ВНУТРЕННИЙ ПРЕДИКТОР

СССР

Основы социологии

Постановочные материалы учебного курса:

тематика и основное содержание лекций

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение

Лекции 1 и 2. Обзор тематики курса

1. Последствия социологического невежества  в жизни личности и в жизни общества

2. Предметная область социологии и её отрасли

3. Метрологическая состоятельность науки  и метрологическая несостоятельность псевдонаучных теорий

4. Субъективизм исследователя в социологии  как источник знаний и как источник ошибок

5. Свобода исследований в социологии и ограничения на распространение информации социологического характера

6. Прикладной характер социологии и две взаимоисключающие задачи, которые она может решать

7. Взаимосвязи:  психология личности и общество, религиозность и атеизм в жизни общества, теория и практика познания, принцип «практика — критерий истины», достаточно общая теория управления, декларации и практика самоуправления общества и организация управления коллективами

Лекция 3. Миропонимание, мировоззрение: типы

1. Что позволяет увидеть «глокая куздра» академика Л.В. Щербы

2. Типы мировоззрения и миропонимания

3. Функциональное назначение мировоззрения и миропонимания  в психике индивида и вопрос  об эффективности различных типов мировоззрения и миропонимания

4. Функциональность мировоззрений и миропониманий различных типов

Лекция 4. Предельные обобщения = первичные различия:  это — основы миропонимания

1. Мировоззренческое разделение общества

2. Предельные обобщения = первичные различия

3. Я-центризм: вещество, дух, пространство, время

4. Неизменность предельных обобщений Я-центризма в истории,  его пороки и последствия

5. Я-центризм и предпосылки к атеизму и религиозности

6. Пример эзотерической альтернативы Я-центризму

7. Мировоззрение триединства материи-информации-меры

8. Ещё некоторые иллюстрации триединства материи-информации-меры

9. Переход от Я-центризма  к мировоззрению триединства материи-информации-меры

Лекция 5. Структура личностной  и порождение коллективной психики

1. Главная задача психологии  как общественно полезной прикладной науки

2. Претензии к исторически сложившимся традициям психологии

3. Двухуровневая модель психики:  сознание и бессознательное — режимы взаимодействия

4. Нравственность

5. Эмоции и эмоционально-смысловой строй

6. Процессно-образное и дискретно-логическое мышление

7. Типы строя психики

8. Порождение индивидами коллективной психики (эгрегоров)  и взаимодействие личности и эгрегоров

Лекции 6 и 7. Теория и практика познания как основа творчества

1. Исходный вопрос психологии как науки

2. Различение как способность

3. Преемственные этапы обработки первичной информации  в психике индивида

4. Различные схемы обработки информации  в процессе взаимодействия индивида с жизненными обстоятельствами

5. Вопрос о методологии познания и творчества  и принцип «практика — критерий истины»

6. Личностная культура диалектического познания

7. Гипотеза о бытии Бога и практика жизни:  вера как составляющая мировоззрения и миропонимания,  нравственно-этическая обусловленность результатов познавательно-творческой деятельности

8. Ещё один аспект проявления принципа «практика — критерий истины»: «по вере вашей да будет вам»

9. Наилучший эмоционально-смысловой строй

10. Освоение метода диалектического познания  и тандемный принцип деятельности

11. Свобода процесса диалектического познания  от формулировок «законов диалектики»

12. Резюме лекций 6 и 7

13. Послесловие к лекциям 6 и 7:  «Плюрализм мнений» как выражение  познавательно-творческой несостоятельности

Введение

На курс «Основы социологии» согласно учебному плану вуза отводится 38 академических часов, т.е. 19 лекций, продолжительностью 2 ´ 45 мин. каждая.

Главная задача изучающих предлагаемый курс — не запомнить сходу и не вызубрить как можно больше различных текстов на темы социологии и её отраслей, а прочувствовать те явления, о которых в курсе идёт речь, и сформировать свои собственные, адекватные Жизни, представления, о предметной области социологии, её отраслей, а главное — о методологии познания и творчества.

Базовая литература, на основе которой построен предлагаемый курс:

1.    «Диалектика и атеизм: две сути несовместны» — в работе рассматривается становление личности в процессе взросления и излагается теория познания, назначение которой — помочь человеку развивать свои познавательные и творческие навыки, что необходимо для выявления и разрешения разного рода проблем как в личной жизни, так и в профессиональной деятельности и в жизни общества.

2.    «Язык наш: как объективная данность и как культура речи» — работа посвящена роли языка в жизни общества и психике личности. В ней рассмотрены некоторые вопросы, которые в силу разных причин литература по вопросам филологии обходит стороной, но знание которых необходимо для упорядочивания собственной психики, и построения эффективных мировоззрения и миропонимания.

3.    «Мёртвая вода» — под этим названием, начиная с 1992 г., неоднократно переиздавались материалы отчёта по не завершённой вследствие развала СССР научно-исследовательской работе факультета прикладной математики — процессов управления Санкт-Петербургского государственного университета, научным руководителем которой был член-корреспондент АН СССР Владимир Иванович Зубов (1930 — 2000). «Мёртвая вода» представляла собой альтернативное освещение проблематики научно-исследовательской работы «Разработка концепции стратегической стабильности и динамики развития сценариев возможного взаимодействия при условии сохранения паритета перспективных стратегий мировых держав на период до 2005 года»[1], выполненной в Институте США и Канады АН СССР в 1990 г. (Техническое задание на эту НИР подписал тогдашний зам. директора этого института А.Кокошин, впоследствии замминистра обороны России, а потом — депутат Госдумы нескольких созывов).

В ходе работы над «Мёртвой водой» отказались от теоретико-игрового подхода, которому следовали аналитики Института США и Канады, что позволило получить результаты, которые в принципе недостижимы с помощью моделей, построенных на основе аппарата теории игр[2]: в ней был развит управленческий подход к социальной проблематике. Его основой стала достаточно общая (в смысле универсальности возможностей применения) теория управления (ДОТУ), предложен её понятийный аппарат, обладающий качествами полноты набора компонент и их взаимосвязности, обстоятельно рассмотрены входящие в его состав понятийные категории. Потом с мировоззренческих позиций ДОТУ был рассмотрен глобальный исторический процесс, некоторые аспекты истории России — СССР, на основе чего была развита социологическая теория, отвечающая критериям управленческой состоятельности. Рабочие материалы этой НИР были положены в основу парламентских слушаний 28 ноября 1995 года по вопросу о Концепции общественной безопасности.[3]

4.    «Достаточно общая теория управления» — постановочные материалы одноимённого учебного курса, чтение которого было начато на факультете прикладной математики — процессов управления в Санкт-Петербургском государственном университете по инициативе В.И. Зубова в 1997 г. В них включено изложение ДОТУ, текстуально идентичное изложению ДОТУ в «Мёртвой воде», а в приложении изложены некоторые вопросы психологии и социологии в связи с практикой организации управления в жизни общества в целом и трудовых коллективов.

5.    «Общество: государственность и семья» — Рабочие материалы: «К вопросу о выработке государственной политики поддержки института семьи в процессе общественного развития». Заказчиком этой работы была Администрация Выборгского района С-Петербурга.

6.    «От человекообразия к человечности» — в работе рассмотрены особенности психологии полов и влияние своеобразия психологии полов на некоторые стороны жизни общества.

Вся базовая литература учебного курса «Основы социологии», а также и некоторые упоминаемые в тексте другие материалы Концепции общественной безопасности, доступны в интернете на сайте www.dotu.ru и на некоторых других сайтах.

Поскольку деятели искусств познают Мир в художественных образах, то в ряде случае восприятие знания, особенно историко-социологического характера, оказывается более простым из произведений художественной литературы, а не из научных трактатов. Соответственно этому обстоятельству для понимания проблематики социологии и психологии управления полезно прочитать следующие художественные произведения:

1.    И.А. Ефремов. «Туманность Андромеды».

2.    И.А. Ефремов. «Час быка».

3.    А.Н. Стругацкий, Б.Н. Стругацкий. «Трудно быть богом».

4.    А.Н. Стругацкий, Б.Н. Стругацкий. «Жук в муравейнике».

5.    М.Е. Салтыков-Щедрин. «Помпадуры и помпадурши».

6.    В. Бахнов. Памфлет «Как погасло Солнце, или история тысячелетней диктатории Огогондии, которая существовала 13 лет 5 месяцев 7 дней».

Тематика первых четырёх произведений, обычно относимых к жанру научной фантастики, по существу представляет собой выявление возможных вариантов будущего образа жизни общества (человечества). Иными словами, в них главное — не представления фантастов о техносфере будущего, а их представления о должной социальной организации и выражении достоинства человека в жизни. Два последних произведения показывают пороки социальной организации, осуществляемой на основе принципов, большей частью неизменных в истории подавляющего большинства цивилизованных обществ.

Всё написано хорошим русским языком, содержательно ёмко и способствует выработке адекватных представлений о возможных способах жизни общества и их реализации в жизни.

———————

Первоначально предполагалось, что объём текста каждой лекции не должен превышать 10 —15 страниц формата А4 12‑м размером шрифта «Таймс». Однако практика показала, что то, что можно изустно изложить в аудитории за два академических часа, не всегда укладывается в эти ограничения на объём текста.

Лекции 1 и 2. Обзор тематики курса

Последствия социологического невежества в жизни личности и в жизни общества. Предметная область социологии и её отрасли. Метрологическая состоятельность науки и метрологическая несостоятельность псевдонаучных теорий. Субъективизм исследователя в социологии как источник знаний и источник ошибок. Свобода исследований в социологии и ограничения на распространение информации социологического характера. Прикладной характер социологии и две взаимоисключающие задачи, которые она может решать. Взаимосвязи: психология личности и общество, религиозность и атеизм в жизни общества, теория и практика познания, принцип «практика — критерий истины», достаточно общая теория управления, декларации и практика самоуправления общества и организация управления коллективами.[4]

1. Последствия социологического невежества

в жизни личности и в жизни общества

Всякий индивид — часть общества и никто не может своей персоной подменить ни общество, ни тем более — человечество. Вне общества новорождённый не может стать человеком, чему примером судьбы реальных, а не мифических «маугли» — детей, которые в силу разных причин были воспитаны животными: подавляющее большинство тех «маугли», кого поймали и пытались вернуть к жизни обществе людей, — так и не смогли состояться в качестве членов общества и вскорости умирали. Так же и судьбы реальных «робинзонов», которые оказались на необитаемых островах и в одиночку прожили многие годы, в их большинстве оказывались трагичными: многие деградировали как личности и не смогли вернуться к жизни в обществе даже при помощи профессиональных психологов и психиатров.

Тем не менее множество людей на протяжении истории прожили и проживают ныне свои жизни, не осознавая ни своего потенциала личностного развития, ни характера организации жизни своих обществ и взаимосвязей индивидов в них, ни возможностей освоения потенциала личностного развития и улучшения качества жизни обществ и человечества в целом на этой основе.

Исторически сложившаяся социальная реальность такова, что все такие люди вне зависимости от их социального статуса обречены быть заложниками (а по существу — невольниками-рабами) ошибок общественного самоуправления, злоупотреблений социальным статусом и властью со стороны других людей, что вызывает неудовлетворённость жизнью подавляющего большинства из них. Это касается как простонародья, так и представителей так называемой социальной «элиты», включая и профессиональных политиков и предпринимателей.

М.Е. Салтыков-Щедрин об этом писал так:

«Мужик даже не боится внутренней политики, потому просто, что не понимает её. Как ты его не донимай, он всё-таки будет думать, что это не “внутренняя политика”, а просто божеское попущение, вроде мора, голода, наводнения с тою лишь разницею, что на этот раз воплощением этого попущения является помпадур[5]. Нужно ли, чтобы он понимал, что такое внутренняя политика? — на этот счёт мнения могут быть различны; но я, со своей стороны говорю прямо: берегитесь господа! потому, что как только мужик поймёт, что такое внутренняя политика — n-i-ni, c’est fini![6]» («Помпадуры и помпадурши»).

— То есть М.Е. Салтыков-Щедрин был убеждён в том, что:

Если общество будет понимать, что такое «внутренняя политика», то станет невозможно злоупотреблять его невежеством в области социологии, вследствие чего неизбежно качественно изменится и политика.

Но невежество в области адекватной жизненной реальности социологии характерно не только для простонародья, но и для представителей так называемой социальной “элиты”. Герой повести А.П. Чехова «Скучная история» — «заслуженный профессор Николай Степанович такой-то, тайный советник и кавалер; у него так много русских и иностранных орденов, что когда ему приходится надевать их, то студенты величают его иконостасом. Знакомство у него самое аристократическое, по крайней мере за последние 25 — 30 лет в России нет и не было такого знаменитого учёного, с которым он не был бы коротко знакóм». В повести он характеризует себя как «человека, которого судьбы костного мозга интересуют больше, чем конечная цель мироздания». Ему 62 года и он в состоянии тяжёлой болезни оценивает, в общем-то прожитую уже, жизнь:

«Когда мне прежде приходила охота понять кого-нибудь или себя, то я принимал во внимание не поступки, в которых все условно, а желания. Скажи мне, чего ты хочешь, и я скажу, кто ты[7].

И теперь я экзаменую себя: чего я хочу?

Я хочу, чтобы наши жены, дети, друзья, ученики любили в нас не имя, не фирму и не ярлык, а обыкновенных людей. Ещё что? Я хотел бы иметь помощников и наследников. Ещё что? Хотел бы проснуться лет через сто и хоть одним глазом взглянуть, что будет с наукой. Хотел бы ещё пожить лет десять…

Дальше что?

А дальше ничего. Я думаю, долго думаю и ничего не могу ещё придумать. И сколько бы я ни думал и куда бы ни разбрасывались мои мысли, для меня ясно, что в моих желаниях нет чего-то главного, чего-то очень важного. В моём пристрастии к науке, в моём желании жить, в этом сиденье на чужой кровати и в стремлении познать самого себя, во всех мыслях, чувствах и понятиях, какие я составляю обо всём, нет чего-то общего, что связывало бы всё это в одно целое. Каждое чувство и каждая мысль живут во мне особняком, и во всех моих суждениях о науке, театре, литературе, учениках и во всех картинках, которые рисует моё воображение, даже самый искусный аналитик не найдёт того, что называется общей идеей, или богом живого человека.

А коли нет этого, то, значит, нет и ничего» (выделено курсивом при цитировании).

Это — исповедь в жизненной неудовлетворённости, при всей внешне видимой социальной успешности. Причина же неудовлетворённости тоже названа в повести: судьбы костного мозга интересуют его больше, чем конечная цель Мироздания. Т.е. герой повести — придаток к своему рабочему месту и социальному статусу. В отличие от мужика, о котором писал М.Е. Салтыков-Щедрин, герой повести А.П. Чехова — «учёный раб»[8], и его тоска о том, что он не состоялся в качестве человека, одна из причин чего — его же невежество в области социологии и ограничения своих интересов узким профессионализмом.

Далее А.П. Чехов продолжает:

«При такой бедности[9] достаточно было серьёзного недуга, страха смерти, влияния обстоятельств и людей, чтобы все то, что я прежде считал своим мировоззрением и в чем видел смысл и радость своей жизни, перевернулось вверх днами разлетелось в клочья. Ничего же поэтому нет удивительного, что последние месяцы своей жизни я омрачил мыслями и чувствами, достойными раба и варвара, что теперь я равнодушен и не замечаю рассвета. Когда в человеке нет того, что выше и сильнее всех внешних влияний, то, право, достаточно для него хорошего насморка, чтобы потерять равновесие и начать видеть в каждой птице сову, в каждом звуке слышать собачий вой. И весь его пессимизм или оптимизм с его великими и малыми мыслями в это время имеют значение только симптома и больше ничего.

Я побеждён. Если так, то нечего же продолжать ещё думать, нечего разговаривать. Буду сидеть и молча ждать, что будет» (выделено нами курсивом при цитировании).

Это — и приговор, и признание в том, что он — заложник обстоятельств, происхождения которых не понимает, и в том, что он не состоятелен как человек: достоинство человека — шире, нежели профессиональная состоятельность, хотя, безусловно, понятие «быть человеком» — включает в себя и быть общественно полезным, что невозможно без состоятельности в общественно полезной профессии.

Современники полагали, что А.П. Чехов выразил через профессора свои мысли. Если видеть в А.П. Чехове выразителя нравов и образа мыслей российской либерально-гуманистической интеллигенции конца XIX — начала ХХ веков, то в этом фрагменте выразилось всё, что привело к социальной катастрофе 1917 г., уничтожению и изгнанию прежнего образованного класса из России в ходе гражданской войны.

Социальная катастрофа 1985 — 1991 гг. также имела одной из своих причин невежество в области социологии как подавляющего большинства населения СССР, так и политиков без различия на консерваторов и реформаторов.

Т.е. господство невежества в области адекватной жизни социологии не только влечёт за собой неудовлетворённость жизнью множества людей, ставших заложниками обстоятельств, что является источником происхождения подавляющего большинства болезней[10], но и создаёт потенциал катастроф, которыми становится чревато будущее этого общества.

Можно найти признания в социологическом невежестве, высказанные и политиками, чью состоятельность в таковом качестве в большинстве своём не оспаривают ни обыватели, ни историки, ни аналитики. Вот два примера:

·    Президент США Гарри Трумэн (1884 — 1972): «Дайте мне одностороннего экономиста! Все мои экономисты говорят: “С одной стороны… с другой стороны…”» (цитата с сайта газеты «Известия», сентябрь 2003 г.). Т.е. консультанты от экономической науки (а она одна из отраслей социологии) были не в состоянии дать удовлетворительные в смысле их управленческой состоятельности однозначно понимаемые ответы на вопросы, которые перед ними ставил президент США.

·    В.С. Черномырдин в бытность премьер-министром России: «Хотели как лучше, а получилось как всегда»[11]. По своему существу это — признание в несостоятельности всей искренне благонамеренной части политической «элиты» страны: если бы политический курс вырабатывался и проводился в жизнь на основе адекватной жизни социологии, то получалось бы даже лучше, чем хотели, и так было бы почти всегда, за редкими исключениями.

2. Предметная область социологии и её отрасли

Предметная область социологии включает в себя все стороны жизни общества как системы, образованной множеством людей в преемственности поколений, а также аспекты жизни каждого человека, которые характерны для всех людей, составляющих общество в целом либо входящих в состав социальных групп, выделяемых в этом обществе. Наряду с этим социология должна включать в свою предметную область проблематику взаимодействия общества и людей с объемлющими жизнь общества природными системами и процессами.

Соответственно тому, какое общество рассматривается — глобальное либо регионально локализованное — социология может быть глобальной либо специфически региональной.

Поскольку человек — часть биосферы планеты, социология невозможна без некоторого минимума знаний общей биологии и биологии человека.

Поскольку не всё информационно-алгоритмическое обеспечение поведения человека передаётся от поколения к поколению на основе генетического аппарата биологического вида «Человек разумный», но исключительную роль играет культура, то культурология как специализированная наука о культуре — необходимая компонента социологии. При этом нельзя забывать о том, что те или иные религиозность, верования и мистицизм свойственны людям на протяжении истории всех обществ, оказывали и оказывают влияние на судьбы народов и цивилизаций, вследствие чего эти аспекты жизни индивидов и обществ также должны входить в предметную область социологической науки вне зависимости от того, верует сам социолог либо нет, мистик он либо «прагматичный реалист».

Поскольку жизнь цивилизованных обществ обеспечивается хозяйственной деятельностью на основе коллективного труда множества людей в разных отраслях производства и экономическая наука — также одна из прикладных отраслей социологии тем более, что содержание экономических теорий во многом обусловлено прямо и опосредованно господствующими в обществе социологическими воззрениями, а сама по себе экономическая наука не в состоянии быть средством решения всех проблем общества.

Поскольку все грани жизни обществ и составляющих их людей представляют собой выражение индивидуальной и коллективной психической деятельности людей, то психологическая наука — также одна из прикладных отраслей социологии. Вследствие этого психологическая наука — самая значимая наука наших дней, поскольку её достижения — ключ к развитию людей, общества, культуры и достижениям во всех областях общественной деятельности.

В частности, поскольку сама научно-исследовательская деятельность — одна из разновидностей психической деятельности людей, теория познания и творчества предстаёт не только необходимая компонента образования и составляющая субкультуры научной и творческой деятельности, но и одна из областей исследования социологии, хотя традиционно в структуре науки теория познания относится к компетенции философии, которая почитается «наукой наук». Однако сама философия — как составляющая культуры — представляет собой объект исследований культурологии, которую мы отнесли к отраслям социологии. Но наряду с этим философия может быть уподоблена камертону в том смысле, что на камертоне невозможно исполнить ни одно музыкальное произведение (так и философия сама по себе не способна решить ни одну прикладную задачу), а с другой стороны по камертону настраиваются все инструменты оркестров, вследствие чего камертон незримо присутствует в игре каждого из них (так и философские системы, наличествующие в культуре общества, формируя мировоззрение и миропонимание людей, незримо присутствуют во всей их деятельности, обуславливая её).

Теории и практике познания в культуре общества необходимо уделять особое внимание потому, что эффективность культуры познания (в смысле её способности к выявлению и разрешению проблем в жизни общества), её распространённость и воспроизводство в обществе в преемственности поколений во многом определяют перспективы обществ — возможности развития и выбор возможностей.

Поскольку все процессы в жизни общества могут быть интерпретированы как процессы самоуправления либо же явно представляют собой процессы управляемые, то социология без достаточно общей (в смысле универсальности применения) теории управления не может быть адекватной жизни. Соответственно этому обстоятельству юриспруденция, как один из инструментов управления обществом, является и предметной областью исследований социологии и одной из её отраслей.

Исторические хроники, мемуары людей, хроника текущих политических событий представляют собой фактологическую базу для социологической науки.

Всё это говорит о том, что освоение социологии и научно-исследовательская работа в ней изначально требует достаточно широкого кругозора на уровне более высоком, чем «верхоглядство».

Без достаточно широкого кругозора социология всякая социология представляется искусственно сконструированной идеологической системой, вследствие чего искусственные идеологически системы, представляемые в качестве социологии, и жизненно состоятельная социология становятся для субъекта неразличимыми.

Но и сам по себе широкий кругозор недостаточен, поскольку социология требует культуры мышления, позволяющей во всём море фактологии, относящейся к разным специализированным областям знаний, выявить причинно-следственные взаимосвязи, обладающие значимостью для выявления проблем в жизни общества и их разрешения.

3. Метрологическая состоятельность науки

и метрологическая несостоятельность псевдонаучных теорий

Жизнь современной цивилизации такова, что одной из основ успеха всякого вида (а не только научной) деятельности является обеспечение его метрологической состоятельности. Метрологическое обеспечение жизни цивилизации привело к появлению специализированной научной дисциплины, получившей название «метрология». Метрология — наука об искусстве измерений и обеспечении метрологической состоятельности всех видов деятельности. Практически метрологическая состоятельность большинства видов деятельности основывается на том, что создана и поддерживается в актуальном состоянии эталонная база, включающая в себя эталоны единиц измерения массы, длины, времени, температуры, силы тока, энергии и многого другого.

В культуре человечества определённая метрологическая состоятельность одних наук и проблемы в обеспечении метрологической состоятельности других привели к разделению наук:

·    на так называемые «точные» (эта категория включает в себя математику и большинство отраслей естествознания), в которых метрологическая состоятельность так или иначе обеспечивается,

·    и на так называемые «гуманитарные», представители которых до настоящего времени мало задумываются о метрологической состоятельности вообще и об обеспечении метрологической состоятельности своей деятельности в частности, вследствие чего подчас занимаются “изучением” разного рода фикций и иллюзий, порождённых ими же самими и “изучение” которых обладает значимостью только для самих “исследователей” и их поклонников[12].

Реально же в настоящей науке и всех её приложениях к решению практических задач в основе метрологической состоятельности деятельности лежат четыре фактора:

·    Первый — объективная метрика Мироздания, его размеренность (об этом речь пойдёт в последующих лекциях, в частности, — в разделе 7 лекции 4).

·    Второй — эталонная база, созданная наукой метрологией.

·    Третий — генетически запрограммированная идентичность чувств подавляющего большинства людей, которая выражается в издревле известном афоризме «человек — мера всех вещей».

Простейший пример-иллюстрация действенности этого фактора — в общем-то идентичное восприятие зелёного и красного цветов всеми людьми, кроме дальтоников, в геноме которых произошли какие-то сбои генокода, вследствие чего зелёный и красный цвета для них неразличимы. Однако, если дальтоник вооружится спектроскопом, то зелёный и красный для него становятся различимыми.

·    Четвёртый — адекватность Жизни как таковой мировоззрения и миропонимания индивида, ведущего научные исследования, а так же осваивающего науку как отрасль деятельности (типы мировоззрения и миропонимания и проблематику адекватности каждого из них мы рассмотрим в последующих лекциях — в 3‑й и 4‑й).

Если же метрологическую состоятельность научных исследований не удаётся обеспечить ни осознанно, ни бессознательно, то наука вырождается в графоманство[13], а построенные графоманами теории оказываются псевдонаучным наукообразным вздором, жертвами которого могут становиться целые общества и региональные цивилизации, если псевдонаучные теории входят в систему образования.

Если понимать проблематику метрологической состоятельности любых научных исследований, то можно обеспечить и метрологическую состоятельность исторической науки и социологии (а также и всех прочих так называемых «гуманитарных» дисциплин), что автоматически переводит их в разряд наук точных, хотя они при этом и не изменяют своего большей частью описательно-повествовательного характера.

И соответственно «… история, как и математика, оказывается наукой точной. Только, если в математике вычисления могут вестись с точностью до одного знака или более, то всякий исторический процесс может быть описан:

·    с точностью до безликой толпы-народа[14] и «личности» — личности вождя, гения, великого и мудрого или низкого и подлого, в зависимости от того, с позиций какой концепции организации жизни общества (общественно-политической концепции) смотреть;

·    в более сложном варианте описания толпа-народ по-прежнему остаётся безликой, но к личности вождя добавляются другие личности — сподвижники вождя, его враги и сподвижники врагов. Это — так называемые «исторические личности».

Но поскольку с «историческими личностями» в жизни и в деятельности оказываются связанными другие люди, принадлежащие безликой толпе-народу в историческом повествовании двух вышеописанных типов, то в прежде безликой толпе-народе можно выявить разного рода партии (части). Некоторые из такого рода партий существуют в течение непродолжительных сроков времени в пределах активной жизни одного поколения. Но другие партии воспроизводят себя в преемственности поколений, вбирая в себя новых людей на замену уходящим из жизни. Кроме того в обществе можно выявить и разного рода социальные группы: общественные классы; профессиональные корпорации; во многонациональном обществе в пределах государства и в составе человечества в целом — народы и народности, национальные меньшинства, и т.п. Соответственно, исторический процесс может быть описан:

·    с точностью до определённых социальных групп;

Из числа такого рода социальных групп, особо выделяются те социальные группы, все представители которых так или иначе заняты большей частью политикой. Соответственно исторический процесс может быть описан:

·    с точностью до церковного ордена или политической партии;

Однако не все такого рода социальные группы действуют открыто в публичной политике, некоторые из них таятся от общества, делая закулисную политику, или же, занимаясь ею, стараются произвести на окружающих впечатление, что они занимаются не политикой, а чем-то иным (например, собирают коллекции бабочек или занимаются каким-то «личностным совершенствованием» своих участников). Соответственно выявлению этого фактора в историческом процессе[15], исторический процесс может быть описан:

·    с точностью до глобального заговора (например, многих поколений римских пап, российских императоров, коммунизма, фашизма, анархизма, гомосексуализма и т.д.).

Но поскольку заговоры стратегической направленности бывают многослойными (это полезно на случай провала, а также необходимо для канализации излишней политической активности непосвящённых и части противников целей заговора, вовлекаемых однако в заговор для управления ими, а равно — обезвреживания их деятельности по отношению к целям главного заговора), исторический процесс может быть описан:

·    с точностью до внутренних «заговоров в заговоре», главенствующих над заговорами более низких уровней таинственности (например, масонства[16] в Евро-Американской региональной цивилизации);

Однако и с заговорами не так просто, поскольку в каждом настоящем заговоре есть свой «мозговой трест», который задаёт цели заговора, определяет пути и средства их осуществления, контролирует ход выполнения планов и корректирует планы при необходимости; а есть и исполнительная периферия. Соответственно этому обстоятельству, исторический процесс может быть описан:

·    с точностью до «мозговых трестов», самых глубинных во многослойных заговорах;

Однако и всё человечество, вне зависимости от его реальной или вымышленной внутренней структуры, только часть Мира. И соответственно этому обстоятельству, не надо с порога отвергать возможность того, что исторический процесс может быть описан:

·    с точностью до отношений земного человечества с иными цивилизациями, иерархией сатаны и Царствием Бога — Творца и Вседержителя (Промыслом Божиим)[17].

(…)

При любой точности исторических описаний возможны и ошибки, как возможны ошибки и при вычислениях с любым количеством знаков. При чтении исторических работ они также воспринимаются читателем с точностью до указанных категорий, которые являются по существу своему разнородными элементами исторически сложившихся систем общественного самоуправления, всегда протекающего в пределах допустимого иерархически высшим (по отношению к человечеству) объемлющим управлением, с коим человечество гораздо дольше бывает не в ладу, чем следует ему.

Однако названные выше (а также и другие, оставшиеся не названными) описательные категории, которые могут быть соотнесены с историческим процессом как таковым в процессе его описания, — не факты истории. Но факты истории с ними соотносятся через принадлежность людей к тем или иным социальным группам или же через действия «исторических личностей» или социальных групп. Описательные категории, если проводить аналогию истории с математикой как наукой точной, задают пространство формальных параметров некоторой размерности, в соотнесении с которым исторический процесс может быть представлен как многокачественный процесс. Иными словами, историческое повествование с точностью до «исторических личностей» и безликой толпы-народа, это — примитивная плоская модель реальной истории; выделение в безликой толпе-народе каких-то партий — даёт трёхмерную модель истории и т.д.» («Мёртвая вода», т. 1, «Слово к читателю», приводится с некоторыми уточнениями и стилистическими изменениями и переносом текста последнего абзаца из сноски в основной текст).

На этих же принципах обеспечивается и метрологическая состоятельность социологии. Иными словами в основе метрологической состоятельности исторической науки и социологии, включая все её отрасли, лежит определённая упорядоченность и полнота набора социальных явлений, с которым соотносятся анализируемые факты из жизни и деятельности обществ и рекомендации науки разрешению выявленных в жизни общества проблем.

——————

Если сделать обобщение в отношении всего комплекса «гуманитарных» наук, то в каждой из них метрологическая состоятельность может быть обеспечена полнотой набора описательных категорий и порядком их взаимосвязей, который должен быть адекватен объективной метрике предметной области, изучаемой той или иной «гуманитарной» наукой.

Однако далеко не во всех гуманитарных дисциплинах традиции научных школ сложились на основе обеспеченной метрологической состоятельности, а большинство (и не только гуманитариев) этой проблемы не понимают.

——————

Кроме того, социология и история в адекватной Жизни культуре научной деятельности должны быть взаимосвязаны, поскольку только историческая наука способна предоставлять социологии фактологию, только социология, выявив разного рода причинно-следственные обусловленности в жизни общества, позволяет преобразовать хронологически упорядоченный перечень исторических фактов в концепцию течения глобального и региональных исторических процессов.

Примером метрологически несостоятельной социологии является марксизм. В его политэкономии употребляются фиктивные категории, которые невозможно измерить в жизни ни инструментально, ни выявить «органолептически» (т.е. посредством чувственных способностей человека). Такими метрологически несостоятельными категориями марксизма являются следующие категории его политэкономии: «необходимое» и «прибавочное» рабочее время, «необходимый» и «прибавочный» продукт.

Нет таких хронометров, которые могли бы разграничить в технологическом процессе «необходимое» и «прибавочное» рабочее время; на складе готовой продукции ни одного предприятия невозможно разграничить «необходимый» и «прибавочный» продукты. Эти категории — не абстракции, которых много в науке, но которые могут быть весьма продуктивно соотнесены с реальностью, а иллюзорные фикции, от которых кроме вреда ничего получить невозможно. Вследствие их наличия политэкономия марксизма не может быть соотнесена ни с бухгалтерским учётом, сопровождающим хозяйственную деятельность, ни со статистическими данными, характеризующими экономические аспекты жизни общества.

Кроме того, в общем случае метрологически несостоятельна и трудовая теория стоимости, которой привержен марксизм. В частности, результаты научно-исследовательской, проектно-конструкторской и управленческой деятельности обусловлены прежде всего прочего личностным фактором, и получение результата в нестандартных ситуациях в этих видах деятельности не гарантировано ни затратами так называемого «рабочего времени», ни выделением тех или иных ресурсов: то решение научной, конструкторской или управленческой проблемы, до которого один додумается мимоходом за несколько секунд, другой до него не додумается и за всю жизнь.

В метрологической несостоятельности политэкономии марксизма и его социологии в целом — одна из причин краха СССР.

В этой связи надо отметить, что И.В. Сталин — единственный публичный деятель (вне зависимости от того, относить его к политикам или к учёным социологам), который ещё в 1952 г. в своей работе «Экономические проблемы социализма в СССР» предложил науке отказаться от этих и некоторых других понятийных категорий марксизма, чем по существу вынес смертный приговор марксизму и политике на его основе.

«Экономические проблемы социализма в СССР» — выраженное в марксистской лексике, и потому не всем понятное, свидетельство И.В. Сталина о том, что он осознавал несостоятельность марксизма в качестве социологической теории.

Но наряду с этим есть и прямые подтверждения этому. По свидетельству Ричарда Косолапова[18] Дмитрию Ивановичу Чеснокову[19] И.В. Сталин за день-два до своей кончины сказал по телефону: “Вы должны в ближайшее время заняться вопросами дальнейшего развития теории. Мы можем что-то напутать в хозяйстве. Но так или иначе мы выправим положение. Если мы напутаем в теории, то загубим всё дело. Без теории нам смерть, смерть, смерть!..” (приводится по публикации интервью с Р. Косолаповым «Без теории нам смерть!» в газете «Завтра» № 50 (211), декабрь 1997 г.).

Т.е. И.В. Сталин понимал, что обществу для обеспечения свободы людей и благоденствия необходима адекватная жизни социология.

А все порицающие И.В. Сталина и его эпоху «борцы за свободу и права человека» обходят молчанием эту проблематику и не замечают метрологической несостоятельности и, как следствие, — неадекватности жизни тех социологических теорий, приверженцами которых осознанно или бессознательно являются они сами. Неадекватность же социологической науки в целом и её отраслей жизни порождает политику, которая обрекает множество людей на несчастья и способна привести общество к катастрофе.

Поэтому вопросам метрологической состоятельности, будь она обеспечена инструментально на основе эталонной базы, либо органолептически на основе генетики биологического вида «Человек разумный», при рассмотрении проблематики социологии и всех её отраслей надо уделять особое внимание.

4. Субъективизм исследователя в социологии

как источник знаний и как источник ошибок

«Социология — наука — наиболее общая из наук человечества (шире только этика[20]), и она имеет одну особенность, отличающую её от всех частных наук. Социолог — часть общества; дитя, выросшее в нём, несущее печать семьи, «малой и большой» Родины, социальной группы и т.п. Находясь внутри общества, социолог — уникален, как всякая личность. Он излагает своё субъективное мнение об объективных по отношению к обществу причинно-следственных обусловленностях в процессе общественного развития. Всякого исследователя интересует получение ранее неизвестного знания. По отношению к обществу это ранее неизвестное знание появляется как личное мнение исследователя, отличное от господствующих в обществе представлений или даже противное им. Субъективизм исследователя в социологической науке — единственный источник нового знания в ней; но тот же субъективизм — главный из многих источников всех ошибок во всех науках.

