, построил сверхдежаву СССР: именно этого ему и не могут до сих пор простить пустобрехи историки и журналисты, финансируемые из средств “Никто”; а другие просто молчат, как С.Кургинян, в надежде что проблема забудется и “рассосется” сама собой. — Нет, не рассосется, а получит свое решение по Правде.

И не следует думать, что наше правое дело не пойдет дальше. Да, оно будет преступным по отношению к легитимной системе, но оно не будет порочным, поскольку будет очищаться от безыдейного бандитизма, памятуя о поучительном опыте прошлого; будет вовлекать в себя все общественные силы, готовые действовать по вольному разумению, и потому способные принять на себя функции жречества. И потому Наше дело будет очищаться не только от силового и финансового безыдейного бандитизма, но и от информационного бандитизма, которым занимаются многие, считающие себя интеллигентами.

Влад Листьев, в прочем как и большинство других, менее известных, пожал то, что он сам же и посеял: достаточно было посмотреть многие фрагменты посвященного его памяти суточного телемарафона, имевшего место на телевидении после его убийства. Поэтому интеллигенции и журналистам прежде прочих следует прекратить безыдейный информационный бандитизм, иначе судьба многих будет печальна не только в жизни, но и по смерти. Народ и его предприятие «Наше дело правое» устали от творимой в печати и на телевидении черной мессы: Кто не прекратит править черную мессу — тот “мистически” сгинет.

Как заметил Жан Поль Бельмондо в одном из фильмов: «Вор — не всегда вор, а дурак — это пожизненно»; или же Лёлик из “Брилиантовой руки”: «Если человек идиот, то это надолго.» Если интеллигенция, якобы пекущаяся о чистоте нравов, предпочитает участь «мыслящего тростника» в порочной системе, а криминалитет более восприимчив к информации о существе происходящего и перспективах и потому способен к своему преображению в новое качество, то антисистемный нелегитимный очищающий фактор способен войти в жизнь через среду криминалитета. Бог не закрывает никому дорогу к покаянию в прошлых злодействах и нравственному и этическому преображению.

Есть притча о Будде. Будда проповедовал и собралась толпа. Пришли два вора чтобы пошарить по карманам. Один шарил по карманам, а другой “развесив уши”, выслушал проповедь и на него снизошло просветление. Но сколько было в той толпе тогдашних “почтенных” обывателей, “интеллигентов” и т.п., кто не смог преодолеть себя и остался «мыслящим тростником»?

Аналогичный по сути эпизод есть и в Новом Завете. На Голгофе искренне покаялся один из двух разбойников и обрел благодать в своем нравственном преображении перед смертью. Но “интеллигент” Каиафа, организатор Голгофы, как бы она ни протекала, так и не понял ничего при всей его показной якобы благонамеренности.

Так что у интеллигенции России есть причина подумать о своей роли в судьбах России в прошлом, настоящем и перспективах: она всегда жила на всем готовом на грядке коварного “Никто” в качестве «мыслящего тростника» и выродилась в сорняк, удушающий ростки будущего. При всей своей благообразности она более порочна чем криминалитет, что ярко видно на примере писанины С.Кургиняна, А.Сахарова, Д.Лихачева и многих других. Более порочна, потому что и безоглядна, и труслива, при всей своей образованности. Об этом её качестве еще А.Блок писал:

Кто меч скует? — Не знавший страха.
А я беспомощен и слаб,

Как все, как вы, — ЛИШЬ УМНЫЙ РАБ[179],

Из глины созданный и праха[180], —

И мир — он страшен для меня.

Первая редакция 7 – 13 марта 1997.

Уточнения 23 апреля 1997

# Сноски

1

Аналитическая система РЭНД-корпорэйшн некоторым образом оказалась её тезкой.

2

Польское издание вышло в 1986 г. и сопровождалось лекциями философов–объективистов в польских университетах, но на помощь Гайдару в России РЭНДовцы не успели, либо же даже в Польше полученные результаты не оправдали надежд и они решили в России не суетиться.

3

Надо отдать должное, работы Айн Рэнд читаются легко и не вызывают трудностей в понимании прежде всего потому, что не расширяют понятийной базы читателя, а некоторым образом упорядочивают его индивидуализм–эгоизм, который действительно присутствует в мировоззрении каждого.

4

“Мертвая вода” — СПб, 1992 г., тир. 10 000 экз.; “Концепция общественной безопасности” (“Краткий курс…”), в которой показано, что эгоизм (индивидуализм) является угрозой безопасности людей, — разные издания 1995 – 1996 г., общим тиражом до 15 000 экз.

5

Разум, справедливость и деньги в жизни общества, конечно, взаимосвязаны, однако страна разума и справедливости может пользоваться деньгами, но страна денег может употреблять продажный разум, подавляя справедливость.

6

А что территория США была безлюдна или индейцы, силой оружия уничтоженные на их родной земле и согнанные в резервации, — не люди?

7

К моменту зачистки территории США от коренного населения в меченосцах не было необходимости: у захватчиков мечи уже давно были сняты с вооружения и употреблялось огнестрельное оружие; индейцы же до нашествия толп отщепенцев от европейских народов жили по-своему счастливо и не конфликтовали между собой настолько рьяно, чтобы их разум обратился к проблематике создания вооружений, превосходящих потребности охоты.

8

А негры были рабами, привезенными из Африки по той причине, что индейцы не захотели быть рабами, предпочитая гибель рабству. Либо же по умолчанию подразумевается, что негры, которых привезли из-за моря для удовлетворения рабовладельческих нравов якобы тружеников и свободолюбцев, — вообще не люди?

9

Почему было не привести здесь — весьма к месту — слова действительно величайшего американского промышленника и труженика Генри Форда: «Связь с банкирами является бедой для промышленности. Банкиры думают только о де-нежных формулах. Фабрика является для них учреждением для производства не товаров, а денег... Банкир (в этом контексте — председатель колхоза ростовщиков, поскольку всякий банк, кредитующий под проценты, — своего рода колхоз ростовщиков: наше уточнение) в силу своей подготовки и, прежде всего, по своему положению совершенно не способен играть руководящую роль в промышленности... И все-таки банкир (т.е. ростовщический паразитизм: — наше уточнение) практически господствует в обществе над предпринимателем (организатором производства: — наше уточнение) посредством господства над кредитом (т.е. над возможностью и невозможностью осуществить инвестиционные пиковые расходы: — наше уточнение).»

10

Люди — нормальные нравственно и интеллектуально — всегда различали понятия: производить продукт и делать деньги, как это видно из слов Генри Форда. Американцы же — первые, кто в своем большинстве утратил это различие понятий и дел. В результате в экономике США наиболее ярко осуществился способ делать деньги, который очень не нравился промышленнику Форду, организатору производства продукта (Доктрина Второзакония — Исайи).

Всё взято из Библии, порожденной иерархией египетских знахарей времен фараонов: так что американцы — далеко не первые запутавшиеся в решении нравственных проблем и в бухгалтерском учете в масштабах народного хозяйства…

11

Приведенные цитаты из Библии это и есть мошенничество, узаконенное не толь-ко в США, и освещающее ростовщический паразитизм именем Бога. Это и есть мошенническая концепция эгоизма, на которой основана власть в обществе стран Запада, концепция и власть — более древняя нежели США и “Концепция эгоизма” Айн Рэнд.

12

Американцы были первыми, кто утратил понимание того, что богатство должно созидаться праведным трудом, а не деланием денег вне производства благ и управления.

13

Количество дегенератов, отягощенных генетически, и извратившихся гомосеков на тысячу жителей — это объективный статистический показатель, по которому США находятся далеко не на последнем месте в мире. Так что о “вырождающихся культурах других континентов” скромнее было бы промолчать.

14

В цивилизации, основанной на мошеннической концепции расового эгоизма Библии, трудом праведным не наживешь палат каменных. Преобладание американцев в “процветании” в ХХ веке над остальным миром это результат всей их прошлой истории. Это процветание создано рабским трудом производственных коллективом негров (не сборищем индивидуалистов), глобальным перераспределением некоторой доли дохода трансрегиональной ростовщической мафии для обеспечения нужд американских обывателей, доходами от поставок вооружений в ходе обеих мировых войн ХХ века и в мирное время.

