«О текущем моменте» № 2 (26), февраль 2004 г.

Как неповторимо «повторяется история»

1. Нужен ли России обветшалый «товар»?

Февраль 2004 года останется в памяти общественности как месяц катастроф — технических и социально-политических: подрыв террористами вагона в московском метро, унёсший десятки жизней ни в чём не повинных людей; крушение с многочисленными жертвами западной новинки, цель которой — удовлетворять растущий спрос на развлечения нарождающегося среднего класса России — московского аквапарка “Трансвааль” и, наконец, под занавес — отставка правительства М.М.Касьянова.

Последнее событие дало пищу изголодавшимся по политиканству СМИ для гаданий по поводу кандидатуры будущего премьера. Но ни одна программа ТВ, ни одна газета даже не пытались «погадать» насчёт будущего курса развития страны на ближайшие 20 — 30 лет или хотя бы на последующие четыре года после выборов президента. Все обсуждения такого рода сводились к одному вопросу: Сохранится либо не сохранится прозападный либеральный курс дальнейших реформ российской экономики? И ответ на этот вопрос открыто или в умолчаниях всегда сводился примерно к следующему: если курс реформ, проводимый правительством М.М.Касьянова, не сохранится, то стране грозит очередной «застой» и изоляция России от «мирового сообщества». Альтернативы, — как всегда — якобы нет. Почему?

«История повторяется дважды: один раз, как трагедия, другой — как фарс», — когда-то давно заметил один классик. В России эта тенденция проявляется в наибольшей мере. Почему? И можно ли выявить причину этой тенденции? Можно и нужно, ибо у самой тенденции есть знак-символ, который сопровождал её внутреннюю и внешнюю политику до февраля 1917 года и вернулся в качестве такового после августа 1991 года. И хотя мы не раз писали об этом феномене русской истории в наших предъидущих обзорах «О текущем моменте», но считаем необходимым ещё раз вернуться к нему на поворотном этапе в истории страны, поскольку любые политики, не определившиеся концептуально и пытающиеся при этом творить политику Русской цивилизации обречены постоянно наступать на одни и те же грабли.

Ответ на этот же вопрос пытается дать в книге — “Владимир Путин. Куда он ведёт Россию” шеф московского бюро немецкого журнала “Фокус”, журналист Борис Райтшустер[1]. Книга вышла в Германии и её автор считает, что Европа до сих пор сомневается в искренности ответов, полученных ею на вопрос «Who is Mr. Putin?». Райтшустер предлагает свой вариант, вроде простой, но гораздо более правдоподобный, чем то, что до сих пор писалось во многих изследованиях: «Во Владимире Путине каждый найдёт того президента, которого хочет найти». Но что означает и какую роль играет в судьбах страны «совокупность президентов», найденных совокупностью этих «каждых»?

Начнём с того, что до конца XIX столетия Библия, — в отличие от стран Запада, — не была издана в России на русском языке для широкого чтения[2]. Это означает, что критическое отношение к ней, именно как к концепции управления, не могло быть выработано в обществе, поскольку главной обязанностью церковной иерархии, владевшей церковно-славянским языком, была защита библейской концепции от вторжения ей чуждых потоков мыслей и их носителей. Тем не менее, несмотря на мощнейший агитпроп в лице церковной иерархии (храм и поп были в каждом селе, а поп был обязан доносить полиции о тех лицах в его приходе, которые не ходят к исповеди), библейская концепция с её обожествлением паразитизма (доктрина “Второзакония — Исаии” скупки мира на основе мафиозно организованной иудейской расово-корпоративной монополии на ростовщичество) по критериям нравственного порядка была неприемлема для большинства. Однако это неприятие по вышеуказанным причинам оставалось долгое время (почти целое столетие) безсознательным[3], в силу чего в обществе и не могли созреть необходимые условия для выражения неприятия Библии в определённой лексике, то есть на уровне сознания. Прошло немногим более ста лет, и в России появилась альтернативно-объемлющая по отношению к библейской концепции социальная доктрина — Концепция общественной безопасности (КОБ), выраженная в однозначно понимаемой лексике. С 1992 года, после того как в России тиражом 10 000 экз. была публикована Концепция общественной безопасности с эпическим названием «Мёртвая вода», концептуальная неопределённость управления Русской цивилизацией стала объективной данностью вне зависимости от того, как относятся к этому факту те или иные властные круги в самой России и за рубежом. И миссия президента в этот период приобрела особую ответственность: переход на альтернативно-объемлющую концепцию управления ни при каких обстоятельствах не должен вылиться в военное столкновение Русской и Западной цивилизаций либо в столкновение Русской с иными региональными цивилизациями в угоду заправилам Запада, в противном случае КОБ не альтернативно-объемлющая, а просто альтернативная по отношению к Библии концепция. Видимо что-то на этот счёт соображает автор книги “Владимир Путин. Куда он ведёт Россию?”

«Это не биография, книга не столько о самом Путине, сколько о России при Путине, — говорит Райтшустер. — Интерес к России в Германии велик и, по моим ощущениям, ещё растёт. Я же, как мне кажется, достаточно неплохо знаю Россию, прожив здесь 10 лет и воспринимая её как свою вторую родину. Хотя в Германии до сих пор не понимают до конца, кто такой Путин, этот известный вопрос — “кто он?” — по-прежнему актуален. Для одних он ассоциируется с прозападным элегантным политиком, который в бундестаге объявил конец холодной войны. Для других — с человеком, который принёс ограничения для СМИ, определённые проблемы в Россию. Многие люди говорят: “А что там на самом деле?” Я постоянно слышу этот вопрос, и моей целью было нарисовать максимально полную картину. При этом мои личные ощущения от общения с Путиным в книге как минимум второстепенны. Конечно, я старался его охарактеризовать как человека, но это не на первом плане. (....)