Поэтому единственная методологическая проблема социологии-науки: как воспитать и организовать субъективизм исследователей, чтобы он позволял получить новое знание, но в то же время гарантировал устранение общественно опасных ошибок социологии (других в ней не бывает!!!) до того, как рекомендации социологов начнут приносить вред в практике самоуправления общества.

Поскольку все люди имеют хотя бы самое примитивное мнение о причинно-следственных обусловленностях в жизни общества, то это вызывает к жизни второй лик той же проблемы: убедить остальных в достоверности нового знания, не отвечающего их традиционным представлениям. Содержательную сторону этого аспекта проблемы Ф.И. Тютчев (в послании А.М. Горчакову «Да, Вы сдержали Ваше слово…») описал так:

И как могучий ваш рычаг

Сломает в умниках упорство

И сдвинет глупость в дураках?

Только после разрешения этой двуликой проблемы социология из благонамеренной болтовни становится наукой, на основе которой можно выявить различные возможные варианты будущего, выбрать из них наиболее предпочтительный и организовать в обществе процесс управления воплощением в жизнь избранного варианта» («Мёртвая вода», т. 1, «Введение», с некоторыми сокращениями и стилистическими изменениями).

И проблема действительно существует, поскольку в обществе весьма активно агрессивное невежество «умников», оспаривающее правомочность научно-исследовательской деятельности и просвещения в области социологии. Эту позицию агрессивного невежества наиболее ёмко и кратко выразил А. Галич — популярный в 1960‑е — 1980‑е гг. в кругах отечественной интеллигенции бард и литератор (автор киносценариев):

«Не бойтесь тюрьмы, не бойтесь сумы, не бойтесь мора и глада, а бойтесь единственно только того, кто скажет: “Я знаю, как надо!” Кто скажет: “Идите, люди, за мной, я вас научу, как надо!” Гоните его! не верьте ему! Он врёт! Он не знает, как надо!»

— А если «он» не врёт, а действительно знает, «как надо…»? — то в случае успеха пропаганды воззрений, выраженных А. Галичем, мор, глад, тюрьмы и прочие социальные бедствия неизбежны: в частности, в своей солидарности с этим мнением А. Галича, признались лица, в той или иной мере виновные в государственном крахе СССР и последовавших за ним социальных бедствиях, — бывший премьер-министр СССР Н.А. Рыжков[21], и бывший член политбюро ЦК КПСС, «архитектор перестройки» А.Н. Яковлев[22].

Если бы троянцы в своё время вникли в суть предостережений Кассандры (жрицы Аполлона), которая предсказала им ход и итоги ещё только возможной троянской войны, и последовали бы её рекомендациям, то Троя могла бы стоять по сию пору, хотя имя Кассандры скорее всего было бы забыто. И хотя этот пример, из древней истории, события показывают, что психология беззаботного самодовольства по-прежнему активна в жизни обществ.

Так в 1968 г. вышел в свет роман И.А. Ефремова «Час быка»: многие признают его не как произведения художественной литературы, а как значимый вклад в развитие социологической науки. Однако этот роман вызвал неудовольствие идеологов из ЦК КПСС (М.А. Суслова) и КГБ (Ю.В. Андропова), которые усмотрели в нём «клевету на советскую действительность», в результате чего были запрещены его переиздания. К этому был причастен и секретарь ЦК КПСС П.Н. Демичев. Спустя десятилетия уже после краха СССР, будучи на пенсии, П.Н. Демичев в 2002 г. в телефонном разговоре с М.С. Листовым сказал примерно следующее: “Ефремов был великий человек. Если бы его не запрещали, а изучали, многих бед в последующем удалось бы избежать”[23] (http://noogen.2084.ru/Efremov.htm). — А что — кроме бессовестности и безвольной подчинённости корпоративной дисциплине — мешало не запрещать, а изучать, введя «Час быка» в курс литературы средней школы: Да и сейчас было бы полезным этот роман ввести в школьный курс литературы… В общем, в отношении И.А. Ефремова последовали рецепту А. Галича, а потом пришлось признавать свою неправоту. Но И.А. Ефремов — не единственный, а просто один из наиболее известных…

Избежать социальных бедствий, вызванных невежеством в области социологии, можно только одним путём: выслушать того, кто утверждает, что он знает «как надо», после чего по совести соотнести то, что он скажет, с тем, что происходит в жизни.

Мир познаваем и потому, если сами не догадались «как надо жить», то понять, какая подсказка соответствует Правде-Истине, а какая нет — всё же можно. Но если это утверждение оспаривать и признавать правоту А. Галича, подразумевающую непознаваемость или отсутствие ответа на вопрос «как надо жить обществу?», то синедрион в отношении Христа действовал совершенно правильно. Но тогда невозможно понять, за какие прегрешения древняя Иудея была стёрта с лица Земли, если не в силе Бог, а в Правде.

И если говорить об обществе и его развитии, о той роли, которую в нём играет субъективизм людей, то полезно вспомнить афоризм историка В.О. Ключевского: «Есть два рода дураков: одни не понимают того, что обязаны понимать все; другие понимают то, чего не должен понимать никто»[24].

Это утверждение В.О. Ключевского нуждается в пояснении: оно подразумевает наличие в культуре общества некоего «стандарта миропонимания», который обязателен для всех. Те, кто не способен его освоить, в определении В.О. Ключевского — «дураки первого рода»; те, кто выходит за пределы этого «стандарта», — «дураки второго рода».

По сути В.О. Ключевский этим афоризмом указал как на хотя бы отчасти «зомбирующую» роль культуры общества, так и на способность индивида преодолеть «зомбирующие» ограничения культуры и выйти за пределы обязательного для всех в этом общества «стандарта миропонимания», обретшего в культуре статус «истины в последней инстанции», хотя исторически реально не всё в такого рода «стандартах» истинно, а сами «стандарты» не обязательно тематически достаточно полны для выявления и разрешения проблем общества, в силу чего общество объективно нуждается для своего развития в ревизии и модернизации такого рода всеобщих «стандартов миропонимания».

Иными словами, если соотноситься с афоризмом В.О. Ключевского:

·    Во-первых, люди становятся «дураками второго рода» во мнении общества «умников» вследствие того, что общество «умников» порабощено разного рода «табу»[25], через которые «дураки второго рода» легко и свободно переступают.

·    Во-вторых, наиболее глубокие и серьёзные кризисы, которые культурно своеобразные общества переживают на протяжении всей истории, обусловлены именно тем обстоятельством, что разного рода осознаваемые и не осознаваемые обществом «табу» либо изначально были неадекватны жизни, либо в силу изменения исторических обстоятельств в большей или меньшей степени утратили работоспособность и свою общественную полезность. Иными словами кризис всякого общества — выражение неадекватности жизни господствующих в этом обществе представлений, реализуемых на практике, о том:

Ø как должно быть организовано общество и его жизнь и,

Ø каким нормам поведения должен подчиняться индивид в этом обществе в зависимости от своего социального статуса.

И выход общества из такого рода кризисов требует, чтобы редкостные «дураки второго рода»[26] могли оказать достаточно быстрое и эффективное воздействие на его жизнь, указав на реальные так или иначе «табуированные» проблемы, на пути и средства их разрешения ко благу общества.

По существу же те люди, которых В.О. Ключевский охарактеризовал как «дураков второго рода», являются сеятелями идей, на основе которых общество развивается на протяжении всей истории. Во всех исторически сложившихся обществах они, как говорится, «не от мира сего», т.е. представляют собой по отношению к системе социальных отношений своего рода внесистемный фактор.

Но если вообразить общество, в котором все по характеру организации их психики и развитости познавательных способностей — «дураки второго рода», т.е. способны вырабатывать новое адекватное жизни знание в темпе возникновения в нём потребности, то именно это общество — общество свободно мыслящих и верных Правде-Истине людей — тот идеал, к воплощению которого в жизнь во все времена стремились наиболее нравственно и интеллектуально здравые люди.

5. Свобода исследований в социологии и ограничения на распространение информации социологического характера

Поскольку социология — наука об обществе, то она обязана знать все аспекты его жизни, и потому в социологии не может быть запрещённых кем-либо для исследования вопросов и тем потому, что при навязывании такого рода запретов уменьшается размерность пространства параметров, которыми описывается жизнь общества, вследствие чего социология неизбежно утрачивает метрологическую состоятельность и адекватность жизни.

Другое дело, что разная тематика обладает разной значимостью, и потому есть проблематика более важная для изучения и разрешения и менее значимая. И кроме того:

В исторически сложившихся культурах необходимо думать о последствиях предоставления информации по некоторым специфическим видам тематики тем или иным социальным группам или персонально тем или иным лицам.

В частности, социология обязана изучать и знать пороки людей, процессы генерации, распространения и воспроизводства пороков в обществе. Но точно так же социологи обязаны избегать того, чтобы растлевать общество, распространяя информацию о пороках в режиме якобы «всеобщего социологического просвещения», подталкивая тем самым к порочному образу жизни потенциально склонных к нему людей, которые могли бы избежать этого, если бы не «своевременное» предоставление им информации, к адекватному восприятию которой они на достигнутой ими стадии личностного развития оказываются не готовыми, вследствие чего ступают на путь личностной деградации и антисоциального поведения.

Что касается самого социального явления, которое можно назвать «инквизиторским подходом» в стиле «в этом недопустимо сомневаться потому, что это сатанизм», «эти темы нельзя исследовать потому, что это неприлично», «об этом нельзя говорить, потому что это неполиткоректно», то если стряхнуть с него всевозможные декларации о благонамеренности и пройти по цепочке посредников от «инквизиторов-исполнителей» к вдохновителям этого социального явления, то обнажится одно — стремление тех или иных вполне определённо выявляемых лиц или мафиозно организованных корпораций эксплуатировать в своих интересах невежество общества в тех или иных вопросах в ущерб этому обществу.

6. Прикладной характер социологии и две взаимоисключающие задачи, которые она может решать

В обществе, в его культуре не приживаются виды деятельности, которые не работают на чьи-либо интересы, что с точки зрения носителей этих интересов является «пользой» вне зависимости от того, праведны эти интересы или порочны. Это утверждение касается как полезного эффекта, получаемого кем-то индивидуально, так и полезного эффекта получаемого корпоративно теми или иными социальными группами. При этом получатели полезного эффекта могут быть как членами этого общества, так и представителями внешних по отношению к нему социальных систем.

Сказанное касается и всей научно-исследовательской деятельности, осуществляемой на профессиональной основе: если какая-либо отрасль науки существует в обществе, а тем более, если она — неотъемлемая составляющая его культуры, то значит, что «это кому-то нужно».

То же касается и лженаук: если они процветают, то это тоже «кому-нибудь нужно». Точно так же и в подавлении каких-либо направлений научно-исследовательской деятельности объективно (т.е. вне зависимости от деклараций) выражается чья-то заинтересованность остановить исследования на этом направлении и распространение в обществе знаний определённого характера.

————————

Один из вариантов того, что понимается многими индивидами под «полезным эффектом» на протяжении всей истории, — выразил Кот Матроскин в мультфильме цикла «Про Простоквашино», промурлыкав: «Совместный труд для моей пользы, он объединяет…»[27]. По существу это приводит к вопросам:

·    В чём суть паразитизма?

·    В праве ли какой-либо индивид или социальная группа паразитировать на труде и жизни других людей?

История и текущая политика всех цивилизованных обществ показывают, что многие люди несут в себе либо осознанную убеждённость в своём праве паразитировать на труде и жизни других, либо информационно-алгоритмическое содержимое бессознательных уровней их психики таково, что они паразитируют на труде и жизни других людей, не осознавая этого, либо готовы начать паразитировать, если к тому представится возможность и сложатся располагающие к этому обстоятельства.

Понятно, что те, кто преуспел в этом, заинтересованы в поддержании и устойчивости такого режима организации жизни общества, при котором большинство «ишачит»[28] на господствующее над большинством меньшинство. В самом примитивном варианте такой режим жизни общества обеспечивается грубой силой, принуждающей «ишачить» на господ, и насаждением страха перед применением грубой силы. Однако «сила силу ломит», вследствие чего, как неоднократно показывала история рабовладельческих обществ, господа-рабовладельцы одной культуры, попав в плен, становились презренными рабами в культуре победителей; либо вспыхивали массовые восстания рабов, в ходе которых многие господа-рабовладельцы лишались и богатства, и жизни, а само рабовладельческое общество оказывалось на грани катастрофы культуры (восстание Спартака, крестьянские войны — Жакерия во Франции, под водительством И.И. Болотникова, С.Т. Разина, Е.И. Пугачёва — тому примеры).

Поэтому паразитам, добившимся так или иначе господства над обществом, всегда хотелось более надёжных и безопасных средств осуществления паразитизма на труде оказавшегося подвластным ему большинства. В идеале для них было бы реализовать в отношении подвластного большинства принцип, выраженный в широко известной поговорке «дурака работа любит и дурак работе рад»: в ней выразилась не только лень не желающих работать «умников», склонных к паразитизму, которым однако не досталось места у кормушки; но и саботаж тружениками подневольного труда на чужие интересы, способного удовлетворить их собственные интересы лишь по минимуму по остаточному принципу.

И одна из задач, которые может решать социология: Как в интересах того или иного паразитического меньшинства в отношении остального общества эффективно осуществить рабовладение — лучше всего с минимумом насилия на основе воплощения в жизнь принципа «дурака работа любит и дурак работе рад»?

Вторая задача, которую может решить социология, но качественно иная по своей нравственной мотивации и во многом по содержанию, состоит в том: Как ликвидировать организованный паразитизм тех или иных меньшинств на труде и жизни большинства, чтобы в преемственности поколений все люди жили свободно, а склонность к паразитизму, тем более в организованных формах, не воспроизводилась в новых поколениях?

В советском прошлом эту особенность социологического знания именовали «партийностью в науке» и «классовым характером науки», что подразумевало обслуживание социологической наукой классовых интересов трудящихся классов либо классов эксплуататорских, паразитирующих на классах трудящихся: либо — либо.

Попытки построить некую якобы «объективную социологию», которая должна быть якобы безразличной к фактическому объективному различию двух названных задач, реально вписываются как минимум по умолчанию в построение одной из разновидностей социологии порабощения.

В действительности же объективность социологии выражается не в замалчивании двух названных взаимоисключающих задач в попытке ухода от нравственно-этического выбора работы на одну из них, а в прямом указании на обе эти задачи и на средства решения каждой из них, которые наличествуют в культуре общества или могут появиться в его политической практике и стать потом достоянием его культуры. А вот что касается выбора одной из двух взаимоисключающих друг друга задач социологии — это дело каждого, кому становится о них известно…

————————

В любом из двух вариантов ориентации социологии она оказывается прикладной по своей сути наукой, из которой проистекает:

·    либо политика порабощения общества тем или иным меньшинством,

·    либо политика освобождения людей из-под целенаправленно организованной власти того или иного паразитического меньшинства.

Также и отзывчивость людей к знанию социологического характера обусловлена их реальной нравственной мотивацией:

·    Тем, кто осознанно или бессознательно хотел бы подняться вверх по ступеням иерархии паразитизма или желает сохранить свой статус, — тем социология освобождения неприятна и враждебна, поскольку работает на ликвидацию той социальной организации, в которой они желают жить, комфортно устроившись. Однако и социология порабощения может оказаться для их интеллекта «неподъёмной» вследствие того, что их к этому времени уже успели так или иначе «оболванить» в процессе воплощения в жизнь принципа «дурака работа любит и дурак работе рад».

·    Тем, кто желает быть свободным и жить в обществе свободных людей, — у тех социология порабощения вызывает неприятие: как минимум интуитивно-эмоциональное в форме скуки и игнорирования, а как максимум — в форме опровержения и разоблачения её положений и её теорий в целом.

В любом случае индивид, не обладающий социологическим знанием, — более или менее «учёный раб», т.е. придаток к своему рабочему месту и функциональному статусу в обществе. Но если он не удовлетворён своим таким положением, то какую социологию ему выбрать для освоения, — зависит от него самого, от его нравственной мотивации обрести социологическое знание, ориентированное на решение одной из двух названных выше взаимоисключающих задач.

7. Взаимосвязи:

психология личности и общество, религиозность и атеизм в жизни общества, теория и практика познания, принцип «практика — критерий истины», достаточно общая теория управления, декларации и практика самоуправления общества и организация управления коллективами

Психика личности это — в своём существе информация и алгоритмика[29], определяющие своеобразие личности. Биомасса организма, включающая в себя тело и биополе (у трупа нет биополя), — материальный носитель этого информационно-алгоритмического личностного своеобразия. Если в психике индивида нет информации и алгоритмики, то по существу нет и личности человека.

Тому примером жизнь от рождения слепо-глухонемых и потерявших слух и зрение в младенческом возрасте: вследствие заблокированности двух основных каналов восприятия информации (зрения, дающего до 95 % информации, и слуха) до того времени, пока в 1920‑е — 1930‑е гг. не были выработаны методики обучения и социализации таких детей, они на протяжении всей своей относительно непродолжительной жизни по характеру своих взаимоотношений с Миром представляли собой человекообразные растения, но с физиологией обмена веществ, свойственной животным.[30]

В событийном потоке, представляющем собой жизнь общества, выражается психическая деятельность индивидов, это общество составляющих. Это касается большей частью психической деятельности достаточно взрослых, чья психика в основном уже сформировалась, и кто уже вступил в деятельность в тех или иных сферах жизни общества.

Что касается взрослеющих индивидов, пребывающих на разных стадиях развития, то жизнь общества по сути программирует их психику до того момента, пока они сами не приступают к ревизии содержания своей психики, по результатам которой переходят к самовоспитанию и самообразованию. Хотя в исторически реальных обществах до стадии ревизии воспринятого из культуры содержимого психики и последующего самовоспитания и самообразования подавляющее большинство не доходит, но именно переосмысление исторически унаследованной культуры, целенаправленное самовоспитание и самообразование людей является главным творческим процессом в обществе, программирующим характер общественного развития и жизнь будущих поколений.

Ещё один аспект неадекватности марксистской социологии связан с пониманием причинно-следственных взаимосвязей в системе «личность в жизни (от предыстории зачатия родителями до смерти) — общество».

Ставшая почти общеизвестной марксистская фраза «общественное бытиё определяет общественное сознание» формирует неадекватные представления о процессах в названной системе: общественное бытиё не определяет общественного сознания, поскольку сознание — свойство индивида, а коллективы и общество в целом включают в себя множество индивидуальных сознаний, которые не порождают никакого «общественного сознания» как некой совокупности сознаний индивидов, хотя индивиды и порождают некую «коллективную психику» на основе своего коллективного биополя. Иными словами, «общественное сознание» как жизненное явление не существует, хотя как не определённый по смыслу набор слов этот “термин” прижился и в марксистской социологии, и в журналистике и обрёл в них неуместно широкое употребление.

Общественное бытиё формирует множество индивидуальных психик, компонентами которых является сознание индивидов. Роль общественного бытия определяющая, но только до того момента, пока индивид не займётся самопознанием, переосмыслением себя и жизни общества и не приступит к целенаправленному саморазвитию на этой основе. После этого он станет способен оказывать осознанно целесообразное воздействие на общественное бытиё, и как следствие — на то, как изменяющееся общественное бытиё станет в дальнейшем формировать сознание индивидов — как взрослых, так и вступающих в жизнь новых поколений. Если же индивид не достигает в личностном развитии той стадии, когда начинает переосмыслять содержимое своей психики и жизнь общества, то он тоже оказывает некоторое воздействие на общественное бытиё, но бессознательно. И хотя такое воздействие может быть благотворным, но всё же оно не вполне человеческое по своему характеру.

Однако и осознанно целесообразное воздействие может быть неблаготворным по своему воздействию как вследствие ошибок, совершаемых в искренней благонамеренности, так и вследствие порочности индивида и его злого умысла в целеполагании (выделенное курсивом представляет собой так называемую «системную ошибку»[31]).

Ошибки психической деятельности индивидов и коллективов достаточно часто влекут за собой ущерб как самим ошибающимся, так и окружающим и потомкам. При этом тяжкий опыт разного рода ошибок и катастроф на протяжении всей истории ставил людей перед вопросом о том, как достичь если не безупречной психической деятельности, то хотя бы успеха и безопасности в своих делах при совершении некритических ошибок. Поиски ответа на этот вопрос приводили к осознанию необходимости познать и быть в ладу с тем, что находится за пределами осознанного восприятия чувств большинства людей в обычном состоянии их бытия.

Целенаправленный поиск ответов на этот вопрос и простое наблюдение за течением событий в жизни приводили и приводят многих людей к идее о существовании Бога[32], сотворившего Мир и людей и осуществляющего иерархически наивысшее всеобъемлющее управление всем происходящим, или же к идее о существовании множества богов, которые так же сотворили Мир и людей и осуществляют иерархически высшее управление Миром и жизнью людей.

При этом для многих людей их религиозная убеждённость — не предмет слепой веры либо воспринятых ими некогда «религиозных предрассудков» и не следствие интеллектуально-рассудочных доказательств «на заданную тему», а достоверное знание, подтверждаемое каждодневно их собственной религиозно-мистической практикой и жизнью: в их мировосприятии события в жизни текут в соответствии с их молитвенным диалогом с Богом (или богами) по интересующим их вопросам судеб как их собственных, так и их общества и человечества в целом.

Но также есть множество людей, которые не испытывают в своей жизни потребности в общении с Богом, убеждены в Его несуществовании и соответственно — в самоуправляемости извечной и бесконечной Природы. Они обосновывают свой атеизм тем, что явления религиозно-мистического характера, о которых свидетельствуют другие люди, им самим не удаётся повторить или же их не удаётся воспроизвести в «корректно» поставленных в лабораториях «научных экспериментах». И потому все свидетельства о разного рода «сверхъестественных явлениях» по их мнению представляют собой либо выдумками заведомых лжецов, либо галлюцинации нервно-психически не вполне здоровых людей, рассказам которых верят такие же психопатичные или невежественные люди, которые просто не знают законов бытия Природы и отсутствие знаний они замещают выдумками, которые наука в своём развитии впоследствии опровергает[33]. При этом оспаривающие религиозно-мистический опыт других людей однако допускают, что некоторые «мистические» явления в действительности имели место, но представляют собой результат причинно-следственно не взаимосвязанных совпадений с одной стороны — молитв, магических действий и, с другой стороны — действительных событий в жизни, которые произошли «сами собой» без какого-либо соучастия в них сверхъестественных сил, отозвавшихся на молитвы и заклинания. Иными словами, по их мнению чудеса — просто курьёзы Природы, в которых выразились исчезающе малые вероятности самореализации вполне естественных событий.

Некоторая религиозность вместе с мистицизмом[34] и атеизм с его житейским прагматизмом существуют и развиваются параллельно друг с другом по крайней мере с того времени, как в культуре человечества произошло разделение догматически устойчивых вероучений и науки, которая непрестанно обновляется и чьи догмы хотя и существуют, но в них допустимо сомневаться, вследствие чего научные догмы живут гораздо менее продолжительные сроки, нежели догмы вероучений, которые требуют неусомнительного признания в качестве истин.

Однако при этом ряд явлений, которые редки, плохо воспроизводимы и которые не укладываются в «научную картину мира» обособившаяся от религии наука предпочитает не замечать, будто они вообще не существуют. Те же, кто сам соприкасался с такого рода явлениями, далеко не всегда признают, что им привиделось нечто, чего реально не было, но отказывают науке в дееспособности в ряде областей деятельности.

С другой стороны, приверженцы исторически сложившихся вероучений не создали своей науки, методология производства знаний в которой давала бы ответы на те вопросы, которые игнорирует или перед которыми останавливается в недоумении атеистическая наука.

По существу это всё говорит о том, что и приверженцы традиционных конфессий, и приверженцы атеистической науки не владеют адекватной методологией познания Жизни, хотя и наука, и основоположники всех исторически известных вероучений в той или иной форме провозглашали принцип «практика — критерий истины» (конкретно это будет показано в последующих лекциях — раздел 5 объединённых лекции 6 и 7).

Иными словами принцип «практика — критерий истины» является общим и для науки, и для религии, т.е. не знающим исключений в своей применимости как в вопросах, относимых к компетенции науки, так и в вопросах, относимых к компетенции вероучителей. Проблема же, судя по всему, состоит в том, что пользоваться этим принципом адекватно жизни и представителям науки, и приверженцам традиционных вероучений, мешают их догмы и предубеждения, которые извращают и блокируют психическую деятельность людей в тех или иных аспектах.

Приведём один из примеров состоятельности этого принципа и его субъективного отрицания.

·    Если в обществе существует социологическая наука и её отрасли, включая экономическую науку, и система профессионального образования на основе этой науки, и эта наука адекватна жизни, то общество не может на протяжении десятилетий жить в условиях экономической разрухи и общекультурного кризиса.

·    Если же экономическая неблагоустроенность и общекультурный кризис — норма жизни, то это означает, что социологическая наука в целом и её отрасли, включая экономику, неадекватны жизни, вследствие чего, когда рекомендации науки ложатся в основу управленческих решений в политике государства и в сфере предпринимательства, то воплощение в жизнь этих управленческих решений неизбежно оказывается в большей или меньшей мере вредоносным.

Это понятно всякому, кто признаёт принцип «практика — критерий истины» адекватным Жизни без каких-либо исключений. Но для того, чтобы этому принципу следовать на практике, представители социологической науки должны переступить через сложившуюся традицию, выйти за пределы действующего в их среде обязательного для всех «стандарта миропонимания». Т.е. они должны стать «дураками второго рода» в терминологии В.О. Ключевского, которые понимают то, чего в исторически сложившейся традиции не должен понимать никто. Однако это не всем по силам[35].

Соответственно теория познания, построенная на принципе «практика — критерий истины», необходима обществу, для того, чтобы люди могли на её основе вырабатывать и развивать свою личностную познавательно-творческую культуру и тем самым могли бы быть свободными от давления авторитетов от науки и политики.

·    Сомнение в том, что является объективно истинным, не уничтожит истины и не обратит её в заблуждение, поскольку адекватная жизни теория познания и личностная культура познания подтвердит истинность истинного, возможно раскрыв новые грани истины.

·    Но сомнения в достоверности того, что объективно является заблуждениями, позволит обществу, если в нём личностная культура познания достаточно широко распространена, — быстрее обрести истину и освободиться от власти над ним заблуждений. Это касается как проблематики, относимой к компетенции науки, так и проблематики, относимой к области религии и мистицизма.

И поскольку в жизни индивида и обществ все процессы могут быть интерпретированы как процессы управления или самоуправления, то достаточно общая (в смысле универсальности применения) теория управления — первый по значимости результат познавательной практики людей и теории познания.

Она, вместе с теорией познания, является необходимым инструментом для того, чтобы выявлять ошибки в организации управления коллективами во всех сферах деятельности и ошибки в процессах общественного самоуправления, а также позволяет обнажать жизненную несостоятельность деклараций, которыми достаточно часто в политике и бизнесе прикрывают по недомыслию или злому умыслу заведомо антиобщественную деятельность.

Лекции 1 и 2 в редакции от 20.02.2008 г.

Последние добавления и уточнения: 26.03.2008 г.

Часть 1.

Введение в психологические основы

практики познания и творчества

Лекция 3. Миропонимание, мировоззрение: типы

Что позволяет увидеть «глокая куздра» академика Л.В.Щербы. Типы мировоззрения и миропонимания. Функциональное назначение мировоззрения и миропонимания в психике индивида и вопрос об эффективности различных типов мировоззрения и миропонимания. Функциональность мировоззрений и миропониманий различных типов.

Поскольку социология — это наука о жизни человеческого общества, то прежде, чем заниматься проблематикой собственно внутриобщественных взаимоотношений индивидов, процессов, ими порождаемых, и взаимоотношений людей и обществ с окружающей средой, необходимо выработать определённое понимание того, в чём именно выражается своеобразие представителей биологического вида «Человек разумный» и чем этот биологический вид отличается от прочих биологических видов в биосфере Земли.

Однако прежде, чем начать вырабатывать понимание каких-либо общих или частных вопросов, включая и названные, полезно определиться в ответах на другие вопросы:

·    что представляют собой миропонимание и мировоззрение как явления в психике индивида и как социальные явления?

·    как мировоззрение и миропонимание личности взаимосвязаны друг с другом?

·    какие общеприродные, и в силу этого — объективные, явления лежат в основе субъективных по характеру своего содержания мировоззрения и миропонимания личности?

Без определённости в ответах на эти вопросы — социология в целом и психология как одна из её отраслей, имеют склонность к утрате метрологической состоятельности вследствие того, что стирается граница, разделяющая субъективно-иллюзорное и объективную основу адекватного Жизни субъективизма, со всеми вытекающими из этого факта последствиями для пользователей такой социологии.

1. Что позволяет увидеть «глокая куздра» академика Л.В. Щербы

Выработку ответов на поставленные выше вопросы начнём с эпизода, описываемого Львом Васильевичем Успенским (1900 — 1978) в его книге “Слово о словах” (1954 г.):

«Много лет тому назад на первом курсе одного из языковедческих учебных заведений должно было происходить первое занятие — вступительная лекция по “Введению в языкознание”.

Студенты, робея, расселись по местам: профессор, которого ожидали, был одним из крупнейших советских лингвистов. Что-то скажет этот человек с европейским именем? С чего начнёт он свой курс?

Профессор снял пенсне и оглядел аудиторию добродушными дальнозоркими глазами. Потом, неожиданно протянув руку, он указал пальцем на первого попавшегося ему юношу.

— Ну, вот… вы… — проговорил он вместо всякого вступления. — Подите-ка сюда, к доске. Напишите… напишите вы нам… предложение. Да, да. Мелом, на доске. Вот такое предложение: “Глокая…” Написали? “Глокая куздра”.

У студента, что называется, дыхание спёрло. И до того на душе у него было неспокойно: первый день, можно сказать, первый час в вузе; страшно, как бы не осрамиться перед товарищами; и вдруг… Это походило на какую-то шутку, на подвох… Он остановился и недоумённо взглянул на учёного.

Но языковед тоже смотрел на него сквозь стёкла пенсне.

— Ну? Что же вы оробели, коллега? — спросил он, наклоняя голову. — Ничего страшного нет… Куздра как куздра… Пишите дальше!

Юноша пожал плечами и, точно слагая с себя всякую ответственность, решительно вывел под диктовку: “Глокая куздра штеко будланула бокра и курдячит бокрёнка”.

В аудитории послышалось сдержанное фырканье. Но профессор поднял глаза и одобрительно осмотрел странную фразу.

— Ну вот! — довольно произнёс он. — Отлично. Садитесь, пожалуйста! А теперь… ну, хоть вот вы… Объясните мне: что эта фраза означает?

Тут поднялся не совсем стройный шум.

— Это невозможно объяснить! — удивлялись на скамьях. — Это ничего не значит! Никто ничего не понимает…

И тогда-то профессор нахмурился:

— То есть как: “никто не понимает”? А почему, позвольте вас спросить? И неверно, будто вы не понимаете! Вы отлично понимаете всё, что здесь написано… Или — почти всё! Очень легко доказать, что понимаете! Будьте добры, вот вы: про кого тут говорится?

Испуганная девушка, вспыхнув, растерянно пробормотала:

— Про… про куздру какую-то…

— Совершенно верно, — согласился учёный. — Конечно, так! Именно: про куздру! Только почему про “какую-то”? Здесь ясно сказано, какая она. Она же “гло-ка-я”! Разве не так? А если говорится здесь про “куздру”, то что за член предложения эта “куздра”?

— По… подлежащее? — неуверенно сказал кто-то.

— Совершенно верно! А какая часть речи?

— Существительное! — уже смелее закричало человек пять.

— Так… Падеж? Род?

— Именительный падеж… Род — женский. Единственное число! — послышалось со всех сторон.

— Совершенно верно… Да, именно! — поглаживая негустую бородку, поддакивал языковед. — Но позвольте спросить у вас: как же вы это всё узнали, если, по вашим словам, вам ничего не понятно в этой фразе? По-видимому, вам многое понятно! Понятно самое главное! Можете вы мне ответить, если я у вас спрошу: что она, куздра, наделала?

— Она его будланула! — уже со смехом, оживлённо загалдели все.

— И штеко притом будланула! — важно проговорил профессор, поблёскивая оправой пенсне. — И теперь я уже просто требую, чтобы вы, дорогая коллега, сказали мне: этот “бокр” — что он такое: живое существо или предмет?

Как ни весело было в этот миг всем нам, собравшимся тогда в той аудитории, но девушка опять растерялась:

— Я… я не знаю…

— Ну вот это уж никуда не годится! — возмутился учёный. — Этого нельзя не знать. Это бросается в глаза.

— Ах да! Он — живой, потому что у него “бокрёнок” есть.

Профессор фыркнул.

— Гм! Стоит пень. Около пня растёт опёнок. Что же, по-вашему: пень живой? Нет, не в этом дело. А вот, скажите: в каком падеже стоит тут слово “бокр”? Да, в винительном! А на какой вопрос отвечает? Будланул-а — кого? Бокр-а! Если было бы “будланула что” — стояло бы “бокр”. Значит, “бокр” — существо, а не предмет. А суффикс “-ёнок” — это ещё не доказательство. Вот бочонок. Что же он, бочкин сын, что ли? Но в то же время вы отчасти встали на верный путь… Суффикс! Суффиксы! Те самые суффиксы, которые мы называем обычно служебными частями слова. О которых мы говорим, что они не несут в себе смысла слова, смысла речи. Оказывается, несут, да ещё как!

И профессор, начав с этой смешной и нелепой с виду “глокой куздры”, повёл нас к самым глубоким, самым интересным и практически важным вопросам языка.

— Вот, — говорил он, — перед вами фраза, искусственно мною вымышленная. Можно подумать, что я нацело выдумал её. Но это не вполне так.

Я действительно тут перед вами сделал очень странное дело: сочинил несколько корней, которых никогда ни в каком языке не бывало: “глок”, “куздр”, “штек”, “будл” и так далее. Ни один из них ровно ничего не значит ни по-русски, ни на каком-либо другом языке[36].

Я, по крайней мере, не знаю, что они могут значить.

Но к этим выдуманным, “ничьим” корням я присоединил не вымышленные, а настоящие “служебные части” слов. Те, которые созданы русским языком, русским народом, — русские суффиксы и окончания. И они превратили мои искусственные корни в макеты, в “чучела” слов. Я составил из этих макетов фразу, и фраза эта оказалась макетом, моделью русской фразы. Вы её, видите, поняли. Вы можете даже перевести её; перевод будет примерно таков: “Нечто женского рода в один приём совершило что-то над каким-то существом мужского рода, а потом начало что-то такое вытворять длительное, постепенное с его детёнышем”. Ведь это правильно?

Значит, нельзя утверждать, что моя искусственная фраза ничего не значит!

Нет, она значит, и очень многое: только её значение не такое, к каким мы привыкли.

В чём же разница? А вот в чём. Дайте нескольким художникам нарисовать картину по этой фразе. Они все нарисуют по-разному, и вместе с тем, — все одинаково.

Одни представят себе “куздру” в виде стихийной силы — ну, скажем, в виде бури… Вот она убила о скалу какого-то моржеобразного “бокра” и треплет вовсю его детёныша…

Другие нарисуют “куздру” как тигрицу, которая сломала шею буйволу и теперь грызёт буйволёнка. Кто что придумает! Но ведь никто не нарисует слона, который разбил бочку и катает бочонок? Никто! А почему?