15

Исторически реально американские промышленники не поддержали деятельность Генри Форда в политике, направленную на подавление ростовщического господства ветхозаветных расистов в США. И потому те из промышленников и предпринимателей, кто, в отличие от Генри Форда, соглашательски ишачит на ростовщическую мафию, те действительно — грабители-шпана и подлецы.

16

Если пролетарии исключены из числа собственников средств производства, для функционирования которых необходим труд коллектива, то объективно пролетарии — сами собственность владельцев средств производства, придаток к их рабочему месту. Реально они собственность владельцев системы ростовщического кредитования под процент. Последнее проявляется в том, что по сию пору учебники США по бухгалтерскому учету пестрят оговорками, сдерживающими подсознательные автоматизмы рабовладельца, о том, что персонал фирмы не подлежит постановке на баланс.

17

Кнут надсмотрщика над рабами и кандалы на них, как и мечи, сняты с вооружения. Их в США и в Западной цивилизации в целом с успехом заменяет ростовщическая финансовая удавка. Она гораздо эффективнее — не мешает рабу функционировать в системе коллективного обслуживания средств производства, и легко затягивается, принуждая строптивых к покорности и уничтожая голодом наиболее упорных из них.

18

Разница, конечно есть: но она не больше, чем между секирой средневековья и оружием массового поражения ХХ века, и потому нормальный социолог обязан во многих случаях игнорировать разницу между силой кнута и могуществом доллара, поскольку за то время, пока кнутом удается искалечить одного, долларом можно искалечить и уничтожить миллионы в нескольких поколениях. Ну, а если человека, который это понимает, обзывают самодовольным негодяем, то сторонники Айн Рэнд пусть подумают, если конечно у них есть чем думать: она хорошо начитанная графоманствующая дура, или она злонамеренно умничает?

19

В обществе, где ростовщичество, даже в форме банковского кредитования под процент, узаконенная норма, деньги действительно перестают быть посредником между людьми, и обращаются в средство осуществления ростовщической элитой и её оккультными хозяевами вседозволенности по от-ношению ко множеству людей, превращенных в объект безнаказанного произвола. Айн Рэнд и её последователи могли бы и сами догадаться об этом, но им либо нечем думать, либо их в вполне устраивает построение цивилизации на принципах финансовой вседозволенности и господства паразитизма, в том числе и ростовщического.

20

Айн Рэнд вводит в заблуждение, тех, кто не пожелает сам вникнуть в существо общественных процессов в глобальной цивилизации. В реальной действительности даны и другие возможности: Читайте и поймите Коран; читайте Сталина в оригинале и имейте свое мнение, а не довольствуйтесь мнениями слепого Троцкого, слабоумного Хрущева и продажного Волкогонова и Ко; читайте “Мертвую воду” и “Концепцию общественной безопасности” (“Краткий курс...”, но уже не Сталина, а продолжение осуществлявшегося им курса).

21

Ну это уж совсем по-рэкетирски... В связи с таким рэкетирским подходом к проблемам общественных отношений, в качестве намека для сторонников философского рэкета следует привести анекдот про Штирлица (конечно для догадливых, кто не слеп, и у кого мозги в работоспособном состоянии): В коттедж к инженеру Бользену забрались рэкетиры... Можно смеяться, конечно, тем, кто знает сюжет фильма “Семнадцать мгновений весны”.

Кроме того полезно задуматься и о природе времени. В прошлом веке в “Руслане и Людмиле” А.С.Пушкин заметил мимоходом: «Но против времени закона его наука не сильна». Это было обращено в адрес некоего бородатого карлика, эгоиста, урода от рождения, который угрожал: «Всех удавлю вас бородою», что весьма точно характеризует финансовую удавку ростовщичества.

И уже в конце жизни девяностолетний Лазарь Каганович в одном из последних своих интервью высказался в адрес могильщиков коммунизма в СССР: «Они не понимают законов времени.»

22

А ещё лучше, когда с ними вместе живут и старшие родственники хотя бы одного из родителей.

23

Придя в русский язык это слово и однокоренные с ним утратили свой изначальный смысл: неделимость.

24

И не без оснований к тому в области психической деятельности множества людей.

25

Это явное извращение Айн Рэнд социологических взглядов всех правящих “элит”, которые именно своей породистостью обосновывали свое право заниматься “благородными” видами деятельности и отказывали низкородным выходцам изо всех прочих общественных групп в праве заниматься теми или иными видами деятельности.

26

Все они были рабами иерархии тиранства одних над другими и заложниками возможности бунта слепого, в том смысле, что не видящего иных исторических возможностей кроме, как одну иерархию тиранов заменить другой иерархией тиранов, возникающей в процессе бунта из угнетенных прежней легитимной иерархией.

27

Они составили книгу “Мировое еврейство”.

28

Другое дело, что инквизиция сама была далеко не безупречна в своих воззрениях и методах убеждения своих оппонентов. Поэтому, памятуя об историческом опыте инквизиции, чтобы не натворить подобных бед, не следует забывать о том, что людям свойственно ошибаться и в результате даже истинное, став безрассудной верой, начинает лгать.

29

А что же заставляли Генри Форда и Линдона Ларуша действовать против собственного рассудка?

30

Гайдар и Чубайс, с согласия Ельцина, проделали то же самое по отношению к большей части населения России в общем–то без применения физической силы и угрозы её применения, хотя и насиловали законодательство государства и рассудок людей.

31

Ростовщичество, пропаганда половых извращений и воспитание поколений с противоестественной индивидуальной психической культурой (мировосприятием, памятью, мироосмыслением) — объективные пороки свойственные обществу США, они легализованы их правительством и потому не являются ни болезнью, ни преступлением.

32

Ничего не поделаешь: Идиома говорит не о лице, преисполненном выражения благородства и ума, а о рыле; хотя и не ласково, но всё же традиция родной речи. «Неча на зеркало пенять, коли рожа крива» — другая подходящая идиома, не ласковее. Так что следует смотреть за собой, чтобы не попадать в ситуации, описываемые неласковыми идиомами родной речи.

33

Смотри об этом, в частности: Иеремия, 7:31; Иезекииль, 16:20, 21.

34

Например “Лиса и виноград”.

35

Этой проблемой в ХХ веке занимался А.Гитлер. Хотя он общеизвестен в этом качестве, но он не был основоположником в области конструирования психологии людей под определенные заранее цели.

36

Жречество не может быть в конфликте с Богом, поскольку осознанно ищет Божьей воли и следует Божьему промыслу. Знахарство, обладая многими знаниями жречества, творит отсебятину, которой подменяет Божий промысел в пределах попущения ему Свыше.

37

З.Фрейд в своей работе “Человек Моисей и монотеистическая религия”, опубликованной на русском языке в сборнике «Психоанализ. Религия. Культура» (Москва “Ренессанс”, 1992), написанной с позиций “элитарного” материалистического атеизма, что во многом предопределило его выводы, анализирует сообщения Библии об исходе из Египта и предпринимает попытку умозрительной реконструкции становления иудаизма.

Среди всего прочего он высказывает предположение об убийстве Моисея в ходе одного из бунтов против него, известных по сообщениям Библии: «… робкие египтяне дождались, когда судьба устранит священную личность фараона (Фрейд говорит об Эхнатоне — первом исторически зафиксированном вероучителе о Едином и Единственном Боге), тогда как дикие семиты взяли судьбу в свои руки и смели тирана со своего пути. <…> Потом пришло время, когда об убийстве Моисея пожалели и пожелали забыть.» — с. 174, 175.

Возможно, что не пожалели, но пожелали придать забвению, дабы приспособить к делу его авторитет.

Так же и З.Фрейд, рассматривая сообщения о событиях сорокалетнего хождения евреев по пустыне, высказывает предположение и том, что реально имели место «два основания религии, первое вытеснено вторым и однако же позднее победоносно выступило на передний план» (с. 179).