Вплоть до сегодняшнего дня у Путина нет надежного фундамента его власти. Правда, он, как и прежде, очень популярен в народе. Но такая популярность только в том случае могла бы быть реальным фактором укрепления власти, если политическая жизнь в России функционировала бы по демократическим правилам. Но этого стало ещё меньше с тех пор, как Путин практически ликвидировал даже те редкие демократические институты, что оставались от ельцинского времени: федеративные структуры и самостоятельный парламент. Так как его собственная власть была ещё недостаточно крепка, Путин балансировал между различными группами, на которые опирался. И, стараясь удержаться, балансировал на месте. Напрашивается сравнение с двуглавым российским орлом на гербе. Одна его голова глядит направо, другая — налево. А вперёд орёл не глядит».

Последнее — сравнение политики после ельцинской России с двуглавым орлом, который пока не умеет смотреть вперёд, — и есть не прямое, а аллегорическое (на безсознательных уровнях психики) видение немецким журналистом концептуальной неопределённости внутренней и внешней политики России. Но это опять же связано с тем обстоятельством, что откровенно пробиблейский Запад не признаёт пока на уровне сознания Россию в качестве региональной цивилизации, равной себе по значимости в глобальном историческом процессе человечества.

Однако для Русской цивилизации не так уж и важно, чтобы Западная цивилизация признала её в таковом качестве. Для того, чтобы различие смысла жизни двух региональных цивилизаций в глобальной политике не вылилось в военное столкновение, достаточно чтобы одна из них обрела качественное превосходство над другой на первом приоритете обобщённых средств управления-оружия — мировоззренчески-методологическом. Если это выражается в жизни (в прямом или опосредованном виде — значения не имеет), то можно считать, что одна из концепций уже обладает качеством объемлющей по отношению к другой. И сегодня впервые мы сможем привести убедительные доказательства того, что КОБ по отношению к Библии является альтернативно-объемлющей концепцией управления.

25 января 2004 года на сайте газеты “Известия” появилась статья Сергея Лескова[4] о прошедшем в Доме ученых «круглом столе» под названием “Обогащения форм научного знания в эпоху глобализации”, в котором, наряду с ведущими учёными РАН, принял участие и знаменитый израильский ученый-каббалист Михаэль Лайтман, редактор 26 томного издания «Наука каббала». В своём выступлении он заявил следующее:

«Каббала — это метафорически изложенная наука об управлении высшего информационного слоя нашим миром, каждое событие в котором является следствием какого-то сигнала, а задача человека состоит в изучении этого информационного слоя и вхождении в него, чтобы научиться управлять своей судьбой».

По своему существу это — заявление о своём превозходстве именно на первом приоритете обобщённых средств управления. Его поддержал физик-теоретик академик С.Капица

«…Ни одну страну, ни одно событие нельзя рассматривать в отрыве от всего мира, от целостной картины. Для выживания человечества необходимо думать не так, как думали люди в прежние эпохи. Из строгой математики следует: необходимо пересмотреть все действующие политико-экономические модели. ХХI век принесет серьёзные изменения в интеллектуальной традиции и потребует синтеза исторического знания. Я не исключаю, что рядом будут стоять 10 томов теоретической физики Ландау и 6 классических томов каббалы. Кстати, после Нильса Бора президентом Датской академии наук стал специалист по изучению ветхозаветных текстов профессор Петерсон».

Однако, несмотря на такую авторитетную поддержку, не все участники «круглого стола» согласились с академиком С.Капицей. Были и те, кто выразил сомнение, но не в том, что «каббала — метафорическая наука об управлении», а в том, что каббала действительно способна «обогатить формы научного знания в эпоху глобализации» вследствие того, что «каббала говорит на языке, который нам непонятен…» (из выступления заведующего сектором института философии РАО академика Людмилы Буевой). «По этой причине, — утверждает автор статьи, — кстати, разошлись пути каббалистов и Платона, который долго занимался каббалой, но брал в обучение и недостойных учеников».

Заявление о том, что каббала не нужна потому, что непонятна, — вовсе не однозначно является признанием в собственном слабоумии, из которого произтекает неспособность понять метафорический язык каббалы. Есть ряд обстоятельств, которые не затронул ни каббалист М.Лайтман[5], ни академик С.Капица.

Первое: из заявления каббалиста Лайтмана следует, что в основе библейской концепции управления лежит «метафорически изложенная теория управления». Какую же цель преследовали каббалисты давая метафорически изложенную теорию управления? Дело не в том, что процессы управления невозможно теоретически описать прямо, а не иносказательно метафорически. Дело не в том, что в метафорически-иносказательном описании легко догматизируется форма, но весьма затруднительно догматизировать содержание, вследствие чего недогматизируемая содержательная традиция живёт в преемственности поколений, приспосабливаясь к меняющимся обстоятельствам. Дело в том, что в данном случае потребность в иносказательности — следствие устремлённости меньшинства (владеющего ключами к метафорически иносказательному шифру, для которого наука об управлении становится практикой жизни) к господству над большинством (лишённым ключей к метафорически-иносказательнмоу шифру, которое оказывается в зависимости от меньшинства в решении координационно-управленческих задач жизни общества). Иными словами для поддержания устойчивости толпо-“элитарной” пирамиды при смене поколений в глобальном историческом процессе теорию управления, изложенную в однозначно понимаемых лексических формах прямого повествования, ни толпе, ни “элите” давать было недопустимо для хозяев проекта. Отсюда произтекают:

·      метафоричность и персонально адресное санкционирование доступа к ключам, разкрывающим «метафорический шифр», в качестве средства поддержания и возпроизводства системы управления людьми в преемственности поколений;

·      разговоры о том, что метафоричность нужна для того, чтобы традиция жила, не умирая при обращении её в догму, которые в силу своей правдоподобности в действительности скрывают суть дела.