А потому, что моя фраза подобна алгебраической формуле! Если я напишу: а + х = у, то каждый может в эту формулу подставить своё значение и для х, и для у, и для а. Какое хотите? Да, но в то же время — и не какое хотите. Я не могу, например, думать, что х = 2, а = 25, а у = 7. Эти значения “не удовлетворяют условиям”. Мои возможности очень широки, но ограничены. Опять-таки почему? Потому, что формула моя построена по законам разума, по законам математики!

Так и в языке. В языке есть нечто, подобное определённым цифрам, определённым величинам. Например, наши слова. Но в языке есть и что-то похожее на алгебраические или геометрические законы. Это что-то — грамматика языка. Это — те способы, которыми язык пользуется, чтобы строить предложения не из этих только трёх или, скажем, из тех семи известных нам слов, но из любых слов, с любым значением.

У разных языков свои правила этой “алгебры”, свои формулы, свои приёмы и условные обозначения. В нашем русском языке и в тех европейских языках, которым он близок, главную роль при построении фраз, при разговоре играет что? Так называемые “служебные части слов”.

Вот почему я и начал с них. Когда вам придётся учиться иностранным языкам, не думайте, что главное — заучить побольше чужих слов. Не это важно. Важнее во много раз понять, как, какими способами, при помощи каких именно суффиксов, приставок, окончаний этот язык образует существительное от глагола, глагол от существительного; как он спрягает свои глаголы, как склоняет имена, как связывает все эти части речи в предложении. Как только вы это уловите, вы овладеете языком. Запоминание же его корней, его словаря — дело важное, но более зависящее от тренировки. Это придёт! Точно так же тот из вас, кто захочет быть языковедом, должен больше всего внимания уделять им, этим незаметным труженикам языка — суффиксам, окончаниям, префиксам[37]. Это они делают язык языком. По ним мы судим о родстве между языками. Потому что они-то и есть грамматика, а грамматика — это и есть язык. Так или примерно так лет двадцать пять[38] тому назад говорил нам крупный советский языковед Лев Владимирович Щерба[39], учеником которого я имел честь когда-то быть» (http://russian-prose.myriads.ru/%D3%F1%EF%E5%ED%F1%EA%E8%E9%2C+%CB%E5%E2/1865/67.htm).

«Глокая куздра», придуманная Л.В. Щербой, представляет собой очень продуктивное наглядное пособие, которое позволяет многое, включённое в тематику настоящей лекции, показать непосредственно, а кроме того позволяет подойти к ряду других значимых вопросов и получению ответов на них.

Прежде всего, необходимо обратить внимание, что предложение, составленное из самих по себе бессмысленных слов, всё же выражает некий смысл, который Л.В. Щерба передал русским языком так: “Нечто женского рода в один приём совершило что-то над каким-то существом мужского рода, а потом начало что-то такое вытворять длительное, постепенное с его детёнышем.”

По сути это — иллюстрация того, что морфологические[40] и грамматические языковые конструкции сами по себе порождают некий смысл, который можно назвать контекстуальным, определяемый именно ими, а не значениями корней слов, входящих в предложение. Это обстоятельство выявилось в чистом виде, не затенённом сложившимися исторически словарными значениями слов предложения, именно благодаря отсутствию смысловых значений у корней слов, на основе которых Л.В. Щерба построил своё наглядное пособие по языкознанию.

Но это же обстоятельство означает, что при употреблении естественных для языка слов, в основе которых лежат смысл-содержащие корни, следует быть точным: как в подборе слов (включая и избрание одного из многих возможных синонимов), так и в «оснащении» корней приставками, суффиксами, окончаниями; в избрании того или иного порядка слов в предложении и в расстановке пунктуационных знаков либо интонаций и пауз в изустной речи, поскольку морфология, грамматика языка оказывают своё воздействие, некоторым образом дополняя или изменяя словарные значения слов.

Кроме того, специфическая фонетика языка вызывает те или иные эмоции, которые также оказывают воздействие на осмысление текста (речи) читателем (слушателем). Это проявилось и в эпизоде, который описал Л.В. Успенский: Л.В. Щерба, приводя примеры того, как разные художники могли бы проиллюстрировать его повествование «о куздре», не привёл ни оного примера, в котором эта «куздра» проявила бы свою некую созидательную сущность. Причина возникновения образных представлений о «куздре» именно как о несозидательном явлении, на наш взгляд, — эмоции, которые вызывает звучание фразы, непосредственно воздействуя на бессознательные уровни психики.

Сказанное также касается формирования абзацев и текстов в целом из предложений, которые в реальном контексте оказывают воздействие на передачу смысла как предшествующими, так и последующими фрагментами текста. Всё это обуславливает точность выражения смысла и возможности извлечь вложенный смысл из текста (речи) без искажений, запрограммированных неточностями словоупотребления, морфологическими и грамматическими ошибками и общими ошибками в построении структуры текста (речи).

При этом надо отметить, что одно и то же содержание по-разному воспринимается из текста и из устной речи вследствие того, что текст и изустная речь по-разному форматируются «тактовыми частотами»:

·    длина предложений в изустной речи обусловлена, прежде всего, частотой дыхания: мало кто может произнести фразу продолжительностью в несколько вздохов так, чтобы вдох приходился на паузы между словами и не разрывал бы фразу на бессмысленные фрагменты; в большинстве случаев продолжительность фразы не больше, нежели продолжительность выдоха;

·    ритмика текста обусловлена другими факторами, которые менялись на протяжении истории: частота обмакивания пера в чернильницу (осталось в прошлом), частота переноса вдоль строки кисти руки, держащей перо (ныне — карандаш или авторучку), ширина листа, обуславливающая длину строки и частоту переноса руки на новую строку, это — те факторы, с которым алгоритмика психики согласует процесс выражения мысли в тексте.

Вследствие того, что эти тактовые частоты, управляющие выдачей информации из психики индивида во внешний мир, при написании текста и в изустной речи не совпадают друг с другом, их несовпадение — одна из причин, почему предварительно написанные речи в большинстве своём не являются шедеврами ораторского искусства и аудитория плохо воспринимает их смысл, в сопоставлении их с речами, произносимыми от души и ориентированными непосредственно на конкретную аудиторию. По этим же причинам из текстов в оригинальном авторском форматировании, в принципе, можно извлечь больше информации и она будет менее искажена, нежели из текстов, форматирование которых было изменено в процессе издания, тем более это касается случаев, если изначально тексты были рукописными.[41]

Кроме того, при молчаливом чтении «про себя» люди в их большинстве нечувствительны к фонетическим и мелодическим огрехам, которые обнажаются при чтении того же текста вслух.[42] При этом надо понимать, что замена вызывающих неприятие по своему звучанию слов на другие слова в ряде случаев влечёт за собой потерю точности выражения смысла в предложении. Поэтому для сохранения точности передачи смысла и обеспечения благозвучности речи необходимо не заменять одни слова в структуре предложения на другие, а формировать иные по своей структуре и звучанию предложения.

Сделав это отступление в область психологической подоплёки личностной культуры изустной и письменной речи, вернёмся к фразе о деяниях «глокой куздры». Более глубокое её понимание, нежели то, что дал студентам Л.В. Щерба в своей лекции, не представляется возможным. Причины невозможности более содержательного понимания ясны из последующего повествования Л.В. Успенского: слушатель и читатель предложения про деяния «глокой куздры» не знает, какие образы в своей психике следует сопоставить словам предложенного ему текста.

И даже если бы попросить разных художников проиллюстрировать фразу «про куздру», то вряд ли они смогут сделать это хотя бы так, как представил студентам Л.В. Щерба: кому-то «куздра» умозрительно может видеться как стихийная сила; кому-то — как представитель фауны, но скорее всего — фауны не реальной, а некой сказочной; кто-то уже определил её в «гномихи» из толкиенского Средиземья[43]; а кто-то пренебрежительно именует «куздрой» свою жену, в которой разочаровался за долгие годы совместной жизни; но скорее всего большинство художников отвергнут предложение стать иллюстраторами этой фразы.

Т.е. полная неопределённость или отсутствие образов, образных представлений, с которыми в психике индивида необходимо однозначно связать морфологические и грамматические конструкции языка, полностью исключает возможность понимания придуманной Л.В. Щербой фразы. Это отличает повествование «о куздре», например, от общеизвестных строк А.С. Пушкина:

Под голубыми небесами

Великолепными коврами,

Блестя на солнце, снег лежит;

Прозрачный лес один чернеет,

И ель сквозь иней зеленеет,

И речка подо льдом блестит.

Тот или иной зимний пейзаж встаёт из стихов А.С. Пушкина перед внутренним взором помимо воли, вследствие чего они в наивысшей степени понятны в культуре России почти всем.

Так языковая модель «глокая куздра» академика Л.В. Щербы в сопоставлении её с повседневной языковой практикой позволяет нам сделать важные выводы, а по существу — определить метрологически состоятельные[44] значения терминов:

·    Понятие как явление в психической деятельности человека это — однозначная взаимосвязь в психике индивида языковых конструкций того или иного языка и субъективных образных (а также и музыкальных[45]) представлений о Жизни, свойственных личности.

Причём в данном случае речь идёт не только об исторически сложившихся языках народов, но и об искусственных и специфических языках науки и других отраслей деятельности, таких как математика в её приложениях к решению практических задач, профессиональные слэнги (жаргоны) и разного рода языки-шифры, назначение которых скрыть информацию от посторонних (т.е. фраза про «глокую куздру» в неком языке-шифре может быть однозначно понимаемой).

·    Соответственно, миропонимание как явление в психической деятельности человека это — совокупность понятий и система взаимосвязей между ними, существующие в психике индивида.

·    А мировоззрение как явление это — совокупность субъективных образно-музыкальных представлений о Жизни и система взаимосвязей между ними, существующие в психике индивида.

При выраженном выше понимании таких явлений в психике индивида как «понятие», «миропонимание», «мировоззрение» становится ясным, что способность к взаимопониманию разными людьми друг друга основывается:

·    со стороны пишущего (говорящего) — на его навыках закодировать свои субъективные образно-музыкальные представления о предметной области, ставшей темой повествования, в общепринятых языковых средствах или же — развить языковые средства в тех случаях, когда имеющиеся в культуре общества языковые средства не позволяют закодировать образные представления адекватно;

·    со стороны читающего (слушающего) — на его навыках на основе восприятия им языковых конструкций (родной речи, иностранного языка, языка моделей на основе математического аппарата и т.п.) построить в своей психике образно-музыкальные представления о явлениях жизни, достаточно хорошо совпадающие с образно-музыкальными представлениями автора текста (речи), повествующего о тех же явлениях.

Структурная и содержательная идентичность мировоззрения и миропонимания многих людей, являющаяся основой их взаимопонимания, непрестанно воспроизводит единство общества; при этом специфика тех или иных множеств людей в аспекте содержания и структуры мировоззрения и миропонимания, складывающаяся в пределах этой общей для всех идентичности, выражается в наличии в обществе того или иного множества социальных групп, характеризуемых большей частью по внешне видимым признакам профессионализма, социального статуса и т.п.

В этом состоит социальная роль мировоззрения и миропонимания индивидов и той составляющей культуры общества, на основе которой вырабатываются мировоззрение и миропонимание новых поколений.

———————

Главная задача студента при изучении курса «Основы социологии»

Соответственно сказанному выше задача изучающих курс «Основы социологии» — не запомнить сходу и не вызубрить как можно больше различных текстов на темы социологии и её отраслей, а сформировать свои собственные, адекватные Жизни, образно-музыкальные представления о предметной области социологии, её отраслей, а главное — о методологии познания и творчества.

Если это не получается сделать умозрительно, то надо не стесняться, а рисовать картинки.

Собственно для того, чтобы так определённо показать задачу студентов при освоении любых учебных курсов, нам пришлось заняться рассмотрением проблем психологии не с общего обзора, а с частного вопроса о том, что представляют собой такие явления в психике личности, как «понятие», «миропонимание», «мировоззрение».

2. Типы мировоззрения и миропонимания

Теперь рассмотрим типы мировоззрения и миропонимания, классифицируя их по характеру организации в них информационных модулей, а не по тематике содержания, выражающей своеобразие культуры обществ на достигнутых ими стадиях исторического развития и специфику профессионализма и особенности биографии индивида.

Можно представить себе мировоззрение, в котором нет устойчивых во времени связей его компонент друг с другом, обусловленных самими же компонентами мировоззрения, а также — матрицей возможных состояний и переходов материи из одних состояний в другие[46] (выделенное курсивом — характеристическое уточнение). Имеющиеся связи носят непродолжительный во времени характер, исчезают и возникают под воздействием изменений настроения индивида и активности тех или иных процессов в его психике, а также и под воздействием входящих потоков информации. Иными словами мировоззрение представляет собой собрание разного рода частностей, в своём большинстве не связанных друг с другом. Если искать метафору для характеристики такого типа мировоззрения, то наиболее подходящая метафора это — калейдоскоп[47].

Альтернативу калейдоскопическому мировоззрению представляет собой мозаичное мировоззрение. В нём существуют устойчивые во времени связи между его компонентами, обусловленные самими же компонентами, а главное — матрицей возможных состояний и переходов материи из одних состояний в другие. Изменения мозаичного мировоззрения происходят в результате чувственно-мыслительной деятельности индивида и представляют собой расширение тематического состава мозаики и замену одних её фрагментов другими (более детальными или альтернативными по своему характеру прежним тематически однородным), а также и изменение системы взаимосвязей компонент мозаики друг с другом.

Названные типы мировоззрения представляют собой два крайних случая. В чистом виде в жизни они в психике людей вряд ли существуют. Реальные мировоззрения одних людей более калейдоскопичны, других — более мозаичны. При этом в калейдоскопе могут «крутиться» какие-то мозаики, носящие частный характер (например, обусловленный профессиональной деятельностью). А в целом мозаичная картина Жизни в психике других людей может содержать какие-то частные калейдоскопические фрагменты, компонентами которых также могут быть какие-то ещё более частные мозаики.

Также надо понимать, что реальные калейдоскопы и мозаики, которым мы уподобили типы мировоззрения, носят в жизни двумерный характер (т.е. они развёртываются на плоскости или криволинейной поверхности), реальное же мировоззрение — многомерно: уподобление его типов калейдоскопу и мозаике (и далее по тексту уподобление миропонимания «кубику Рубика») — всего лишь аналогии, позволяющие умозрительно представить и понять характер взаимосвязей между компонентами мировоззрения (а также и миропонимания).

Кроме того и мозаичные в своей основе мировоззрения разных людей могут принадлежать к одному из двух подтипов. Каждый из подтипов мозаичного мировоззрения характеризуется направленностью наращивания общего числа своих компонент в процессе детализации и упорядоченностью развития структуры мозаики. Вариантов два, и они взаимоисключающи по отношению к одной и той же мировоззренческой мозаике как компоненте мировоззренческой системы индивида.

Мозаичное мировоззрение может развиваться в направлении:

·    либо «от общего к частностям»;

·    либо «от частностей к общему».

Об особенностях содержания каждого из типов мозаик мы поговорим позднее (в лекции 4) и тогда же дадим им названия.

Соответственно компонентами мировоззрения индивида как системы, включающей в себя некоторый набор элементов, могут быть мозаики обоих типов одновременно, при этом мозаики как компоненты мировоззренческой системы индивида могут отчасти пересекаться по своему содержанию, а отчасти могут быть специализированными, т.е. включать в себя не совпадающие друг с другом аспекты восприятия Жизни индивидом. При этом возможны конфликты различных мировоззрений-компонент в пределах одной и той же мировоззренческой системы в психике индивида.

Короче говоря:

Мировоззрение индивида может быть большей частью калейдоскопическим либо большей частью мозаичным, а мозаики в составе мировоззренческой системы личности могут принадлежать к одному из двух подтипов, характеризуемых направленностью их развития: либо от «общего к частностям», либо «от частностей к общему».

Здесь необходимо обратить внимание, что процесс мышления на основе обоих типов мозаик может протекать в обоих направлениях: и «от общего к частному», и «от частного к общему», но в развитии мозаик всегда доминирует какая-то одна направленность, в которой смена направления на противоположное может быть только краткосрочным эпизодом, обусловленным необходимостью внесения каких-то уточнений в структуру мозаики и устранения в ней ошибок.

Поскольку миропонимание представляет собой совокупность понятий и их взаимосвязей в психике индивида, а всякое понятие это — определённая связь образно-музыкальных представлений с языковыми конструкциями в психике индивида, то всё сказанное выше о классификации мировоззрений относится и к классификации миропониманий.

Особенность, отличающая структуру миропонимания от структуры мировоззрения, в том, что мировоззрение — основа миропонимания и одновременно — его составляющая, вследствие чего связи между компонентами миропонимания носят двухуровневый характер: в миропонимании на уровне мировоззрения (т.е. во множестве образно-музыкальных представлений) существует одна система связей, а на уровне языковых конструкций — вторая система связей, обусловленная словарным составом[48], морфологией, грамматикой и фонетикой[49] языка, дополняющая систему связей уровня мировоззрения. При этом языковой уровень связей в миропонимании способен быть основой как для установления первоначально отсутствующих связей на уровне мировоззрения, так и для исправления ошибок в мировоззрении.

При этом одна из функций языка в культуре общества состоит в том, что он может быть средством выявления ошибок как в собственном мировоззрении и миропонимании индивида, так и в мировоззрении и в миропонимании других; а также — быть средством развития мировоззрения и миропонимания в аспекте расширения их тематики и детальности. Но эту функцию язык может выполнять только в общении людей — либо непосредственном, либо через тексты. Человек — существо общественное, и люди развиваются и совершенствуются в общении друг с другом, одним из средств обеспечения чего является язык как объективная данность и культура пользования языком, свойственная обществу.

Связи между компонентами мировоззрения и компонентами языков, образующие миропонимание, носят множественный характер вследствие того, что многие слова в языках обладают несколькими словарными значениями, а, кроме того, попадая в определённый контекст, слова и другие языковые конструкции могут обретать контекстуально обусловленный смысл, который может быть даже противоположным словарным значениям либо не совпадать ни с одним из них. То же касается и связи разного рода математических и иных абстракций с компонентами мировоззрения.

Такого рода множественные связи между компонентами мировоззрения и языковыми конструкциями должны обретать однозначную определённость в процессе пользования языковыми средствами, однако личностная языковая культура многих людей этому требованию не удовлетворяет ни тогда, когда они сами что-то говорят или пишут, ни тогда, когда они слушают других или читают чужие тексты. Поэтому любой текст или речь для них — в большей или меньшей мере повествование «о глокой куздре».

Головоломка «кубик Рубика»[50], популярная в 1970‑е — 1980‑е гг., представляет собой хорошую аналогию, зримо представляющую характер взаимосвязей мировоззрения и миропонимания. Одну грань «кубика Рубика» можно уподобить мировоззрению, противоположную грань — языку. Грани, перпендикулярные двум названным, можно уподобить связям компонент мировоззрения с языковыми конструкциями. Кубик в целом при таком представлении является аналогом миропонимания. Ясно, что необходимо правильно собрать и «грань-мировоззрение», и «грань-язык», и правильно установить грани-связи компонент мировоззрения с конструкциями языка. Только в этом случае «кубик-миропонимание» будет собран правильно, и на основе правильно собранных мировоззрения и миропонимания можно будет успешно решать различные житейские задачи.

Вследствие специфики словарного состава, морфологии, грамматики и фонетики разных языков одно и то же мировоззрение не может одинаково выражаться в разных языках.

По отношению к культуре человечества в целом, сказанное подразумевает, что:

·    объективно существует возможность построить некоторое наилучшее по своей функциональности мировоззрение;

·    этому наилучшему по своей функциональности мировоззрению должен соответствовать некий язык, в котором наилучшее по своей функциональности мировоззрение выражалось бы наиболее полно и адекватно.

Ответ на вопрос о предпочтительности того или иного варианта мировоззрения и миропонимания может быть получен только на основе рассмотрения функций мировоззрения и миропонимания в психике индивида.

3. Функциональное назначение мировоззрения и миропонимания

в психике индивида и вопрос

об эффективности различных типов мировоззрения и миропонимания

Наиболее значимая функция мировоззрения в психике индивида состоит в том, что мировоззрение является средством моделирования течения событий в жизни во множестве вариантов в темпе, опережающем реальное течение событий, что позволяет заблаговременно выявлять неприемлемые варианты возможного будущего, выбирать приемлемые и вырабатывать в некотором смысле наилучшую линию поведения индивида в жизни.

Поток событий в жизни это — цепи причин и следствий, образующие собой сети вследствие того, что большинство причин влекут за собой множественные следствия, а большинство возможностей становятся реальными событиями под воздействием множества причин.

Вопрос о различении и разграничении различных событий субъектом — это особая тема, которую мы рассмотрим в последующем. Тем не менее при рассмотрении проблематики функциональной эффективности мировоззрений различных типов, не вдаваясь в детали, достаточно признать, что всякий индивид — маленькая частица бесконечной Жизни, к тому же ограниченная как по продолжительности своего бытия, так и по информационной ёмкости структур своего организма.

Соответственно этим обстоятельствам дискретный характер мировоззрения при конечном наборе входящих в его состав образно-музыкальных модулей — средство, позволяющее с некоторой детальностью отобразить бесконечность Жизни в ограниченность индивида.

Наряду с этим Жизнь это — бесконечный поток причинно-следственных связей.

Вследствие того, что в калейдоскопическом мировоззрении устойчивые связи между компонентами мировоззрения, обусловленные самими компонентами и матрицей возможностей, отсутствуют, а временные связи неустойчивы и обусловлены настроением индивида и потоком его чувств, то калейдоскопическое мировоззрение — плохая модель Жизни, не способная адекватно отобразить поток реальных причинно-следственных связей. Вследствие этого носители калейдоскопического мировоззрения в самостоятельном поведении обречены на множественные и частые ошибки, и реально в своей жизни становятся заложниками обстоятельств и оказываются в зависимости от тех, кто в своём поведении опирается на мировоззрение, более адекватно отображающее причинно-следственные связи Жизни как таковой. По существу неадекватность Жизни мировоззрения и миропонимания одних создаёт основу для того, чтобы над ними владычествовали другие, в том числе и злоупотребляя своими способностями и социальным статусом.

Различие людей по типам мировоззрения и миропонимания всегда ощущалось обществами и находило своё выражение в культуре. Так калейдоскопический тип мировоззрения издревле характеризуется поговоркой «в огороде — бузина, а в Киеве — дядька…». В украинском языке у неё есть аналог: «Василь бабе — тiтка», которая в переводе на русский означает «Василий — тётка жены», на основании чего можно придти к «выводу», что «дядьку в Киеве зовут Василь»…

Мозаичное мировоззрение, в котором связи между его компонентами устойчивы и обусловлены самими компонентами, как представляется, способно быть более работоспособной моделью Жизни. Однако, как было отмечено выше, мозаичное мировоззрение может принадлежать к одному из двух базовых подтипов, каждый из которых характеризуется направленностью развития мозаики (либо «от общего к частностям», либо «от частностей к общему»), либо быть комбинацией нескольких мозаик, принадлежащих к разным подтипам.

Поэтому встаёт вопрос: Какой из двух подтипов мозаичного мировоззрения более эффективен в качестве субъективной модели Жизни как таковой?

4. Функциональность мировоззрений и миропониманий различных типов

Хотя известно, что «аналогия — не доказательство» и это справедливо в общем случае, однако аналогичность разных явлений в каких-то аспектах, в которой выражается некоторая общность для них законов Природы, во многих случаях подтверждается принципом «практика — критерий истины». Кроме того, такого рода аналогии позволяют зримо или умозрительно представить те явления, которые не всегда удаётся воспринимать непосредственно. И это свойство аналогий позволяет сформировать образные представления и о многих абстракциях, и о явлениях, недоступных для непосредственного восприятия.

Памятуя об этом, различие в эффективности обоих названных подтипов мозаичного мировоззрения, поясним в форме аналогии.

Представим, что в нашем распоряжении оказался некий агрегат и мы хотим узнать, как он устроен и понять цели и принципы его работы. Вооружившись неким интраскопом[51], гаечными ключами и отвёртками, паяльниками и прочим оборудованием, как показывает история, люди оказываются в состоянии разобрать, понять назначение и принципы действий даже боевых взрывных устройств, конструкция которых воплощала в себе требование неизвлекаемости и неразбираемости.

А теперь представим, что тот же некий агрегат поступил к нам в виде «конструктора без инструкции по сборке и регулировке», т.е. в виде комплекта деталей. И даже если для его сборки объективно необходимы только гаечные ключи и отвёртки и нет потребности в сварке и склейке на основе спецтехнологий, то, чем больше деталей включает в себя конструкция этого агрегата — тем больше шансов у нас, что с первой попытки нам его собрать правильно не удастся и мы не сможем его отрегулировать так, чтобы обеспечить его должную работоспособность.

Широко известный анекдот про полярника, который разбирал своё ружьё, чтобы почистить, а кто-то из друзей в кучу деталей подкинул лишний винтик, после чего полярник едва не свихнулся, многократно разбирая и собирая ружьё, пытаясь найти в его конструкции место этому якобы вынутому им при разборке винтику, — об этом.

Эти аналогии иллюстрируют то обстоятельство, что:

·    процесс развития мировоззренческой мозаики в направлении «от общего к частностям» сам по себе обладает более высокой степенью помехоустойчивости и безошибочности своего развития, нежели процесс сборки мозаики в направлении «от частностей к общему», что обусловлено и общеприродными закономерностями, и определённым субъективизмом людей;

·    кроме того, процесс сборки мозаики в направлении «от частностей к общему» в силу субъективных особенностей культуры мышления индивида может стать нескончаемо безрезультатным, если личностная культура мышления индивида характеризуется поговоркой «за деревьями леса не видит».

Эта поговорка тоже древняя, и по своему существу она подразумевает необходимость развития мозаичного мировоззрения в направленности «от общего к частому», т.е. по отношению к реальному лесу — сначала надо увидеть лес, а только после этого имеет смысл заниматься изучением его организации (структуры): какие почвы, какие в почве микроорганизмы, какие породы деревьев, из каких растений состоит подлесок и травяной покров, какая живность обитает в этом лесу, в каких пропорциях в нём представлены разные виды флоры и фауны, и как сложились пищевые цепи в его биоценозе и т.п.[52]

Если же заниматься только частностями, не видя общего, которое объединяет эти частности, то в их обилии можно утонуть, так и не завершив (пусть даже ошибочной в чём-то) сборки мозаики, получить калейдоскоп, который от переполнения частностями может и заклинить (поговорка «башню клинит» — об этом).

Вследствие того, что процесс развития мозаики в направлении «от общего к частностям» более помехоустойчив и более защищён от ошибок, то мозаичное мировоззрение, основанное на этом подтипе мозаики, представляется более функциональной моделью Жизни как таковой в психике индивида, нежели другие виды мировоззрения.

Подводя итоги этой лекции можно сделать вывод, что по отношению к задаче многовариантного моделирования течения событий в темпе, опережающем их реальное течение в Жизни как таковой:

·    наименее функциональным, является калейдоскопическое мировоззрение;

·    мозаичное мировоззрение, развёрнутое в направлении «от частностей к общему», более функционально, чем калейдоскопическое, но по своей эффективности уступает мозаичному мировоззрению, развиваемому в направленности «от общего к частностям», вследствие как объективных причин, так и субъективно не выявляемых самостоятельно ошибок его носителей;

·    наиболее функциональным и эффективным, а также помехозащищённым и обеспечивающим способность индивида к эффективной самодиагностике в нём ошибок, является мозаичное мировоззрение, развёртываемое в направлении «от общего к частностям».

И зная о различиях трёх названых выше типов мировоззрения и миропонимания, всякий индивид, если подумает, то способен осознать, как какому из этих типов мировоззрения и миропонимания ближе его собственная психика.

Сказанное здесь об эффективности мировоззрений различных типов также относится и миропониманиям различных типов.

Названные особенности мировоззрений и миропонимания различных типов, говорят о том, что правильная школа должна содействовать тому, чтобы у детей их творческими усилиями формировалось мозаичное мировоззрение, развиваемое в направлении «от общего к частностям». По этой же причине, чтобы дать представление о социологии как о системной целостности, две первые лекции были посвящены общему обзору социологии, её предметной области, её отраслям и их взаимосвязям.

Лекция 3 в редакции от 26.03.2008 г.

Лекция 4. Предельные обобщения = первичные различия:

это — основы миропонимания

Мировоззренческое разделение общества. Предельные обобщения = первичные различия. Я-центризм: вещество, дух, пространство, время. Неизменность предельных обобщений Я-центризма в истории, его пороки. Я-центризм и предпосылки к атеизму и религиозности. Пример эзотерической альтернативы Я-центризму. Мировоззрение триединства материи-информации-меры. Ещё некоторые иллюстрации триединства материи-информации-меры. Переход от Я-центризма к мировоззрению и миропониманию триединства материи-информации-меры.[53]

1. Мировоззренческое разделение общества

После того, как мы выявили структурно различные типы мировоззрения и миропонимания и пришли к выводу о неравноценности их как средства многовариантного моделирования в психике индивида течения событий в темпе, опережающем течение событий в реальной жизни, встают вопросы о том:

·    как структурно-мировоззренческие различия людей выражаются в жизни культурно своеобразных обществ на протяжении истории?

·    в чём выражается содержательная специфика структурно-различных типов мировоззрения и миропонимания?

Эта проблематика никогда публично не обсуждается предметно ни в курсах философии, ни в курсах психологии и культурологии, а публикации по ней в «респектабельной» научной и публицистической литературе — крайне редки и малотиражны потому, что интересны и понятны далеко не «всем», а те, кому эта проблематика интересна и понятна, на протяжении всего обозримого исторического прошлого предпочитали обсуждать её только изустно, и только «в своём кругу»; и хотя с середины 1990‑х гг. в России эту проблематику стала затрагивать так называемая «бульварная» пресса, однако её публикации большей частью содержательно неадекватны затрагиваемой в них предметной области и носят во многом мифологизирующий её и провокационно-скандальный характер. И всё же изредка встречаются публикации, в которых суть вопроса о роли мировоззренческих различий в жизни обществ отображена: и по существу, и адекватно жизни.

Обратимся ко вполне респектабельному журналу «МОСТ», № 25, 1999 г. В нём опубликована статья руководителя Центра по разработке комплексных экономических программ «Модернизация» Евгения Гильбо «Технократия должна выдвинуть компетентных национальных лидеров». Названной статье предшествует преамбула:

«Существует две системы знаний о мире, а значит — и две системы образования. Первая система знаний предназначена для широких масс. Вторая — для узкого круга, призвание которого — управлять.

Исторически это различение[54] прослеживается во всех типах культур, с системой образования которых мы знакомы. Уже в Древнем Египте образование для чиновников и низших жреческих каст значительно отличалось от того, во что посвящали узкий круг избранных, составлявших верхушку жреческой касты и окружение фараонов. В древней Месопотамии мы видим подобное же различение. В древней Иудее знания для народа (Тора, Талмуд и летописи) также сильно отличалось от знаний, достигнутых левитами. Наконец, христианская церковь на протяжении своего господства над умами средневековой Европы также имела одну истину для народа и рядового клира, и совсем другую — для посвящённых».

Этот отрывок показателен как в отношении того, что в нём прямо сказано, так и в отношении того, что обойдено молчанием, хотя в истории человечества обойдённое в нём молчанием является категорией не меньшего порядка значимости, чем сказанное прямо, просто в силу специфики того, что осталось в умолчаниях: в умолчаниях остались ключи к пониманию характера исторически реальной глобализации.

Но поскольку мнения такого рода не входят в обязательный для всех «стандарт миропонимания»[55], то скептики имеют возможность успокаивать себя тем, что всё это — выдумки, и что мировоззренческие различия людей не носили и не носят системообразующего характера по отношению к организации жизни общества и взаимоотношениям людей в нём, а являются «личным делом» каждого и в них выражается своеобразие всякой человеческой личности, которое в силу своего единичного характера не способно оказать решающего влияния на жизнь общества (о том, что это своеобразие носит массовый характер и разделяет общество на два мировоззреченски различных подмножества, «не видящие за деревьями леса» искренне не догадываются и часто возражают в стиле «есть деревья, а леса нет», когда им предлагают посмотреть на «лес»).

Однако высказывания, содержательно аналогичные высказыванию Е. Гильбо, имеют место в разных культурах на протяжении всего обозримого исторического прошлого. Так, описывая возмущение Александра Македонского (356 — 323 до н.э.) по поводу опубликования некоторых философских учений Аристотелем (384 — 322 до н.э.), который был учителем Александра, Плутарх приводит весьма показательное письмо царя-полководца:

«Ты поступил неправильно, обнародовав учения, предназначенные только для устного преподавания. Чем же мы будем отличаться от остальных людей, если те самые учения, на которых мы были воспитаны, сделаются общим достоянием? Я хотел бы превосходить других не столько могуществом, сколько знаниями о высших предметах».

Успокаивая уязвлённое честолюбие и чувство превосходства Александра над «остальными людьми», Аристотель в своём ответе ему написал, что «хотя эти учения и обнародованы, но вместе с тем как бы и не обнародованы»…

В этом примере хорошо видно, что Александр Македонский — лидер так называемой социальной «элиты» — обеспокоен «нарушением» Аристотелем монополии на Знание определённых клановых группировок, поскольку монополия на Знание — основа их власти над невежественным обществом, источник пресловутого «могущества» и «превосходства»: как заметил девятнадцатью веками позднее Ф. Бэкон (F. Bacon, 1561 — 1626), «Knowledge itself is power» — «Знание по сути своей есть власть»[56].

И здесь надо догадаться самим, что Аристотель обеспокоен сохранением той же монополии на Знание ещё больше, чем Александр, и потому он был вынужден намекать[57] недогадливому Александру: осуществлённая публикация в некотором смысле дефективна, вследствие чего не позволяет овладеть Знанием в полной мере на основе её прочтения — требуются ещё некие пояснения; а возможно — и не только пояснения, но и сопереживание каким-то действиям носителей этих знаний, соучастие в какой-то их деятельности: практика — необходимая компонента НАСТОЯЩЕГО образования, в том числе и потому, что выявляет метрологическую несостоятельность и прочую неадекватность жизни разного рода псевдонаучных теорий.

Если Александр не понял сам того, на что ему вынужден был намекнуть Аристотель, то только потому, что не понимал специфики жреческо-знахарской власти в обществе. Вследствие этого непонимания он относил жрецов-знахарей к социальной «элите» вместо того, чтобы выделить их в особую социальную группу, отличную и от «простонародья», и от «элиты» прежде всего по особенностям своего мировоззрения.

Соответственно из этого же вопроса Александра следует, что:

·    сам он был ознакомлен только с тем, что ему посчитала необходимым дать корпорация жрецов-знахарей (в лице своей периферии — Аристотеля) для осуществления Александром возложенной ею же на него миссии.

·    с мировоззренческих позиций корпорации жрецов-знахарей Александр Великий, если он сам не понимает источников специфики знахарско-жреческой власти и не обладает ею, — такой же представитель толпы, как и все прочие представители простонародья и так называемой социальной «элиты».

Этот исторический факт, описанный Плутархом, показывает, что и так называемая социальная «элита», и знахарская корпорация (обычно именуемая — «жречество»[58]) — каждый в меру своего понимания — охраняли монополию на Знание и власть и сотрудничали в сфере управления, опуская своих подопечных по объективной мере понимания, но делая это также в меру своего понимания ответа на вопрос «что есть истина?». И это умышленное оболванивание людей с целью управления ими как своими орудиями имеет место на протяжении всей истории: вопрос только в том, какую конкретику это явление обретало в тех или иных обществах в соответствующие исторические периоды.