«Еврейский народ оставил принесенную Моисеем религию Атона и обратился к почитанию другого бога, который мало отличался от Ваалов соседних народов. Никакими усилиями позднейших тенденций не удалось завуалировать это позорное обстоятельство. Но Моисеева религия не погибла бесследно, сохранилось некое воспоминание о ней, род туманного и искаженного (выделено при цитировании нами) предания» (с. 194). Далее Фрейд пишет: «… у евреев именно предание о Моисее видоизменило культ Ягве в направлении старой Моисеевой религии» (с. 196).

Последнее утверждение З.Фрейда исторически не подтверждается. Исторически подтверждается то, что в формах библейского единобожия более 2000 лет продолжает существовать культ Амона. З.Фрейд по существу признает это и сам, но у него есть некая раздвоенность мнений в отношении иудейского и христианских культов, обусловленная еврейским “элитарным” самоосознанием и атеизмом: «Триумф христианства был новой победой жрецов Амона над богом Эхнатона, после полуторатысячелетнего перерыва и на расширившейся исторической арене» (с. 213). Хотя З.Фрейд относит триумф знахарей Амона только к христианству, но и исторически реальный иудаизм, довлеющий в сфере управления в системе общебиблейских культов цивилизации Запада, не смог выбраться из под диктата амононовцев, а образовал совместно с исторически реальным христианством искусственную культуру, отвечающую целям иерархии Амона.

Анализ глобальных долговременных внутрисоциальных целей иерархии Амона в качестве цели исследования З.Фрейд перед собой не ставил. По этой причине он и не увидел систему общебиблейских искусственно построенных культов и культур в качестве инструмента холодной войны иерархии знахарства Амона за свое безраздельное мировое господство.

38

Возможно, что древние знахари знали в некоторой форме и то, что знает нынешняя генетика: интеллектуальные способности наследуются по женской линии, ответственные за них гены сосредоточены в женской хромосоме “X”.

39

Кроме того полезно помнить, что с древних времен одним из эффективнейших средств оказывать влияние на государственную политику, осуществляемую мужчиной — дать ему женщину, от которой он оказывается в сексуальной и эмоциональной зависимости. В частности так политику многих государств на протяжении многих веков извращал институт еврейских жен и любовниц, которых специально воспитывали для роли возлюбленных, способных оказывать влияние на деятельность государственных и общественных мужей в необходимом хозяевам еврейства направлении. Библейская Эсфирь — гордость многих еврейских женщин — один из многих примеров. Но не исключено, что на египетскую принцессу, рожденную в клане посвященных знахарей Амона, возлагалась такая же миссия влияния, но в отношении древнееврейского государства, по какой причине одно из сообщений о ней и задвинули в изъятия, чтобы не привлекать внимание к этой проблеме осуществления политики через иноплеменных возлюбленных.

40

Формальную сторону возникновения Септуагинты излагает в “Иудейской войне” Иосиф Флавий, в прошлом сам первосвященник.

41

Это оказалось справедливым и в холодной войне НАТО против СССР, сражения которой прошли мимо осознанного восприятия большинства в качестве осуществления военной стратегии.

42

«Вещественной» — более точно, чем «материальной», поскольку «материя», это не только вещество, но и общеприродные поля и физический вакуум.

43

Как многие ни удивятся, взвиваются от неё под потолок, не находя возражений, и многие ортодоксальные марксисты–материалисты, которые за 70 лет Советской власти не утрудились переосмыслить библейские сообщения о древней истории той цивилизации, в которой возник марксизм. Это указует на внелексическое единство смысла Библии и Марксизма и единство несущих их иерархий.

44

Наиболее известные и многочисленные прозелиты — древние хазары, ставшие ведущей группой современного нам еврейства.

45

Оно вовсе не выражается в профессии и квалификационном уровне: как известно робот прекрасно может справляться с исполнением профессиональных обязанностей, но не обладает человечным достоинством.

46

Происхождение легенды о манне небесной на основе естественных природных явлений, то есть при непричастности к ней непосредственно как Бога, так и иерархии знахарства Египта, объясняется следующим образом:

«Оказывается бог тут совсем не причем. Сказка о боге, дарующем «манну небесную», родилась на вполне реальной основе. И сегодня в Малой Азии растет лишайник леканора съедобная. Когда леканора созревает, она растрескивается и в виде небольших, очень маленьких шариков — “манных шариков” — рассыпается по земле. В голодные годы люди их собирают, толкут и из полученной таким образом муки пекут хлеб.

Ветер часто переносит зерна леканоры на далекие расстояния. Но главным переносчиком “манны” служат потоки дождевой воды — они смывают её с больших площадей и сносят в низины и овраги, где она оседает. Поэтому “манна” особенно обильно “выпадает” в дождливые месяцы. В тех же местах известен другой вид “манны небесной”, по вкусу напоминающей мед. Этот питательный продукт дает вечнозеленое растение тамариск. Ветер разносит облако тамарисковой “манны” по земле, поднимает высоко в воздух — вот вам и пища, даруемая небесами!» — В.М.Кандыба “Чудеса и тайны всех времен. Самые удивительные загадки и феномены разных стран и эпох”, с. 96 (СПб, “Лань”, 1997).

В.М.Кандыба сам, как он пишет, принадлежит к клану древнерусских знахарей, от которых по его версии отпочковались древнеегипетские знахари. Возможно, что в силу своего происхождения и принадлежности к глобальной знахарской корпорации, рассказав эту историю, он покрыл молчанием все стороны социальной магии, связанные с манной.

К сожалению мы не видели живьем ни «леканоры съедобной», ни «тамариска», поэтому ничего не можем сказать об их урожайности и пригодности для всесезонного многолетнего питания ими целого племени. Если они пригодны, то это только упрощало знахарству Египта его опекунскую деятельность в отношении евреев: не надо гонять из Египта караваны с крупой в пустыню — все меньше огласки среди непричастных, а следовательно и выше скрытность глобальной стратегической операции.

Там же В.М.Кандыба сообщает: «Тысячи змей длиной до полутора метров выпали вместе с ливнем на два квартала в гор. Мемфис (США) 15 января 1877 года» (с. 94), что напоминает события, приведшие к поклонению медному змию в Синайской пустыне.

47

По латыни — разумный.

48

Один из талмудических трактатов называется “Шулхан арух”, что означает “Накрытый стол”.

49

Пророки Божии не могли заповедать такой мерзости людям. На наш взгляд это мерзостно, для того чтобы выражать благой Высший Промысел Бога, Милостивого, Милосердного.

50

Теория Ч.Дарвина пришлась как нельзя кстати для пропаганды ветхозаветно–талмудического расизма среди тех, кто отрицает историческую реальность сионопаразитизма, посягающего на мировое господство.

51

Нынешнее поколение меньшевиков предпочитает называть его «большевизмом» безо всяких к тому исторических оснований, кроме того, что их духовные предки влезли в партию большевиков и извратили, насколько смогли, её политику.

52

Это приводит к самому неприятному для российских демократизаторов и нового поколения БУРЖУАЗНЫХ ПЕРЕРОЖДЕНЦЕВ выводу: ЗНАХАРИ ГЛОБАЛЬНОЙ ПОЛИТИКИ ВОВСЕ НЕ ИМЕЛИ И НЕ ИМЕЮТ НАМЕРЕНИЙ СТРОИТЬ В СССР “ПРАВИЛЬНЫЙ” КАПИТАЛИЗМ ПО-ЗАПАДНОМУ. Бутафорским насаждением капитализма они намеревались вызвать ненависть к западно–демократическому устройству государства в народе, чтобы на волне ненависти к капитализму привести троцкистов (марксистов — зюгановцев и КО к власти), потом “уронить” западно–демократические режимы и в “правильных” капиталистических странах. В результате этого США, Канада, Европа, многие их сателлиты и значительная часть СНГ оказались бы в составе идеологически единой региональной цивилизации. По существу на троцкизм работают евразийцы, а также и газеты оппозиции нынешнему режиму в России: “Завтра”, “Советская Россия”, “Правда”, “Дуэль” и помельче.

53

А кроме того имели место и многочисленные приписки к реальным жертвам.