Второе: альтернативно-объемлющая (по отношению к библейской) Концепция общественной безопасности в основе своей содержит не только Достаточно общую теорию управления, изложенную не метафорически, а в однозначно понимаемой терминологии, но кроме того она в своём составе содержит и методологию познания Правды-Истины, которая тоже изложена прямо и однозначно понимаемо на русском языке. А в жизни общества все теории являются следствием методологии познания как таковой вне зависимости от того является эта методология теоретически неизъяснимым навыком, либо является не только навыком, но и выражается в теории познания, описывающей такого рода навыки.

Т.е. тематический спектр Концепции общественной безопасности в прямом изложении — шире, чем каббала в её метафорически-иносказательном аспекте «науки об управлении». И это приводит к вопросу: почему (а также: с какой целью?) М.Лайтмман, сделал своё заявление, подаваемое в качестве сенсационного[6], в Москве, а не в Париже, в Лондоне или в Нью-Йорке? Произошло это не по доброй воле, а под давлением сложившихся в Русской цивилизации и в мире обстоятельств, связанных с необходимостью дальнейшего поддержания устойчивости толпо-“элитарного” общественного устройства в мире. Дело в том, что россиянская “элита” как либерально-индивидуалистического разлива, так и тоталитарно-коллективистского разлива (марксистско-интернацистского и националистического со склонностью к нацизму), оказалась неспособной взять полноту власти над обществом, вследствие чего у хозяев и заправил библейского проекта порабощения всех возникает опасение, что русская региональная цивилизация в очередной раз перетекает из этого проекта в какой-то другой проект.

Отсюда и непрекращающиеся на протяжении многих уже лет недоумённые вопросы от «Куда Россия?»[7] до «кто Вы, мистер Путин?», а также обвинения в адрес Путина и порицание политики, проводимой под его руководством, и со стороны таких либеральных политиканов, как Хакамада и КО (включая и их зарубежных «сочувствующих» и вдохновителей), Березовский и КО, и со стороны таких тоталитарных политиканов, как Зюганов и КО.

А кроме того, к настоящему времени формируются и проявляют политическую активность и конкурирующие с библейским глобальные политические проекты, в которых сохраняется разделение общества на управленцев и зависимых от них управляемых. И поэтому каждый из них, как и библейский, тоже несёт свою «науку управления»: например, саентологический проект. В таких условиях для того, чтобы сохранить управление библейским проектом, его хозяевам и заправилам необходимо разширить состав его управленческого корпуса, что и вынуждает предлагать «каббалу как метафорически изложенную науку об управлении высшего информационного слоя нашим миром» к изучению всем, кто готов купиться на это предложение. Однако библейские каббалисты не только опоздали с этим предложением лет на 20 — 25[8], но они никогда в прошлом, а тем более сегодня не имеют в народах Русской многонациональной цивилизации опоры для разпространения метафорически изложенного знания об управлении (о чём на «круглом столе» и заявила академик Буева), поскольку в России библейцам не удалось изкоренить самобытное многонациональное жречество[9]: как выражение этого обстоятельства последние 200 лет существует не метафорически, а символически изложенное знание об управлении в творческом наследии русского поэта А.С. Пушкина[10].

Третье и ГЛАВНОЕ: чтобы эффективно противостоять надвигающимся социальным катаклизмам, порождаемым библейским же проектом в глобальных масштабах, необходимо знания об управлении сделать достоянием всего общества. По существу это означает, что общество должно перестать разделяться на меньшинство-управленцев и зависимое от этого меньшинства большинство, управленчески несостоятельное (в социальных аспектах).

Другими словами, выявление и разрешение проблем должно вывести человечество в режим дальнейшего безкризисного развития на основе повышения эффективности управления разнородными житейскими делами людей в процессе общественного самоуправления, в котором так или иначе участвуют все, а не как ныне — только «особо выдающиеся» представители общества — политические и бизнес- олигархи. Каббала с её неоднозначной метафоричностью — только помеха в этом преображении жизни общества: эпоха требует прямого и однозначно понимаемого жизнеречения, а не иносказательных намёков и их изтолкования соответственно ступени посвящения того или иного субъекта.

2. Должны ли деятели СМИ «отвечать за базар»?

 И в деле жизнеречения обществу могли бы оказать большую помощь не только наука и вся система образования, но и средства массовой информации, которые в последние 20 — 25 лет в основном занимаются только тем, что всячески поддерживают любые разрушительные дестабилизирующие процессы.

В качестве примера приведём только одну телевизионную передачу: 29 февраля 2004 года В.Познер в известной всем воскресной программе “Времена” затронул проблему национальной идентификации и межнациональной розни. В программе принимали участие патриоты-державники, либерал-демократизаторы, а также эксперты от Академии наук. Но никто из них, прежде чем начать дискуссию, не в состоянии был дать определение нации, хотя бы на уровне того, которое было дано И.В.Сталиным:

«Нация есть исторически сложившаяся, устойчивая общность людей, возникшая на базе общности языка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры. <…> Только наличие всех признаков, взятых вместе, даёт нам нацию».[11]

Но есть и другие определения нации, например:

«Нация — это группа людей общего исторического прошлого и общепризнанной принадлежности в настоящем, сплоченная из-за существования общего врага».