При этом следует обратить внимание ещё на одно обстоятельство: большинство тех, кто слышал о Плутархе и читал некоторые его произведения, знает его как одного из писателей-историков древности. Но мало кто знает, что он был («по совместительству») ещё и верховным жрецом Дельфийского оракула, вследствие чего в обязанности Плутарха входило общее руководство прогностической деятельностью оракула и доступом остального общества к полученным результатам, и как следствие — он соучаствовал в общем стратегическом управлении теми обществами, для правящей «элиты» и обывателей которых Дельфийский оракул был авторитетен.

И эта знахарско-жреческая власть была незаметной для остального общества, поскольку основывалась на «само собой разумениях», господствовавших в обществах, которые в преемственности поколений целенаправленно формировала сама же знахарско-жреческая корпорация. Вследствие этого, по мнению большинства носителей такого рода «само собой разумений», политика текла как бы сама собой или под воздействием воли таких людей, каким был Александр Македонский, а сами знахари — кукловоды всевозможных «великих» — оставались как бы в стороне.

Приведём относительно недавний пример такого рода «кукловодства». Приведём и более свежий пример. В. Пруссаков в книге «Оккультный мессия и его рейх» (Москва, «Молодая гвардия», «Шакур-2», с. 24) приводит выдержку из письма 1923 г.[59] Дитриха Эккарта, написанного им за несколько дней до смерти одному из своих посвящённых в нечто друзей:

«Следуйте за Гитлером! Он будет танцевать, но это я, кто нашёл для него музыку. Мы снабдили его средствами связи с Ними[60]. Не скорбите по мне: я повлиял на историю больше, чем любой другой немец».

Так один из старших приказчиков от мировоззрения поясняет истинную роль не самого заурядного клерка от идеологии, но понять его можно, только имея определённые представления об управлении вообще и об организации процессов управления в обществе.

И из приведённого ранее диалога в переписке между Александром и Аристотелем можно понять, что разница в миропонимании между Александром, Аристотелем и Плутархом — результат воздействия системы образования: Александр Македонский — исполнитель, ученик Аристотеля; Аристотель — «хозяин» того миропонимания, которое Александр обрёл под его руководством; но и сам Аристотель — тоже всего лишь исполнительная периферия того уровня в иерархии жреческо-знахарской власти, к которому принадлежал Плутарх и другие — более высоко посвящённые, нежели Аристотель, — знахари-иерархи.

Несколько далее в упомянутой выше статье Е. Гильбо он прямо пишет об этом, но не вообще, а применительно к его пониманию современных потребностей развития России:

«Повторюсь, речь идёт не о каких-то тайных знаниях (предназначенных для высших посвящённых в науку и практику управления: наше пояснение при цитировании), но об определённом видении мира, способности осознать и усвоить эти представления, применить их к строительству эффективной экономической структуры российского общества» (выделено курсивом нами при цитировании).

Если слова, выделенные курсивом в последней фразе, заменить на следующий оборот речи: «применять их в практической деятельности», — то фраза Е. Гильбо обретёт общеисторическую значимость по отношению к истории всех обществ, для которых характерно наличие трёх мировоззренчески различных систем образования: образования «для всех», образования «для правящей элиты», образования «для знахарско-жреческой корпорации». В результате такого построения системы образования в обществе непрестанно воспроизводится иерархия, основанная на знаниях и миропонимании, в которой каждый в меру своекорыстия и своего понимания работает на себя, а в меру непонимания — на тех, кто понимает больше.

То есть Е. Гильбо знает, что образование «для высших» в перечисленных им культурах древности и большинстве других, которые он упоминать не стал, отличалось от образования «для всех» не столько фактологией предоставляемых знаний (Мир общий для всех, вследствие чего факты тоже большей частью общедоступны для изучения), а формированием мировоззрения, точкой зрения на Мир, отношения к нему (а точки зрения могут быть разные, и с одних точек зрения видно хуже, а с других видно лучше: больше и детальнее); и как следствие — формированием миропонимания. Однако, высказав приведённое выше, Е. Гильбо не стал вдаваться в содержание каждой из мировоззренческих систем, разделяющих общество на две части, неравные в своём отношении к Жизни и в дееспособности.

Если же обратиться к рассмотрению существа различий мировоззренческих систем, разделяющих общества на три неравные по своей дееспособности части, то выяснится, что:

·    Так называемым «всем», включая и так называемую «социальную элиту», предназначены «калейдоскопы» как основа личностной мировоззренческой системы и «мозаики», большей частью профессионально ориентированного характера, развиваемые в направлении «от частностей к общему». Мозаика как основа мировоззренческой системы личности тоже допустима, но только одного специфического типа: наиболее распространённым в истории и общим для многих людей типом мозаик является мозаика, развиваемая в направлении «от самого себя как от центра Мира к пределам Вселенной».

При этом представители «элиты» по структуре их мировоззрения в большинстве своём не отличаются от представителей «простонародья». Различие между ними состоит в том, что представители «элиты» более информированы: т.е. их мировоззрение охватывает более широкий тематический спектр и развито до большей степени детальности. Однако много знаний при неадекватной организации мировоззрения и миропонимания вовсе не гарантируют превосходства в дееспособности над знающими меньше, но чьё мировоззрение организовано адекватно (это к вопросу о состоятельности в некоторых ситуациях одного из афоризмов Мао Цзэдуна: «будешь много читать — императором не станешь»).

·    А меньшинству, наиболее полновластному в обществе и воспроизводящему себя в преемственности поколений в каждом культурно своеобразном обществе на вполне определённой нравственно-этической основе, предназначены «мозаики», развиваемые в направлении «от общего к частному» как более функциональные и обеспечивающие превосходство в дееспособности их носителей над остальными членами общества.

2. Предельные обобщения = первичные различия

Однако мозаичные мировоззрения, развиваемые в каждом из двух взаимоисключающих друг друга в одном процессе направлений, отличаются не только устойчивостью алгоритмики их сборки и способностью обеспечить самодиагностику ошибок индивидом в своей мозаике, о чём говорилось в разделе 4 лекции 3, но и содержанием мозаик каждого из подтипов.

Если задаться мировоззренческой категорией «Всё вообще», которая включает в себя всё, объективно существующее, то встаёт вопрос о первичных различиях в ней, которые должны быть определены на первом шаге построения мозаики в направленности процесса её развития «от общего к частностям».

Если же идти в обратном направлении «от частностей к общему», то встаёт аналогичный по существу вопрос о предельных обобщениях, которые предшествуют шагу окончательного обобщения и порождению мировоззренческой категории «Всё вообще».

Оказывается, что набор первичных различий в категории «Всё вообще» при развёртывании мозаики в направлении «от общего к частностям» и набор предельных обобщений, предшествующих категории «Всё вообще» при развёртывании мозаики в направлении «от частностей к общему» вовсе не обязательно совпадают друг с другом: в подавляющем большинстве случаев развитие мозаики в направлении «от себя, как от наиболее устойчиво воспринимаемой частности, к пределам Бытия» порождает набор предельных обобщений, предшествующих категории «Всё вообще», не совпадающий с набором первичных различий при развитии мозаики в направлении «от общего к частностям».

По существу сказанное означает, что в мозаики одного подтипа не будут отображаться те объективные явления, которые отображаются в мозаики другого подтипа: в мозаиках одного подтипа они будут либо отсутствовать, либо в них в одном и том же мировоззренческом или понятийном модуле будут сливаться и смешиваться объективно не тождественные друг другу, т.е. объективно разные явления.

То есть, один из подтипов мировоззрения будет в чём-то не полон, а в чём-то смутен, расплывчат[61], вследствие чего его носители будут обречены своими системно-мировоззренческими ошибками на множество ошибок в прогностике и в выборе смысла своей жизни, в выработке и в осуществлении линии поведения, реализующей смысл жизни.

Этот вывод ставит нас перед необходимостью войти в рассмотрение процессов становления и развития мозаик в каждом из направлений.

3. Я-центризм: вещество, дух, пространство, время

Упомянутое выше содержательное различие мозаик обоих типов обусловлено двумя факторами:

·    спецификой мировосприятия человека, в основе чего лежит его биология;

·    и тем обстоятельством, что человек не рождается с готовым к употреблению мировоззрением и миропониманием некоего идеального «совершенного человека», но мировоззрение всякого индивида формируются в процессе личностного становления, начиная с внутриутробного периода жизни, по мере того, как органы чувств и структуры нервной системы в целом и головного мозга, в частности, развиваясь, становятся способными поддерживать свойственные им функции; потом по выходе из младенчества на основе продолжающего развиваться мировоззрения по мере освоения речевых навыков, развития интеллекта и культуры мышления формируется миропонимание.

Мировоззрение и миропонимание развиваются на основе информации, приносимой в психику индивида его органами чувств. По отношению к органам чувств подавляющего большинства людей вся Объективная реальность, распадается на две составляющих:

·    То, что ощущается непосредственно органами чувств.

·    То, что органами чувств непосредственно не ощущается, но не ощутимое непосредственно присутствие чего выявляется рассудочно-интеллектуально на основе осмысления ограниченного возможностями органами чувств восприятия Мира. Иными словами, к этой категории относится всё то, что соответствует рассудочной активности индивидов на тему «есть, что-то ещё за пределами восприятия наших органов чувств».

Развитие мировоззрения и миропонимания невозможны без некоторой интеллектуальной деятельности. Одно из направлений интеллектуальной деятельности — обобщение частностей. На уровне миропонимания обобщение частностей выражается как самостоятельное порождение индивидом обобщающих понятий и освоение обобщающих понятий, уже наличествующих в культуре. На уровне мировоззрения процесс обобщения частностей выражается в сведении частностей во множества по каким-то характерным для каждого множества признакам и оперирование множествами образов как в процессе моделирования течения событий, так и в процессе дальнейших обобщений частностей.

Процесс накопления частностей и их обобщение наиболее интенсивно протекает в детстве и подростковом возрасте: «киска» и «собачка» это — животные, а «Волга», «Мерседесы» и прочие «машинки» — автомобили. Спустя какое-то время такого рода последовательности обобщений приводят к понятию «биосфера» и осознанию биосферы как явления, а всё рукотворное сводится к понятиям «техносфера», «памятники и достижения культуры» и т.п.

В результате во взрослую жизнь индивид входит с мировоззрением и миропониманием, структура последовательности обобщений в которых в целом сформировалась и в которые — при сохранении их структурного типа — на протяжении дальнейшей жизни вносятся какие-то новые частности и переопределяются взаимосвязи между компонентами. Это касается подавляющего большинства людей. Исключения, когда в жизни людей на каком-то этапе происходит кардинальная перестройка структуры последовательности обобщений, и соответственно — мировоззрения и миропонимания — крайне редки.

При этом, если не с внутриутробного периода жизни, то с младенчества, наиболее устойчиво воспринимая органами чувств и осознаваемая индивидом на основе чувств частность — это сам индивид. Вследствие этого его собственное «Я» обретает в процессе становления и развития мировоззренческой системы личности и миропонимания ранг «начала системы координат», с которым непосредственно или через цепочки взаимосвязей соотносятся все частности и все обобщения. Иными словами собственное «Я» объективно обретает в мировоззрении и миропонимании ранг центра Мироздания (в русском языке это характеризуется фразеологизмом «взгляд со своей колокольни»). Поэтому мировоззрение, складывающееся в процессе личностного развития на основе информации, поступающей от органов чувств непосредственно или из культуры, в которой выразилось такое же по характеру своего развития мировоззрение, можно назвать «Я-центричным». При этом термин «Я-центризм» в настоящем контексте указывает только на место корня мысленного древа, из которого развивается мозаичная картина-модель Жизни как таковой в психике индивида, но вовсе не подразумевает ярко выраженного эгоизма, как притязаний обладать всем, командовать всеми и ни перед кем ни за что не отвечать, хотя и такого рода эгоизм в своей основе имеет Я-центричное мировоззрение и миропонимание.

Кроме того, непрестанное изменение обстоятельств, непосредственно воздействующих на «Я-центр», может привести к тому, что из Я-центра будет развёртываться практически одновременно несколько вариантов мозаики, которые будут отличаться друг от друга компонентами, непосредственно связанными в мировоззрении с Я-центром и находящимися вблизи от него по цепочкам взаимосвязей.

Эти варианты могут быть не во всём совместимы друг с другом, вследствие чего, если процесс мышления сопровождается «перескакиванием» интеллекта с одного варианта мозаики на другой, то результаты мыслительной деятельности будут неадекватны или же многократные размышления на одну и ту же тему будут приводить к различным результатам, несовместимым друг с другом. Такой дефект мышления людей характеризуется поговоркой «семь пятниц на неделе»: и ещё хорошо, если только «семь пятниц на неделе», поскольку в календаре одного из персонажей Н.В. Гоголя была и такая дата, как «мартобря[62] 86‑го числа». Иначе говоря, Я-центризм при некоторой специфике своего развития может приводить к шизоидности и к ярко выраженной шизофрении.

Тем не менее, хотя личностное развитие всякого человека обладает определённым своеобразием и неповторимостью судьбы, однако процесс развития мировоззрения приводит в подавляющем большинстве случаев к одним и тем же для всех людей предельным обобщениями в пределах границ Мироздания.

Всё, что ощущается органами чувств большинства людей, в процессе обобщения частностей попало в категорию предельного в границах Мироздания обобщения, именуемую «вещество», которое длительное время[63] отождествлялось так называемыми «прагматиками» со всей «материей вообще»[64].

Но наряду с культом «прагматизма» и такого рода «материализма» в то же самое время разные традиции «мистики» говорили не только о веществе как о «грубой», «плотной материи», но и о так называемых «тонких материях», недоступных «телесным (вещественным) чувствам» вообще, а «духовным (биополевым) чувствам» большинства — недоступных без специальной подготовки.

В основе такого рода «мистических» традиций лежит то обстоятельство, что во все времена в разных обществах находилось относительно небольшое количество людей, чьи органы чувств (и телесных, и биополевых) безо всякой специальной подготовки и тренировки оказывались более чувствительны, чем у остальных. Эти люди ощущали различные природные поля[65] — «тонкие материи» мистических школ — так же, как остальные ощущали вещество: таких людей в разные времена называли по-разному — «духовидцами», «экстрасенсами» и т.п.

Но и «духовидцы», и «не-духовидцы» жили в общем для всех них Мире и сталкивались с одним и тем же множеством явлений, по какой причине «духовидцы» могли рассказать остальным о том, чего те не воспринимают своими органами чувств и что для тех представляло скрытую реальность, невидимую сторону жизни, на которую духовидцы проливали свет (или изображали такого рода просвещение), объясняя взаимосвязи между казалось бы не связанными (с точки зрения не-духовидцев) явлениями жизни в веществе через взаимосвязи между ними на основе «тонких материй», видение которых большинству недоступно.

Свидетельствам «духовидцев» сопутствовали и интеллектуально-рассудочные утверждения прочих о том, что наряду с видимым и осязаемым веществом, в природе объективно наличествует нечто невидимое и непосредственно не ощущаемое большинством людей[66], но что воздействует на вещество и придаёт ему некоторую упорядоченность, организацию. Такого рода явления в процессе обобщения частностей привели к возникновению понятия «дух», за которым представлялись некие невещественные по своей природе силы, воздействующие на «вещество» и управляющие им[67].

«Дух», «тонкие материи» в таком рассмотрении отличаются от грубого, плотного вещества определённо по признаку недоступности для восприятия через органы чувств большинства, а не по признаку силового взаимодействия с веществом[68].

Наряду с этим вещество и дух воспринимались и мыслились не сами по себе, а как находящиеся в пространстве и изменяющиеся во времени. При этом и пространство и время сами по себе — вне взаимодействия с веществом и духом (биополем) человека — не воспринимаются органами чувств ни «простых смертных», ни «духовидцев»; и хотя восприятие вещества и духа связано с пространством и временем, пространство и время отличны и от вещества, и от духа; а кроме того, пространство отлично от времени, хотя бы по признаку принципиальной возможности неоднократного возврата в пространстве в прежнее место пребывания, определяемое относительно избранной точки и нескольких (трёх в восприятии макромира большинством) не совпадающих друг с другом направлений (конечно, если рассуждения на тему «невозможно дважды войти в одну и ту же реку» не возводить в абсолют и рассматривать особо).

Все эти предельные в границах Мироздания обобщения в «от субъекта» развёртываемом мировоззрении взаимосвязаны:

Вещество, пронизанное духом («энерго-информационными» полями, как ныне говорят многие; «силовыми», как говорили в недавнем прошлом почти все соответственно тому, чему их учили в школе на уроках физики), занимает пустое бесконечное пространство-вместилище и изменяется в непостижимом по своей природе времени…

Этот набор предельных в границах Мироздания обобщений традиционного мировоззрения, господствующего повсеместно в культуре глобальной цивилизации, представляется естественным до очевидности и общеупотребителен.

И он — один и тот же на всём протяжении истории толпо-«элитарной» культуры, в которой общество зримо разделено на подвластное простонародье и властную над ним правящую «элиту», включая и мимикрирующую под окружающую социальную среду знахарскую корпорацию.

4. Неизменность предельных обобщений Я-центризма в истории,

его пороки и последствия

Обратимся к “Книге для начального чтения” В. Водовозова (СПб, 1878 г.), в конце XIX века предназначавшейся для самообразования россиян. В ней речь идёт о воззрениях на Объективную реальность — на понятийную категорию «Всё вообще» — древних египтян.

«Самая главная каста, управлявшая всем (т.е. нёсшая полноту внутриобщественной власти — наше пояснение при цитировании), была каста духовных или жрецов (на каком-то этапе своего исторического пути они перестали быть жрецами, и хотя сохранили название «жрецы» но были только носителями некоторых знаний и навыков в преемственности поколений, т.е. по существу были знахарями: наше уточнение при цитировании). Они предписывали и царю (т.е. фараону — наша вставка), как жить и что делать...[69] Высшим божеством египтян был АМУН. В его лице соединились четыре божества: вещество, из которого состоит всё на свете, — богиня НЕТ; дух, оживляющий вещество, или сила, которая заставляет его слагаться, изменяться, действовать, — бог НЕФ; бесконечное пространство, занимаемое веществом, — богиня ПАШТ; бесконечное время, какое нам представляется при постоянных изменениях вещества, — бог СЕБЕК. Всё, что ни есть на свете, по учению египтян, происходит из вещества через действие невидимой силы, занимает пространство и изменяется во времени, и всё это таинственно соединяется в четыреедином существе АМУН».

Если отстроиться от имён древнеегипетских богов и соотноситься с понятийным аппаратом современной нам физики, то вещество соответствует «веществу» в его различных агрегатных состояниях (твёрдом, жидком, газообразном, огню-плазме); дух — большей частью «природным полям»; а «пространство» и «время» так и остались неизменными мировоззренческими категориями в миропонимании большинства людей с тех времён.

То, что напомнил В. Водовозов о древнем Египте, показывает, что предельными обобщениями, предшествующими категории «Всё вообще», осознаваемыми подавляющим большинством в качестве исходных понятий об объективности Мироздания, в нынешней цивилизации на протяжении тысячелетий неизменно остаются:

·    1) «материя» (вещество);

·    2) «дух», понимаемый:

Ø и как «энергия», «сила» (в терминах нынешней физики — «силовые поля», представляемые в качестве разновидности «материи вообще» материалистическими разновидностями философии),

Ø и как управляющее начало, т.е. «информация» и алгоритмика её преобразований;

·    3) «пространство»;

·    4) «время».

Все названные четыре предельно обобщающие категории могут представляться по разному в разных системах миропонимания: разрозненными; но могут быть и объединёнными — то в четырёх-ипостасном боге-мироздании Амуне (древнеегипетском варианте обожествления Природы); то в «двух-ипостасном» безымянном и неперсонифицированном «пространственно-временнóм континууме» современной нам теории относительности, содержащем в себе «материю» во всех её агрегатных состояниях, к числу которых отнесены и так называемые «силовые поля» — то, что в древности именовалось словом «дух».

И этот набор неизменен от составляющих четрырёх-ипостасного Амуна древнего Египта до пространственно-временного континуума теории относительности и принципа «Тэта — MEST» саентологической церкви[70].

Хотя слова, обозначающие эти предельно обобщающие категории, и трактовки связанных с ними понятий при более детальном их описании неоднократно изменялись на протяжении истории, но неизменным оставалось одно: информация («образ», «идея») и алгоритмика («упорядоченность состояний и преобразований образов и идей, а также и материи в её различных агрегатных состояниях») понятийно сокрыты и неотделимы в группе предельных обобщений Я-центризма от «духа» = «энергии» = «силы» = «власти».

В явном виде информация, образность Мира, идеи и смысл не входят в набор названных предельных обобщений Я-центризма, непосредственно предшествующий обобщающим категориям «Мироздание» либо «Всё вообще». То же касается и алгоритмики преобразований материи во всех её агрегатных состояниях и алгоритмики преобразований информации.

Это — принципиальная ошибка Я-центричного мировоззрения и миропонимания, обрекающая их носителей на множество других ошибок, производных от этой принципиальной.

«Вещество» («плотная материя») при дальнейшей детализации соотносилось с четырьмя стихиями (в терминологии современной нам физики — агрегатными состояниями вещества: «земля» — твёрдое; «вода» — жидкое; «воздух» — газообразное; «огонь» — плазма, хотя плазма не вполне «вещество», поскольку в состоянии плазмы теряют устойчивость не только молекулы вещества, но и атомы утрачивают электроны). А невидимые для большинства людей «общеприродные поля», несущие упорядоченную энергию[71] и воздействующее на материю силой, неразделимо слились с информацией в «нематериальном духе»; природный вакуум — объективно физически вовсе не пустота, т.е. не пустое пространство, а один из видов (агрегатных состояний) материи[72] — стал «пространством-вместилищем», а «время» стало знаком для обозначения некой неосязаемой непонятности.

Одной из особенностей этого мировоззрения является неспособность его носителей взглянуть на Мир с иной точки зрения, не совпадающей с их «Я-центром», что исключает и возможность осмысленного взгляда со стороны на самого себя. Эта особенность проявляется тем более ярко, чем более удалена предлагаемая им точка зрения от их «Я-центра». Если же до их сознания удаётся донести взгляд с иной точки зрения, то многие из них рассматривают это как попытку лишить их «своего Я», своеобразия индивидуальности и т.п.

И хотя мировоззрение и миропонимание с названным выше набором предельных обобщений в границах Мироздания представляется «естественным до очевидности», однако ему свойственна особенность: оно не защищено от генерации мировоззренческих ошибок, вследствие того, что «дальнобойность» всех чувств человека ограничена, а многим людям свойственно отсутствие достоверной информации замещать в своём мировоззрении и миропонимании возведёнными в ранг истины вымыслами — как собственными, так и чужими, воспринятыми некритично.

Но психическая деятельность индивида как составляющая Объективной реальности такова, что вообразимость жизни Мироздания, за пределами восприятия органов чувств сама обусловлена предельными обобщениями — первичными различиями в категории «Всё вообще».

Если набор предельных обобщений и первичных различий не соответствует Объективной реальности как таковой, то по мере «полёта воображения в пространстве и времени» будет накапливаться ошибка расхождения субъективного воображения и Объективной реальности, возрастающая тем более, чем дальше воображение «улетает в своих фантазиях» от непосредственно ощутимого «Я-центром». В результате в Мироздании «появляются» буквально понимаемые «хрустальный свод небес», «Блин-Земля, лежащая на спинах трёх гигантских китов, плавающих в безбрежном океане», «звёзды, которые светят светом, отражённым от Солнца»[73] и т.п.

Если же систематическая ошибка мировоззрения действительно имеет место, то она будет в культуре передаваться, нарастая, от поколения к поколению, выражаясь в жизни цивилизации вопреки господствующей, но недееспособной благонамеренности большинства, как огрехи, проблемы, стесняющие и подавляющие многих индивидов и целые народы с их жизненными неурядицами.

В итоге спустя несколько тысяч лет развития глобальной цивилизации на основе мировоззрения разноликого мозаичного Я-центризма и калейдоскопического идиотизма (как альтернативы мозаикам Я-центризма) при лидерстве региональной цивилизации Запада всевозможные ошибки, проистекающие из этого мировоззрения, накопившись, выразились в наши дни в глобальном биосферно-экологическом кризисе и множестве внутриобщественных кризисов и проблем.

Главная же ошибка Я-центричного мозаичного мировоззрения была названа ранее и состоит в том, что нематериальные по своей сути информация и алгоритмика не предстают в нём в составе набора предельно обобщающих категорий, предшествующих в порядке обобщения предельным категориям «Мироздание» и «Всё вообще». И эта ошибка является главной причиной метрологической несостоятельности многих так называемых «гуманитарных» научных дисциплин — наук о человеке и человеческом обществе, и прежде всего, — психологии.

Наряду с этим, системным свойством Я-центризма является его неустойчивость в потоке жизненных обстоятельств, обусловленная тем, что мировоззрение индивида само меняется вместе с изменением обстоятельств. Вследствие этого на одни и те же вопросы Я-центризм выдаёт существенно разные, не совместимые друг с другом ответы, что обусловлено не тем, что Мир качественно изменился (Мир остался качественно тем же), а всего лишь тем, что чувственное восприятие и осмысление каких-то явлений стало «зашкаливать»; какие-то другие явления вследствие изменения обстоятельств вокруг Я-центра ушли из текущего восприятия, а бессознательные уровни психики в темпе течения событий модифицировали состав и взаимосвязи компонент мировоззрения, находящихся вблизи Я-центра.

5. Я-центризм и предпосылки к атеизму и религиозности

Кроме того, Я-центризм мировоззрения порождает и атеизм.

Поскольку человек непосредственно не воспринимает своими органами чувств бытие Бога, подобно тому, как он воспринимает предметы и воплощённых в веществе субъектов в своём непосредственном окружении, то бытие Бога (либо некоторого множества богов) может быть расценено (если пользоваться терминологией современной нам науки), как гипотеза, т.е. как интеллектуально рассудочно выработанное предположение о существовании и характере тех или иных явлений как об объективной данности, которое нуждается в практическом подтверждении.

С таким подходом к вопросу о бытии Бога следует согласиться, поскольку в этом требовании выражается не знающий исключений принцип «практика — критерий истины».

Однако при этом надо понимать, что ответ на вопрос о практическом подтверждении любой гипотезы, в том числе и гипотезы о бытии Бога, объективно обусловлен субъективной — личностной — культурой познания Жизни, в основе которой лежит мировоззрение самого же индивида на достигнутой им стадии развития. По этой причине:

·    на основе одной культуры познания какие-то гипотезы могут быть подтверждены в соответствии с принципом «практика — критерий истины»,

·    а в другой культуре познания те же самые гипотезы не могут быть приняты не только в качестве жизненно состоятельных утверждений, но даже в качестве гипотетических предположений[74], обязывающих к чему-либо, а тем более — к их практической проверке.

Соответственно названному обстоятельству интеллектуально рассудочное снятие ранга божества с четырёх-ипостасного Амуна древних египтян сразу же представляет нам материалистическое мировоззрение, в котором:

·    Природа предстаёт как система, самоорганизующаяся на основе свойственных ей объективных закономерностей бытия, которые могут быть познаны человеком;

·    а Бог (или боги) предстают как вымыслы людей, которые не познали закономерностей бытия Природы;

·    при этом обобщающая категория «Мироздание» возводится в ранг предельного обобщения «Всё вообще».

Основаниями для порождения такого рода мировоззрения и миропонимания дают сами же ошибки Я-центризма типа тех, что уже приводились выше и некогда опровергнутые практикой познания: буквально понимаемый «хрустальный свод небес» или «вращаемые ангелами хрустальные небесные сферы, к которым прикреплены планеты», «звёзды, светящие светом, отражённым от Солнца» и т.п. глупости.

Но не надо думать, что атеизм и материализм — достижения науки последних нескольких веков. Такая же по своей природе интеллектуально-рассудочная деятельность, которая одних людей приводила к атеистическим и материалистическим воззрениям, других людей на протяжении истории приводила к искренней религиозности и возражениям против современного им атеизма и материализма.

Так царь Давид (приблизительно 3 000 лет тому назад), глядя на своих современников, вынужден был заметить: «Сказал безумец в сердце своём: “Нет Бога”» (Библия, Псалтирь, 13:1).

А один из последних примеров порицания материализма дал академик Б.В. Раушенбах[75] (1915 — 2001, физик, механик, сподвижник С.П. Королёва[76]):

«К концу XX века стала очевидной несостоятельность «самонадеянного» материализма. Не странно ли, что к этой мысли первыми пришли представители точного знания? Пытаясь аналитическими методами познать Вселенную, некоторые физики почувствовали невозможность объяснения её только с точки зрения материализма. Я так же считаю, что материализм, который учит, что материя первична, а всё остальное вторично — чепуха. Ген, носитель наследственной информации, материален, но сама она не объяснима с материалистических позиций. А что важнее — информация или её носитель? Следовательно, в мире объективно существует то, что нематериально» (Борис Раушенбах из книги «Праздные мысли», см.: «Общая Газета» 17 — 23.01.2002 г., № 3 (441)).

Такого рода недоумения, в основе которых лежат системные ошибки Я-центризма (как мировоззрения и способа миропонимания) и проистекающего из Я-центризма материализма, выявляемые самими же людьми, воспитанными в материалистической и атеистической традиции, и следующие за выявлением мировоззренческих ошибок сомнения в состоятельности производного от Я-центризма атеизма ведут к вопросу об альтернативе Я-центричному мировоззрению и миропониманию.

6. Пример эзотерической альтернативы Я-центризму

Так сложилось, что альтернативное Я-центризму мировоззрение, мозаика которого развивается в направлении «от общего к частностям», предстаёт в истории как явленное людям в Откровении Богом.

Однако не всё так просто с получением доступа к альтернативе Я-центризму, поскольку, как правильно указал Е. Гильбо «элите» постсоветской России, исторически реально в культуре обществ развиты образовательные традиции «для всех» и «для избранных», чьё призванье якобы — управлять «всеми». Эти две различные образовательные традиции именуются терминами «эзотеризм» и «экзотеризм».

«Эзотеризм», «эзотерический» и однокоренные с ними слова происходят от греческого слова, означающего «внутренний». В современном лексиконе термин «эзотерический» означает «тайный», «скрытый», «предназначенный исключительно для посвящённых» (о религиозных обрядах, мистических учениях, политических доктринах и т.п.). Противоположность «эзотеризму» — «экзотеризм», «экзотерический» и однокоренные с ними слова происходят от греческого слова, означающего «внешний». В современном лексиконе термин «экзотерический» употребляется гораздо реже и означает «не составляющий тайны», «предназначенный для непосвящённых» (о религиозных обрядах, мистических учениях, политических доктринах и т.п.)[77], т.е. для всей толпы.

Иными словами пара «эзотеризм — экзотеризм» предполагает, что должно быть учение (доктрина), предназначенное для широкой пропаганды в обществе (это — экзотеризм), и учение (доктрина) для «лучших», «избранных» (это — эзотеризм). И оба учения (доктрины) в жизни должны быть согласованы друг с другом так, чтобы эта пара в целом обеспечивала самоуправление общества в русле одной и той же концепции, суть которой знают однако не «экзотеристы» или «эзотеристы», а хозяева того и другого учений и их носителей; а также и те, кто мировоззренчески выше «экзотеризма», «эзотеризма» и их хозяев.

Эта пара «эзотеризм — экзотеризм» может существовать и культивироваться в обществе явно (как это было в древней Греции, когда все знали, что есть эзотерические учения, но только посвящённые знали их суть).

Но она же может существовать и культивироваться неявно по умолчанию (как это имеет место ныне, когда обществоведческие науки, предназначенные «для всех», носят метрологически несостоятельный характер и оспаривают управляемый характер глобального исторического процесса, истории и судеб государств, вопреки тому, что это — процессы, управляемые закулисными мафиями посвящённых «эзотериков» и хозяев соответствующего «эзотеризма»).

При разделении на «экзотеризм» и «эзотеризм» по умолчанию и то, и другое, а равно и версии одного и того же учения, предназначенные «для всех» и «для профессионалов» соответственно, называются как-то иначе либо остаются безымянными. Однако и в этом случае, как и при явном парном культе «эзотеризм — экзотеризм» «профессионалы» безраздельно правят жизнью и деятельностью «любителей», которые — в силу свойств учения «для всех» — лишены возможности убедиться в том, что деятельность «профессионалов» соответствует полюбившейся им концепции, провозглашённой в учении «для всех», до тех пор, пока «любители» не пожнут плоды своего доверия «профессионалам»-управленцам, примером чему являются: перестройка в СССР и реформы 1990‑х гг. в постсоветской России; крах гитлеровской Германии, доверившейся марионеточному «фюреру» и т.п.

Теперь обратимся к одному из эзотерических текстов, повествующих об альтернативе Я-центричному мировоззрению.

«Тридцатью двумя путями — чудными, мудрыми, начертал IA, IEBE, Саваоф, Бог Израиля, Бог Живой и Царь Вечный, Эль Шаддай, Милосердный и Прощающий, Возвышенный и Пребывающий в вечности, — возвышенно и свято Имя Его, — создал мир Свой тремя сеферим: сефар, сипур и сефер» (Эпиграф к одному из разделов книги В. Шмакова «Священная книга Тота. Великие арканы Таро», 1916 г., репринт 1993 г.).

И это поясняется в подстрочном примечании:

«Первый из этих трёх терминов (Sephar) должен означать числа, которые одни доставляют нам возможность определить необходимые назначения и отношения каждого (по контексту, возможно: человека) и вещи для того, чтобы понять цель, для которой она была создана; и МЕРА длины, и МЕРА вместимости, и МЕРА веса, движение и гармония — ВСЕ ЭТИ ВЕЩИ УПРАВЛЯЕМЫ ЧИСЛАМИ. Второй термин (Sipur) выражает слово и голос, потому что это Божественное слово и голос, потому что это Божественное Слово, это Глас Бога Живого, Кто породил существа под их различными ФОРМАМИ, будь они внешними, будь они внутренними; это его надо подразумевать в этих словах: “Бог сказал: “Да будет Свет” и “стал Свет”. Наконец, третий термин (Sipher) означает писание. Писание Бога есть ПЛОД ТВОРЕНИЯ. Слова Бога есть Его Писание, Мысль Бога есть Слово. Так мысль, слово и писание суть в Боге лишь одно, тогда как в человеке они суть три» («Cuzary», 4, § 25, цит. по кн. В. Шмаков «Священная книга Тота. Великие арканы Таро», с. 245, выделение некоторых фрагментов в тексте заглавными буквами — наше).

По прочтении этого текста можно признать, что он представляет собой хорошую иллюстрацию того явления, о котором писал Аристотель Александру Македонскому: «хотя эти учения и обнародованы, но вместе с тем как бы и не обнародованы». — Напыщенно, многословно, и без изустных комментариев, которые способны дать только так называемые «знающие люди», — неудобопонимаемо, поскольку исключает однозначность выработки и сопоставления образных представлений, которые в психике индивида должны соответствовать приведённому тексту, большинством самочинных искателей истины, действующих вне системы посвящений, монополизировавшей некие знания, стоящие за приведённым выше текстом.

Поэтому было бы правильно сказать несколько иначе: «Эти учения как бы обнародованы, но фактически не обнародованы», — именно на это и вынужден был намекать в своё время Аристотель Александру Македонскому.

И это — невозможность самостоятельного понимания вследствие умышленного программирования неоднозначности восприятия взаимоисключающих смыслов — и составляет главную особенность образования «для узкого круга, призвание которого — управлять» (как представил Е. Гильбо), а более точно: для узкого круга, притязания которого — безраздельно и безответственно властвовать над остальным обществом и природой.