54

«Бог дал быть евреем — надо пользоваться»

55

Доступность информации в наше дни и в прошлом СССР позволяет понять, как течет и как управляется глобальная история, если, конечно, есть желание обрести это понимание и нравственное преображение человека позволяет ему преодолеть отупляющее воздействие тысячелетней культуры ростовщического паразитизма на всем готовом. Ссудный процент и перераспределение ростовщического дохода еврейской “общины” — манна земная для непреклонных рабовладельцев, вышедших из Синайской пустыни после смерти Моисея, а также и для всех их потомков и прозелитов.

56

По тематике Коммюнике Посольства КНР о 6‑м пленуме ЦК КПК 14‑го созыва (Информационный бюллетень от 11 ноября 1996 г., № 13 Посольства КНР)

57

В этом по сути скрыто “обнуление” информации — посягательство на уничтожение объективности её существования.

58

Информация без системы её кодирования согласно современным воззрениям не существует; как минимум, не владея системой кодирования, информацию–смысл невозможно извлечь из носителя сигнала. “Многослойные” коды позволяют извлекать из сигнала только какое–то подмножество смысловых рядов, что и обеспечивает субъективно ограниченное восприятие объективной информации из объективной полноты сигнала. Предельно общим видом материального носителя “сигнала” является Мироздание.

Так же невозможна информация без материального носителя. Так Мироздание предстает человеку в качестве триединства: 1) материи (во всех её агрегатных состояниях от физического вакуума до вещества), 2) информации (образов), 3) меры–предопределения, которая по отношению к материи является матрицей её возможных состояний и переходов и з одного в другое, а по отношению к информации является общевселенской системой её кодирования.

59

Термин “развитие” не подходит, поскольку имели место и этапы деградации, один из которых ныне и выражается в глобальном биосферно–экологическом кризисе, образованном в совокупности всем множеством более мелких кризисов.

60

Вся культура по её существу — генетически ненаследуемая информация; хранится и передается она от поколения к поколению и от человека к человеку на материальных носителях — вещественных или полевых.

61

Имеются в виду европейские аналоги “йог”, культур “ниндзя” и т.п., что на Западе стало атрибутом высшей “элиты”, а большинству преподносится как несуществующая мистика или запретная магия, дабы не подрывать монополию на власть через духовные практики узкой “элиты” допущенных.

62

В Западном контексте “обладание ресурсами” подразумевает и обладание человеческими ресурсами. Принцип человек человеку — волк на Западе законсервировался в качестве господствующего принципа образования “элиты”. Если человек человеку не волк, то на Западе в подавляющем большинстве случаев «не волк» есть баран для волков, заделавшихся пастухами стада. При этом цивилизация одела многих волков в овечьи шкуры, снятые с тех баранов, которые поверили в благоносность библейской морали во всей её полноте, взаимной дополнительности и согласованности частностей.

63

Метрологическая несостоятельность политэкономии марксизма, проявляется в объективной невозможности различить и измерить её основные категории (необходимое и прибавочное рабочее время, необходимый и прибавочный продукт, прибавочную стоимость) в процессе общественной хозяйственной деятельности.

64

Основной вопрос философии диалектического материализма — о первичности материи или сознания. Вопрос о предсказуемости последствий выбора и осуществления управленческих решений в ней не ставится ни в качестве основного, ни в качестве вытекающего из “основного”. Соответственно нет ней и теории прогностики, хотя основной жизненный вопрос для каждого человека и общества — вопрос о прогностике вариантов и выборе наилучшего управления во множестве возможного в целях безбедности бытия.

65

Шестой Пленум ЦК КПК 14‑го созыва состоялся 7 – 10 октября 1996 г. Как сообщается в Информационном бюллетене от 11 ноября 1996 г., № 13, Пленум принял “Постановление по ряду важных вопросов усиления строительства социалистической духовной цивилизации”. Сообщается, что ЦК КПК различает понятия “духовная цивилизация” и “материальная цивилизация”, но это — лишь следствие того, что достаточно влиятельные аналитики ЦК видят проявление обоих типов цивилизации в повседневной жизни как Китая, так и других стран мира. Довольно подробное изложение материалов Шестого Пленума ЦК КПК 14‑го созыва опубликовала газета “Советская Россия” от 4 февраля 1997 г.

66

Перепечатка с сокращениями в “Экономической газете” № 1, 1997 г. из журнала “Вопросы философии” № 10, 1996 г.

67

Исторически реальный ислам в жизни многих, относящих себя к мусульманам, — всего лишь пятикратное в день поклонение молитвенному коврику под чтение Корана на неведомом арабском языке.

68

Об этом направлении движения информации в религии человека и Бога — религии без иерархии посредников, пытающихся жить за счет комиссионных от благодати, даваемой свыше непосредственно каждому, — все официальные культы и большинство верующих забывают.

69

В переводе М. — Н.О.Османова: «…, пока они сами не изменят своих помыслов.» — то есть внешние обстоятельства изменяются только как следствие изменения собственной духовности, и в частности — помыслов.

70

Индивид — в переводе на русский — нераздельный, неделимый.

71

При этом некий функционально–целостный информационный модуль может оказаться не сосредоточенным в психике одного человека, а рассредоточенным в психике множества людей своими разными фрагментами. В этом случае, он — как информационная целостность — недоступен осознанному восприятию отдельной личности, но если все его носители встретятся и, выделив его фрагменты в своей индивидуальной психике, выразят их на уровне сознания, то он станет доступным осознанному восприятию в целом и для индивидуального сознания.

72

Равно: возможно умышленно вставить.

73

Строгий термин в настоящем контексте, указующий на то, что в отличие от цепи костяшек в домино, информационной выкладке объективно свойственна направленность чтения, т.е. воспроизведения информации в действиях людей.

74

Реально в стаде павианов иерархия их “личностей” выстраивается на основании того, кто кому безнаказанно показывает половой член. Соответственно общероссийский мат: “ Я тебя …”; “А вот … тебе”; “Я на вас всех … положил” — вторжение стадно–обезьяньего в общество тех, кому Свыше дано быть людьми — наместниками Божьими на земле. Обезьянам не дано быть людьми; россиянам же дано, и не должно унижаться до уровня обезьян.

Тем кто хочет поупражняться в расизме в отношении русских в связи с этим сообщением, исключительно с целью их просвещения, следует знать, что согласно кораническим сообщениям некоторая часть иудеев была обращена Богом в обезьян за отступничество от Его Единого Завета .

75

То есть не учитывают частотных характеристик информационных процессов, объективно свойственных современной нам глобальной цивилизации.

76

Именно это можно было в конце 1980‑х понять из выступлений доктора ист. наук. В.Старцева в серии передач по телевидению на тему о масонстве в России. Ныне же доктор В.Старцев — завкафедрой российской истории в Санкт–Петербургском педагогическом университете имени А.И.Герцена и ведет серию передач исторической тематики по петербургскому радио. Из сравнения его судьбы с судьбой отсидевшего десять лет в психушке автора “Десионизации” В.Н.Емельянова (в прошлом работник личного аппарата Н.С.Хрущева), каждый может понять, поддержка какого из двух воззрений на масонство способствует продвижению по службе или краху карьеры.

77

Идрис Шах: «Иногда мы даже принадлежим к ответвлениям от их обществ, таким, как масонство или некоторые рыцарские ордена» — “Суфизм”, М., 1994.

78

В словаре “macon”, а не “mason”.

79

Выделено нами: по существу “Советский энциклопедический словарь” так — прямо и недвусмысленно — сообщает: деятельность масонства состоит в осуществлении тайного всемирного заговора. Насколько эта цель утопична? — каждый человек решает сам по своим возможностям, во–первых, осмыслять происходящее на его глазах и известное ему из хроник о прошлых событиях, а во–вторых, целесообразно действовать по своему разумению и свободной воле.

80

Все названные покинули этот мир ранее XIII века.

81

Известный тезис марксистского тоталитариста (сионистского фашиста, интернациста) Л.Д.Бронштейна, более известного под псевдонимом “Троцкий”.