По существу это — определение мафии-банды, поскольку, если нет вражды между нациями, то нации вместе с их отличными культурами “исчезают” и “появляются” вновь с возобновлением вражды. Только мафия-банда видит в обществе раба, когда оно покорно; и врага, когда оно сопротивляется банде. Это определение нации как мафии-банды дал основоположник современного сионизма Т.Герцль, чем и запрограммировал невозможность разрешения ближневосточного кризиса при таком понимании вопроса взаимоотношений людей, принадлежащих к разным культурным общностям.

В определение мафии-нации Т.Герцля не вписывается ни одна нация, кроме мирового еврейства, экономическая общность которого — общность паразитов-гешефтмахеров, поскольку везде еврейство предпочитает изключительно “престижные” профессии, избегая равномерного разпределения по всему спектру профессий в общественном объединении труда пропорционально своей численности в составе национальных обществ, объясняя это то своей особой гениальностью, то якобы нетерпимостью к гениальности окружающих.

Понимал ли Т.Герцель, что давая  такое определение нации, он фактически сам спровоцировал постановку вопроса о том, кто же такие евреи? То есть, согласно герцелевскому определению нации получается, что: либо только евреи — нация, а все другие народы — не нации; либо наоборот: все народы — нации, но тогда невольно встаёт вопрос — кто же такие евреи?

Не лучше обстоит дело и у евразийцев, пасущихся на “теории пассионарности” Л.Н.Гумилёва: набор признаков, необходимых для идентификации «этноса» Л.Н.Гумилёва, иногда шире, чем пять признаков в определении нации И.В.Сталина, и включает в себя даже среду обитания (природную и социальную), а иногда сокращается до одного стереотипа поведения, достаточно устойчивого во времени[12]. Стереотип поведения может быть различным, в том числе и стереотип Т.Герцля: «Группа людей общего исторического прошлого и общепризнанной принадлежности в настоящем, сплоченная из-за существования общего врага». То есть гумилёвский «этнос» можно напялить и на исторически сложившуюся нацию, народ и на псевдоэтническую мафию; потом назвать это межнациональным конфликтом; а после этого приступить к защите “малого народа” от “притеснений” со стороны больших народов, отстаивающих самобытность и дальнейшее развитие своих национальных культур от посягательств псевдоэтнической мафии владеть народом как собственностью.

Даже приведённая выше подборка мнений по вопросу о том, что именно есть нация, народ, показывает: насколько значимо единообразное понимание разными людьми этого термина и соответствующего ему общественно-исторического явления в жизни человечества.

Но 29 февраля 2004 г. в программе “Времена”, как только кто-то из сидящих за круглым столом попытался поставить вопрос о необходимости дать определение такого понятия как «нация»[13], ведущий программу В.Познер тут же увёл дискуссию в область межнациональных «разборок» в самом худшем смысле этого слова: кто кого бил на рынках, и почему «скинхеды» не любят «чёрных». Когда же присутствующий на передаче в качестве консультанта от АН России по национальным вопросам пытался урезонить ведущего в том смысле, что нельзя кухонные сплетни по национальным вопросам делать предметом серьёзного обсуждения столь деликатной проблемы да ещё с вещанием на всю страну, то В.Познер продолжал гнуть свою линию. При этом поведение В.Познера напоминало анекдот ещё времён российской империи:

Умирает старый раввин и шепчет: “Берегите армян, берегите армян…” Собравшиеся у смертного одра спрашивают: “Равви, как же так: они же гои? — что их беречь”. А раввин в ответ еле шепчет: “Берегите: Их вырежут — за нас возьмутся…”.

Но и оппоненты В.Познера, якобы ратующие за Русь, на этой передаче были не лучше. Вместо того, чтобы чётко определиться с тем, что:

·      Россия — не страна в обычном понимании этого слова, а региональная цивилизация в границах государственности, общей всем её народам, сформировавшейся в конкретный исторический период их культурного развития;

·      соответственно этому термин «русский» — не этноним;

·      термин «русский» всегда был и есть обозначением принадлежности к одной из региональных цивилизаций Земли, а не национальной идентификации;

·      термин «россиянин», введённый в обиход после августа 1991 года, — попытка тупоумных бюрократов уйти от проблемы национальных взаимоотношений (предоставив её решение закулисной мафии, если общество не решит её само по своей инициативе) и опустить всех проживающих на территории России с многонационально-цивилизационного на национально-конфликтный уровень взаимоотношений;

·      термин «советский народ» по своему значению был ближе к цивилизационной, а не национальной идентификации;

·      бюрократическая попытка сформировать общность «советский народ» не увенчалась успехом в том числе и потому, что в её основе стояла всё та же библейская концепция власти меньшинства над зависимым управленчески несостоятельным большинством, но в светском варианте,

— они начали обсуждать вопрос о том, чем отличается «этнос» от «нации», хотя несомненно понимали, что «этнос» — по-гречески — народ, а «нация» — всё тот же народ, но по латыни.

И вся эта дискуссия — по форме как бы высокоинтеллектуальная, — по содержанию оказалась злобной и вредной, поскольку не только не сняла нарастающие напряжения в сфере национальных отношений, а подогрела безсмысленные эмоции, способствуя тем самым порождению нацистских и интернацистских неформальных боевых группировок, вбирающих в себя недоучек, ложно понимающих проблематику многонациональных взаимоотношений, что только способствует дальнейшему их обострению. Закончилась она тем, что ведущий В.Познер в недоумении воскликнул: “Так что же, я не могу быть русским, если мои предки были евреи?”

Наиболее верный ответ на этот вопрос был дан другим участником передачи — известным в прошлом межрегионалом, первым мэром Москвы Г.Поповым: «Я чистокровный грек[14], но в то же время я знаю, что я русский грек». По существу Г.Попов словосочетанием «русский грек» по умолчанию признал существование Русской цивилизации, в которой могут дружно жить греки, татары, башкиры и другие племена и нации, потому что прилагательное «русский» для них говорит именно об их цивилизационной, а не национальной принадлежности.