Вследствие этого мы оказываемся перед вопросом:

Если Объективная реальность не может быть адекватно понята на основе Я-центризма, то может ли быть она адекватно понята вне той системы посвящений «для избранных», из которой пришёл приведённый текст, иносказательно повествующий о мировоззрении и миропонимании, альтернативных Я-центризму?

Оказывается, это возможно, но на основе другого письменного источника, опубликованного тиражами, на много порядков превзошедшими все тиражи «Священной книги Тота. Великих арканов Таро» и «Cuzary» (на которую ссылается В. Шмаков) и прочей эзотерической литературы.

7. Мировоззрение триединства материи-информации-меры

Обратимся к Корану.

Однако дальнейшее не следует воспринимать как пропаганду традиционного либо некоего «радикального» ислама. Дальнейшее — продолжение экскурса в историю вопроса о различии мировоззрений людей и мировоззренческих основах культур разных исторически реальных и возможных в будущем обществ.

И потому для социолога (вне зависимости от его личных религиозных либо атеистических убеждений) кораническое учение необходимо знать и понимать так же, как и прочие религиозные и светские учения для того, чтобы понимать специфику, общность и различие культур и психологии разных народов и разных эпох, возможности и тенденции развития культурно своеобразных обществ и человечества в целом.

В Коране сура 25 названа «Различение»[78], и в ней открывается система первичных различий в предельно обобщающей смысловой категории «Всё вообще». Обратимся к ней:

«1. Благословен тот, кто ниспослал «ал-Фуркан» («Различение»)[79] Своему рабу, чтобы он (т.е. Мухаммад) стал увещевателем для обитателей миров; 2. [благословен] Тот, которому принадлежит власть <точнее полновластие: — наше уточнение при цитировании> над небесами и землёй, который не породил для Себя ребёнка[80], и который ни с кем не делил власть <точнее полновластие: — наше уточнение при цитировании>. Он сотворил всё сущее и придал ему [должную] меру. 3. [Неверные] стали вместо Него поклоняться другим богам, которые ничего не создают, но сами сотворены. Даже для самих себя им не подвластны ни вред, ни польза, им не подвластны ни смерть, ни жизнь, ни воскресение» (в переводе М.-Н.О. Османова).

Те же самые аяты в переводе Г.С. Саблукова:

«1. Благословен Тот, кто ниспослал Фуркан[81] рабу своему для того, чтобы он был учителем мирам, 2. — Тот, кому принадлежит царствование на небесах и на земле; у кого никогда не было детей, кому не было соучастника в царствовании; кто сотворил все существа и предопределяя предопределил бытие их. 3. А они избрали себе богами, опричь Его, тех, которые ничего не сотворили, а сами сотворены; 4. которые не имеют силы ничего сделать, ни вредного, ни полезного для самих, не имеют силы ни над смертью, ни над жизнью, ни над воскресением».

То же в переводе И.Ю. Крачковского:

«1(1). Благословен тот, который ниспослал различение Своему рабу, чтобы он стал для миров проповедником, — 2(2). у которого власть над небесами и землёй, и не брал Он Себе ребёнка, и не было у Него сотоварища во власти. Он создал всякую вещь и размерил её мерой. 3.(3). И взяли они вместо Него богов, которые не творят ничего, а сами сотворены. 4. Они не владеют для самих себя ни вредом, ни пользой, и они не владеют ни смертью, ни жизнью, ни воскресением».

Разные переводы выражают разные грани смысла, заключённого в словах арабоязычного первоисточника, поэтому мы и привели несколько редакций переводов.

Выделенное нами в тексте вариантов переводов жирным это — ключи к выходу на систему неизменно первичных различий в предельно обобщающей категории «Всё вообще», отвечающих кораническим воззрениям на тварное Мироздание, полновластие над которым (в целом и пофрагментно) безраздельно принадлежит только Богу: «… Бог дарует Свою власть, кому пожелает» (сура 2:248(247) ), а чьё-либо самовластье иллюзорно и действует только в установленных для него границах Божьего попущения.

Прежде всего, следует отметить, что Коран везде провозглашает мировоззрение, отличное от всех разновидностей «Я-центризма».

Через Коран ВСЕМ людям предлагается принять в качестве осознанной нормы организации психики индивидов и обществ, МИРОВОЗЗРЕНИЕ, ИДУЩЕЕ ОТ БОГА К КАЖДОМУ ЧЕЛОВЕКУ, соприкасающемуся с Кораном и его переводами.

Мировоззрение, идущее от Бога по крайней мере в двух взаимно дополняющих смыслах:

·    и как данное в Откровении Свыше,

·    и как определяющее направленность развёртывания мировоззренческой системы человека в однозначно определённом порядке: во-первых, Образ Божий в душе каждого, во-вторых, образы тварного Мироздания, частью которого является и сам человек вместе с его психической организацией и внутренним миром.

Теперь перейдём непосредственно к вопросу о неизменно первичных различиях в предельно обобщающей категории «Всё вообще», отвечающих кораническим воззрениям на тварное Мироздание. Как видно из ранее приведённых текстов переводов Корана на русский, одни переводчики отдавали предпочтение тому, чтобы выразить по-русски смысл предопределённости бытия, другие отдавали предпочтение тому, чтобы выразить смысл меры, размеренности бытия и соразмерности[82] в течении событий.

То есть арабское слово, с которым они сталкивались, заключает в себе оба смысла, который в русском языке возможно объединить только в двусловном сочетании «предопределённая мера», которую М.-Н.О. Османов назвал «должной» — словом, выражающим в религиозном сознании один из оттенков определённости, как составляющей Предопределения Божиего. В атеистическом сознании к понятию о Предопределении Божием наиболее близко понятие об объективности общеприродных закономерностей бытия.

Поэтому, если обратиться к словам, выделенным нами в приведённых переводах аятов 25‑й суры Корана, то их обобщённый многогранный смысл можно выразить по-русски и в следующей итоговой фразе:

Бог сотворил всё сущее в Мироздании и придал ему предопределённую Им мhру[83].

Если говорить языком современной науки, то всё сущее в тварном Мироздании это — материя, в её различных агрегатных состояниях[84]: вакуум[85], природные (физические) поля, «элементарные частицы», плазма (высокоионизированный газ, в котором электроны обладают такой энергией, что не могут удержаться в атомах на устойчивых орбитах), газообразное состояние вещества, жидкое состояние вещества, твёрдое (кристаллическое) состояние вещества. Агрегатные состояния, пути и способы перехода из одного из них в другие, свойства материи в каждом из них и в переходных процессах предопределены для материи Свыше. И представление людей об этих различных агрегатных состояниях так или иначе соответствуют русской пословице «нет вещи без образа».

Но это утверждение приводит к вопросу: Что такое мера и как она проявляется в жизни материального Мироздания?

Наука о мере, численной определённости самой по себе, это — математика. Мера как численная определённость включает в себя количественную и порядковую определённость. В грамматике языков (если не всех, то большинства) это выражается как разделение числительных на два соответствующих класса. Порядковая определённость, в свою очередь, может быть не только последовательной, но и векторно-матричной, выражающей в общем случае и такое свойство, как взаимную невыразимость одних количеств и порядков через другие[86]. Это обстоятельство приводит к понятию многомерности, в которой в некотором наборе упорядоченно объединяются разнокачественные количества, примером чему плоскости и иные поверхности, в которых выражается двумерность, и трёхмерность макромира, воспринимаемые всеми. При этом необходимо принять как данность объективное различие тех свойств меры, которые обозначаются словами «правое» и «левое» (правые и левые системы координат в математике: понятие о правом и левом первичны и логически не выводятся из каких-либо других; в частности, наша Вселенная большей частью «закручена вправо»), «положительное» (обозначаемое знаком «+») и «отрицательное» (обозначаемое знаком «-»).

В абстрактной математике мера как численная определённость в различных её названных и не названных в предыдущем абзаце качествах предстаёт сама по себе. Одна из характеристик математики — «наука о возможных мирах»[87]. И соответственно в материальном Мироздании мера перестаёт быть самой по себе: она воплощена в объектах и субъектах Мироздания — всё в Мироздании несёт в себе — численную определённость: как количественную, так и порядковую, объективные закономерности бытия так или иначе выражаются математически, т.е. мерно.

В Мироздании меры одних фрагментов численно сопоставимы с мерами других фрагментов, т.е. всем фрагментам Мироздания свойственна соизмеримость как между собой, так и со своими составляющими.

Атомы химических элементов отличаются друг от друга прежде всего прочего — количеством протонов в их ядрах (несут положительный электрический заряд); изотопы одного и того же химического элемента — количеством нейтронов в их ядрах (электрически нейтральны). Химические соединения даже при одинаковом атомном составе, но при разной упорядоченности атомов в молекулах, — это разные вещества (это явление называется в химии «изомерия»). И так далее: на что ни обрати внимание — везде откроется численная определённость как количественная, так порядковая, т.е. — мера: либо единичная, либо множественная, представляющая собой статистику, позволяющую отличать множества друг от друга и выделять из множеств подмножества.

В процессе осознанного или бессознательного соотнесения одного фрагмента Мироздания с другими открываются два вида восприятия их соразмерности:

·    восприятие пространства;

·    восприятие времени.

Восприятие их порождает два вида численной определённости: единицы длины и единицы времени, объективно связанные друг с другом через общее свойство всех фрагментов Мироздания — его материальность — на иерархическом уровне микромира соотношением неопределённостей Гейзенберга[88], в котором выражается невозможность разрозненного восприятия ни пространства без времени, ни времени без пространства, тем более — в отсутствии материи, ибо пространство и время — порождения размеренной во всех её агрегатных состояниях материи (именно вследствие этого и невозможно восприятие пространства и времени вне их обусловленности материальной средой, в каком бы агрегатном состоянии ни пребывала материя).

И развитие метрологии ведёт по сути дела к отождествлению эталона длины и эталона времени. Так ныне:

·    1 метр — 1650763,73 длины волны в вакууме излучения, соответствующего переходу между уровнями 2p^10 и 5d^5 атома криптона-86 (86Kr);

·    1 секунда — 9192631770 периодов излучения, соответствующих переходу между двумя сверхтонкими уровнями основного состояния атома 133Cs (эталон частоты и времени на основе изотопа цезий-133).[89]

И ничто, кроме международных соглашений об избрании эталонов и кое-каких технических аспектов не мешает определить продолжительность секунды на основе частоты излучения эталонного светильника, задающего длину метра, либо поступить наоборот: длину метра определить на основе длины волны, соответствующей излучению эталона, задающего продолжительность секунды.

Но без избрания материального процесса-эталона и задания единицы измерения не будет ни восприятия пространства, ни восприятия времени, вне зависимости от того принадлежат эталонные процессы микро- или макромиру: восприятие всегда — соотнесение наблюдаемого процесса с неким процессом-эталоном.

Если же не определён эталонный процесс, то возникает «проблема Удава» из мультфильма, который в одиночестве мучился вопросом о том, каков же его рост? — до тех пор, пока ему не помог Попугай, взявший на себя функцию эталона длины и определивший, что длина Удава — «38 попугаев и одно попугайское крылышко». После этого Удава измерили своим ростом Мартышка и Слонёнок. Множеству измерений Удав подвёл итог, избрав субъективно эталон длины: «А в попугаях я гораздо длиннее».

Но без этого акта измерения на основе того или иного эталона Удав так и остался бы равным самому себе в не определённой никак иначе как единичной и неизмеримой длине Удава, представляющей собой «вещь в себе», если пользоваться терминологией философии в отношении объектов, не поддающихся познанию в силу разных причин: от объективной иллюзорности бытия явлений до субъективной неготовности познать эти явления претендентов на познание и истолкование природы их бытия.

Также примерно обстоит дело с измерением времени. Поскольку всякий процесс, поддающийся периодизации, может быть избран в качестве эталонного, то единицей измерения времени становится продолжительность периода эталонного процесса, с которым соотносятся все остальные процессы, обладающие собственным течением «времени». Последовательная нумерация периодов избранного в качестве эталона колебательного процесса даёт направленную из прошлого в будущее «ось времени» — хронологическую шкалу. по существу время характеризует алгоритмику течения процессов в сопоставлении с неким эталонным процессом, а также — неоднородность структуры Мироздания.

Т.е. если мера в определённом выше смысле объективна и выражается во всех материальных структурах мироздания, а природный вакуум — не пустота (пусть и не идеальная), а одно из агрегатных состояний материи, образующей во всём множестве её разновидностей Мироздание в целом, то:

·    никаких проблем с познанием сути пространства и времени нет;

·    и всё в физике метрологически состоятельно.

Если же Я-центризм навязывает представление о пространстве и времени, не как о проявлении объективной меры бытия в тотально материальном Мироздании, а как о неких «пустых вместилищах», в которые помещено материальное Мироздание, то физикам только и остаётся, что, уподобившись «гуманитологам», вести нескончаемые метрологически несостоятельные дискуссии о природе «пространства» и «времени» по отдельности, либо о природе «пространственно-временного континуума» и шарахаться «как чёрт от ладана» от эпизодически возникающих заявлений некоторых учёных, которые настаивают на том, что и время, и пространство в отсутствие вещества и элементарных частиц «сами по себе» всё же обладают теми или иными свойствами материи.[90]

Непознаваемость же пространства и времени в Я-центричном мировоззрении «четырёх-ипостасного Амуна» или «пространственно-временного континуума», господствующем в цивилизации на протяжении всей её истории, — следствие отсутствия меры в наборе первичных различий и предельных обобщений. Если же мера входит в набор первичных различий и предельных обобщений, то пространства и времени как пустых «вместилищ» для материальных объектов нет, но конкретные пространства и времена как порождения материи и выражение меры всегда объективно измеримы всяким пожелавшим того субъектом: вопрос только в выборе им эталонной базы и методов измерения, а также соответствия эталонной базы и методов измерения целям деятельности субъектов.

Теперь рассмотрим, что происходит, если мы вносим в материю некую мерность или же, иначе говоря, в чём выражается размеренность материи.

Чтобы породить численную определённость на основе свойства пространственной соизмеримости материи на уровне макромира, потребуется точка, три не совпадающих одно с другими направления, и эталон единичной длины. В этой системе координат три числа, занимающих первое, второе и третье место в некотором определённом порядке (формате) вместе с этим форматом задают пространство и вектор — положение точки в заданном пространстве относительно начала координат. Если в пространственной соизмеримости назначены координаты множества точек, то они определяют в пространстве образ, будь то множество разрозненных точек, поверхность или объём.

Это — пространственная форма, размеренная в материи-пространстве, пребывающей в каком-то агрегатном состоянии (а не в пустом пространстве-вместилище). Если задачу придания численной определённости решать по отношению к агрегатному состоянию материи-пространства, это значит, что необходимо придать численные и порядковые характеристики квантам материи (её структурным единицам), вследствие чего агрегатное состояние материи вне и внутри пространственной численно определённой формы (матрицы) может оказаться разным и некий объект проявится в материи-пространстве по признаку различия агрегатных состояний материи внутри и вне ранее метрически заданной пространственной формы.

Если же внутри и вне пространственной формы агрегатное состояние материи-пространства одно и то же, то мы придём к афоризму, в разные эпохи приписываемому разным выдающимся скульпторам. На вопрос о том, как он делает свои шедевры, скульптор ответил: «Я беру глыбу мрамора и отсекаю от неё всё лишнее», — действительно: лучше не скажешь.

Движение пространственной формы (образа) относительно избранной системы координат превращает форму в мелодию, а запись мелодии в пространстве порождает пространственную форму: это соотношение в культуре цивилизации лучше всего проявилось в граммофонных пластинках с механической записью звука в качестве рельефа звуковой дорожки. Соответственно, афоризм «архитектура — это застывшая музыка» — по существу правильный афоризм.

Эти примеры показывают, что численная определённость и образность Мира (естественно материального) взаимно связаны. Можно привести другие примеры, которые покажут, что также взаимно связаны численная определённость и «мелодии и аранжировки» как в природе, так и обществе. Показать же отсутствие этой взаимосвязи не удастся. Но мировоззренческие системы, порождаемые человечеством, могут расходиться в ответе на вопрос о том, что есть следствие чего:

·      либо образ — выражение и следствие численной определённости?

·      либо численная определённость — следствие существования образа?

Иными словами, алгебра ли в основе гармонии, либо гармония в основе алгебры? — На наш взгляд, в пределах Мироздания этот спор бесплоден, поскольку материя всегда и во всех случаях несёт в себе численную определённость, неразрывно связанную с пространственными образами и структурной упорядоченностью всей материи.

При этом все структурные образования материи, упорядоченные мерой, в жизни Мироздания обладают той или иной функциональностью — смыслом бытия. В религиозном сознании в функциональности выражается смысл бытия всех структур, в атеистическом сознании та или иная функциональность материальных структур предстаёт как проявление общеприродных закономерностей. Но в любом случае сама «по себе» эта функциональность не материальна (материя только является её носителем) и не является мерой (мера задаёт ту или иную функциональность). В самом общем случае все возможные виды функциональности материальных структур мироздания обобщаются в том явлении, которое ныне обозначается словами: «информация», «смысл», «идея».

Всё это в совокупности позволяет понять, что аят 2 двадцать пятой суры Корана, называемой «Различение», указует на систему ОБЪЕКТИВНЫХ неизменно первичных различий (предельных обобщений), которые лежат в основе жизни Мироздания: материя, информация, мера — в их неразрывном триединстве.

И эта система триединства материи-информации-меры[91] — предельно обобщающих в пределах Мироздания понятийных категорий и их взаимосвязей — едина для осмысления и описания всего в иерархии Мироздания от микромира до макромира, включая и жизнь цивилизации.

В осмыслении и описании всего происходящего в Мироздании-триединстве человеку необходимо соотносить всё данное ему в Различение с тремя, уже обозначенными, понятийными категориями первичных различий и предельно обобщающих отождествлений, понимаемыми в настоящем контексте так:

1. МАТЕРИЯ — то, что пере-ОБРАЗ-уется, переходит из одного состояния в другое и обладает упорядоченностью, изменяющейся в процессе воздействия одних материальных объектов (процессов) на другие. Материя конкретно это:

·    вещество в твёрдом, жидком, газообразном состояниях;

·    плазма, т. е. высоко ионизированный газ, в котором молекулы химических соединений теряют устойчивость и разрушаются, а атомы химических элементов теряют электроны, энергия которых больше, чем энергетические уровни устойчивых орбит;

·    элементарные частицы и кванты разного рода излучений, при взгляде извне представляющиеся в качестве частиц, а при рассмотрении существа этих частиц, предстающие как последовательность волн в физическом природном вакууме или в материи, пребывающей в иных агрегатных состояниях;

·    статические и динамические поля в (физическом) природном вакууме, способные к силовому воздействию того или иного вида на все виды материи;

·    сам физический вакуум в невозбуждённом состоянии, рождающий из «ничего» элементарные частицы (кванты энергии) и поглощающий их так же внезапно, за что частицы получили название «виртуальных» («спонтанных»). В таком воззрении всё перечисленное прежде физического вакуума в невозбужденном состоянии — физический вакуум, выведенный из агрегатного равновесия, т.е. возбуждённый вакуум.

Последнее высказано, поскольку порождение и поглощение виртуальных частиц физическим вакуумом возможно понимать и как указание на то, что все виды материи, кроме вакуума в невозбуждённом состоянии, представляют собой вакуум в возбуждении, а вся динамика в Мироздании — пакеты волн возбуждения, распространяющиеся в вакууме. Вопрос о внутренней структуре вакуума — особая тема, хотя предположение о том, что внутренняя структура вакуума — кристаллическая, многое могло бы объяснить и в микро-, и в макро- мирах.

Материя переходит из одного устойчивого состояния (балансировочного режима, равновесного устойчивого процесса), обладающего внутренней динамикой, в другое, излучая свою или поглощая извне в себя энергию.

«Энергия» в физике определяется как способность к совершению механической работы, а все виды энергии переходят один в другой по определённой мере, находящей выражение в форме численных констант и коэффициентов в математической записи законов физики, и в этом смысле все виды энергии эквивалентны друг другу. Но поскольку агрегатные состояния материи (устойчивые равновесные процессы) отличаются энергопотенциалом (энергоёмкостью их внутренней динамики), а энергия притекает и утекает из всякой структуры в Мироздании как поток какого-то вида материи (квантов излучения, поля и т.п.), то в настоящем контексте «энергия» и «материя» — эквиваленты. Различие в употреблении обоих терминов в том, что термин «материя» употребляется главным образом по отношению к устойчивым равновесным процессам (агрегатным состояниям), а «энергия» к разного рода переходным процессам и внутренней динамики устойчивых структур, поскольку энергия обуславливает возможность или невозможность их существования, а также к разного рода процессам обмена между различными материальными образованиями.

2. ФУНКЦИОНАЛЬНОСТЬ (ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ, СМЫСЛ БЫТИЯ), ОБРАЗЫ, МЕЛОДИИ, иначе говоря, ИНФОРМАЦИЯ — само по себе не материальное «нечто», которое не зависит ни от качества его материального носителя, ни от количества материи (энергии) его несущей. Но без материального носителя это «нечто» в Мироздании само по себе не существует, не воспринимается, не передаётся.

3. МhРА (через «ять») — предопределённая Богом многомерная матрица возможных состояний и преобразований материи, хранящая информацию во всех процессах; в том числе информацию о прошлом и о предопределённой направленности их объективно возможного течения, т.е. о причинно-следственных обусловленностях в их соразмерности.

По отношению к информации вся материя, все материальные объекты, выступают в качестве носителя единого общевселенского иерархически организованного многоуровневого информационного кода — общевселенской меры. По отношению к информации мера — код (человеческий язык — частная мера, ибо он — один из информационных кодов, принадлежащих общевселенской системе кодирования информации). По отношению к материи эта общевселенская мера выступает как многомерная (содержащая частные меры) вероятностная матрица возможных её состояний, образов и преобразований, т.е. «матрица» вероятностей и статистических предопределённостей[92] возможных состояний; это своего рода «многовариантный сценарий бытия Мироздания», предопределённый Свыше. Он статистически предопределяет упорядоченность частных материальных структур (их информационную ёмкость) и пути их изменения при поглощении информации извне и при потере информации (конечно несомой материей).

И то, и другое может сопровождаться нарушением идеальной соразмерности, гармонии как отдельных фрагментов структуры, так и её иерархичности в целом. Утрата соразмерности — деградация, но по отношению к объемлющим структурам и системам, объемлющим множество структур, деградация каких-то частных их фрагментов может быть развитием структуры (системы) в целом. Так цветочная почка проходит путь: почка, бутон, цветок, плод, семя, растение: и деградация элементов неотделима от развития системы в целом и её объемлющих (в этом смысле иерархически более высоких) систем.

Система предельно обобщающих отождествлений и первичных различий в Мироздании — триединство материи-информации-меры, исключает калейдоскопичность мировоззрения тем в большей степени, чем менее глух человек к данному ему Свыше чувству меры.

«Чувство меры» — это не пустые слова и не слова, неопределённо как понимаемые, и потому произносимые подчас не к месту. Они прямо указуют на то, что человеку дано шестое чувство, которое по его существу является его личным средством восприятия меры — матрицы возможных состояний материи и путей перехода из одного состояния в другие и возможных смыслов; если в религиозной терминологии, то чувство меры — непосредственное чувство Божьего предопределения.

Но это чувство никчёмно для носителя Я-центричного мировоззрения, выстраиваемого им от себя в направлении обозримых и воображаемых пределов Мироздания в пустых вместилищах пространства и времени, поскольку приносимая им информация ставит индивида перед необходимостью отказаться от Я-центризма. С переходом же к мышлению на основе неизменно первичных различий триединства материи-информации-меры чувство меры обретает особую значимость, поскольку адекватность мировоззренческой мозаики обусловлена во многом его развитостью.

Переход же от Я-центризма к мышлению в категориях триединства материи-информации-меры не всегда осуществляется одномоментно, но может потребовать некоторого субъективно обусловленного времени, в течение которого индивид остаётся практически без работоспособного мировоззрения, потерявшего устойчивость.

Судя по всему опыту человечества вероятностная матрица возможных состояний, мера, обладает «голографическими» (фрактальными) свойствами в том смысле, что любой её фрагмент содержит в себе некоторым образом и все её остальные фрагменты во всей их информационной полноте. Мера пребывает во всём, и всё пребывает в мере. Благодаря этому свойству меры мир целостен и полон. Выпадение из меры — гибель. Скольжение же в этом направлении — угроза жизни и необходимость выживания в борьбе против Мироздания, итог которой предрешён соотношением потенциалов сторон. Исчерпание же частной меры — переход в иную частную меру, обретение некоего нового качества. Чувство же меры, обращаясь к «голографическим» свойствам меры бытия, позволяет объективно соразмерно соотносить частности (совокупность «это» — «не это») друг с другом, формируя устойчивую мозаику мировоззрения, развертывающуюся от Истока Мироздания в направлении к самому себе.

8. Ещё некоторые иллюстрации триединства материи-информации-меры

Понятие о триединстве материи-информации-меры подразумевает, что:

·    материальные носители какого-то одного типа могут нести разную информацию, записанную в разных системах кодирования;

·    одна и та же информация может быть записана на материальных носителях разных типов (они могут обладать разной информационной ёмкостью) в разных системах кодирования;

·    одна и та же система кодирования информация может быть носительницей разной информации на материальных носителях разных типов.

Примеры именно этого соотношения в триединстве материи-информации-меры дают современные компьютерные технологии.

Сознанию большинства на протяжении тысячелетий не было свойственно видеть за образом (живописным или скульптурным), за звуком (мелодией, каковой бы она ни была) совокупность чисел. Однако в конце ХХ века лазерный компакт-диск (компьютерный CD-ROM) стал единым носителем для записи и звука, и изображения, и текста в цифровом коде, представляющем собой численную определённость, т.е. разновидность меры. Хотя систем кодирования, форматов «оцифровки» изображения, звука, текста может быть построено множество, но во всякой из них однозначно определено соответствие «совокупность кодовых групп чисел — изображение либо фонограмма, либо запись какой-то информации иного рода». Но всё, что записано на компакт-диске может быть записано и на других материальных носителях.

Хотя компакт-диск — искусственное порождение цивилизации (артефакт), тем не менее в жизни общества находят своё своеобразное выражение ТОЛЬКО законы бытия всего Мироздания; ничего того, чего в них нет в культуре цивилизации появиться не может, вне зависимости от того, понимать общеприродные закономерности бытия как выражение Божиего Предопределения либо как неотъемлемые свойства Природы. Поэтому следует прежде всего лишь увидеть численную определённость (меру) в образах, свойственных Объективной реальности вне порождений цивилизации, а порождения цивилизации использовать как модели, функционирование которых позволяет помочь понять более общие объективные закономерности бытия.

9. Переход от Я-центризма

к мировоззрению триединства материи-информации-меры

Как ясно из изложенного ранее Я-центризм складывается «сам собой» в процессе личностного развития человека, начиная с внутриутробного периода, а мировоззрение и миропонимание триединства материи-информации-меры в сознание индивида, основанное на Я-центричном мировоззрении и миропонимании, вносится извне в готовом к употреблению виде.

Из содержания предшествующего раздела лекции 4 видно, что повествование о категориях триединства материи-информации-меры как о предельных обобщениях в границах Мироздания, а равно как о первичных различиях в обобщающей категории «Мироздание» — весьма далеко от того, что примыкает в Я-центричном мировоззрении непосредственно к Я-центру либо находится вблизи от него, если идти по цепочкам взаимосвязей компонент мировоззрения. Вследствие этого Я-центризм, встречаясь в жизни с «противоестественным» (для него) набором предельных обобщений и взаимосвязей между ними, не может единомоментно признать собственную неадекватность и жизненную состоятельность мировоззрения триединства материи-информации-меры.

Поэтому неизбежна постановка вопроса о тестировании мировоззрения триединства материи-информации-меры на жизненную состоятельность, исходя из Я-центричного мировоззрения, атеистического в своих предельных формах проявления.

Поставив этот вопрос, обратимся к «Материализму и эмпириокритицизму» В.И. Ленина и приведём не только ленинское определение термина «материя», но и тот текст, в котором оно находится:

«… совершенно непозволительно смешивать, как это делают махисты[93], учение о том или ином строении материи с гносеологической категорией, — смешивать вопрос о новых свойствах новых видов материи (например, электронов) со старым вопросом теории познания, с вопросом об источниках нашего знания, о существовании объективной истины и т.п. Мах «открыл элементы мира»: красное, зелёное, твердое, мягкое, громкое, длинное и т.п., говорят нам. Мы спрашиваем: дана ли человеку, когда он видит красное, ощущает твёрдое и т.п. объективная реальность или нет? Этот старый престарый философский вопрос запутан Махом[94]. Если не дана, то вы неизбежно скатываетесь вместе с Махом в субъективизм и агностицизм[95], в заслуженные вами объятия имманентов[96], т.е. философских Меньшиковых[97]. Если дана, то нужно философское понятие для этой объективной реальности, и это понятие давно выработано, это понятие и есть материя. Материя есть философская категория для обозначения объективной реальности, которая дана человеку в ощущениях его, которая копируется, фотографируется, отображается нашими ощущениями, существуя независимо от них. Поэтому говорить о том, что такое понятие может «устареть», есть младенческий лепет, есть бессмысленное повторение доводов модной реакционной философии. Могла ли устареть за две тысячи лет борьба идеализма и материализма? Тенденций или линий Платона и Демокрита в философии? Борьба религии и науки? Отрицания объективной истины и признания её? Борьба сторонников сверхчувственного знания с противниками его?

Вопрос о том, принять или отвергнуть понятие материи, есть вопрос о доверии человека к показаниям его органов чувств. Вопрос об источнике нашего познания, вопрос, который ставился и обсуждался с самого начала философии, вопрос, который может быть переряжен на тысячи ладов клоунами-профессорами, но который не может устареть, как не может устареть вопрос о том, является ли источником человеческого познания зрение, осязание, слух и обоняние[98]. Считать наши ощущения образами внешнего мира — признавать объективную истину — стоять на точке зрения материалистической теории познания, — это одно и то же («Материализм и эмпириокритицизм», отдельное издание, Москва, «Политиздат», 1986 г., с. 140, 141).

В приведённой цитате две фразы мы выделили жирным шрифтом при цитировании. Однако, вопреки смыслу второй из них «диалектический» материализм отвергает практический мистически-религиозный опыт многих и многих людей в разных поколениях и в разных народах человечества всего лишь на том основании, что основоположники «диалектического» материализма такового личного практического опыта осмысленного общения с Богом и встреч с разного рода «мистикой» не имели; или он у них был, но они «умудрились» как-то его не заметить или как-то извращённо его осмыслить.

При этом встаёт вопрос: Что делать носителям практического опыта обретения так называемого «сверхчувственного знания»? — лицемерить вопреки совести и делать вид, что они так же и столь же бесчувственны и невнимательны, как и те, кто убеждён в принципиальной физической невозможности так называемого «сверхчувственного» восприятия разнородных проявлений Жизни?

Борьба против носителей и сторонников «сверхчувственного знания» была бы оправдана, а не представляла бы собой очевидную глупость, если бы нормальный здоровый человек своими органами чувств осознанно воспринимал все без исключения виды материи и соответственно — все несомые ими потоки информации. Но нормальный человек не видит и не слышит в диапазоне радиоволн без помощи технических средств, а ещё немногим более 100 лет тому назад не было и приборов для того, чтобы технически видеть и слышать в диапазоне радиоволн. Однако есть и те, кто слышит радиовещание по городской трансляционной сети и без репродуктора в квартире. Есть и те, кто «видит» звуки: одни из вариантов осуществления этого, казалось бы невозможного явления (глаз не для этого предназначен), основан на том, что акустическая волна, проходя через череп, колеблет зрительные нервы, а они, возбуждаясь при прохождении звуковой волны, вызывают у некоторых людей в силу особенностей их организмов ощущение видения им звука.

А если кто-то видит и слышит то, чего не видят и не слышат другие, а технических средств для работы с этими видами общеприродных излучений ещё не разработано, то что — нет и этих излучений? и кому должен верить философ — сам слепец и глухой: ограниченной Я-центризмом науке и технике на основе науки, которые говорят, что этого не может быть? либо тем, кто утверждает, что чувствует то, чего не чувствуют другие люди и приборная база науки? Если выразить это в терминах «диалектического» материализма, то такие люди ощущают своё взаимодействие с теми видами материи, которых не чует окружающее их большинство и приборная база науки соответствующей эпохи.

Теперь обратимся к анализу собственно ленинского «определения» термина «материя». Это «определение» эквивалентно следующему тождеству: «материя» º «Объективная реальность», т.е. материя в её ленинском понимании — сама Жизнь в предельно широком смысле слова с учётом необходимости поправки на атеизм В.И. Ленина.

По сути ленинское «определение» — замена одной языковой конструкции другой, а не определение обобщающего всеобщего понятия на основе синтеза некоторого множества единичных и особенных понятий.

Приведённый фрагмент показывает, что В.И.Ленин не придал значения или не заметил вопросов о том:

·    является ли различие красного и зелёного различием объективным, существующим помимо наших органов чувств, ощущений и помимо сознания людей?

·    было ли оно в эпохи, когда человечества на Земле ещё не было и рассуждать на эту тему было некому?

·    чем оно обусловлено?

С точки зрения дальтоника или лошади, не обладающей цветным зрением, объективной разницы между красным и зелёным действительно нет, но мы-то — не дальтоники в своём большинстве; да и дальтонику, вооружившемуся спектроскопом, восприятие этой разницы, хоть и опосредованно, но всё же объективно доступно — через приборную базу науки, а не непосредственно в ощущениях. Но если мы зрячи и видим различие «красного» и «зелёного» непосредственно в ощущениях или опосредованно через средства техносферы; если мы признаём, что объективный Мир (материя) существует помимо нашего сознания, а наши ощущения приносят нам образы, «созвучия» и «мелодии» внешнего мира, — то мы в праве задаться вопросом:

А образы внешнего мира, например, различие красного и зелёного цветов объективны? либо они — порождения нашего субъективизма?

И ответ, подтверждаемый Жизнью, на поставленный нами этот вопрос — один:

Образ объективен, хотя сам по себе он нематериален: он только запечатлевается в материи. Но способность субъекта, как и его неспособность к восприятию объективного образа, а так же и само субъективное восприятие объективного образа обусловлены особенностями организации (упорядоченности) материи, составляющей субъекта[99], и материи, несущей образ.

В частности, в различии красного и зелёного цветов выражается различие частот, характерных для излучения в красной и зелёной частях спектра. Т.е. это различие носит объективный характер и обусловлено объективной мерой — матрицей возможных состояний материи. Сама же эта матрица явно не материальна.

Мы не видим в ультрафиолетовой части спектра, вследствие общих всем свойств здорового человеческого тела. А при ущербных отклонении от нормы здоровья, возможны глухота, слепота — полная или частичная, чему примером дальтонизм. То есть и норма, и отклонения от неё обусловлены особенностями в организации специфического вида материи, из которой сформирован субъект: сбой в порядке (в структуре) построения хромосом и… красное — оно же «зелёное» либо стало видимо ультрафиолетовое или инфракрасное.

И это было очевидно и во времена основоположников «диалектического» материализма. Так, Ф.Энгельс неоднократно видел свой образ в зеркале, видел свой образ на фотографиях. Видел К.Маркса и живьём, и на фотографиях. Знал, что образы его и К.Маркса — объективно различные образы. Знал, что каждый из образов остаётся самим собой вне зависимости от его материального носителя: живого «белкового тела», оптического изображения этого тела в зеркале или его изображения на фотографии, т.е. образ объективен. Знал, что сам по себе образ нематериален (в смысле его характеризует не вещество или иной вид материи, его несущей), и нет однозначной обусловленности образа материальным носителем, поскольку на фотопластинке может быть запечатлён образ всякого материального объекта, который окажется в поле зрения объектива фотоаппарата, заряженного изначально чистой фотопластинкой.