82

А.И.Лебедь, посетив российский контингент в Чечне в свою бытность Секретарем совета безопасности России, признал, что армия России, воюя уже продолжительное время в Чечне, не имеет никакой идеологии: если у участника военных действий нет идеологии, которую он защищает силой оружия, то это безыдейный бандитизм, даже если это политика государства, проводимая посредством его вооруженных сил. Армия же без идеалов — вооруженная толпа в ярме армейских структур и угроз наказания за нарушение дисциплины.

С чеченской стороны идея сепаратизма — также не долгосрочная идеология, на которой основана жизнь народа из поколения в поколение, а средство прикрытия той реальной идеологии, которая на данном краткосрочном историческом этапе осуществляется в Чечне, как политика раздувания и поддержки её сепаратизма. Но то же самое относится и к идее территориальной целостности России в руках нынешних кремлевских чиновников. Она благообразное средство прикрытия той реальной идеологии, которую они огласить открыто не смеют (или по слабоумию не могут выразить, а по безволию не способны ей противостоять), но осуществляют в проводимой ими политике после 1953 г.

83

По существу горцы были идолопоклонниками, многобожниками, обожествлявшими природные стихии. Верования такого рода пришлая византийская иерархия библейских узурпаторов власти на Руси назвала “язычеством”, дабы навязать извращенные представления о язычестве, извратить тем самым мировоззрение народа, и сделать его подневольным своим хозяевам в будущих поколениях.

84

Здесь и далее в приводимых цитатах жирный текст выделен В.Дегоевым.

85

Вообще–то шариат — составляющая исторически реального ислама, а не составляющая суфизма, как будет показано в дальнейшем. Доктору исторических наук это должно знать и самому: “суфизм” существовал и до появления шариата, но с появлением Корана наиболее благоприятные условия для суфийского образа жизни сложились именно в мусульманских регионах планеты, что и дало основание верхоглядам с короткой исторической памятью “сделать” суфизм принадлежностью исключительно исторически реального ислама, включающего в себя и шариат.

86

По наименованию одного из рангов в системе классификации суфиев: «мюрид». По существу же обвинение в «политическом суфизме» эквивалент обвинений в делании политики, высказываемых в адрес регулярного масонства националистами всех народов.

87

По какой причине и с какой целью В.Дегоевым употреблено выражение «война Шамиля с русскими», а не война чеченцев с русскими или война Шамиля и Николая I, от которой и у чеченцев и у русских чубы трещали?

88

То есть о вероучителе, а не о простом крестьянине или ремесленнике. Причем характерно отметить, что отношение к МУЛЛЕ Насреддину народного творчества отличается от множества русских анекдотов из серии «про ПОПА», «про “жеребячью породу”», и о причинах этого следует задуматься крестителям Руси наших дней.

89

Связки типа «так как», «поскольку», «потому что» придали бы иной смысл этому предложению.

90

Ниже приводимые данные сообщает В.Н.Емельянов в “Десионизации” со ссылками на более ранние источники и воспроизведением их фрагментов.

91

Если он не осознает более общей теории управления, не связанной жестко с решением технических задач.

92

Если внешние обстоятельства это допускают. А если не допускают? — смотри в конце настоящей работы.

93

Насколько это важно в жизни, в наши дни может убедиться каждый утративший уверенность в завтрашнем дне в ходе демократических реформ.

94

См. газету “Новый Петербург”, 06.02.97 “Все раввины от одного предка”: «Группа исследователей из Израиля, Канады, Англии и США, проведя большую работу, опубликовала её результаты в журнале «Nature». Изучив наследственный материал раввинов в общинах евреев–ашкенази (Центральная и Восточная Европа) и сефардов (Южная Европа), они убедились, что все священники, даже издавна разделенных сообществ, действительно происходит от одного предка по мужской линии. Генетическая разница между священниками и их паствой в местной общине намного больше, чем разница между раввинами отдаленных друг от друга диаспор.»

95

Во времена Кавказской войны XIX в. российский царизм, бездумно следуя якобы священной Библии, работал именно на эту доктрину. Западная концепция “гражданского общества” — светская внешне “деидеологизированная” разновидность её же. Поэтому можно прямо говорить, что в Чечне политика демократизаторов наших дней продолжает политику царизма порабощения или уничтожения народов небиблейской культуры в интересах хозяев Библии.

96

“Грабли” — стали невидимыми не потому, что они действительно созданы таковыми, а потому, что воспитанное на лояльности к библейской культуре большинство закрыло на них глаза; а подчас и не желает открывать их, когда ему указывают на этот вид самоослепления.

97

Под этим именем представился Одиссей циклопу Полифему, перед тем как опоить винищем и ослепить его, дабы избежать участи быть съеденными циклопом, не отличавшимся гостеприимством. Когда на вопли ослепленного Полифема сбежались остальные циклопы и спросили Полифема, кто его обидел, что он так воет, тот честно ответил: “Никто!!!” После этого те, кто мог вмешаться в течение событий, ушли успокоенные тем, что им не надо искать врага и бороться с ним. Навязанное циклопам — по молчаливому “само собой разумению” — мнение о том, что “Никто” (“Ничто”) реально не существует, позволило вполне реальному Одиссею–Никто приступить к следующему этапу в его деятельности.

Этой сцене из “Одиссеи” в реальной истории соответствует реальное общественно историческое явление, по отношению к которому подавляющее большинство политиков выступает в роли Полифема и баранов, а большинство населения в роли остальных циклопов.

Рассмотрение этого сюжета в глобальном масштабе в качестве иносказания о течении космической истории возможных отношений в прошлом и настоящем коренных землян и неких пришельцев остается открытым. Но если нечто подобное имело место в реальности, то обе стороны по–своему порочны.

98

В этом причина посягательств иерусалимской периферии знахарства Амона (Синедриона: первосвященника Каиафы и Ко) на употребление жизни и “смерти” Христа для осуществление целей, поставленных их хозяевами.

99

Именно по этой причине нелояльности к текущей деятельности правящего легитимного масонства были уничтожены в управляемых ситуациях–мясорубках, из которых не могли найти выхода, А.С.Пушкин, М.Ю.Лермонтов, С.А.Есенин и многие другие, чьи имена известны в более узком кругу.

Многое говорит о том, что с 1960‑х гг. по настоящее время в СССР была проведена программа скрытного уничтожения ряда выдающихся деятелей науки, техники, успевших проявить себя ранее и чья деятельность не вписывалась в политику осуществления “застоя” и управляемого упадка СССР: «Кадры решают всё!» — это было известно и понятно задолго до того, как И.В.Сталин огласил это в качестве лозунга. С 1960‑х же гг. также целенаправленно проводилась политика устранения перспективной молодежи из общественно значимых отраслей деятельности, в результате чего мы и имеем пустоцвет экономической науки в “лицах” от А.Г.Аганбегяна до Е.Т.Гайдара, А.Лившица, Г.А.Явлинского и др.

100

Р.А.Никольсон. Мистические сказки. Лондон, 1931, с. 171.

101

При этом мало кто задумывается о том, что концепция деятельности сама обусловлена субъективно избранными определенными целями, часть из которых объективно возможно осуществить; что цели и концепция их осуществления предопределяют структуру общественной организации, работающей на осуществление этих целей по определенной концепции; что часть деятельности не может быть осуществлена на основе неизменных структурных образований и потому протекает разнообразно вне структур. Всё это приводит в совокупности к тому, что и внешне похожие структуры вовсе не обязательно принадлежат одной и той же концепции и работают на одни и те же цели, хотя взаимная обусловленность “цели — концепция (средства осуществления целей)” всё же имеет место, по какой причине бездумное копирование структур может привести и к осуществлению свойственных тем целей вопреки намерениям копировщиков.

102

Выделено нами: это означает, что с точки зрения суфия, не быть суфием — либо незавершенность нормального развития человека, либо стойкое отклонение человека от психической нормы.

103

То есть он предназначен не для “элиты”, а для подавляющего большинства людей.

104

Смотри предшествующую фразу. Именно так для суфиев погонщиков не существовали шейхи воображалы.

105

Упущено более значимое: При этом пчела опыляет цветы, что биологически является оплодотворением, вследствие чего цветок не остается пустоцветом.

106

Так и от Христа домогались понятных себе свидетельств “легитимности”, отвергая явленное Им по существу.