Однако ведущий программы “Времена” В.Познер так этого и не понял, не смог он произнести и словосочетание «русский еврей» и, судя по его действиям, не хочет и не может стать русским человеком еврейского произхождения. Почему? — Это тема других записок[15].

Но сеющий зло — обречён и сам пожинать плоды своих посевов. Следует ли обществу в лице своей государственности защитить его от них, ограничив свободу его «творческого самовыражения», либо следует предоставить ему возможность пожать их самому так, как их уже пожали Д.Холодов, В.Листьев (убиты), А.Боровик (погиб в авиакатастрфое), Д.Волкогонов (умер от рака) и некоторые другие? В.Познер, как и все прочие деятели СМИ, “самовыражаются” на основе принципа: «Слова — мои, деньги — народные». Соответственно, если государственность не пресекает антинародных их действий, то неизбежно пресечение их деятельности как-то иначе…

3. Люди, какую партию будем кормить?

В своих первых аналитических записках мы не раз говорили о том, что народам Русской цивилизации «больше одной партии не прокормить». И поэтому прежде чем кормить какую-либо партию, надо разобраться в сути политики и в сути партий, и сделать это знание достоянием всех.

В ходе решения этой задачи была создана концептуальная партия “Единение”, которая впервые в истории в качестве своей организационной платформы избрала не какую-то идеологию и ассоциированные с идеологией лозунги, а методологию познания и достаточно общую теорию управления, из которых каждый внимательный к жизни глобальной цивилизации человек способен развернуть Концепцию общественной безопасности во всей её полноте и детальности, будучи независим в этом деле от политиканствующей “интеллектуальной элиты”.  В этом и есть суть политической свободы личности.

Это создало предпосылки к становлению в будущем в России ранее не виданного в истории человечества типа государства — «безпартийного» общества (действительно гражданского общества) и «однопартийного» государственного аппарата. Нам пришлось взять в кавычки слова «безпартийного» и «однопартийного», поскольку вкладываемому нами в эти слова смыслу в настоящее время не удовлетворяет ни безпартийная масса, ни одна политическая партия.

В 2003 году КПЕ приняла участие в выборах в Государственную думу и получила поддержку более 700 тысяч избирателей. Так идея возрождения однопартийности в новом качестве стала пробивать себе дорогу в умах людей, временно помрачённых идеей многопартийности как средства достижения и обеспечения свободы личности — всего того, что входит в лозунги либерализма, которые, как показала история последних 15 лет, вовсе не гарантируют свободы ни личности, ни обществу.

И вдруг один из наиболее известных приверженцев многопартийности и либерализма в России — Г.Попов — в очень демократической газете “Московский комсомолец” в статье с заголовком «Странички из дневника»[16] перед сменой правительства заговорил об однопартийной демократии в политической системе демократической России:

«По всей логике развития управляемой однопартийной демократии старое правительство должно было рано или поздно уйти. Это правительство просто не вписывалось в новую ситуацию. (...)

Президент сам указал и на такую сторону дела, как получение одной партией на выборах в Думу большинства. Естественное следствие — переход к этой партии не только руководящих постов в Думе (что уже произошло), но и в самом правительстве. (...) Однопартийность можно было реализовать в двух вариантах. Это хорошо известно по советской истории.

Первый — сталинский. При нём лидер пирамиды — диктатор и хозяин всей пирамиды. Жить в такой системе номенклатура согласна только в особых условиях: или из-за слабости всей структуры власти, или из-за условий войны. А в целом быть холопами первого лица номенклатура, разумеется, не хочет.

Поэтому вполне логично возникли и критика «культа личности», и брежневское «коллективное» руководство. Хрущёв не вписался в эти две системы, метался между ними и в конце концов был устранён. «Коллективное» руководство больше соответствует сути номенклатурной однопартийности. Но именно оно неизбежно ведёт к такой «устойчивости» и «предсказуемости», которые легко перерастают в застой и топят в конце концов саму однопартийность.

Понятно, что наша номенклатура оказалась сейчас в ситуации выбора. На какой однопартийности остановиться — «личностной» или «коллективной»? (....)

Внутри номенклатуры и её верхушки есть достаточно сторонников и того, и другого варианта. При полной пассивности масс, при дискредитации всей оппозиции прежней эпохи главной в выборе между вариантами станет борьба внутри самой номенклатуры. Наблюдателями первого акта этой борьбы мы сейчас и являемся.

Какой из двух вариантов однопартийности отвечает интересам небюрократического большинства народа? Народу подходит тот вариант, при котором бюрократия у него отнимает относительно меньше, а из отнятого относительно больше не проедает, а расходует на подъём страны. Пока что в обоих вариантах преобладает другое: побольше взять у народа, а из взятого побольше истратить на себя. Думаю, что такой вариант не отвечает коренным интересам России XXI века, России постиндустриальной.

Выход — только в превращении народных масс в реальную политическую силу общества».

Да, это действительно выход. Но только, чтобы возпользоваться этим выходом, а не наступить на грабли единоличностно-диктаторской либо мафиозно-коллективной однопартийности или мафиозно-коллективной «многопаритйности» необходимо, чтобы эти массы:

·      овладели методологией познания[17];

·      освоили достаточно общую теорию управления[18];

·      видели и понимали реальную практику управления в историческом прошлом и настоящем[19].

И это возможно на признании иного содержания демократии-народовластия как политического явления, а не того, которому на протяжении последних десятилетий учит россиянских демократизаторов радио “Свобода”: якобы демократия — это, прежде всего, демократические процедуры и их неукоснительное соблюдение, т.е. демократическая законность в действии.