То же касается и В.И.Ленина, тем более что, бичуя махистов, он о том же нематериальном и объективно существующем пишет: копируется, фотографируется, а в итоге объективная истина о внешнем мире — достояние человека, но об объективности нематериального — ни слова: ведь «копируется» не в смысле порождения материального дубликата объекта органами чувств; они создают только более или менее совершенный дубликат оригинального образа, опираясь на материальные и алгоритмические процессы, свойственные организму человека или подвластные ему во внешнем мире, и этот нематериальный дубликат «диалектики»-материалисты называют «отражением», «знанием», а идеалисты, как можно понять из «Материализма и эмпириокритицизма», — «опытом», «чистым опытом», придавая ему субъективный либо объективный характер в зависимости от обстоятельств и характера идеализма (объективный либо субъективный).

По нашему разумению вопрос о том, представляет ли собой всякий образ нечто нематериальное, но объективное, будучи неотъемлемой составляющей объективной реальности? — принадлежит к той же категории «гносеологических вопросов»[100], обсуждения каких много в литературе по «диалектическому» материализму, включая и сам «Материализм и эмпириокритицизм»:

«Существуют вещи независимо от нашего сознания, независимо от нашего ощущения, вне нас, ибо несомненно, что ализарин существовал вчера в каменноугольном дёгте, и так же несомненно, что мы вчера ничего не знали об этом существовании, никаких ощущений от этого ализарина не получали («Материализм и эмпириокритицизм», цитированное издание, с. 113).

— Ответьте: «Да» либо «Нет».

Однако «диалектический» материализм «гносеологическими вопросами» об объективности нематериального сам не задаётся. Замените в этой цитате слово «вещи» на слово «образы»: вопрос обретёт новый смысл, требующий при ответе на него одного — покинуть загон материализма вообще, и «диалектического» материализма, в частности.

А теперь сопоставим кое-какие факты.

В полном собрании сочинений В.И. Ленина (пятого издания) «Словарь живого великорусского языка» В.И. Даля упоминается трижды. Причём, как можно понять из соответствующих мест собрания сочинений, где упоминается «Словарь» В.И. Даля, В.И. Ленин ознакомился с ним уже после 1917 г., т.е. уже на закате своей жизни. В «Словаре» же В.И. Даля приводится простонародная поговорка «нет вещи без образа»[101]. И если её сопоставить с только что приведённой «гносеологической» цитатой из «Материализма и эмпириокритицизма», то эта поговорка, открывает более мощный взгляд на вещи, в частности, и на объективность материи; взгляд, отличный от взглядов европейских философских школ.

Она представляет собой один из многих показателей того, что простонародная житейская мудрость в совокупности русскоязычных пословиц и поговорок народов России в XIX веке во многом превосходила «научную философию» правящей «элиты» Европы, включая и российскую европейски образованную «элиту». И если «элитарная» «научная философия» систематически не пренебрегала бы простонародной мудростью и не противопоставляла себя ей, то она[102] избежала бы многих серьёзных ошибок.

Но в более широкой постановке вопрос об объективности заведомо нематериального образа, не зависящего от конкретного вида материи, его несущего, — это вопрос об объективной истине (либо в иных словах, об объективности смысла Жизни, об объективности информации, об объективности идей) как о нематериальной составляющей бытия, которая запечатлевается Жизнью в материи во всех её известных и неизвестных в каждую эпоху человеку видах, и для обозначения которой необходимы соответствующие «философские» категории. Это вопрос об основах адекватности субъективного познания объективной истины.

Но объективность нематериальных образов вещей (запечатлённой в них информации), это ещё не вся объективная нематериальность в Жизни. Образ остаётся самим собой, вне зависимости от переноса его с одного вида несущей его материи на другой; остаётся самим собой в каждой из множества своих копий, искусственным или естественным путём запечатлеваемых в том или ином виде материи. И это приводит ещё к одному «гносеологическому вопросу»:

Что объективное и нематериальное придаёт материи объективный образ?

Своеобразие материи всегда придает упорядоченность её фрагментов, точнее образ выстраивается определённым порядком организации материи; и определённый образ, несомый материей, разрушается изменением порядка в несущих его материальных структурах. В этом одна из составляющих взаимной обусловленности качества (в данном случае — образа) количеством и порядком.

Порядок тоже не материален, хотя неотъемлемо связан с материей, поскольку нет в Мироздании неупорядоченной материи: даже один «хаос» отличим от другого по свойственным ему математико-статистическим характеристикам, поскольку он упорядочен[103] иначе. Действительно, порядок расположения молекул химических соединений в эмульсии фотопластинки (фотоплёнки) — один, а в изображении акварелью — другой порядок других по атомному составу и их внутренней упорядоченности молекул, а объективный образ, запечатленный на фотопластинке и в акварели, может быть одним и тем же, несмотря даже на то, что на фотопластинке он получен посредством техники, а акварель — произведение художественного творчества человека.

Но термин «порядок» — это определение не по существу. Если по существу, то:

Всякий порядок — это мера как определённость и предопределённость: определённость численная, т.е. определённость количественная и порядковая, в совокупности образующие векторно-матричную определённость, включая и определённость различия правой и левой систем координат; определённость, упреждающая акт творения, т.е. это — Предопределение Божие в религиозном миропонимании.

Предопределённость, в частности: в одном из самых простых своих выражений — как закономерное порождение в одних и тех же физических условиях атомами молекул химических соединений; в самом высокоорганизованном выражении, но локализованном границами общества, — как закономерность (повторяемость) исторических явлений, обратно пропорциональная их духовности[104], т.е. осмысленности самими людьми — делателями истории — своего прошлого и своих намерений на будущее.

Ф. Энгельс тоже затрагивал эту проблематику:

«Материя как таковая, это — чистое создание мысли и абстракция. Мы отвлекаемся от качественных различий вещей, когда объединяем их, как телесно существующие, под понятие материи. Материя как таковая, в отличие от определённых, существующих материй, не является, таким образом, чем-то чувственно существующим. Как естествознание ставит себе целью отыскать единообразную материю как таковую и свести качественные различия к чисто количественным различиям, образуемым сочетаниями тождественных мельчайших частиц, то оно поступает таким же образом, как если бы оно вместо вишен, груш, яблок желало видеть плод как таковой, вместо кошек, собак, овец и т.д. — млекопитающее как таковое, газ как таковой, металл как таковой, камень как таковой, химическое соединение как таковое, движение как таковое. (…) Как доказал уже Г.Гегель («Энциклопедия», ч. I, с. 199), это воззрение, эта «односторонне математическая точка зрения», согласно которой материя определима только количественным образом, а качественно искони одинакова, есть «не что иное, как точка зрения» французского материализма XVIII века. Она является даже возвратом к Пифагору, который уже рассматривал число, количественную определённость[105], как сущность вещей» («Анти-Дюринг», отдельное издание, Москва, «Политиздат», 1988 г., с. 400, 401).

И это не единственное место, где Ф. Энгельс затронул тему мерной определённости и предопределённости. Он писал о вечности соединений углерода:

«Соединения углерода вечны в том смысле, что при одинаковых условиях смешения, температуры, давления, электрического напряжения и т.д. они постоянно воспроизводятся» («Диалектика природы», отдельное издание, Москва, «Политиздат», 1987 г., с. 262).

— Однако вопрос о том, что именно — какая объективная данность — выражается в том, что углерод — всегда углерод, а водород — водород, как изменение мерной определённости переводит реальную, а не абстрактную материю Мироздания из одного состояния в другие и т.п.? — у него не вставал.

Так при построении философии «диалектического» материализма сработал алгоритм рассмотрения вопросов, исходящий из принципа, чтобы «за деревьями леса было не видать», достаточно часто проявляющийся при развитии мировоззрения и миропонимания на основе Я-центризма.

Все основоположники «диалектического» материализма[106] и их идейные противники — философы других направлений, как это видно даже из относительно небольшого объёма приведённых нами цитат, так или иначе пишут определённо о трёх неразрывно связанных в Мироздании категориях — материи, информации, меры, — называя их разными именами, но не могут их свести воедино и синтезировать на их основе обобщающее их понятие, в котором разрешается и предстаёт как явное НЕДОразумение конфликт материализма, идеализма и «нумерологической философии», лепетавшей о том, что числа правят миром, но которой идеализм должного значения не придавал, а материализм относил к разновидностям идеализма.

Одно из мест, показывающих как диалектический материализм «в упор не видит» триединства объективных разнокачественностей материи-информации-меры и не понимает его значимости как понятия в ранге «всеобщее» в пределах Мироздания, хотя говорит по существу о нём, есть у Ф. Энгельса:

«Негели[107] сперва заявляет, что мы не в состоянии познавать действительность качественных различий, а вслед за этим тут же говорит, что подобные «абсолютные различия» не встречаются в природе! /…/.

Во-первых, всякое качество имеет бесконечно много количественных градаций, например оттенки цветов, жёсткость и мягкость, долговечность и т.п., и, хотя они качественно различны, они доступны измерению и познанию.

Во-вторых, существуют не качества, а только вещи, обладающие качествами, и притом бесконечно многими качествами. У двух различных вещей всегда имеются известные общие качества (по крайней мере свойства телесности), другие качества отличающиеся между собой по степени, наконец, иные качества могут совершенно отсутствовать у одной из этих вещей» («Диалектика природы», раздел «Заметки и фрагменты», «Диалектика», цитированное издание, с. 200).

В приведённой цитате Ф. Энгельс (а вслед за ним и весь «диалектический» материализм) возводит материю в ранг предельно обобщающего понятия, низводя всё остальное до иерархически низшего ранга не определённого по составу множества частных свойств материи. Однако делает он это по умолчанию, хотя прямо пишет и об обусловленности нематериальных качеств материи (информации о ней) мерой (численной определённостью, количественной и порядковой, включая матрично-векторную).

Но то, что исторически реальные философы-идеалисты, включая и формального логика-диалектика Г. Гегеля, не вышли на понятие триединства объективных разнокачественностей материи-информации-меры, хотя почти все светила европейской философии ходили вокруг да около, спотыкаясь о него[108], — однозначно говорит о том, что и все виды идеализма, развитые к концу XIX века в библейской культуре (на Западе), не лучше любого из видов материализма того времени.

Не всё ладно и в философских традициях, восходящих к знахарским культурам народов Востока. В частности, символ  можно понимать в смысле диалектической двойственности: две противоположности, слитые воедино, каждая из которых несёт в себе качество парной ей противоположности (символизируемой точкой противоположного цвета, помещённой внутри каждого «червячка-головастика»).

Но возможно его понимание и в смысле триединства: кроме этих двух противоположностей есть ещё и бесцветная, прозрачная и пустая форма-матрица, которая проявляется, т.е. становится видимой, неразрывно соединяя в себе обе противоположности в известное всем . Без этой пустой, прозрачной и бесцветной формы, отличной и от «инь», и от «янь» (информационных характеристик компонент этого символа), от вполне определённого по своей графической структуре символа  осталась бы только бесформенная «серо-буро-малиновая» клякса. Однако в достаточно широко известной литературе, посвящённой восточным философским традициям, нам не приходилось встречаться с толкованием  в смысле триединства материи-информации-меры.

При этом полезно заметить, что в интерпретацию  как символа триединства материи-информации-меры в Мироздании входят предельно обобщающие категории, воспринимаемые человеком в жизни непосредственно, что отличает её от традиционной интерпретации , в которой непосредственно восприятие вселенских составляющих  «инь» и «янь» для большинства проблематично.

И эта ущербность, непонимание Мироздания как триединства материи-информации-меры идеализмом и материализмом во всех их разновидностях в ПУБЛИЧНЫХ — экзотерических — ФИЛОСОФИЯХ всех культур, включая и мусульманскую[109], сохраняется и до наших дней.

Никто самостоятельно не вышел на это понятие, хотя как показывает анализ текстов В.И. Ленина, Ф. Энгельса и других философов, рассмотрение символа  и его толкований, — практически все ходили вокруг триединства материи-информации-меры и «спотыкались» о его компоненты, будучи не способны преодолеть свой Я-центризм и выйти на это понятие.

И при всём при том европейская ПРОИСТЕКАЮЩАЯ ИЗ БИБЛИИ публичная экзотерическая философия издревле всех с нею сталкивающихся ставит перед выбором:

Идеализм либо материализм? Третьего[110] не дано! Выбирайте! — Но выбирая из двух искусственно и злоумышленно сконструированных разновидностей лжи, невозможно избрать истину.

И в то же самое время прикладная, т.е. не абстрактно-кабинетная, философия на основе триединства первичных разнокачественностей материи-информации-меры существовала всё это время в той же самой библейской культуре, но была предназначена не для системы публичного философского образования, а для внутреннего употребления эзотеристами. Именно о триединстве материи-информации-меры в иносказательной, запрограммированной на неоднозначность понимания форме повествует приводившиеся ранее выдержки из книги В. Шмакова «Священная книга Тота. Великие арканы Таро».

Это приводит к вопросу о том, откуда носители той эзотерической традиции взяли мировоззрение, мозаика которого развёртывается в направлении «от общего к частностям». На сей счёт могут быть самые разные мнения, однако Коран сообщает прямо:

«И вот Мы даровали Моисею писание и различение, — может быть, вы пойдёте прямым путём!» (сура 2:50(53) ).

Т.е., если принимать это кораническое свидетельство, то Моисею было дано Свыше два качественно разнородных информационных модуля — некое «Писание», и «Различение». Сура 25 Корана так прямо и называется — «Различение». И на основе сообщаемого в её первых аятах мы вышли на триединство материи-информации-меры — систему первичных различий = предельных обобщений в границах Мироздания.

И если хранители некой эзотерической традиции, фрагменты текстов которой приводит В. Шмаков в цитированных ранее фрагментах «Священной книги Тота. Великих арканах Таро», не сами догадались о триединстве, но скрыли от общества часть информации, открытой Свыше через Моисея для просвещения всех людей без исключения, то они могут быть охарактеризованы словами Корана: «Кто же нечестивее того, кто скрыл у себя свидетельство Божие?» (сура 2:134(140) ).

И вследствие этого сокрытия и на его основе в ходе глобализации складывается система разделения обществ на социальные группы по мировоззренческому признаку, о которой речь шла в начале этой лекции — в разделе 1:

·    наименее адекватные жизни мировоззрения калейдоскопического типа и Я-центричные мозаики, сводимые к метрологически несостоятельному набору предельных обобщений «вещество, дух (природные поля), пространство, время», — предназначены «всем»;

·    а избранным носителями эзотерической традиции для того, чтобы они управляли «всеми», предназначено мировоззрение триединства материи-информации-меры, о котором неоднозначно повествует приведённый ранее текст из книги В. Шмакова «Священная книга Тота. Великие арканы Таро».

Как ясно из приведённого в настоящем и предшествующем разделах лекции 4, жизненная состоятельность мировоззрения триединства материи-информации меры подтверждается практически (прежде всего — практикой измерений и осмыслением органолептического мировосприятия) во всех без исключения отраслях деятельности людей. И оно показывает свою работоспособность в тех случаях, когда утрачивает работоспособность Я-центричное мировоззрение, сводимое к предельным обобщениям «вещество, дух (природные поля), пространство, время».

Т.е. в Жизни есть объективная основа для того, чтобы в процессе развития своего миропонимания, индивид осмысленно и целенаправленно перешёл от стихийно складывающегося и казалось бы безальтернативного Я-центричного мировоззрения и миропонимания калейдоскопического или мозаичного типа, к мозаичному мировоззрению триединства материи-информации-меры.

Однако переход к мировоззрению триединства материи-информации-меры — не одномоментный процесс, свершающийся «сам собой» сразу же по ознакомлении с этой возможностью. Этот процесс требует времени и определённой работы индивида по переосмыслению ему известных фактов и всей своей системы мировосприятия.

Из затронутых в этой лекции вопросов вне рассмотрения осталась гипотеза о бытии Бога, которая была упомянута при представлении альтернативы Я-центризму и его системе предельных обобщений. Это — один из вопросов проблематики религиозности и атеизма, которая будет рассмотрена в последующих лекциях.

Лекция 4 в редакции от 27.02.2008 г.

Последние уточнения: 26.03.2008 г.

Лекция 5. Структура личностной

и порождение коллективной психики

Главная задача психологии как общественно полезной прикладной науки. Претензии к исторически сложившимся традициям психологии. Двухуровневая модель психики: сознание и бессознательное — режимы взаимодействия. Нравственность. Эмоции и эмоционально-смысловой строй. Процессно-образное и дискретно-логическое мышление. Типы строя психики. Порождение индивидами коллективной психики (эгрегоров) и взаимодействие личности и эгрегоров.[111]

1. Главная задача психологии

как общественно полезной прикладной науки

Главная задача психологии как общественно полезной прикладной науки — помочь человеку организовать его психическую деятельность так, чтобы он не был «ошибкой Природы», которую Природа со временем бы исправила, безжалостно уничтожив человека; чтобы всякий мог благотворно реализовать в жизни свой генетический потенциал развития.

Сказанное в предыдущем абзаце касается как всякого индивида персонально, так и культурно своеобразных общностей, вплоть до человечества в целом: практика — критерий истины, и, соответственно этому принципу, никчёмное для Природы не выживает.

Решение этой — главной — задачи общественно полезной психологии требует рассмотрения:

·    возможных вариантов структуры психики личности как информационно-алгоритмической системы;

·    функциональности каждого из вариантов;

·    выбора наиболее функционального варианта и выявления путей и методов перехода к нему от любого другого.

При этом требование обеспечения метрологической состоятельности при таком подходе означает, что всякий индивид на основе его собственных чувств должен быть способен осознанно разграничивать в себе самом все компоненты предлагаемой ему модели психики и осознано воспринимать характер взаимосвязей между ними и их изменение.

2. Претензии к исторически сложившимся традициям психологии

К настоящему времени известно множество моделей личностной психики, которые сложились в разных культурах и развиты из разных предпосылок.

В последние несколько десятилетий интерес практически всех обществ к проблемам психологии обострился под давлением разного рода житейских обстоятельств. Желая повысить свою стрессоустойчивость и стать успешными в жизни, люди читают произведения основоположников и продолжателей традиций школ психологии западной науки (З. Фрейда, К.Г. Юнга и др.); вчитываются в трактаты по нейролингвистическому программированию, дианетике и саентологии; читают и литературу, представляющую психологические традиции, исходящие из экзотерических и эзотерических ветвей ведической культуры Востока, других регионов планеты; читают литературу, представляющую традиции «шаманизма» разных народов (наиболее широко известны книги Карлоса Кастанеды об учении дона Хуана); читают всё, и особенно то, на что пришла мода.

Однако у литературы, представляющей все эти традиции, есть одна особенность: её рецепты в подавляющем большинстве случаев не могут быть применены человеком самостоятельно к выявлению и разрешению психологических по своему характеру проблем: прежде всего, — его собственных, а также и проблем других людей и обществ в целом.

Так ведическая традиция настаивает на том, что организм человека включает в себя множество взаимодействующих друг с другом тел, одно из которых — плотное (вещественное, состоящее из плоти и крови) и несколько «тонких тел» (биополевых): эфирное, астральное, ментальное, каузальное и др., с которыми связаны соответствующие «чакры» — функционально специализированные энерго-информационно-алгоритмические центры.

Однако, подавляющему большинству читателей восприятие даже своих собственных «чакр» и «тонких тел» (а не то, что «чакр» и «тонких тел» других людей) недоступно. Для того, чтобы научиться их воспринимать и диагностировать проблематику на этой основе, необходимо систематически (а это требует времени и сил) заниматься теми или иными психо-физиологическими практиками (различные направления йоги): психика личности и физиология взаимосвязаны и взаимно влияют друг на друга.

Кроме того самостоятельные занятия такого рода психо-физиологическими практиками разной направленности без контроля и помощи со стороны более продвинувшихся в них индивидов небезопасны для психики занимающихся: «йоги-самоучки» — одна из подгрупп контингента психбольниц. Причина этого в том, что всякая йога сродни «хакерству»: в том смысле, что представляет собой самочинное получение доступа к тем или иным информационно-алгоритмическим ресурсам. Эта самочинность может реализовываться на относительно безопасных путях, но может приводить психику индивида в такие состояния, когда она становится непригодной для жизнедеятельности. Именно по этой причине исторически сложившиеся устойчивые практики разнородной йоги представляют собой передачу определённых знаний и навыков от учителей к ученикам непосредственно в личном общении, а самочинность в них, мягко говоря, не поощряется.

То же, но в ещё большей степени, касается и разновидностей «шаманизма», основанных на применении тех или иных воздействующих на физиологию и психику снадобий: в них есть открытые возможности получить отравление (в том числе и смертельные) или стать наркоманом.

И хотя достижения продвинутых йогов впечатляют, однако Индия, в которой йога родилась и воспроизводится на протяжении многих веков в преемственности поколений, — одно из наиболее проблемных обществ глобальной цивилизации. Главные причины этого — индивидуализм всех йог, а вследствие того, что к каждому ребёнку с детства не приставишь «продвинутого гуру», носители традиций йоги в обществе обретают по существу «элитарный» (хотя и не кланово-«элитарный») характер, и при разделении общества на толпу и «элиту» не способствуют разрешению проблем общества.

Есть и более свежий пример такого рода: это — саентология[112], публично распространяемая с 1950‑го года, которую иногда представляют как адаптированную к западному менталитету версию буддистских психологических практик. Вне зависимости от того, каких успехов добивался лично Л.Р. Хаббард в разрешении проблем людей, саентологическая церковь быстро доказала во всех странах мира, что именно коммерческие интересы корпорации «гуру от саентологии», а не сострадание и желание помочь людям, — главный двигатель этой организации. Это и обуславливает результаты деятельности саентологической церкви во всех странах мира и отношение к ней, хотя саентологии как таковой привержено и некоторое количество бескорыстных подвижников.

Ещё хуже обстоит дело с традициями психологии, возникшими в культуре Запада. Наиболее яркий пример тому — фрейдизм: осознанный наркоманом З. Фрейдом его собственный «Эдипов комплекс»[113], «латентный гомосексуализм»[114] и выявленный им у кого-то из психопаток женский «комплекс кастрации»[115] стали присущи психике многих в силу того, что, начитавшись З. Фрейда, они приняли написанное им за истину, под воздействием чего создали дубликаты этих монстров в своей психике и поручили им властвовать над собой, хотя ранее их психика была свободна от этих пороков.

Главная причина того, что реальные возможности психологических традиций Востока и Запада, Севера и Юга, аскетических йог и «шаманизма», позволяющего себе многое, оказываются на протяжении тысячелетий ниже потребностей подавляющего большинства людей и обществ, состоит в том, что все они выражают господствующий в цивилизации Я-центризм мировоззрения, поскольку сложились и развиваются на его основе. Вследствие этого их приверженцы не понимают взаимосвязей информации, меры и материи в процессах психической деятельности людей. Именно по этой причине психологические традиции Востока для большинства людей невоспроизводимы без наставников «гуру», а школы психологической науки Запада не всегда адекватно разграничивают личностно-субъективное и объективно свойственное всем людям или объективно возможное для них (как следствие они не разграничивают в ряде случаев психическую патологию и психическое здоровье, что наиболее ярко появилось во фрейдизме).

По существу эти примеры означают, что всякий человек должен стать и быть психологом для самого себя, т.е. уметь выявлять проблемы в своей психике и успешно их разрешать, оказывая в этом деле помощь окружающим и принимая их помощь, если проблемы в одиночку неразрешимы. А для этого необходима адекватная жизни модель личностной психики (как системы) и психической деятельности (как процесса), которую он мог бы понять однозначно и однозначно соотнести со своим мировосприятием вне зависимости от того, обычный он человек либо далеко продвинувшийся йог.

3. Двухуровневая модель психики:

сознание и бессознательное — режимы взаимодействия

От всех этих проблем психологической науки и психологических практик, обусловленных Я-центризмом, можно уйти, если при рассмотрении психической деятельности опираться на мировоззрение триединства материи-информации-меры, в котором все три названные категории — объективная данность во множестве их разнообразных проявлений в жизни.

На этой основе, соотносясь с требованиями к модели психики, высказанными в двух предшествующих разделах этой лекции, можно построить двухуровневую модель психики, включающую в себя две компоненты — сознание и бессознательное.

Сознание, как явление психической жизни, можно определить как область информационного отождествления индивида с Жизнью как таковой на основе своего миропонимания[116] и потока чувственного восприятия жизни в каждый момент времени. В религиозном миропонимании формулировка остаётся прежней — под «индивидом» понимается вечная душа.

Такое определение сознания соотносимо практически со всеми состояниями индивида. Если индивид бодрствует, то он что-то осознаёт. Если он спит, то с точки зрения окружающих он без сознания, однако при этом сам индивид может видеть сон, и если по пробуждении сновидение будет достоянием его сознания, то с точки зрения самого индивида он в период сновидения пребывал в сознании, однако область информационного отождествления его и Жизни в период сновидения не совпадала с той, которая ему обычно свойственна в состоянии бодрствования. Однако, поскольку в состоянии бодрствования люди не помнят большей части потока событий, протекавших в их сознании в период сна, то это является основной убеждённости многих в том, что в период сна их сознание было выключено: но сновидения оставшиеся в памяти и в период бодрствования, являются знаком того, что сознание и во сне сохраняло свою активность, но было разобщено с областью мировосприятия, характерной для бодрствования, а индивид решал какие-то иные задачи.

В состоянии бодрствования, если нет воздействия психотропных веществ на психику, сознание большинства людей связано с их вещественным телом и органами чувств вещественного тела, а все процессы, протекающие на основе полевых носителей проходят мимо сознания, хотя бессознательные уровни психики могут воспринимать и их. Осознанное произвольное восприятие этих процессов в состоянии бодрствования возможно на основе освоения психофизиологических практик разнородных йог и шаманизма. Разного рода практики позволяют расширять сознание, т.е. включать в поток мировосприятия то, что в обычном состоянии бодрствования не воспринимается органами чувств вещественного тела; либо смещать сознание в иные области мировосприятия, в большей или меньшей мере утрачивая в такие периоды восприятие мира посредством органов чувств вещественного тела.

Так сознание может смещаться по частотным диапазонам своего функционирования. Это выражается в том, что некоторые люди способны переходить от одного психотипа (флегматики, сангвиники, холерики) к другим. Одни делают это под воздействием обстоятельств, другие произвольно в зависимости от своих потребностей в активности. Кроме того, в литературе описаны случаи, когда люди, пережившие экстремальные ситуации, вспоминали, что в ходе развития этих экстремальных ситуаций они воспринимали как весьма продолжительные те явления, которые в обычном состоянии представляются всем мгновенными. Такого рода свидетельства[117] существуют, хотя в условиях эксперимента явление «замедления течения времени» — «смещения сознания в иные частотные диапазоны мировосприятия» воспроизвести не удалось. В частности и в сновидениях сознание смещается в иные частотные диапазоны мировосприятия: как показывают исследования психологов, то, что субъективно воспринимается как продолжительный во времени сюжет, развивающийся в сновидении, длится от долей секунды до нескольких секунд.

Освоение всевозможных «сверхспособностей», чтобы они были подвластны воле индивида в состоянии бодрствования, для многих оказывается заманчивым. Однако психика индивида — информационно-алгоритмическая система, в которой все компоненты должны соответствовать друг другу. И одна из опасностей самочинного освоения практик расширения сознания и т.п. состоит в том, что если индивид начинает в своём сознании воспринимать информации больше, чем он может осознанно осмыслить, то он в большей или меньшей степени утрачивает самообладание (способность осмысленно вести себя в жизни): в результате информационные потоки, которые он не успевает осмыслять гнетут и гонят его по жизни примерно так, как осенний ветер гонит по поверхности пруда опавшие листья, захлёстывая их волнами.

Сознание всегда индивидуально. Термины типа «коллективное сознание», «общественное сознание» исключают однозначность их понимания именно потому, что за ними не стоит никакое реальное явление, хотя они допускают понимание в смысле «совокупность сознаний индивидов» и т.п. Такого рода термины — один из примеров ошибок в сборке «кубика Рубика» — миропонимания.

Воля как жизненное явление представляет собой способность индивида подчинять себя самого и течение событий вокруг себя осуществлению осознанной им целесообразности.

Воля всегда действует с уровня сознания.

Хотя в сюжетах сновидений сознание чаще всего безвольно, однако в ряде случаев воля может активизироваться и действовать в ходе развития сюжета сновидения. Сновидения, в которых воля проявляет активность, имеют специфическое свойство: если в таком сне субъектом разрешены какие-то его нравственно-этические проблемы, то следствием «сна», а по сути — разрешения нравственно-этических проблем — может стать переход к иному качеству жизни, поскольку перезадание нравственных стандартов в таких снах влечёт за собой перестройку матриц — сценариев будущей жизни сновидца.

Внимание, как и воля, тоже — своеобразное явление, свойственное уровню сознания в психике индивида.

Вторая опасность (помимо того, что он может начать чувствовать больше, чем способен осмыслить), связанная с самочинным освоением разного рода практик расширения и изменения сознания, состоит в том, что если в таких состояниях индивид утрачивает волю, то последствия непредсказуемы и в большинстве случаев неблагодатны.

Сознание опирается на бессознательные уровни психики личности. Их обычно именуют «подсознанием» или «бессознательным».

Бессознательное — соответственно определению — находится в каждый текущий момент вне границ сознания, и потому как о его содержании, так и разграничении личностного бессознательного и окружающей среды индивид сам не может осознанно судить в темпе течения событий, хотя может проанализировать эту проблематику позднее:

·    по проявлениям в деятельности, переосмысляя своё прошлое;

·    либо проанализировав те сны, которые остались в памяти, доступной сознанию, по пробуждении (хотя часть снов просто «разгребание информационного мусора», но бывают и иные сны, в которых бессознательные уровни психики в личностно специфическом языке символических образов и в прямой или метафорической лексике показывают сознанию индивида своё содержимое и свои внешние границы).

В бессознательном можно выделить личностно локализованную компоненту и некую коллективную компоненту, обусловленную той социальной и природной средой, с которой взаимодействует личность в рассматриваемый момент времени, о природе которой мы поговорим в заключительном (8‑м) разделе настоящей лекции, когда будем рассматривать порождение индивидами коллективной психики.

И сознание и бессознательные уровни психики представляют собой информационно-алгоритмические системы, взаимодействие которых и образует психику личности. И чтобы понимать, какой именно вариант их взаимодействия является наилучшим, надо осознавать возможности и того, и другого.

В обычном состоянии сознание подавляющего большинства людей способно удерживать 7 — 9 объектов одновременно, а скорость обработки информации при этом составляет не более 15 бит/сек.[118] Последняя характеристика непосредственно ощутима человеком и выражается в том, что при скорости проекции киноплёнки 16 кадров в секунду и более сознание воспринимает не последовательность сменяющих друг друга кадров, а «движущееся» изображение, становясь жертвой киноиллюзии. Иллюзорность движения на экране перед сознанием предстаёт только опосредованно, например, иногда на экране видно, что колёса машин, если судить по направлению «движения» спиц или отверстий в ободе колеса, вращаются в сторону, противоположную направлению движения самой машины, либо неподвижны или изменяют направление своего вращения при ускорении и замедлении движения машины (то же касается гусениц танков и винтов самолётов и вертолётов). Возникновение этой иллюзии обусловлено определёнными соотношениями частоты кадров киносъёмки и частоты вращения колёс и носит название «стробоскопический эффект».

Бессознательные же уровни психики обладают многократно большей информационной ёмкостью и производительностью по обработке информацию. В частности, как показали исследования психологов, в то самое время, когда для сознания индивида отдельные кадры проецируемой киноленты «плывут» и сливаются в иллюзию явно видимого движения, бессознательные уровни психики не только способны воспринять пресловутый «25‑й кадр»[119], но сверх того успевают «прорисовать» те фазы движения, которые не попали в кадры реальной киноленты, а должны находиться в интервалах между ними.

Это соотношение возможностей сознания и бессознательных уровней психики говорит о том, что не надо возлагать на сознание задачи, которые оно решать не способно: сознание и бессознательное должны взаимодействовать друг с другом, решая свои задачи в объединяющем их процессе психической деятельности индивида. Однако всего лишь в двухкомпонентой информационно-алгоритмической системе возможны несколько вариантов её функционирования, характеризуемых параметрами взаимодействия её компонент.

Вариант первый. Сознание активно, т.е. воля действует, однако доступ к информационно-алгоритмическим ресурсам бессознательного для него почти полностью закрыт. Такое состояние возникает, если человек просыпается «неправильно», когда сон прерывается будильником или ещё какими-то факторами в некоторое неподходящее время[120], либо на следующее утро после обильного пьянства. Поскольку бóльшая часть деятельности людей протекает на основе информационно-алгоритмического обеспечения бессознательных уровней психики, то утрата доступа к ним приводит к тому, что индивид едва способен совершать самые простые действия и не может приступить к серьёзным делам до той поры, пока не восстановится привычный для индивида формат доступа к информационно-алгоритмическим ресурсам бессознательных уровней психики.

Вариант второй. Воля не действует, сознание пассивно в том смысле, что воспринимает информацию о внешней среде, приносимую органами чувств отстранённо созерцательно, не вмешиваясь в течение событий, аналогично тому, как воспринимает кинофильм зритель. Бессознательные уровни психики могут быть в это время активны и заняты следующими делами:

·    1). Выдавать на уровень сознания результаты своей деятельности по обработке информации, входящей в миропонимание, в связи с решением каких-то жизненных задач индивида, не обусловленных непосредственно ситуацией, в которой он находится в это время.

·    2). Обеспечивать взаимодействие индивида с ситуацией, в которой он находится, но в течение событий в которой его воля не встревает.

·    3). Отчасти делать оба названные выше дела одновременно, перераспределяя между ними свои информационно-алгоритмические ресурсы и мощности по обработке информации.

Первое — жизненно необходимое явление, представляющее собой процесс осознания себя и осознания Жизни, но оно должно протекать в соответствующих этому обстоятельствах, поскольку, если взаимодействие с ситуацией протекает на основе бессознательных автоматизмов без контроля сознания и за развитием ситуации, и за автоматизмами бессознательных уровней психики, то это оказывается не безопасным и для самого индивида, и для окружающих.

Так, если сознание занято на улице разговором по мобильнику или внимает результатам обработки какой-то информации, выдаваемым бессознательными уровнями психики, отстранившись от ситуации, то велики шансы стать жертвой ДТП. Тем более опасно и для себя, и для окружающих впасть в такое состояние за рулём автомобиля. И анализ развития многих катастроф, которые не были вызваны неожиданной поломкой техники, показывает, что либо операторы, управлявшие этой техникой, либо те, кто готовил эту технику к использованию, немотивированно, т.е. бессознательно действовали вопреки всем инструкциям по её обслуживанию и эксплуатации. Причём их неадекватные действия не были результатом их волевого решения игнорировать те или иные положения инструкций и правил и умышленно нарушать их, полагаясь на «авось, ничего плохого не произойдёт». Всё произошло как-то само собой, и все такого рода негативные результаты в русском языке объясняются словами «нечаянно», «не умышленно», «не нарочно».

По существу рассмотрение описанных выше режимов функционирования личностной психики, в которых сознание и бессознательные уровни психики работают самостоятельно, и какой-то из уровней доминирует в выработке и осуществлении линии поведения индивида, показывает, что такие режимы недопустимы, за исключением одного единственного случая — процесса осознания себя и Жизни на основе выдачи на уровень сознания бессознательными уровнями психики результатов обработки ими некоторой информации. Но этот режим требует внешних обстоятельств, гарантирующих безопасность самого индивида и окружающих.