107

На Западе оккультизм и мистика — удел либо регулярного масонства, либо околомасонской массовки бездельников, страдающих от избытка незанятого времени.

108

Судя по содержанию её, это не тот Иоанн, “евангелие” от которого входит в канон Библии, и на странице которого Библию оставляют открытой в масонских ложах. Библейский Иоанн гораздо более похож на опекуна и цензора Христа, чем на преданного Его ученика.

109

В настоящем наборе мы приняли правописание, отличное от традиционного. В устной речи нет заглавных (прописных) звуков и рядовых (строчных) звуков. Новый Завет, даже в его каноническом виде, нигде не свидетельствует о том, чтобы Иисус превозносил себя над своими современниками по плоти, поэтому личные местоимения "Я" в передаче в тексте слов Христа набраны нами строчными буквами. В нашем понимании контекста, слова "Сын Человеческий", хотя и несут на себе печать патриархата, но относятся ко всем людям без исключения, поэтому они также набраны строчными буквами, без выделения их заглавными.

110

Текст, выделенный курсивом, попал в канон Нового Завета в пересказе апостола Павла: 1 послание Павла коринфянам, гл.13.

111

То есть пришлая византийская иерархия, прикрываясь именем Христа, более тысячи лет извращает и искореняет на Руси Христово учение. И после того, как это показательно доведено до её сведения, она, а также и соприкоснувшиеся с этой информацией её бездумные последователи, не заслуживают жалости, вне зависимости от того, что с ними происходит. Ложь и извращения подлежат искоренению по истечении неких контрольных сроков, предоставляемых Свыше для того, чтобы все могли одуматься.

112

Это можно понимать двояко: во–первых, предметом церковной утвари (произведением декоративно–прикладного искусства) и, во–вторых, мучительной казнью, совершаемой в их душах и обращаемой ими в жизни на других людей, поскольку они выносят из сердца своего в жизнь именно казнь, и по вере своей становятся её же жертвами.

113

К сведению непреклонных материалистов: Так любимая ими доктрина об исчезновении сознания с прекращением физиологии в вещественном теле противоречит столь же любимым ими же законам сохранения материи, энергии, переносящим нематериальную информацию — сознание и память.

114

См. Коран, 4:156: «… они не убили его и не распяли, но это только представилось им. <…> Бог вознес его к себе: Бог могущественен, мудр!» И ничто в тексте синодальной Библии, издаваемой на русском языке по благословению патриархов Московских и всея Руси (и минус Украина в последние годы), не говорит, что Коран лжет в этом вопросе. Более того, в текстах и Ветхого и Нового завета есть слова подтверждающие и разъясняющие истинность отрицания распятия Христа, как о том повествуют “евангелия” о казни.

115

В такой транслитерации совпадает с названием буквы арабского алфавита, с которой начинается арабское слово “говорить”: наша сноска.

116

Латинизированное “Ибн Сина”.

117

Аль–Газали (1058 – 1111)

118

Этот латинизм в русском языке хотя и прижился, но избыточен. Его употребление приводит к большей неопределенности смысла, чем употребление исконных русских слов: коллективная деятельность может быть совместной, либо же несовместной, т.е. внутренне конфликтной. когда употребляется слов “коллективная”, то какой из двух стилей деятельности имеется ввиду? — каждый должен дополнительно домыслить сам.

119

В жизни реальных редких “Маугли” этот процесс прерывается после первого; для числено преобладающего большинства он в редкие периоды их жизни поднимается до третьего. Но именно третье и есть, с точки зрения язычества (суфизма), норма человеческой жизни в Мире после его грехопадения.

120

Ребенок еще не умеет говорить, но уже некоторым образом мыслит. От рождения глухонемые, если их своевременно не обучили окольными (минуя слух) путями устной и письменной речи, сохраняют способность к внелексическому мышлению до конца жизни, поскольку не знают иного. То что, большинство “думает словами”, т.е. лексически, — это видимая “надводная” часть “айсберга” процесса мышления.

121

Здесь и далее слова язык, лексика и т.п., взятые в угловые кавычки «», обозначают «язык» в общем внутриобщественном смысле этого слова — развитое в культуре средство передачи информации среди людей в обществе. «Язык» в угловых кавычках, набранное с заглавной буквы и подчеркнутое, обозначает язык, на котором протекает информационный обмен, объемлющий круговорот информации в пределах человеческого общества на основе «языков» его культуры. Иными словами «Язык» — это совокупность языков Язычества, о которой Иисус говорил как о Слове вечной жизни, записанном во всех без исключения творениях Бога Живого. А «языки» в таком понимании — подмножество «Языков», расширяющееся по мере развития культуры до генетически предопределенной полноты множества «языков» людей.

122

Более широкой чем деятельность умозрительно вычлененного из психики интеллекта.

123

Грамматик письменности и устной речи может быть несколько в одном и том же языке: то, что в одной грамматике рассматривается в качестве союза «или» в другой грамматике будет восприниматься в качестве ошибочно слитного написания двух логических связок «и» и «ли». Роль последней перешла в общепринятой грамматике к союзу «или», при этом стерлось то, что общепринятое «или» в логике это и «и», и «ли» одномоментно. Союз «или» в общеупотребительной грамматике это забытое «и ли». На это указует, в частности то обстоятельство, что в общеупотребительной грамматике «или» и «либо» (и редкое сохранившееся «ли» — дождь ли, снег ли — все слякоть) — синонимы, в то время как отличный от смысла «либо» смысл «и ли» в общепринятой грамматике не передается одним словом. То есть общеупотребительная грамматика русского языка образца 1918 г. без смысленная грамматика, а фонетически пустословная: она не связана с культурой мышления и препятствует во многих случаях точной передаче смысла.

124

Не преобладающий путь распространения понятий в обществе — единообразие психической культуры разных людей, сталкивающихся в жизни с одной и той же проблематикой. Это не унификация личностей в обществе, поскольку жизненный опыт и устремленность каждого из них не утрачивает своеобразия. Но решения одних и тех же проблем, вырабатываемые ими в сходных обстоятельствах, во многом могут оказаться близкими. И дело не в том, насколько они похожи, а в том, насколько они отвечают обстановке и направленности течения событий: во всем множестве возможных решений проблемы, подмножество наилучших в определенном смысле решений обычно узко. И совершенство психической культуры личности проявляется не в её непохожести на другие, а в способности выйти на максимально близкое к наилучшему решение реальной жизненной проблемы (последнего нет в интеллектуальных теле–шоу типа “Что? Где? Сколько заплатят?” и их жизненных аналогах.

125

«Люди продают говорящих попугаев за большие деньги и никогда не задумываются о том, какую ценность представлял бы думающий попугай» — из афоризмов суфия Насреддина, “Суфизм”, с. 124. Если считать, что ключевой смысл этой фразы замкнут на слово “думать”, которое относится и к людям, и к попугаям, то на основе отождествления всех бездумных, в ней речь идет исключительно о попугаях: правда одни из них — в телесном облике птицы, а другие — в телесном облике людей. Легко ли человеку жить среди человекообразных попугаев? — ведь цивилизация человекообразных попугаев опасна и сама для себя, и для всего в округе.

126

В этой связи для России актуально высказывание академика И.Павлова, который в 1932 г. заметил: «Должен высказать свой печальный взгляд на русского человека. Он имеет такую слабую мозговую систему, что не способен воспринимать действительность, как таковую. Для него существуют только слова. Его условные рефлексы координированы не с действиями, а со словами.»

По нашему мнению эта оценка не утратила для изрядной части россиян актуальности и в наши дни. Однако, на наш взгляд дело не в слабости «мозговой системы», как материального образования, а в тысячелетнем одуряющем воздействии культуры, построенной на Библии, преисполненной внутренних противоречий и противоречий библейского проекта с Миром и Богом. Принятие всех её противоречий на веру рвет интеллект как процесс в клочья и отрывает слова от жизни как таковой. Люди живут в мире оторванных от жизни как таковой слов, отчего в мире происходит запустение и неустройство.

Вину за это состояние психической (духовной) культуры на Руси несет иерархия Православной церкви.