В действительности демократические процедуры — одно из средств поддержки процессов общественного самоуправления в русле объемлющих процессов, которые (в свою очередь) могут быть управляемыми по субъективному произволу, лежащему вне русла каких бы то ни было демократических процедур. Управление определённо в смысле определённости целей и средств их осуществления. Это — целеполагание и разрешение неопределённостей в отношении средств осуществления целей — функция того, что мы называем концептуальной властью.

Концептуальная власть как власть людей,

·      способных к целеполаганию;

·      к выработке концепции осуществления целей;

·      к внедрению концепции в процесс управления жизнью общества

— самовластна по своей природе, в силу того, что:

Ø невозможно запретить людям мыслить и действовать в жизни по их осмысленной воле и способностям каждого;

Ø а осмысленно-целесообразная деятельность всего лишь одного человека может оказывать воздействие на дальнейшее течение событий в глобальных масштабах на протяжении веков и тысячелетий, даже если он вошёл в жизнь как «простой человек» (примерами чего являются Христос, Мухаммад).

Поэтому в действительности:

Демократия по Правде-Истине это — доступность для освоения всем и каждому желающему знаний и навыков, необходимых для осуществления в обществе самовластья концептуальной власти.

Именно это изключает возможности злоупотребления концептуальной властью со стороны того или иного меньшинства в обществе концептуально властного большинства.

Но в обществе концептуально безвластных людей безупречные сами по себе демократические процедуры — всего лишь ширма, скрывающая изощрённейшую тиранию демонического по своему характеру концептуально властного меньшинства в отношении остального концептуально безвластного общества. В обществе же концептуально властных людей демократические процедуры (возможно, что те же самые) — не суть демократии, а всего лишь алгоритмическое русло осуществления полной функции управления[20] в процессе общественного самоуправления.

Соответственно такому пониманию демократии отечественные и зарубежные демократизаторы частично сами пребывают в заблуждении относительно сути демократии, а частично лицемерно и цинично дурят головы остальным людям, также не понимающим сути и форм демократии.

Носителем демократии во всей её полноте является всё общество концептуально властных людей. Государственность — только один из институтов, в своих определённых формах порождаемый обществом (если оно концептуально властно) либо навязываемый достаточно многочисленному обществу (если оно концептуально безвластно). Соответственно этому обстоятельству всякая государственность либо вписывается в демократию концептуально властного общества, либо препятствует её становлению в своекорыстных интересах внутреннего или внешнего меньшинства, паразитирующего на этом концептуально безвластном обществе.

Но вне зависимости от того, является ли государственность демократической в смысле согласованности её структуры и деятельности с концептуальной властью общества, либо она подавляет в обществе демократию и тенденции к её становлению, государственность представляет собой сферу профессионального управления делами, коллективной деятельностью, от которых так или иначе зависит жизнь каждого из членов общества в этом государстве, а также во многом и за его границами. И пока общество будет нуждаться в профессиональном управлении, государство как институт будет существовать. Но поскольку и хозяйственно-предпринимательская деятельность во многом представляет собой деятельность управленческую, в зависимости от которой оказываются те же самые люди, что составляют население государства, то государственность и бизнес обречены на сращивание и взаимное проникновение друг в друга.

Попытки разделить и разграничить государственность и бизнес в современных условиях противоестественны по отношению к сути и того, и другого. А разговоры об этом представляют собой выражение явного непонимания сути обоих явлений или же цинизм и лицемерие, разрушительные по отношению к демократии.

Управлять можно только объективно существующими процессами, которые обладают своей характерной для каждого из них ритмикой, с которой процесс управления так или иначе должен быть согласован. Соответственно этому обстоятельству, чтобы управление было состоятельным, необходимо вырабатывать и осуществлять управленческие решения в ограниченные сроки, к определённым моментам времени, задаваемым ритмикой управляемого процесса.

Управленческое решение может быть выработано единолично, а может вырабатываться коллективно. Однако его осуществление требует единоличной персонально определённой ответственности за его проведение в жизнь вне зависимости от того, выработано оно единолично или коллективно; принимал ответственный изполнитель участие в его разработке либо получил его в качестве задачи от вышестоящего руководства. При этом осуществление больших проектов, охватывающих деятельность множества людей и коллективов, неизбежно требует построения структур должностного подчинения и ответственности, обеспечивающих как выработку управленческих решений, так и их изполнение в определённые ограниченные сроки на основе единоличной персонально-определённой ответственности и за качество решений, и за качество их изполнения.

Всё это — обусловленность управления объективной ритмикой, характерной для управляемых процессов, необходимость персонально определённой единоличной ответственности в структуре должностного подчинения с определёнными полномочиями должностей — представляет собой то, что отличает государственность от нескончаемого митинга или «тусовки» политиканов. Поэтому если и есть потребность говорить о необходимости разграничения государственности и чего-либо в обществе, то государственность должна быть отделена от политиканских «тусовок», в которых участники могут трепаться неограниченно долго, при этом не приходя ни к каким определённым решениям, не возлагая и не принимая на себя никакой ответственности ни за выработку жизненно состоятельных решений в определённые ограниченные сроки, ни за их осуществление также в определённые ограниченные сроки. Это вытеснение «тусовки» за границы структур государственности — жизненная необходимость, поскольку если государственность превращается в тусовку, тогда — в зависимости от сопутствующих обстоятельств — неизбежно приходит либо свой «Пиночет», либо чужой «Троцкий» или «Чингизхан», что в любом случае прекращает деятельность выродившейся в «тусовку» государственности и может сопровождаться большими бедами для общества, своевременно не изменившего характера своей государственности.