Во всех остальных случаях, когда человек бодрствует, сознание и бессознательные уровни должны пребывать в диалоговом режиме обмена информацией, и каждый уровень психики должен решать свойственные ему задачи.

Вариант третий. Сознание активно (в смысле активности воли и внимания) и пребывает в диалоговом режиме взаимодействия с активными бессознательными уровнями психики. По характеру информационного обмена между сознанием и бессознательными уровнями психики и задачам, решаемым на каждом из уровней, этот режим аналогичен взаимодействию живого пилота и автопилота в процессе управления самолётом.

В наши дни самолёт по маршруту в большинстве случаев ведёт автопилот, а некоторые модели автопилотов, способны выполнять и определённые манёвры. В обязанности же пилота входит ставить задачи перед автопилотом и настраивать его на те или иные режимы полёта на основе информационно-алгоритмического обеспечения, вложенного в автопилот, а также — контролировать соответствие параметров полёта под управлением автопилота полётному заданию.

Психика человека в представлении её двухуровневой моделью «сознание + бессознательное» от этой аналогии отличается одним: сознание способно ставить перед бессознательными уровнями психики ещё две задачи, аналогичные друг другу по своему существу — познанию и творчеству:

·    вырабатывать информационно-алгоритмическое обеспечение тех видов деятельности, которыми человек ранее не занимался;

·    исправлять ошибки и неадекватности в тех компонентах информационно-алгоритмического обеспечения поведения личности, которые уже наличествуют в психике.

И соответственно бессознательные уровни психики должны обслуживать работу уровня сознания.

При этом ещё раз обратим внимание на то, что воля и внимание, — в психике человека действуют на уровне сознания, а одним из объектов воздействия воли и сознания являются бессознательные уровни психики: за автоматизмы бессознательных уровней психики осознанно должен отвечать сам индивид. Соответственно:

Режим взаимодействия, при котором сознание находится под диктатом бессознательных уровней психики, в плену своего бессознательного, безвольно или по невнимательности следует всему, что делает бессознательное, — ошибочен, это — СИСТЕМНАЯ ошибка[121].

Анализ процессов в предложенной двухуровневой модели психики приводит к вопросу о том, что объединяет сознание и бессознательные уровни психики в единую информационно-алгоритмическую систему — психику индивида? Ответ на этот вопрос прост: нравственность и нравственно обусловленная взаимосвязь эмоций и осознаваемого смысла.

«Нравственность», «безнравственность», «эмоции» — слова, которые употребляются довольно часто и которые как бы понятны всем в обыденном разговоре. Однако они же приводят в недоумение почти всех, когда им предлагается объяснить, какие именно реальные явления в психике индивида стоят за этими словами. Причина этого недоумения — Я-центризм, в котором информация и мера не являются объективными категориями бытия.

Если же мы опираемся на мировоззрение триединства материи-информации-меры, то всё это можно легко понять, и это понимание будет адекватно жизни.

4. Нравственность

Нравственность представляет собой совокупность нравственных стандартов, свойственных алгоритмике психике личности.

Всякий нравственный стандарт (как компонента нравственности в целом) это — функционально аналог оператора условного перехода, которые хорошо известны всем, кто изучал программирование для ЭВМ: «если выполняется условие “А”, то выполнить действие № 1, если условие “А” не выполняется, то выполнить действие № 2», например: «если x>2, то перейти к оператору № 2000, иначе — к оператору № 3000».

Если некий алгоритм представить как блок-схему, то в операторах условного перехода, последовательность операций, свойственных алгоритму, разветвляется. Если искать зримую аналогию, то оператор условного перехода аналогичен стрелочному переводу на железной дороге: стрелка положена в одном направлении — поезд (информационный поток) идёт на один путь, если стрелка положена в другом направлении поезд (информационный поток) направляется в другом направлении.

Отсутствие определённости в условиях перехода (перенаправления информационного потока) — аналогично поломанной железнодорожной стрелке, которая не способна направить поезд ни по одному из двух путей, исходящих из неё, что обычно влечёт за собой катастрофу. Соответственно безнравственность — это отсутствие определённости в некоторых нравственных стандартах.

Предположим, что мы имеем одни и те же исходные данные и два экземпляра одного и того же алгоритма их обработки, отличающихся друг от друга только тем, что в операторах перехода, управляющих информационными потоками, заданы не совпадающие друг с другом стандарты, с которыми производится сопоставление переменных при анализе условий перехода.

Например, в одном экземпляре алгоритма стоит условие «если x>2, то перейти к оператору № 2000, иначе — к оператору № 3000», а в другом «если x>20, то перейти к оператору № 2000, иначе — к оператору № 3000». Соответственно в этих экземплярах одного и того же алгоритма, переход к оператору № 3000 будет выполняться только в том случае, если x>20. В диапазоне значений 2< x £ 20 первый экземпляр алгоритма будет направлять информационный поток к оператору № 3000, а второй к оператору № 2000. В диапазоне значений x £ 2 оба экземпляра алгоритма будут направлять информационный поток к оператору № 2000.

Понятно, что результаты обработки одних и тех же исходных данных на основе каждого из экземпляров одного и того же алгоритма, отличающихся стандартами сопоставления хотя бы в одном из операторов условного перехода, будут совпадать не во всех случаях.

Если от этой аналогии возвращаться к нашей двухуровневой модели психики человека, то нравственность, как совокупность нравственных стандартов индивида, функционально аналогична совокупности операторов условного перехода в любом алгоритме обработки информации. И соответственно эта аналогия означает, что характер и результаты преобразования информации в психике человека прежде всего прочего обусловлены его нравственными стандартами: нравственные стандарты управляют всеми информационными потоками в психике человека. Соответственно этому обстоятельству мудрость разных народов гласит: что бы ни сделал добрый человек — добро, что бы ни сделал злой человек — зло.

Вне зависимости от того, являются нравственные стандарты, управляющие информационными потоками в психике личности, взаимно согласованными либо же нравственность как совокупность нравственных стандартов внутренне конфликта, нравственность в психике человека едина: она одна и та же и для уровня сознания, и для бессознательных уровней психики. Обладая описанной выше функциональной значимостью, нравственность является специфической составной частью мировоззрения и, в зависимости от того, насколько она осознаётся и выражается в лексике, — составной частью миропонимания.

Объективно свойственная индивиду нравственность это — та, которая выражается в его реальных действиях, а не та, которая им заявляется в самооценках. Однако надо иметь в виду, что в силу особенностей взаимодействия сознательного и бессознательного уровней психики, сам индивид далеко не всегда может осознавать расхождение своей декларируемой и реальной нравственности. Это одно из выражений внутренней конфликтности нравственности как системы нравственных стандартов. Поэтому есть люди, которые искренне убеждены в том, что их декларируемая нравственность и есть их реальная нравственность, а все упрёки в свой адрес они воспринимают как не обоснованные. В таком случае желательно помочь человеку увидеть расхождение его реальной и декларируемой нравственности.

5. Эмоции и эмоционально-смысловой строй

Предположим, что мы проектируем некую систему управления. На приборной панели этой системы, перед которой будет сидеть и работать оператор, мы можем отобразить такое количество контрольных параметров, с которыми оператор будет в состоянии управиться. Однако, проектируемая нами система описывается значительно большим числом контрольных параметров, и если все они будут отображаться на приборной панели, то оператор просто запутается в приборах и в их показаниях, вследствие чего потеряет управление хотя бы на некоторое время, а это способно повлечь за собой катастрофу системы.[122] Это приводит к вопросу: Как сделать, чтобы оператор при своих ограниченных возможностях воспринимал ситуацию в целом?

В технике один из способов решения такого рода задач состоит в том, что:

·    на приборную панель выводятся показания только по наиболее значимым контрольным параметрам;

·    все остальные параметры «заводятся» на контрольную лампочку.

Пока не отображаемые явно параметры лежат в допустимых пределах, лампочка светит зелёным цветом; если хотя бы один из них подходит к критическим значениям, то лампочка загорается жёлтым цветом; если хотя бы один из не отображаемых явно параметров выходит за допустимые пределы, лампочка загорается красным цветом. Переход горения лампочки к жёлтому или красному цвету может сопровождаться подачей звукового сигнала, чтобы привлечь внимание оператора. Если лампочка перестаёт гореть зелёным, то оператор, управляющий системой, должен предпринять действия по выявлению причин отклонения не отображаемых явно контрольных параметров от допустимых значений и после выявления причин — должным образом изменить характер управления системой или (в случае поломки) восстановить её работоспособность.

Если на психическую деятельность индивида смотреть с позиций двухуровневой модели «сознание + бессознательные уровни», то эмоции по отношению к уровняю сознания в психике индивида представляют собой аналог такой контрольной лампочки, которая изменяет цвет своего свечения, в зависимости от того, какие оценки ситуации вырабатывают бессознательные уровни психики, чьи возможности по обработке информации многократно превосходят возможности сознания.

На уровне сознание в лексике и образах осознаётся некий смысл и сопутствующие ему эмоции. Эту совокупность «осознаваемый смысл + сопутствующие ему эмоции» можно назвать эмоционально-смысловым строем.

Эмоционально-смысловой строй личности во всякий момент времени носит нравственно обусловленный характер. Поскольку эмоционально-смысловой строй может изменяться как под воздействием внешних обстоятельств, так и в ходе самой психической деятельности, то это приводит к вопросу о наилучшем эмоционально-смысловом строе. Однако этот вопрос мы рассмотрим позднее.

И ещё раз: если информацию и меру не осознавать в качестве объективных категорий бытия, то такие явления как эмоции и нравственность необъяснимы.

6. Процессно-образное и дискретно-логическое мышление

Головной мозг человека включает в себя правое и левое полушария. Функционально правое и левое полушария не вполне идентичны друг другу. Их функциональная идентичность состоит в том, что каждое из них управляет соответствующей половиной тела: левое — правой, а правое — левой. Специфика же каждого из них выражается прежде всего в интеллектуальной деятельности как компоненте психической деятельности в целом.

К началу второй мировой войны ХХ века медицина продвинулась существенно вперёд в деле лечения ранений и травм головы, сопровождающихся повреждениями мозга. В результате в ходе войны она смогла сохранить жизни многим раненым, которые были бы обречены на смерть при уровне развития медицины конца XIX — начала ХХ веков и ранее.

В результате анализа в послевоенные годы последствий ранений в голову, выяснилось следующее:

·    при определённых типах повреждений левого полушария головного мозга европейцы и американцы утрачивали и способность говорить, и способность писать;

·    японцы при тех же ранениях утрачивали способность говорить, но сохраняли способность писать на основе иероглифики.

Это различие объясняется тем, что европейские письменности основаны на фонетических алфавитах, в которых каждая буква или их сочетание[123] обозначают определённый звук, а японская иероглифическая письменность основывается на том, что каждый иероглиф представляет собой символ некоего объективного явления или же субъективного образа некоего явления. Иначе говоря, текст, записанный на основе фонетической азбуки, структурно идентичен изустной речи, а японский иероглифический текст структурно аналогичен «раскадровке» некоего видеоряда.

В описанном выше различии в разных культурах последствий повреждений одних и тех же областей левого полушария головного мозга выразилась функциональная специфика правого и левого полушарий:

·    правое полушарие ответственно за обработку образного и музыкально-мелодийного восприятия мира и моделирование течения событий в субъективных образно-музыкальных представлениях — оно несёт функцию образно-процессного мышления, оно мыслит процессами;

·    левое полушарие ответственно за дискретно-логическое восприятие мира и моделирование течения событий как некой последовательности шагов (ступеней, дискрет), в пределах каждого из которых детали для левого полушария не существуют при избранной степени детализации образов и процессов, за которые отвечает правое полушарие (слова складываются из звуков-букв, соответственно структуре, определяемых морфологией и грамматикой языка; предложения — из слов, соответственно нормам грамматики).

Выделенное курсивом в предыдущей фразе говорит о том, что в психике индивида правое и левое полушарие в ходе интеллектуальной деятельности должны взаимно поддерживать друг друга. Если отказывает правое, то левое производит пустословие либо оперирует некими абстракциями, не соотносимыми определённо с реальной жизнью; если отказывает левое, то неточности словоупотребления и сбои в логике, ведут к тому, что язык для такого индивида перестаёт быть средством общения и взаимопонимания с другими людьми. Если нет взаимосвязей, то пустословие сливается с грамматической и логической неправильностью речи, «кубик Рубика» — миропонимание собирается неправильно либо не собирается вовсе.

На уровне сознания, и на уровне бессознательного деятельности каждого из полушарий, согласованности либо несогласованности их работы — соответствуют свои проявления.

Но надо отметить, что большинство людей в евро-американской цивилизации осознанно мыслят преимущественно в лексике, а не в образах[124]. Вследствие этого деятельность правого полушария люди иногда отождествляют с деятельностью бессознательного, а деятельность левого — с сознанием. Тем не менее, отождествлять деятельность правого полушария с бессознательным, а левого — с сознанием (либо наоборот: правое — с сознанием, левое — с бессознательным) неадекватно тому, что реально имеет место в психике: в частности, если нравственные стандарты функционально аналогичны операторам условного перехода в алгоритмах, а нравственность — едина для сознания и бессознательного, то это означает, что некая логика работает и на бессознательных уровнях психики. Другой вопрос в том, как именно логика бессознательных уровней психики реализована.

Однако взаимная согласованность работы правого и левого полушария не гарантирована автоматически генетически, а представляет собой результат выработки личностной культуры психической деятельности.

Носителем психики как процесса обработки информации является биополе человека, а вещественные структуры тела, включая и головной мозг, являются излучателями и приёмниками соответствующих органам биополей. Поэтому взаимно согласованная работа правого и левого полушарий достигается только при соответствующих параметрах излучения им биополей.

На это обстоятельство можно указать в лексике, но в лексике необходимые для согласования работы обоих полушарий параметры биополя непосредственно непередаваемы от одного индивида к другим: их каждый человек должен научиться воспроизводить в себе сам либо с помощью других людей, у которых он может перенять соответствующее настроение.

Приведём жизненный пример-иллюстрацию на эту тему.

*         *         *

Многие школьники и родители в старших классах школы прошли через ужас стереометрии (пространственная геометрия). Решение задач по стереометрии требует:

·    Пространственного воображения объектов, составляющих задачу, — за это отвечает правое полушарие головного мозга.

·    Представления (интерпретации) пространственной задачи как преемственной последовательности задач геометрии на плоскости — это требует согласованной работы правого и левого полушарий, в которой правое отвечает за образы в пространстве и на плоскостях; левое — за логику перехода от одной плоской задачи к другим в их преемственной последовательности, а также — и за решение каждой плоской задачи на основе известных теорем, доказательств положений, не выраженных в стандартном наборе теорем, и, кроме того, — за алгебру и арифметику в ходе решения всех задач.

Большинство родителей идёт по ошибочному пути: решают задачи сами, детям дают их списывать и объясняют алгоритмику решения, которую дети должны запомнить. Набор решений стандартных задач, осевший в памяти, позволяет таким методом решать новые задачи, компонуя куски из уже решённых. Процесс накопления решений стандартных задач длительный, мучительный и для школьника, и для помогающих им родителей, и потому все новые задачи по стереометрии повергают многих школьников в ужас, а, будучи им охвачены, они напрочь утрачивают способность мыслить и т.д. Этот сценарий знаком многим по личному опыту.

Эффективность большинства репетиторов по математике обусловлена тем, насколько они знают «короткий путь» доведения до сведения школьников наиболее эффективного базового множества решений стандартных задач, после чего школьников остаётся только натаскать на перебор стандартного набора задач и его фрагментов при решении задач нестандартных. И в этом отношении эффективность репетитора подобна эффективности дрессировщика, если не того хуже.

Но все проблемы с недосягаемостью стереометрии и всей остальной математики для освоения могут быть решены в течение примерно недели — двух, если:

·    есть человек, который несёт в себе культуру мышления, позволяющую ему решать эти задачи, даже не зная набора решений стандартных задач;

·    школьник не закрепощается в общении с этим человеком и потому способен в общении с ним замкнуть свои биополя на его биополя и изменять настройку своих биополей, подстраиваясь под его настройку в процессе мышления.

Если они сядут рядом, то школьник окажется в биополе взрослого. Взрослому достаточно просто сидеть рядом и, наблюдая за действиями школьника, выслушивая его предложения, молча воображать последовательность действий, ведущих к решению задачи: воображение пространственной задачи, разбиение её на последовательность плоских задач, решение каждой из плоских задач в их преемственной последовательности, ведущей к решению пространственной задачи.

Если школьник не будет закрепощён, и оба расположены друг к другу просто по человечески, то, обратив осознанное внимание к задаче, школьник начнёт бессознательно подстраивать свои биополя к режиму излучения биополя взрослого по мере того, как будет продвигаться решение задачи. Взрослому не требуется решать задачу и показывать её решение, объясняя его. От него требуется в затягивающихся паузах задавать наводящие вопросы, выводящие интеллект школьника из состояния зависания или зацикливания (в компьютерно-программистском смысле этих слов) и обеспечивающие переход от одного этапа решения задачи к последующим. Спустя какое-то время школьник замечает (либо на этот факт следует обратить его внимание), что один он не может решать новые задачи, но каждая из них решается по существу им самим за несколько минут без особых трудов, если он сидит рядом со взрослым.

И если процесс идёт, как описано, — в биополевом единстве школьника и взрослого, — то поскольку факт по существу самостоятельного решения задач в присутствии взрослого — факт действительный, то школьник соглашается с ним, хотя возможно, что он и не может его объяснить. Тогда до его сведения необходимо довести и объяснить то, что сказано в настоящем подразделе об обусловленности процесса и результатов мышления настройкой организма и о выражении настройки в параметрах излучения биополей, о характере настройке его биополей, когда он решает задачи сам, и о подстройке им своих биополей по «эталону» биополей взрослого, когда они сидят вместе, и т.п.

И соответственно этому даётся «рецепт» решения всех задач по стереометрии и математике вообще: прежде чем решать задачу, ты воображаешь, что сидишь на диване рядом со мной, и мы решаем её вместе, как всегда. Когда к тебе придёт осознание того, что ты чувствуешь своё вещественное тело, свои биополя так, как это бывает, когда мы вместе решаем задачу, то ты можешь начинать решение задачи, поскольку твои правое и левое полушария работают согласованно, а настройка твоего организма способна поддержать алгоритмику психики в процессе решения задачи.

Потом этот же рецепт обобщается в том смысле, что успешное осуществление всякого дела требует и соответствующего делу вполне определённого настроения: нравственно обусловленного эмоционально-смыслового строя психической деятельности (о чём речь шла ранее в разделах этой лекции, посвящённых нравственности и эмоциям), соответствующей алгоритмики психики, выражающихся в пластике вещественного тела и биополя[125].[126]

*                    *

*

Задачки по стереометрии — один из наиболее эффективных тестов на согласованность работы правого и левого полушарий, в котором несогласованность их работы выражается предельно ярко. В остальных случаях несогласованность их работы выражается в неспособности точно выразить в лексике свои мысли и в неспособности точно понять речь другого человека и тексты.

Исторически сложившаяся культура такова, что этот порок личностной психической деятельности не только свойственен большинству взрослого населения, но и не осознаётся, даже профессиональными педагогами.

Тем не менее, поняв эту проблему, осознав её проявления в себе, научившись чувствовать себя и обладая некоторыми волевыми навыками и творческим потенциалом человек в любом возрасте способен сам достичь взаимно согласованной работы правого и левого полушарий и на основе выработанной им личностной культуры чувств и мышления научиться разрешать многие жизненные проблемы на этой основе; а потом — передать эти навыки своим детям, поскольку лучше, если в детстве в этом деле человеку помогут родители и профессиональные педагоги — работники детских садов и учителя школы, прежде всего, — начальной.

Иногда биологи высказывают мнение о том, что у биологического вида «Человек разумный» левое полушарие более развито, чем правое. Но возможна и иная точка зрения: в силу каких-то причин, оставшихся в прошлом, у биологического вида «Человек разумный» правое полушарие недоразвито либо подавлено, вследствие чего многие мыслят пустыми словами, а выраженный в словах заведомый вздор без соображения принимают за истину и Правду.

Теперь можно перейти к рассмотрению информационно-алгоритмической личностной психики в целом, которая в разных вариантах может быть реализована в пределах двухуровневой модели «сознание + бессознательное».

7. Типы строя психики

Человек от всех прочих биологических видов в биосфере Земли отличается тем, что структура его психики генетически не запрограммирована однозначно, а является продуктом личностного развития, протекающего как под воздействием внешних обстоятельств, так и на основе его собственного разумения.

Если вспомнить общешкольный курс биологии, известный всем, и заглянуть в собственную психику, то можно утверждать, что информационно-алгоритмическое обеспечение поведения человека включает в себя: 1) врождённые инстинкты и безусловные рефлексы (как внутриклеточного и клеточного уровня, так и уровня видов тканей, органов, систем и организма в целом), а также и их оболочки, развитые в культуре; 2) традиции культуры, стоящие над инстинктами; 3) собственное ограниченное чувствами и памятью разумение; 4) «интуицию вообще» — то, что всплывает из бессознательных уровней психики индивида, приходит к нему из коллективной психики (ней речь пойдёт далее), является порождением наваждений извне и одержимости в инквизиторском понимании этого термина, а в момент появления не находит себе объяснения на основе осознаваемых индивидом причинно-следственных связей; 5) водительство Божье в русле Промысла, осуществляемое на основе всего предыдущего, за исключением наваждений и одержимости как прямых вторжений извне в чужую психику вопреки желанию и осознанной воле её обладателя.

В психике всякого индивида есть возможное или действительное место всему этому. В частности, всё что касается наваждений извне и вопроса о бытии Бога, — в этом разделе лекции 5 мы оставим в ранге гипотезы, т.е. предположений, которые должны быть подтверждены практикой. Но поскольку эта тематика присутствует во всех культурах на протяжении нескольких тысячелетий истории, то игнорировать её при рассмотрении вопросов организации личностной психики было бы неправильным.

Объективно в жизни есть то, что выделяет человечество из биосферы планеты, однако на это господствующие ныне биология, психология и социология внимания не обращают, и потому об этом не пишется ни в школьных, ни в вузовских учебниках. Суть этого умолчания состоит в том, что названные выше компоненты могут быть по-разному иерархически упорядочены, порождая различные типы структуры личностной психики, вследствие чего всякая особь биологического вида «Человек разумный» может быть носителем одного из четырёх более или менее устойчивых в течение взрослой жизни типов строя психики:

·    Животный тип строя психики — когда всё поведение особи подчинено инстинктам и удовлетворению инстинктивных потребностей, не взирая на обстоятельства.

В животном типе психике можно выделить одну социально значимую модификацию: скотский тип строя психики.

Его специфичность можно понять из пословицы «волка ноги кормят» и из житейского наблюдения — «а скотину хозяин кормит». Без хозяина скотина, будучи предоставлена сама себе и обстоятельствам, большей частью погибает, меньшей частью дичает и возвращается к адекватной для самостоятельной жизни в биоценозах организации психики, после чего её тоже начинают «кормить ноги». Но и при хозяине, поскольку в скотском типе всё подчинено инстинктам, индивид со скотским типом строя психики ориентирован на получение максимума физиологических удовольствий при минимуме работы.

Поэтому, когда на скотский тип строя психики накладываются притязания на права человека, то получается весьма агрессивно-паразитический антисоциальный тип — ему все и всё должны, но он сам никому и ни чем не обязан и ничего не должен. Вследствие этого за ним остаётся полоса разрухи, а одно из удовольствий для него — напакостить окружающим. Однако если его предоставить самому себе и обстоятельствам на продолжительное время, то в них он являет свою полную недееспособность и либо погибает, либо (хотя бы на некоторое время — до нового изменения обстоятельств) перестаёт быть скотом.

·    Строй психики биоробота, «зомби» — когда в основе поведения лежат культурно обусловленные автоматизмы, а внутренний психологический конфликт «инстинкты — культурно обусловленные автоматизмы» в поведенческих ситуациях в большинстве случаев разрешается в пользу культурно обусловленных автоматизмов. Но если изменяющиеся общественно-исторические обстоятельства требуют отказаться от традиционных в той или иной культуре норм поведения и выработать новые, то «зомби» отдаёт предпочтение сложившейся традиции и отказывается от возможности творчества.

·    Демонический строй психики характеризуется тем, что его носители способны волевым порядком переступить и через диктат инстинктов, и через исторически сложившиеся нормы культуры, вырабатывая новые способы поведения и разрешения проблем, возникающих в их личной жизни и в жизни обществ. Будет ли это добром или злом в житейском понимании этих явлений окружающим — зависит от их реальной нравственности. Обретая ту или иную власть в обществе, демонизм требует безоговорочного служения себе, порождая самые жестокие и изощрённые формы подавления окружающих. Один из наиболее изощрённых вариантов проявления принуждения окружающих к добродетельности, в качестве образца поведения, привёл Ф.М. Достоевский в «Селе Степанчиково и его обитателях» (Фома Фомич Опискин). Демонический тип строя психики включает в себя два подтипа:

Ø демоны-единоличники, предпочитающие обособление и единоличные действия,

Ø и демоны-корпоративники, предпочитающие соучастие в деятельности какой-либо корпорации на основе той или иной иерархически организованной корпоративной этики.

·    Человечный строй психики характеризуется тем, что каждый его носитель осознаёт миссию человека — быть наместником Божиим на Земле. Соответственно этому обстоятельству он выстраивает свои личностные взаимоотношения с Богом по Жизни и осмысленно, волевым порядком искренне способствует осуществлению Божиего Промысла так, как это чувствует и понимает. Обратные связи (в смысле указания на его ошибки) замыкаются Свыше тем, что человек оказывается в тех или иных обстоятельствах, соответствующих смыслу его молитв и намерений. Иными словами Бог говорит с людьми языком жизненных обстоятельств.

Для человечного строя психики нормальна — неформальная, внедогматическая и внеритуальная вера Богу по жизни и действие в русле Промысла Божиего по своей доброй воле, т.е. для человека нормально язычество в Единобожии. Доказательства Своего бытия Бог даёт всем и каждому в диалоге с ним персонально тем, что отвечает молитве изменением жизненных обстоятельств в соответствии с её смыслом, либо так или иначе даёт понять, почему просимое не может быть исполнено. То есть, как уже было сказано:

Бытие Бога — не вопрос веры в то, что Бог есть либо в то, что Бога нет: это вопрос нравственно обусловленного осмысления своей личной религиозной практики и знание, практически подтверждаемое в повседневности жизни в диалоге с Богом.

Тем не менее атеистические убеждения свойственны многим людям, поэтому человечный тип строя психики в том смысле, в каком он определён выше, для них — выдумка, фикция. Соответственно в их миропонимании демонический и человечный тип строя психи структурно не отличимы друг от друга, т.е. они сливаются в один и тот же тип строя психики, в пределах которого им видится всё же различие по признаку «добрые» либо «злые». «Злых» они в большинстве своём согласны называть «демонами», а «добрых» они согласны называть «человеками». Однако такой подход должен ставить их перед вопросом об объективности различия «Добра» и «Зла» и об источнике различения в реальной жизни «Добра» и «Зла» в их конкретных проявлениях.

Если же бытие Бога признаётся, то демонический и человечный типы строя психики предстают как структурно различные, хотя неизбежно признание того факта, что среди демонов тоже встречаются вполне благонамеренные демоны.

Ещё один тип строя психики люди породили сами.

·    Опущенный в противоестественность строй психики — когда субъект, принадлежащий к биологическому виду «Человек разумный», одурманивает себя разными психотропными веществами: алкоголем, табаком и более тяжёлыми наркотиками наших дней. Это ведёт к противоестественному искажению характера физиологии организма как в аспекте обмена веществ, так и в аспекте физиологии биопóля, что имеет следствием множественные и разнообразные нарушения психической деятельности во всех её аспектах (начиная от работы органов чувств и кончая интеллектом и волепроявлением)[127], характерных для типов строя психики животного, зомби, демонического (носители человечного типа строя психики не одурманивают себя). Так человекообразный субъект становится носителем организации психики, которой нет естественного места в биосфере, и по качеству своего не отвечающего складывающимся обстоятельствам поведения оказывается худшим из животных[128] (тем более, если он носитель скотского типа психики и преисполнен самомнения о том, что он — человек, и возможно — выдающийся). И за это нарушение им самим Свыше предопределённого для него статуса в биосфере Земли он неотвратимо получает воздаяние по Жизни.

При этом если у субъекта возникает зависимость от дурманов, то он обретает стойкое искажение своего биополя. И соответственно, по параметрам своего духа он перестаёт принадлежать к биологическому виду «Человек разумный». Кроме того, большинство дурманов являются генетическими ядами, т.е. они нарушают работу хромосомного аппарата и разрушают хромосомные структуры тех, кто их принимает в свои организмы. Дефективные хромосомные структуры передаются потомству, что так или иначе подрывает их здоровье, потенциал личностного развития и творчества. Это тем более имеет место, если зачатие происходит до того, как системы восстановления хромосомных структур, действующие в организме, успевают исправить повреждения. Но если генетические яды поступают в организм слишком часто и в таких количествах, что системы восстановления хромосомных структур организма не успевают исправлять все повреждения, то потомство просто обречено на вырождение.

Именно эти обстоятельства и позволяют назвать этот тип строя психики, — порождённый самими людьми и воспроизводимый культурой общества, — опущенным в противоестественность.

Тип строя психики может меняться в течение жизни в процессе личностного развития (а равно и деградации) и быть устойчивым на протяжении некоторого продолжительного периода времени. Но тип строя психики может быть и неустойчивым, т.е. меняться под воздействием обстоятельств даже по нескольку раз на день.

При этом все знания и навыки, которые несёт личность, являются своего рода «приданым» к типу строя психики в каждый момент времени: т.е. знания и навыки сами по себе тип строя психики не характеризуют, а одни и те же знания и навыки могут быть достоянием носителей разных типов строя психики.[129]

Тип строя психики изначально обусловлен воспитанием, т.е. недостижение личностью к началу юности необратимо человечного типа строя психики — результат порочности культуры общества и неправедного воспитания со стороны родителей.

Поэтому, будучи взрослым и осознавая этот факт, индивид способен перейти от любого типа строя психики к человечному — основе для дальнейшего личностного и общественного развития; индивид способен осознавать при каком типе строя психики он действовал в тех или иных обстоятельствах в прошлом, при каком типе строя психики пребывает в текущий момент времени; индивид способен предпринимать целенаправленные действия для того, чтобы перейти к необратимо человечному типу строя психики, и Бог поможет ему в такого рода усилиях.

Статистика распределения взрослого населения по типам строя психики, при которых они проводят бóльшую часть времени, по отношению к тем, кто не достиг необратимо человечного типа строя психики, представляет собой статистику остановки в личностном развитии на пути от младенчества ко взрослости[130]. В зависимости от статистики распределения людей по типам строя психики общество порождает и свою социальную организацию, развивает свою культуру, либо способствуя консервации достигнутого состояния и рецидивам попыток рабовладения, либо способствуя тому, чтобы человечный строй психики был признан нормой и гарантированно воспроизводился культурой при смене поколений в качестве основы для дальнейшего личностного и общественного развития народов и человечества в целом.

В связи с выявлением различий людей по типам строя психики необходимо отметить, что оно осознавалось в обществах во все времена, хотя и в иных формах. Так в русских сказках и былинах ряд сюжетов это различие нашло явное выражение. Русские былины и сказки о поездках богатыря в соответствии с указаниями на придорожном камне или по советам Бабы Яги по существу своему повествуют о прохождении добрым молодцом испытаний на выявление типа его строя психики.

«Поедешь налево — убитому быть». Это тест на подвластность инстинкту самосохранения. Есть возможность сразу отказаться и не поехать в указанном направлении, признав свою трусость. Если поехать, то нападают разбойники либо кто-нибудь один вроде Соловья-разбойника. Если богатырь не ряженый, а настоящий, владеющий искусством побеждать превосходящих по силам противников, то он проходит это испытание.

«Поедешь прямо — женатому быть». Это тест на подвластность половым инстинктам. Также есть возможность не поехать, заподозрив подвох и отказавшись от вызова обстоятельств. Но есть возможность и поверить, возжелав спокойного существования в семейном быту, расслабиться, тем самым обезоружив себя, и поехать. Если поехать, то приедет богатырь к терему, где его уже ждут красавицы, у которых в обычае нежно заманить путника в роскошь, обезоружить, обласкать, накормить, опоить дурманом, после чего сонного ограбить, продать в рабство или убить. Но настоящего Русского богатыря так не возьмёшь (хотя прикидывающегося Русским богатырём можно взять и на подставную «девку»): он поедет в предложенном направлении, доедет до терема, будет встречен красавицами, но подвох он за версту учует, а при встрече — насквозь видит все их замыслы, и потому косы на кулак намотает, и порешит злобных дурёх без зазрения совести[131].

«Поедешь направо — богатому быть». Это тест на подвластность традициям демонической культуры толпо-«элитаризма». Отказаться от плывущего само собой в руки богатства — желающих мало. Но если поехать, то попадёт богатырь в город, где встретят его хлебом солью, предложат княжение и богатство. Праведный богатырь принимает богатство и отдаёт его обездоленным, после чего покидает город, предоставляя его жителям возможность управляться с их делами самим: нет хуже работы, чем пасти дураков, да и не входит это в нравственный долг Русских витязей, которые богатырствовали не ради обретения богатства, самоутверждения или благосклонности «прекрасной дамы» (это отличает Русский богатырский эпос от западных баллад про парней с головами, засунутыми в «чайники»).

Это всё тесты. Первый тест невозможно пройти при животном строе психики, пугливо-заячьего типа. Второй невозможно пройти при всяком животном строе психики. Третий невозможно пройти при демоническом строе психики и строе психики зомби: демон или зомби останется на княжении и утонет в придворных интригах либо будет в них убит.

Третий тест показывает, что предков наших различия между биороботом и демоном не интересовали, и по существу они были правы, поскольку и те, и те — автоматы, но с организованной по-разному алгоритмикой их поведения.

Но есть ещё один тест:

«Поедешь в такой-то лес — коня потеряешь». Это — самый главный тест, хотя он представляется многим, на первый взгляд, наименее значимым: богатырский конь, хоть и дорого стоит, но всё же не сам богатырь, в случае чего потом другой конь найдётся. Но именно эта поездка — тест на человечный строй психики. Богатырь едет в указанном направлении, и на коня под ним нападает волк. Волк, задравший уже не одного коня под многими богатырями, прекращает нападение, подчинившись слову и воле состоявшегося человека, и начинает служить богатырю.

Четвёртый тест возможно пройти с таким результатом, только будучи состоявшимся человеком. Это не тест на властность мага и квалификацию дрессировщика: богатырь магии не обучен и её средствами воздействия на дикого зверя не владеет. Он повелевает зверю просто как состоявшийся человек: «Завет Предвечного храня, мне тварь покорна там земная…» (М.Ю.Лермонтов, «Пророк»), и зверь ему служит, подчинившись предопределённому Свыше ладу в Природе, нарушенному нынешним человекообразием людей, цивилизация которых нечеловечна. Человекообразный субъект, уклонившийся от меры предопределённого для него бытия, зверю, живущему в ладу с Природой, — не указ: такой субъект лишится не только коня, но может лишиться и своей жизни.

То есть сказки и былины принадлежат к системе неявного обучения, ориентированной на достижение человечного типа строя психики. К сожалению, современные нам высоко цивилизованные общества строят свои системы образования, соответственно качественно другому целеполаганию, в котором выразились иные нравственно-этические принципы.