127

Смотри: Н. А. Козырев “Астрономические наблюдения посредством физических свойств времени”: 1. Избранные труды, ч.3. Причинная механика. стр.379, 380. Изд. ЛГУ. Ленинград. 1991 г.; 2. Труды симпозиума, приуроченного к открытию 2,6 метрового телескопа Бюроканской астрофизической обсерватории. Бюрокан. 5–8 октября 1976 г. Ереван. 1977, с. 209–227.

128

Под культурой в настоящем работе понимается вся совокупность генетически ненаследуемой информации, передаваемой от поколения к поколению в обществе.

129

“Нечто”, из чего сделано Мироздание, и что объективно вступает во взаимодействие между собой в различных фрагментах Мироздания.

130

Объективные образы, “картинки” — нематериальные и не изменяющие своего объективного качества при переносе их с одного материального носителя на другой. Всякий образ один и тот же — вне зависимости от того запечатлен ли он в природе, на картине, в скульптуре, на фотографии или в психике человека. Информация объективна, но восприятие её субъективно точно также, как и выражение воспринятого.

131

Мера — 1) матрица возможных состояний материи — носителя информации–образов — и 2) объективная общевселенская система кодирования информации–образов. Соответственно, пространство и время — не пустые непознаваемые вместилища материального Мироздания, а два вида соизмеримости его фрагментов, свойственные Мирозданию, т.е. порождения фрагментов Мироздания.

132

В настоящей работе под Объективной реальностью понимаются в совокупности Бог и тварное Мироздание. В душе каждого человека есть место субъективному образу объективного Бога истинного; другое дело, чем конкретно оно заполнено под влиянием культуры и субъективного произвола каждого.

133

“Мыслеформы” — в терминологии западной эзотерической традиции.

134

Если изъять из общества индивидуальное творчество, то не станет и коллективного, а культура превратится в «грампластинку», затирающуюся от времени при бессмысленном прокручивании. Другое дело порождает ли индивидуальное творчество множества людей совместную общественно полезную деятельность, и ли превращает общество в бездумную стадность и ли внутренне несовместную враждебную к себе же деятельность — шизофрению вне стен психбольниц.

135

При этом адресация может изменяться, в зависимости от субъективной культуры мышления и выражения мысли в каждой из конкретных ситуаций «словоупотребления» каждого из «языков».

136

«Мы не понимаем некоторые вещи не потому, что наши понятия слабы, а потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.» — К.Прутков, Россия, XIX в. Литературный персонаж, во многом аналогичный Насреддину в мусульманской культуре.

137

Это эквивалент осмысленного «и ли» в бессмысленной грамматике современности.

138

Подобно тому, как человек, говорящий на иностранном языке, не зная его некоторых слов, прибегает к языку жестов и вставляет слова родного языка в надежде, что иностранный собеседник найдет сам слова и сможет понять то, что он пытается довести до его сведения.

139

Чем в меньшей степени оно выражено, тем в большей степени общество похоже на безликое стадо. Однако и своеобразие личности, может не только дополнять до полноты деятельность других людей в обществе (предельно широком коллективе), но и разрушать процесс совместной деятельности людей. Единение безликих в стадо — плохо, но и своеобразие личности, разрушающей своей отсебятиной коллективную деятельность, — бедствие.

140

Это словесный бездумный словесный “штамп” «массовая статистика»: всякая статистика описывает множества и потому всякая статистика массовая.

141

Который при порочности культуры подвержен более или менее ярко выраженным сумасшествиям, но рассмотрение тематики о порождении коллективного интеллекта и взаимодействии с ним индивидуальных интеллектов не входит в тематику настоящей работы.

142

Так в средние века в Европе до перехода на позиционную систему счисления (арабские цифры и десятичные дроби с разделением целой и дробной части числа точкой или запятой) пользовались римскими цифрами или иными системами, основанными на числовой мере, соотносимой со знаками алфавита. Вне позиционной системы счисления большой проблемой была операция деления: возникновение остатка при неделимости нацело и производная проблема соизмерения простых дробей. Например: попробуйте, напрочь забыв о позиционной системе счисления, выполнить арифметические действия: MCMXCV/ХVI или XXII/VII. С переходом к позиционной системе счисления проблема исчезла: операция деления двух чисел в ней — это пользование таблицей умножения и выравнивание порядков делителя и делимого (т.е. перенос десятичной точки или запятой в право или влево). Числа остались прежними, но изменились средства описания: 1995/16 и 22/7; последнее — древнее приближение числа «», более точное, чем общеупотребительное ныне «3,14».

143

Тем не менее есть, культуры, и библейская (жидомасонская) — наиболее властная из них, в которых на словах — провозглашение добродетельности, а в жизни — её активное подавление сатанизмом, действующим на основе сопутствующих умолчаний, иносказаний, редко цитируемых фрагментов, отрицающих провозглашаемые добродетели.

144

Жидомасонство с его «языковой» ограниченностью в указанном смысле и есть иерархия автоматов, запрограммированных на коллективное осуществление неведомой каждому из них цели.

145

Важное замечание для психологически раздавленных Библией идейных наследников Ф.М.Достоевского.

146

То есть речь идет о разделении ограниченных ресурсов между задачами наблюдения и осмысления выявленного в наблюдении.

В ХХ веке аналогичное положение доказано логически строго (то есть из анализа и соотнесения частностей) в качестве одной из теорем кибернетики. Но в культуре суфизма оно стало доступно непосредственно как целостность несколько раньше.

147

Скептикам полезно вспомнить, что люди научились плавать сами и строить плавсредства гораздо раньше, чем был сформулирован «закон Архимеда», давший объяснение и меру возможного в плавании.

148

Ранее было отмечено, что понятие это — определенное единство «внеязыкового» субъективного образа и «слов языка». Если слова остаются общепринятыми (прежними), а «внелексические» образы изменились, то изменилось и миропонимание. Возможно, что после этого придется менять и «слова», на «слова» иного «языка», более соответствующего разграничению субъективных «внелексических» образов.

Это объясняет психический “механизм” в конфликте сталинизма и троцкизма в марксизме. На «внелексических» уровнях мышления сталинцы марксистами не были, хотя вынуждено употребляли марксистскую терминологию. Троцкисты были марксистами и на «внелексических» уровнях психики, и на «лексических». То есть произошло вторжение сталинизма в марксистскую понятийную систему. К моменту уничтожения Сталина, он в “Экономических проблемах социализма в СССР” дал рекомендацию, полностью отказаться от марксистских понятий в политэкономии и заменить их новыми, более соответствующими жизни, т.е. «Языку».

И.Л.Бунич, автор многих книг об утаиваемых и о сокрытых сторонах истории России (“Золото партии”, “Таллинский переход” и др.), возможно, что ради “красного словца”, ляпнул фразу: «Должности диктатора или имама в СССР не полагалось.» (“Операция «Гроза»“, т. 2, с. 508).

С точки зрения подконтрольной раввинату и ростовщическим кланам западной демократии, в государстве СССР должности имама действительно не полагалось. А с точки зрения мусульман: полагалось или не полагалось?

Отождествить имама и диктатора может только чуждый Исламу человек, но сами лексические и смысловые ряды: “Сталин — диктатор — имам” + “имам — Ислам” — объективная данность в русском языке после того, как “Операция «Гроза»” издана массовым тиражом.

И беспричинно такие параллели не выстраиваются: подсознание публициста–историка демократического толка отождествило Ислам и сталинизм — двух противников агрессии паразитизма Западной региональной цивилизации, поскольку не смогло их четко разграничить, но на уровень осознанного восприятия все же выдало указание на некую их общность, хотя и в довольно легкомысленной форме…

И если, Бунич, сам того не подозревая, “ткнул пальцем в небо” и попал, может быть в сокровенную тайну какого–нибудь мусульманского братства, то многое загадочное и непонятное в деятельности Сталина — в контексте мусульманской исторической традиции, если и не получает полного и достоверного объяснения, то находит аналоги в прошлом Коранической цивилизации.