Второе обстоятельство произтекает из того, что управление всегда носит концептуально определённый характер в смысле определённости целей и в смысле определённости средств их осуществления. Разные концепции могут включать в себя взаимно изключающие цели и взаимно изключающие средства их осуществления. Участники политиканских тусовок вправе этого не знать или не придавать этому значения. Однако вне зависимости от того, оглашена концепция государственного управления в качестве «национальной идеи» или «идеи цивилизационного строительства», либо она остаётся в умолчаниях, но концептуальная определённость управления обязывает к подбору штата государственных чиновников, которые обладают нравственно-этическими качествами, знаниями и навыками, на основе которых они могут совместно работать в русле только одной концепции организации жизни общества в преемственности поколений. Ещё раз подчеркнём, что при этом не имеет значения оглашена концепция в текстах социологических теорий явно, либо она выражается в неявном виде в культуре общества в целом и потому определённые действия «само собой» разумеются частью общества, активной в политике и в предпринимательстве, в качестве обязательных и допустимых либо в качестве недопустимых и порицаемых — вообще или в тех или иных сопутствующих обстоятельствах.

Всё сказанное выше позволяет взглянуть на отставку главы Правительства РФ М.М.Касьянова иначе по отношению к тому, как её преподносят политиканствующие СМИ либерально-демократической ориентации. Если глава государства ставит задачу удвоить в течение 10 лет ВВП на основе развития и обновления производящих отраслей, то глава правительства обязан принять меры к решению этой задачи, а не саботировать процесс её выполнения. Если на его взгляд это задача не осуществима, то прежде того, как глава государства объявит о ней во всеуслышанье, — глава правительства обязан сделать всё, чтобы несбыточные фантазии были изключены из политической программы, оглашаемой главой государства. Это так, если и глава государства, и глава правительства действуют в русле одной и той же общей для них концепции развития страны.

Но если глава правительства саботирует выполнение задачи, поставленной главой государства, а в своих публичных выступлениях даёт понять, что глава государства поставил невыполнимые задачи, то это либо политиканство со стороны главы правительства — и тогда М.М.Касьянова надо было устранить из правительства при первой же возможности[21]; либо — выражение того, что он и глава государства работают на разные концепции.

Последнее приводит к вопросам: Кто из них прав? и соответственно — кого надо менять для обеспечения концептуального единства в области государственного управления? Ответы на эти вопросы могут быть получены из выявления и сопоставления друг с другом обеих концепций. Однако такие ответы будут всегда субъективно нравственно обусловлены, вне зависимости от того, понимают или не понимают это все остальные: одним предпочтительнее концепция одного рабовладения, другим концепция другого, третьим концепция изкоренения рабовладения во всех его формах.

Но политиканствующие СМИ и политиканствующая «тусовка» в лице политических партий — этой темы избегают. Опросы же общественного мнения на протяжении последних нескольких лет показывают, что большинство опрошенных доверяло В.В.Путину, не доверяя в то же самое время М.М.Касьянову. И надо понимать, что в ответах на эти вопросы выразилось предпочтение людьми именно концепций, представителями которых являются в политике государства Российского и тот, и другой.

Является ли отставка М.М.Касьянова очередным шагом в подавлении демократии? — с точки зрения Хакамады и КО — да. А при признании понимания демократии как концептуальной властности, доступной всем, кто того пожелает, — Хакамада и другие порицающие В.В.Путина, занимаются политиканством, а В.В.Путин, занимается созданием партии, но не политической партии, занятой политиканством во многопартийной системе, а единственной общественно полезной партии — партии государственной власти, которая должна быть концептуально определённой. Будет ли эта партия демократической, выражающей в политике стратегические интересы добросовестных людей, либо холопско-изполнительной партией при диктаторе и олигархии, — зависит не от В.В.Путина, не от И.М.Хакамады и не от засевших в Лондоне и в США вороват-эмигрантов, а в той или иной мере, предопределённой Свыше,  — от каждого из нас.

И партия государственной власти в обществе концептуально властных людей — это единственная партия, которую обществу следует кормить. Такая партия — не помеха демократии, а её единственно правильное выражение. Политические же тусовки должны зарабатывать себе на прокорм сами, памятуя о том, что слова — их, а деньги — все и всегда — общенародные.

Внутренний Предиктор СССР
29 февраля — 4 марта 2004 г.

[1] Далее — комментарии к статье Натальи Алексеевой «Его представляют или царём, или сотрудником спецслужб», помещённой на сайте газеты “Известия” 29.02.2004.

[2] Впервые Библия на русском, а не на церковно-славянском языке была издана в России в 1876 году. Это так называемый «синодальный перевод», считающийся официальным и переиздающийся после возобновления института патриаршества по благословению Патриарха Московского и всея Руси.

[3] ПОЯСНЕНИЕ: О грамматике

Написание «безсознательным», а не «бессознательным» — это не опечатка. Ныне действующая орфография, подъигрывая шепелявости обыденной изустной речи, предписывает перед шипящими и глухими согласными в приставках «без-», «воз-», «из-», «раз-» звонкую «з» заменять на глухую «с», в результате чего названные «морфемы» в составе слова утрачивают смысл. Поскольку нам не нравится безсмысленная орфография, то мы начали в своих работах переход от неё к орфографии, выражающей смысл. По этим же причинам лучше писать «подъигрывать», «предъистория» и т.п. вопреки той шепеляво-безсмысленной “орфографии”, которой всех учили в школе. Поскольку возприятие на слух различий в звучании «е» и «ять», «и» и «i» к настоящему времени стёрлось и они отсутствуют в разкладке клавиатуры, то о существовании этих букв как выразительниц смысла мы напоминаем по мере необходимости, сохраняя в большинстве случаев в написании «е» и «и», соответственно.