Домогаться доказательств, что И.В.Сталин был легитимным посвященным суфием — занятие неблагодарное. Но если видеть — по его деятельности — в Сталине суфия, возможно даже имама одного из скрытных суфийских братств, то это многое объясняет в истории РСДРП-ВКП(б) и судьбе вошедших в неё легитимно посвященных масонов и поддерживавшей их непосвященной массовки; а также и в судьбе мусульманских народов СССР, проявивших нелояльность к политике правящего действительного имама в годы Великой Отечественной войны, в песне прямо названной Священной, то есть Джихадом в традициях мусульманской культуры.

149

Это еще один из возможных взглядов на суть скрытого в суфийском обращении к христианам: «Мы обладаем сущность креста, а Христиане всего лишь распятием» (“Суфизм”, с. 428), поскольку латифы, подлежащие развитию и управлению в суфийской культуре, расположены крестообразно.

150

Сверх того одна из мусульманских мистических традиций утверждает возможность формирования (биополевого) «мистического глаза» на левой ладони человека.

151

В последнем буддизм более откровенен: есть “молитвенные барабаны”, на которых записаны молитвы. Их вращение эквивалентно молитве, согласно буддистской традиции. Это своего рода предтеча магнитофона с записью мессы. Остается только открытым вопрос: при такой магнитофонной “молитве” присутствие человека обязательно? Или если присутствие человека обязательно, то в ряде случаев достаточно и внеритуальной молитвы?

152

Аллах — слово арабского языка, напоминающее человеку именно о Боге — Творце и Вседержителе Мироздания. В каждом национальном языке свое слово для обращения ко общему всем Богу. И нечего спорить о правомочности словоупотребления забыв о Боге «внелексически» и отрицая Его промысел своей самодурственной отсебятиной.

153

Хидр (“Зеленый”) — совершенный суфий, покровитель суфиев.

154

Зу–н–Нун аль Мисри, египтянин, считается одним из основоположником суфизма, возникшего в IХ веке.

155

Еще в первой половине ХХ века выдающийся промышленный руководитель Генри Форд отмечал: «… для большинства людей наказанием является необходимость мыслить. идеальной представляется им работа, не предъявляющая никаких требований к творческому инстинкту.» — “Моя жизнь, мои достижения”, Москва, 1989, с. 89.

156

« Держись прощения, побуждай к добру и отстранись от невежд.» — Коран.

157

Хотя по существу бездумное копирование и принуждение к таковому — один из принципов тех “политических технологий”, о которых пишет С.Кургинян.

158

Это относится и к самому С.Кургиняну, который известен по печати со времен ранее ГКЧП.

159

Введенная С.Кургиняном аббревиатура Транснациональное Империалистическое Государство.

160

«Параполитические» — как это будет по–русски? Или, доказывая читателю, что Япончик не может быть символом русского сопротивления, С.Кургинян хочет принудить русское сопротивление говорить на тарабарщине космополитов безродных, делающих с Запада политику в России? Чтобы тем не мучаться в освоении таинств русского языка и читать всю русскую “политологию” на привычном им жаргоне?

161

Только в марксизме одна теория прибавочной стоимости кормила столетие множество пустобрехов. А ведь кроме политэкономистов еще есть и многие другие рассыпатели слов.

162

То есть даже в самом грубом историческом описании уже должно различать концепцию, достойную утверждения в умах людей, и концепции, не совместимые с нею, подлежащие изживанию.

163

Или человека с желательными воззрениями втемную вывели в ранг общепризнаваемых авторитетов в исторической науке и политологии.

164

Тем, кто по разным причинам не в состоянии признать бытие Высочайшего Господа и сатаны, скажем, что языки народов не удерживают пустословия, условно говоря “абракадабр”, в которых нет никаких понятий. Поэтому при чтении данной работы под Царством Высшего Господа они могут понимать иерархически упорядоченную совокупность явлений в природе и обществе, обладающую как минимум качеством поддержания устойчивости процессов развития без взаимоуничтожения однокачественных систем в пределах одного иерархического уровня. А под иерархией сатаны — еще одну иерархически упорядоченную совокупность явлений в природе и обществе, обладающую альтернативным качеством и дополняющую первую иерархию явлений до полноты мировосприятия атеиста.

165

С их перечнем кто–то может не согласиться. Это его право: если хочет, пусть продолжает генеральное наступление на грабли — вразумляющее средство с очень жесткой для его лба обратной связью.

166

То есть сама является антисистемой по отношению к биосфере Земли при господстве в ней нравов: «И чтобы Рыбка Золотая была у мене на посылках!!!»

167

Когда жречество утрачивало эти качества, то оно превращалось в иерархию книгочеев, подобную иерархии нынешних библейских церквей.

168

Тогда же и Ричарду Косолапову говорили о роли этой заморской директивы в политической жизни СССР. Но потребовалось семь лет для того, чтобы Ричард Косолапов процитировал её в “Советской России”, также как и С.Кургинян не предложив соответствующей и эффективной Контрдирективы. Семь лет — срок достаточный и свидетельствует о слабоумии “интеллектуальной элиты” оппозиции.

169

В кириллице буква “Ж” — кроме того и иероглиф “живете”; “Р” — иероглиф “рцы”, того же понятийного гнезда, то и “речь” (в той азбуке последовательность букв–иероглифов: “рцы” “слово” “твердо”. Она стоит там, где ныне без смысленные “Р”, “С”, “Т”). Соответственно, долг жречества по отношению к обществу — жизнеречение. Это — очень емкое слово, и каждый поймет его в меру глубины и широты своего ума. Если оно для Вас ничего не значит, и все сказанное воспринимается Вами в качестве комичной игры в беспричинные совпадения грамматических форм в древней азбуке и в писаниях современного политолога, то тем хуже для Вас.

170

Стало быть есть и более значимая — непубличная, а интеллектуально-”малинная” (в уголовно предосудительном смысле слова “малина”) политика.

171

Под этим именем представился Одиссей циклопу Полифему, перед тем как опоить его винищем и ослепить. Когда на вопли ослепленного Полифема сбежались остальные циклопы и спросили Полифема, кто его обидел, что он так воет, тот честно ответил: “Никто!!!» После этого те, кто мог вмешаться в течение событий ушли успокоенные, что позволило Одиссею–Никто приступить к следующему этапу в его деятельности.

В современной нам глобальной политике под именем “Никто” — врага, которого не надо искать (демократический лозунг начала перестройки) персонально выступают члены ростовщических кланов, контролирующих банковское дело (Ротшильды, Рокфеллеры, Валленберги и пр., а также и их оккультные хозяева. Т.е. “Никто” реально существует). Суть ростовщичества — злоупотребления в счетоводстве, с целью паразитизма на чужом созидании; суть банковского дела — управление инвестициями в отраслях и регионах, т.е. управление созиданием. Такое противоестественное объединение антагонистов не может продолжаться неограниченно долго: созиданию придется очиститься от паразитизма.

172

Запад свихнулся на «Copyright ©», выставив его одним из условий соблюдения прав человека, хотя доступ к знаниям и свободное использование достояний культуры — основа безбедной жизни людей, поскольку вся полнота «Сopyright ©» принадлежит Богу — Творцу и Вседержителю, вследствие чего торговля «авторскими правами» есть торговля не своим, а Его достоянием.

173

Это мнение было насаждено также с целью монопольного организованного употребления “резервных возможностей” человеческого организма над-”элитарным” меньшинством в процессе управления “элитой” и рабочим быдлом.

174

Тем более нет их в основе журналистского образования, исторического и философского.

175

Революции только справа и бывают, но об этом далее. Фашизм — не правое, а правдоподобное, то есть левое движение.

176

Во многих источниках называется в качестве масона.

177

Намек на следы от перенесенной оспы на лице Сталина.

178

«Виссарион» по–русски означает «Дающий жизнь». Еще одна ни к чему не обязывающая и не знаменующая ничего “игра слов” в Истории? Не многовато ли “игр слов” без смысла, или все же есть объективный знаменательный смысл слов?

179

Выделено нами.

180

Или того хуже — голем — биоробот, созданный из глины раввинатом для своего обслуживания. Главный редактор “Известий”, кстати, Голем–биовский — обслуживает своих хозяев без особых нареканий…