О необходимости перехода к смыслвыражающей орфографии в материалах Концепции общественной безопасности (КОБ) см. работу “Язык наш: как объективная данность и как культура речи” и, в частности, разделы: 2. “Смысл слов и смысл речи” и 3.3.3. “Культура речи в Концепции общественной безопасности”.  Эта работа и другие упоминаемые в тексте материалы КОБ опубликованы на сайтах www.dotu.ru, www.kpe.ru, www.mera.com.ru, www.vodaspb.ru, а также разпространяются на компакт-дисках в составе Информационной базы ВП СССР.

[4] Это тот самый С.Лесков, статью которого о Нострадамусе, напечатанную в «Известиях» от 29.12.2003 г., мы комментировали в обзоре «О текущем моменте» № 12(24), декабрь 2004 г.

[5] По-английски «light» и «свет», и «лёгкий». Соответственно «Лайтман» может быть и “светлым человеком» и «легковесным», в том числе и в своих суждениях.

[6] Как же: закрытую от посторонних на протяжении веков каббалу предлагается изучать открыто чуть ли не всем, кто того пожелает!!! — сенсация???

[7] Это — девиз «нового Гарвардского проекта». Сообщение о нём было опубликовано в приложении к российской “Независимой газете” «НГ-Сценарии», № 9 в августе 1997 г.

[8] Это могло бы пройти и привиться в культуре на некоторое время до начала перестройки или в самом её начале, когда общество, по крайней мере, его думающая часть, осознававшая себя в качестве «интеллектуальной элиты» и претендовавшая на то, чтобы стать «политической элитой» постперестроечного СССР, ощущала дефицит управленческих знаний и навыков и потому могла купиться на предложение осваивать древнюю эзотерическую мудрость каббалы —  метафорически изложенной науки об управлении высшего информационного слоя нашим миром.

[9] И это отличает Русскую цивилизацию от Евро-Американской.

[10] Смотри в информационной базе КОБ второй смысловой ряд таких произведений А.С.Пушкина, как “Руслан и Людмила”, “Медный всадник”, “Домик в Коломне”. Русский поэт Юрий Кузнецов (1941 — 2003) в одном из своих последних интервью (“Литературная газета” № 1, 2004 г., статья-завещание “Воззрение”) очень точно заметил, что «переносный смысл метафоры — это мёртвый призрак». В статье он пишет о том, что далеко не каждому поэту удавалось оживить этот призрак и превратить его в динамичный символ. И в качестве примеров такого оживления метафоры он приводит стихи Пушкина  из поэмы «Полтава» (Как пахарь битва отдыхала) и Есенина (Ветер-схимник шагом осторожным / Мнёт траву по выступам дорожным. / И целует на рябиновом кусту / Язвы красные незримому Христу.) При этом он замечает, что у Пушкина — это случается часто (в подтверждение этого можно привести пример из “Медного всадника”: И тяжело Нева дышала, как с битвы прибежавший конь), а “Есенину только один раз удалось это чудо. Он оживил призрак — преобразовал метафору. Это у него произошло случайно. Пространство в две тысячи лет сквозит за есенинским кустом. Сам Христос незрим, но видны Его красные язвы (рябиновые гроздья). И всё это чудо произошло благодаря эпитету «незримый».”

[11] И.В.Сталин “Марксизм и национальный вопрос”.

[12] См. “Этногенез и биосфера Земли”. В материалах КОБ эта книга Л.Н.Гумилёва анализируется в работе “Мёртвая вода”, часть 1, раздел VII. «Пассионарность»: биология и другие взаимовложенные процессы.

[13] Понимают ли наши юристы-законники, что до тех пор, пока не будет дано единообразно понимаемое всеми определение понятия «нации», статью о «межнациональной розни» в Уголовном кодексе применять нельзя, так как в данном случае определения типа «да все и так знают, что такое нация; это — само собой разумеется» в правовой практике абсурдны. Тем не менее наше законодательство сегодня с таким абсурдом и имеет дело.

[14] На это его заявление была правильная реакция: “Кто может сегодня быть уверенным в чистоте крови?”

[15] См. аналитические записки “Синайский «турпоход»” и “Фашиствующий «семитизм» с точки зрения человечности”. Здесь же поясним кратко: для того, чтобы Познеру стать русским человеком, ему надо для начала признать в качестве объективного злого умысла и практически осуществляемого зла библейскую доктрину порабощения всех, после чего подтвердить своими делами, что он начал жить и работать на становление человечной глобальной цивилизации на Земле.

[16] Повторяющим название одной из статей В.И.Ленина.

[17] В материалах КОБ этой теме посвящена работа “Диалектика и атеизм: две сути несовместны”.

[18] В материалах КОБ представлена в составе работы “Мёртвая вода” и в составе постановочных материалов учебного курса “Достаточно общая теория управления”.

[19] В материалах КОБ этой теме посвящены работы “Мёртвая вода” и “Принципы кадровой политики: государства, «антигосударства» и общественной инициативы” (последняя большей частью включена в состав постановочных материалов учебного курса “Достаточно общая теория управления”).

[20] Термин достаточно общей теории управления.

[21] Возможность устранить обусловлена тем, есть ли кем заменить того, кого желательно по тем или иным причинам устранить. Если же заменить не кем или дело не только в одной персоне, но и в потребности сформировать новый штат сотрудников, то устранение персоны может быть отложено на более позднее время, когда будут решены задачи, позволяющие такого рода замену сделать эффективным управленческим решением, а не демонстрационным ходом, предназначенным для того, чтобы поиграть на эмоциях публики.