8. Порождение индивидами коллективной психики (эгрегоров)

и взаимодействие личности и эгрегоров

Можно догадаться о том, что, если психика индивида представляет собой информационно-алгоритмическую систему, то люди порождают информационно-алгоритмические системы, компонентами которых являются личностные психики каждого из них, просто в силу того, что представляют собой некоторую общность, в пределах которой протекают процессы обмена энергией, информацией, алгоритмикой. Вопрос только в том, на какой материальной основе складываются информационно-алгоритмические системы надличностного уровня, порождаемые множеством личностных психик.

Один из носителей коллективной психики людей — памятники культуры. Согласитесь, что если мы читаем некий древний текст и высказанные в нём мнения учитываем в процессе построения своего мировоззрения и миропонимания, линии поведения, то следует признать, что древние выразители этих мнений — соучаствуют в той же коллективной психике, в которой соучаствуем мы сами.

Однако памятниками культуры ответ на вопрос о носителях коллективной психики не ограничивается. Вещественные памятники культуры прошлого и современные нам — просто один из каналов обмена информацией и алгоритмикой между людьми, причём обладающий самыми низкими пропускной способностью и быстродействием.

Организм человека это вещественное тело и несомое им биополе. Причём под биополем понимается не некая особая разновидность материи, специфически свойственная живым организмам, включая человека, а та совокупность общеприродных полей, излучение которой свойственно живому человеку. Окончательно умерший труп от живого организма отличается не только прекращением физиологии обмена веществ, но и отсутствием биополя.

И есть основания полагать, что информационная ёмкость вещественных структур организма человека и реально возможные скорости перехода их из одного состояния в другие недостаточны для того, чтобы именно они были непосредственными носителями психики человека как информационно-алгоритмической системы. А вот полевые процессы, сопровождающие физиологию вещественного тела организма человека, обладают достаточной информационной ёмкостью и высокими частотными характеристиками для того, чтобы быть носителем психики человека как информационно-алгоритмической системы. То есть непосредственным носителем психики индивида как процесса является его биополе, а вещественное тело в составе организма решает две основные функции:

·    взаимодействие с вещественным миром;

·    энергетическая подпитка биополя.

В состав биополя входят разные специфические поля, отличающиеся друг от друга и характером своего силового воздействия, и затратами энергии на их излучение, и скоростью распространения в разных средах, и характеристиками падения напряжённости поля в зависимости от удалённости от источника излучения. Тем не менее все они так или иначе промодулированы информацией, свойственной индивиду, в общих для биологического вида «Человек разумный» системах кодирования информации. Часть этих систем кодирования носит биологически обусловленный характер, а часть культурно обусловленный характер. Эта спектральная близость биополей всех людей и общность для них биологически и культурно обусловленных систем кодирования информации и является основой для порождения людьми разного рода коллективных психик.

Это не некое новое открытие. Коллективные психики, порождаемые разными социальными группами, в латиноязычной терминологии издавна называются «эгрегорами». В латиноязычной терминологии сложилась смысловая пара: «индивид» (что буквально означает «неделимый»), и «эгрегор» (какое слово отсутствует в толковых словарях с негласным грифом «для толпы», но, как можно догадаться, является однокоренным со словом «агрегат», означающим соединение некоторого множество узлов в одно функционально своеобразное устройство).

Психика индивида через её бессознательные уровни (а в ряде случаев и на уровне сознания) всегда связана с какими-то эгрегорами. Т.е. индивидов, чья психика не включена в алгоритмику какого бы то ни было эгрегора, не бывает. Для замыкания психики личности на эгрегор необходимо как минимум одно из трёх:

·    действующие нравственные стандарты личности, фактически управляющие обработкой информации в психике индивида, должны быть идентичны нравственным стандартам, свойственным алгоритмике эгрегора (чем больше таких идентичных нравственных стандартов в паре «личность — эгрегор», и чем они более высокоприоритетны[132], тем более глубокие связи личности с эгрегорами);

·    индивид является носителем алгоритмики, характерной для эгрегора, либо каких-то фрагментов тех или иных алгоритмов;

·    индивид является носителем информации, характерной для эгрегора.

Для замыкания психики индивида на эгрегор достаточно одного из вышеперечисленных факторов; наличие двух других факторов не является обязательным.

Замыкание психики личности на эгрегор может происходить как через бессознательные уровни психики, так и на обоих уровнях: отчасти через уровень сознания, а отчасти через бессознательные уровни психики. При этом нравственные стандарты личности определяют характер взаимодействия индивида и эгрегора. В связи с этим необходимо пояснить два аспекта:

·    ПЕРВЫЙ. Замыкание на эгрегор исключительно через нравственные стандарты при отсутствии в психике личности алгоритмики и информации, характерной для эгрегора.

В этом случае идентичность нравственных стандартов играет роль своего рода «пароля» для получения доступа к информационно-алгоритмическим (и возможно, энергетическим) ресурсам эгрегора. Если «пароль» признан, то отсутствующие в психике личности информационно-алгоритмические ресурсы будут «загружены» в неё из эгрегора в течение некоторого времени.

·    ВТОРОЙ. При несовпадении нравственных стандартов личности со стандартами, характерными для эгрегора, замыкание психики индивида на эгрегор возможно посредством одного из двух других факторов по отдельности либо обоих вместе — наличия в психике информации или алгоритмики, характерной для эгрегора. В этом случае индивид, входя в эгрегор, тем не менее не может вписаться в его алгоритмику.

Однако нравственные стандарты, характерные для эгрегора в психике индивида при этом всё же могут наличествовать, но не в качестве фактически действующих нравственных стандартов личности, а в качестве компоненты её информационного обеспечения — информации для сведения (дескать «бывают или могут быть субъекты и с такими нравственными стандартами, хотя это и не моя нравственность»).

Совокупность эгрегоров, с которыми личность связана постоянно и с которыми она может быть связана временно, можно разделить на три группы:

·    В первую входят биосферно-биоценозные эгрегоры, с которыми индивид связан и информационно-алгоритмически, и энергетически просто в силу своей принадлежности к биологическому виду «Человек разумный». О какой-либо специфической нравственности в отношении них говорить вряд ли уместно, хотя какие-то извращения нравов под воздействием социально обусловленных факторов могут быть такими, что биосферно-биозенозные эгрегоры отвергнут субъекта как «нежить», вследствие чего он станет жертвой их «иммунной системы».

С биосферно-биоценозными эгрегорами индивид связан на протяжении всей своей жизни, хотя биоценозная составляющая может изменяться на протяжении его жизни как вследствие изменения самих биоценозов, так и вследствие перемещения индивида из одного биоценоза в другой на сроки, продолжительность которых позволяет войти в эгрегоры биоценозов по месту пребывания. Конечно, корневой эгрегор этой группы — биосферно-биоценозный эгрегор так называемой «малой родины» — места рождения.

·    Во вторую группу входят культурно обусловленные эгрегоры, которые можно разделить на две подгруппы:

Ø социально-статусные, взаимодействие с которыми носит продолжительный характер в том смысле, что протекает на протяжении многих дней, месяцев, лет, десятилетий (таковы, в частности, этнические эгрегоры, эгрегоры религиозных конфессий, а так же профессионально-корпоративные эгрегоры и иные эгрегоры субкультурно своеобразных социальных групп, включая и эгрегоры носителей определённых типов строя психики и их специфических вариантов),

Ø текущие переменные, в которые индивид включается в домашнем быту и на работе по мере перехода от одного вида деятельности к другой (сел за руль — включился в водительский эгрегор; оставил машину на стоянке и поехал общественным транспортом — включился в эгрегор функционирования общественного транспорта и т.п.).

·    В третью группу входят родовые эгрегоры, представляющие собой связующий элемент между биосферно-биоценозными и культурно обусловленными эгрегорами.

Для них характерно то, что в своей основе они биологические, поскольку принадлежность к роду-племени программируется при зачатии генетическим механизмом биологического вида и запечатлевается в геноме индивида пожизненно. Но при этом они несут и некоторую культурно обусловленную составляющую (нравственные стандарты, алгоритмику, информацию), на основе освоения которой в родовой эгрегор могут включаться биологически чуждые ему индивиды (прежде всего — фактические супруги — жёны либо мужья, в большинстве случаев являющиеся представителями других родовых эгрегоров, а так же — приёмные дети, близкие друзья и т.п.). Однако возможны и эффекты обратного действия — когда родовой эгрегор отторгает биологически принадлежащих к нему людей в случае, если они становятся носителями каких-то неприемлемых для родового эгрегора нравственности, информации и алгоритмики.

Во всяком эгрегоре индивид обладает определённым «эгрегориальным статусом», который может меняться на протяжении времени, а в разных эгрегорах статус одного и того же индивида может быть тоже разным. Основные возможные статусы индивида в эгрегорах:

·    «дойная корова» — индивид только подпитывает эгрегор своей энергетикой, что в подавляющем большинстве случаев не идёт ему на пользу, либо является для эгрегора источником каких-то иных ресурсов — информации, алгоритмики, каналов информационного обмена и т.п.;

·    «исполнительный элемент» — индивид вписывается в алгоритмику эгрегора и играет в ней определённые не управленческие (по отношению к эгрегору) функции (это происходит большей частью бессознательно);

·    «эгрегориальный лидер», «эгрегориальный менеджер» — индивид способен управлять эгрегором на основе информационно-алгоритмического наполнения эгрегора, однако не изменяя его (это может быть как осознанным, так и бессознательным);

·    «программист» — способен изменять информационно-алгоритмическое наполнение эгрегора (это требует некоторой осознанности).

Три первых статуса характеризуются тем, что индивид — своего рода пленник эгрегора (конечно, если он не входит в какой-либо ещё эгрегор, иерархически высший по отношению к первому, обладая в нём каким-то иным статусом), его мировосприятие, осмысление жизни, воля некоторым образом так или иначе искажаются эгрегориальной алгоритмикой: именно вследствие искажения его психической деятельности под воздействием эгрегориальной алгоритмики индивид в большей или меньшей мере не свободен ни в выборе информации, ни в её осмыслении, ни выработке линии поведения и в проведении её в жизнь.

«Программист» может быть тоже пленником эгрегора, но может быть и независим от того эгрегора, по отношению к которому он является «программистом».

Одна из основ того явления, которое было выше названо «эгрегориальным статусом», это — соотношение личностной воли и эгрегориальной алгоритмики. Вариантов такого рода соотношений несколько:

·    Воля индивида либо не развита, либо в процессе взаимодействия с определённым эгрегором в силу каких-то причин подавлена или не связана с процессом взаимодействия с этим эгрегором. В этом случае индивид — зомби-ретранслятор эгрегориальной алгоритмики, а информационно-алгоритмическая граница между личностью и эгрегором отсутствует: «личность» — один из ликов эгрегора.

·    Воля индивида — продолжение эгрегориальной алгоритмики, адаптирующая её к конкретике ситуации. В этом случае индивид «едет» на эгрегориальной алгоритмике, информационно-алгоритмическая разграничение личности и эгрегора функционально аналогично административной границе в пределах одного и того же государства.

·    Воля индивида в конфликте с эгрегориальной алгоритмикой, но индивид не способен выйти из неё. Это один из тех случаев, когда ситуация может характеризоваться словами «не везёт»: эгрегор не «везёт» индивида. Информационно-алгоритмическое разграничение личности и эгрегора в этом варианте носит неопределённый характер и подобно борьбе двух государств за перенос линии границы в формах, начиная от вкапывания своих пограничных столбов на «спорных территориях» и кончая открытой войной.

·    Эгрегориальная алгоритмика — продолжение воли индивида, т.е. эгрегор — инструмент осуществления воли. Это возможно при статусе «эгрегориального лидера», а также и при статусе «программиста», хотя, как было отмечено выше, каждый статус обладает своей спецификой. При статусе «эгрегориального лидера» информационно-алгоритмическое разграничение личности и эгрегора не определённо, т.е. его нет, но нет и конфликта по поводу разграничения; при статусе «программиста» информационно-алгоритмическое разграничение личности может быть и определённым, и не определённым, но может быть алгоритмический конфликт по поводу определённости разграничения.

Кроме того, надо понимать, что хотя эгрегоры могут существовать в преемственности многих поколений людей[133], что по своим информационно-алгоритмическим и энергетическим ресурсам они могут многократно превосходить всякого индивида, тем не менее эгрегоры — порождения людей: они не обладают собственной волей, вследствие чего попытки общаться с эгрегором в целом как с некой «сверхличностью», обладающей своей нравственностью, этикой, осмысленностью, волей, однако не воплощённой в вещественном теле, аналогичны попыткам общения с магнитофоном на принципах межличностного общения.

Как было отмечено выше, носители каждого типа строя психики порождают свои эгрегоры. В Русском языке эгрегор носителей человечного типа строя психики издревле называется «соборность», его особенности мы рассмотрим в одной из последующих лекций.

Совокупность эгрегоров человечества образует человеческий сегмент «ноосферы» — сферы разума планеты.

Лекция 5 в редакции от 29.03.2008 г.

Лекции 6 и 7. Теория и практика познания как основа творчества

Исходный вопрос психологии как науки. Различение как способность. Преемственные этапы обработки первичной информации в психике индивида. Различные схемы обработки информации в процессе взаимодействия индивида с жизненными обстоятельствами. Вопрос о методологии познания и творчества и принцип «практика — критерий истины». Личностная культура диалектического познания. Гипотеза о бытии Бога и практика жизни: вера как составляющая мировоззрения и миропонимания, нравственно-этическая обусловленность результатов познавательно-творческой деятельности. Ещё один аспект проявления принципа «практика — критерий истины»: «по вере вашей да будет вам». Наилучший эмоционально-смысловой строй. Освоение метода диалектического познания и тандемный принцип деятельности. Свобода процесса диалектического познания от формулировок «законов диалектики». Резюме лекций 6 и 7. Послесловие к лекциям 6 и 7: «Плюрализм мнений» как выражение познавательно-творческой несостоятельности. [134]

1. Исходный вопрос психологии как науки

Понимание той проблематики, которую мы рассмотрели в лекциях 3 — 5, это — необходимая основа для того, чтобы приступить к рассмотрению работы психики как информационно-алгоритмической системы в разных режимах в ходе решения различных задач в жизни индивида и обществ, включая и наиболее значимые задачи — познавательно-творческого по их сути характера.

Понятно, что если в психике личности нет информации, то нет и личности, а для психологии — нет и объекта изучения. Информацию в психику приносят органы чувств не только вещественного тела, но и биополевые[135]. Если говорить об информации, приносимой чувствами на протяжении жизни индивида, то в этом потоке можно выделить информацию, которую можно назвать «первичной». «Первичная» это — та информация, которой в психике индивида не было ранее того момента, как она впервые стала доступна личности. Вся остальная информация, приносимая органами чувств, представляет собой некие дубли, вариации и комбинации той информации, которая в качестве первичной некогда попала в психику индивида.

Поступление в психику первичной информации по своей сути аналогично поставке на стройплощадку строительных материалов, поскольку без поступления первичной информации невозможно развитие мировоззрения и миропонимания ни в аспекте расширения кругозора, ни в аспекте наращивания детальности субъективной модели Жизни. Без поступления новой первичной информации возможны только перестройка системы взаимосвязей между компонентами мировоззрения и миропонимания, и моделирование течения событий и творчество, но только на основе уже наличествующей в психике информации.

Понятие о первичной информации подводит нас к вопросу, который можно назвать исходным вопросом психологии как науки:

Самодостаточен ли человек в способности к выборке из потока событий Жизни информации, и прежде всего — первичной информации, либо же нет? Или в иной формулировке: Чем обусловлена способность человека выделить «сигнал», несущий ту или иную информацию, из потока событий Жизни?

Выбор одного из двух ответов на этот вопрос по своему существу есть выбор одного из двух классов теорий, описывающих как становление личностной психики, начиная с внутриутробного периода жизни, так и психическую деятельность индивида во всех возрастных периодах.

Каждый из двух вариантов ответа на поставленный вопрос порождает два взаимно исключающих мнения и о возможностях человека в этом Мире:

·    Если попадание информации (в том числе и первичной) в психику полностью обусловлено самой этой психикой и здоровьем организма, то субъект в пределах этих ограничений объективно имеет возможность идти по Жизни, куда и как хочет; а различие судеб и реализующих судьбы биографий[136] людей в своей основе имеет немотивированно случайный характер.

·    Если же попадание информации (и прежде всего первичной) в психику обусловлено не только психикой и здоровьем организма, но и неподвластными субъекту объективными процессами, включая и прямое распределение информации Богом Вседержителем, то:

Ø есть области, куда одному субъекту будет позволено идти в его личностном развитии предоставлением ему соответствующего информационно-алгоритмического обеспечения;

Ø но другой субъект при всём его рвении не сможет войти в те же области, будучи лишён необходимого информационно-алгоритмического обеспечения деятельности; не сможет войти в них, по крайней мере, до тех пор, пока в результате исключительно своей психической деятельности не изменит в себе самом нечто, после чего ему извне будет предоставлен доступ к соответствующему информационно-алгоритмическому обеспечению пути и деятельности;

Ø а различие судеб и реализующих судьбы биографий людей, носит Промыслительный характер, т.е. мотивировано целями Промысла и только воспринимается в качестве якобы «случайного» в миропонимании плохо осведомлённого Я-центризма, тем более — Я-центризма, приверженного атеизму.

И такого рода различия судеб и возможностей субъектов в получении доступа к определённой информации предстают как объективные, хотя в чём-то возможно и обусловленные историей его предшествующего субъективизма.

Выбор одного из двух вариантов ответа на поставленный выше вопрос носит характер, принципиальный для понимания всей психической деятельности индивида и её взаимосвязей с Жизнью, поскольку вся субъективная психическая деятельность начинается только после того, как первичная информация стала достоянием психики субъекта. Также должно быть понятно, что все люди отличаются друг от друга информационным своеобразием психики каждого из них, в основе чего тоже лежит своеобразие получаемой ими первичной информации; а своеобразие обработки информации в психике и сами результаты обработки являются следствием первичной информации, полученной в прошлом, а так же и предпосылками к получению определённой первичной информации в дальнейшем либо к прерыванию потока первичной информации на более или менее продолжительное время до переосмысления индивидом полученного им ранее.

Однако вопрос, который был назван выше исходным вопросом психологии как науки, в исторически сложившихся традициях психологии Запада и Востока обходится молчанием и, соответственно, прямой ответ на него не даётся. Поэтому нам придётся войти в его рассмотрение самим. И ход поиска ответа на этот вопрос по своей сути будет представлять пример-иллюстрацию того, как протекает процесс всякого познания.

2. Различение как способность

Способность индивида разграничить в своём восприятии Жизни разнокачественности — в общем случае можно назвать «различением». Безусловно, что отчасти способность к различению обусловлена биологией организма человека и развитостью на этой биологической основе его личностной культуры чувств:

·    Так все мы на биологической основе, соответственно генетической запрограммированности наших способностей к мировосприятию, различаем цвета в пределах спектра, высоту звуков и многое другое.

·    А на основе этого генетически запрограммированного потенциала развивается культура общества, включающая и воспроизводящая в преемственности поколений личностную культуру психической деятельности каждого человека, в том числе и культуру чувств (культуру мировосприятия).

В результате специфического развития культуры в языках северных народов существует до сотни слов, которыми обозначаются оттенки цвета «белого» снега, которые различают их представители[137]. В разных языках сложились разные наборы звуков, на основе которых строится речь, в результате чего, то, что в нашем восприятии звуков, например, сводится к некоему общему звучанию, обозначаемому буквой «Х», для араба — это несколько различных звуков, обозначаемых на письме разными буквами. Поэтому разные народы на основе своей языковой культуры в иноязычной речи «слышат» одни звуки и не слышат другие (так японцам надо учиться обращаться со звуком «Л», которого нет в их языке и который они большей частью заменяют звуком «Р»), что находит своё выражение в транслитерации[138] одних и тех же заимствованных слов в разных языках[139].

Обилие проявлений способности к различению, обусловленных биологией и исторически сложившейся культурой, аналогичных тем, о которых речь шла в двух предшествующих абзацах, создаёт ощущение, что индивид действительно самодостаточен в способности к выборке информации из потока событий. Соответственно этому обстоятельству исходный вопрос психологии как науки, на основе сложившегося калейдоскопического или Я-центричного мировоззрения и миропонимания, и не встаёт, поскольку ответ на него — в смысле самодостаточности человека — представляется «само собой» разумеющимся до, как кажется, «неоспоримой» очевидности и безальтернативности.

Однако наряду с такого рода, как кажется, «гарантированной» выборкой информации из потока событий — по жизни почти каждому известны ситуации, характеризуемые оборотами речи типа: «в упор не видит», «смотрит, но не видит», «слушает, но не слышит». Часть из такого рода ситуаций действительно может быть объяснена тем, что внимание индивида, его сознание в целом в период развития ситуаций были заняты чем-то другими.

Однако во множестве ситуаций, характеризуемых приведёнными выше фразеологизмами, можно выделить подмножество ситуаций, когда внимание и сознание в целом как раз и были заняты целенаправленными поисками или ожиданиями именно того, чего «в упор не видели», что желали услышать, но «не слышали» и т.п., вопреки тому, что необходимая информация объективно была в пределах их восприятия, обусловленного и биологически, и культурой, какой факт часто подтверждается другими участниками тех же событий, которые смогли воспринять ту же самую информацию.

Некоторая часть таких ситуаций тоже может быть объяснена неким «парадоксальным состоянием» психики индивида — её перенапряжением, какой-то закрепощённостью, «зацикленностью», воздействием эгрегоров и т.п. субъективными причинами, вследствие которых и утрачивается способность к восприятию информации.

Хотя психика людей действительно может пребывать в такого рода «парадоксальных состояниях», но всё равно остаётся некоторое множество ситуаций, которые необъяснимы «парадоксальными состояниями». В таких необъяснимых с позиций «парадоксальных состояний» ситуациях психика индивида была в обычном для него состоянии, в котором он на основе биологических и культурно обусловленных автоматизмов мировосприятия в остальных ситуациях получал информацию из потока событий вполне адекватно по отношению к интересам индивида и решаемым им задачам; да и в самой рассматриваемой ситуации некую прочую информацию он получал, а его «слепота» и «глухота» носила какой-то специфически избирательный характер.

Т.е. остаётся некоторое, пусть и малое, количество ситуаций, необъяснимых с позиций убеждённости в самодостаточности индивида в деле выборки информации в потоке событий, т.е. в деле разграничения сигнала, несущего информацию, и фона, на котором сигнал должен быть выделен.

Однако наряду с такого рода необъяснимыми ситуациями многим людям памятные иные ситуации, в описании которых русским языком наличествует слово «озарение». По своей сути они — альтернативны по отношению к таким, необъяснимым в аспекте восприятия информации ситуациям, о которых речь шла ранее.

«Толковый словарь живого великорусского языка» В.И. Даля значение однокоренного этому слову глагола «озарять» поясняет так:

«ОЗАРЯТЬ, озарúть что, освещать, осиять или обдать светом» (том 2, с. 658, по репринту второго издания «Словаря» 1881 г.).

Как ясно из этого пояснения, сам индивид не властен над озарением, но когда происходит озарение, некий объект (явление) предстаёт в его сознании на фоне всего остального как бы озарённый неким светом. В результате мир предстаёт в сознании индивида как определённая по своему составу пара: «это» (озарённое неким светом) — «не это», на фоне чего как бы высветилось «это».

В Коране об источнике озарений и об их обусловленности как не подвластными человеку факторами, так и его собственным субъективизмом, говорится прямо:

«О те, которые уверовали! Если вы будете благоговеть перед Богом (т.е. будете остерегаться вызвать неодобрение Божие: — наше пояснение при цитировании), Он даст вам Различение и очистит вас от ваших злых деяний и простит вам. Поистине, Бог — обладатель великой милости!» (сура 8:29).

Т.е. если признавать Вседержительность Божию как объективный факт, то понятно, что управление в одном из своих аспектов представляет собой целесообразное распределение среди субъектов и объектов в Мироздании информационно-алгоритмического обеспечения, соответствующего целям Вседержительности. И в психику человека первичная информация попадает только в результате озарений Различением как способностью выделить информацию из потока событий. В озарениях Различением Бог предоставляет информацию индивиду соответственно его предназначению (судьбе), соответственно его нравственно обусловленным жизненным интересам, целеустремлённости и фактической деятельности, — в зависимости от того, как это всё субъективное соотносится с целями и путями осуществления Промысла. Это касается не только первичной, но в ряде случаев и информации, не являющейся первичной, когда она повторно даётся в озарении Различением как намёк-подсказка, хотя в других ситуациях такая же информация может проходить мимо восприятия неразличимой на фоне всего остального либо она различима, но внимание пропускает мимо факт её восприятия органами чувств.

На первый поверхностный взгляд, если исходный вопрос психологии как науки в сознании индивида не встаёт, то ему представляется, что неподвластная индивиду способность к Различению особой роли в жизни не играет, поскольку озарения Различением во взрослой жизни редки. Однако, это не так: озарения представляют собой ключевые события на протяжении всей жизни людей, открывающие или закрывающие перед ними те или иные возможности. И в зависимости от организации психики людей, их нравственности — такие моменты озарений ведут индивидов либо на новые ступени в их развитии, либо к жизненной катастрофе — по нравственно обусловленному (возможно бессознательному) выбору каждого: хотя сам факт совершения выбора тоже может не осознаваться вследствие того, что роль нравственности и эмоций в психической деятельности индивида тоже большинством людей не осознаётся.

Предоставление определенной информации с предсказуемыми последствиями — является одной из разновидностей управления. И соответственно такое понимание источника озарений Различением и роли Различения как способности в жизни индивида, делает понятным и другое кораническое сообщение — сура 7:

«181 (182). А тех, которые считали ложью Наши знамения, Мы низведём так, что они не узнают.

182 (183). И Я даю им отсрочку: ведь Моя хитрость — прочна».

То есть, если признавать истинным это кораническое сообщение, то поговорка: «Если Бог желает кого-либо наказать, то Он лишает его разума», — предстаёт как поверхностная: в подавляющем большинстве случаев люди, принимая для себя неправедные нравственные стандарты, сами лишают себя способности адекватно мыслить. И соответственно своим нравственным стандартам они избирают из потока событий жизни информацию в пределах биологической и культурной обусловленности, и в соответствии с ними же Бог даёт Различение, либо отказывает в таковом, заведомо предвидя последствия, вследствие чего никто и ничто не может выйти за пределы Его воли.

Бог — Вседержитель — даёт в Различение информацию, которая позволяет индивиду при той нравственности, которая у него сложилась, войти в ситуацию, в которой он мог бы переосмыслить свои нравственные стандарты и миропонимание так, чтобы они стали более адекватными Промыслу; но если индивид упорствует в своей неправедности, то та же самая информация (или некая иная дополнительно данная ему в Различение информация) ведёт его к усугублению его проблем вплоть до гибели, если он исчерпывает Божие попущение ему быть неправедным и ошибаться.

Отказ Свыше в предоставлении в озарениях Различением первичной информации и намёков-подсказок по жизни обращает всякого индивида фактически в человекообразный автомат, который не способен выйти во взаимодействии с Жизнью за пределы множества вариаций комбинаторики того информационно-алгоритмического обеспечения, которое уже наличествует в его психике.

Собственно так сдерживается и уводится на тупиковые и самоубийственные для них пути вседозволенность демонов, вследствие чего они при всех своих притязаниях на неподконтрольность и неподотчётность действий несвободны так же, как несвободны и носители типов строя психики животного, зомби, опущенного, хотя ограниченность демонов (в сопоставлении с прочими) обусловлена иным неподвластным им фактором.

Соответственно, если индивид уже давно забыл, когда в его жизни имело место последнее озарение Различением, это — основательная причина, чтобы задуматься о смысле собственной жизни, своей нравственности и этике…

·    В принципе такое существование в режиме обездоленности Различением, если индивид не выявляет и не устраняет целенаправленно ошибки в своей нравственности и организации психики, чревато катастрофой, которая способна разразиться непредсказуемо вследствие неадекватности жизни непрестанно устаревающего информационно-алгоритмического обеспечения деятельности индивида.

·    В противоположность ему заблаговременное озарение Различением позволяет людям и обществам, своевременно выявлять и разрешать свои проблемы и тем самым избегать катастроф и прочих неприятностей. Соответственно этому в ряде случаев арабское слово «ал-Фуркан» переводится на другие языки как «Спасение», а других случаях как «Различение». К вопросу о Различении в разных аспектах этого явления Коран обращается не однократно (суры 2:50 (53), 3:2 (4), 8:29, 21:49 (48), 25:1, в частности), хотя и не вдаётся в объяснения его роли в жизни индивидов и обществ: способный думать, способен и понять всё это сам.

Как уже было отмечено, во взрослом периоде жизни озарения Различением у большинства редки. Но если вспомнить детство, особенно — раннее, и посмотреть на жизнь малышей, то жизнь человека в тот возрастной период — почти беспрерывная череда озарений Различением…

Если же истинность коранического сообщения об источнике, об объективной и субъективной обусловленности Различения отвергается, то озарения в жизни людей предстают необъяснимыми и бессмысленными, а исходный вопрос психологии как науки остаётся безответным, поскольку утверждение о том, что всякий индивид изначально самодостаточен во всех ситуациях в вопросе выборки информации из потока событий — всего лишь гипотеза, не подтверждаемая в жизни реально ничем.[140]

Тем не менее, вне зависимости от субъективных мнений об истинности либо ложности приведённого выше коранического сообщения 8:29[141], — первичная информация в психику человека поступает только в озарениях Различением.

3. Преемственные этапы обработки первичной информации

в психике индивида

Следующий вопрос состоит в том, что происходит после того, как первичная информация попадает в психику индивида в озарении Различением?

Как уже было отмечено в разделе 3 лекции 5, внимание, как и воля, тоже — своеобразное явление, свойственное уровню сознания в психике индивида. Причём надо отметить, что озарение Различением это — одно явление, а внимание — это другое явление. Так и из текста Корана Различение и внимание предстают как разные явления. В частности, об обособленности внимания как явления в психике сообщает сура 7:

«И уже сотворили Мы джинов[142] и людей, множество из которых — достояние геенны (ибо): у них сердца, которыми они не понимают; глаза, которыми они не видят; уши, которыми они не слышат. Они — как скоты, даже более — заблудшие. Они — обретающие себя вне внимательности[143]» (сура 7:178 (179), перевод, выражающий понимание арабоязычного текста Корана, отличное от выраженного в переводах И.Ю. Крачковского и Г.С. Саблукова).

Соответственно, в общем случае рассмотрения — реально в момент озарения Различением внимание и сознание в целом могут быть заняты чем-то ещё, по какой причине момент озарения Различением, проявившимся в сознании, может пройти мимо внимания. Вследствие этого данное в Различение может уйти из текущего потока сознания и забыться на уровне сознания, хотя на бессознательных уровнях психики ничто не забывается: ни поток чувств, ни поток мышления обоих уровней психики, ни последовательность озарений Различением.

При этом, если, минуя внимание, данное в Различение уходит в бессознательные уровни психики, то калейдоскопичность мировоззрения нарастает, и это (вследствие неадекватных действий на основе мировоззренческого калейдоскопа) представляет опасность как для самого индивида, так и для окружающих и для потомков.

Тем не менее, всё, что забыто для сознания, с помощью специальных психофизиологических практик и совершенствования личностной культуры психической деятельности, можно вывести на уровень сознания и переосмыслить заново, и это будет иметь следствием переход к иному качеству жизни — лучшему, если результаты переосмысления более адекватны Жизни.

Однако всё же лучше, если озарение Различением не пройдёт мимо внимания индивида. Эффективной психической деятельности индивида должно быть свойственно именно это — особое внимание к озарениям Различением. Если данное в Различение подхватывает внимание, то открывшееся в озарении в подавляющем большинстве случаев остаётся доступным памяти сознания. И это обстоятельство оставляет на некоторое время (подчас весьма продолжительное) открытой возможность волевым порядком дать самому себе команду: Осмыслить данное Свыше в озарении Различением.

В зависимости от стечения обстоятельств и отношения индивида к ситуации — это можно сделать сразу же по озарении Различением, но если это оказывается невозможным в силу того, что обстоятельства требуют взаимодействия с ними, то к этому вопросу необходимо обязательно вернуться по возможности, чем раньше — тем лучше, поскольку в противном случае калейдоскопичность мировоззрения и миропонимания будет нарастать, а к действиям в каких-то предстоящих ситуациях индивид окажется не готов.

Развитие же мировоззрения и миропонимания происходит в процессе осмысления и переосмысления данного в Различение. Даже если первоначальный вариант осмысления оказывается в чём-то ошибочным, то в последствие индивид придёт к ситуации, которая потребует переосмысления ранее выработанного понимания. И если он не будет упорствовать в своей приверженности неправильному, то его мировоззрение и миропонимание станут адекватными обстоятельствам его жизни и потребностям его деятельности в процессе личностного развития.

Как было отмечено в разделе 3 лекции 3:

Наиболее значимая функция мировоззрения в психике индивида состоит в том, что мировоззрение является средством моделирования течения событий в жизни во множестве вариантов в темпе, опережающем реальное течение событий, что позволяет заблаговременно выявлять неприемлемые варианты возможного будущего, выбирать приемлемые и вырабатывать в некотором смысле наилучшую линию поведения индивида в жизни.

Соответственно этому, в религиозном понимании Жизни озарение Различением даётся не ради того, чтобы потешить праздное любопытство индивида теми или иными диковинами; развлечь его чем-нибудь; вогнать его в трепет, показав ему какие-то кошмары и т.п.

Озарение Различением даётся для того, чтобы индивид мог выполнить свою миссию в Промысле, которую сам же индивид должен избрать и принять в качестве смысла своей жизни, осознать и понять[144], и на этой основе подготовить себя к её успешному выполнению; либо для того, чтобы он ушёл из жизни, если он, не желая выполнить даже минимум, предлагаемый ему в судьбе, исчерпал Божие попущение.

В атеистическом миропонимании озарения Различением необъяснимы, Промысел представляется выдумкой, но тем не мене и в этом случае — обретённое индивидом в озарении Различением является для него информационной основой для выработки им смысла своей жизни, путей и способов воплощения этого смысла в жизнь.

Т.е. изменившееся в результате осмысления и переосмысления данного в озарении Различением мировоззрение должно стать основой для тех или иных осознанно определённых волевых действий человека.

В результате мы приходим к определённому выводу: жизнь индивида на основе развивающихся мировоззрения и миропонимания (включая и его нравственно-этическое развитие) протекает как преемственное прохождение первичной информации по цепочке:

«Озарение Различением от Бога Þ Внимание самого индивида Þ Волевое решение об осмыслении обретённого в озарении Различением Þ Интеллект в работе с мировоззрением и миропониманием Þ Изменившиеся мировоззрение и миропонимание Þ Осмысленно волевые действия в конкретике течения событий в Жизни».

Задачи, которые решает психика индивида в течение его жизни, неравнозначны. И из сказанного выше о роли первичной информации в жизни людей должно быть понятно, что:

Осмысленно-волевое поддержание устойчивости цепочки, описанной в предыдущем выделенном курсивом абзаце, в которой протекает обработка и использование первичной информации, — задача, обладающая наивысшим приоритетом среди всего множества задач, с решением которых имеет дело психика индивида на протяжении всей его жизни.

Фактически любой разрыв в этой цепочке — разрыв диалога индивида и Бога на языке жизненных обстоятельств; по существу это — разрыв личностной религии как сокровенной жизненной взаимосвязи индивида и Бога.

Однако кроме этой первоприоритетной задачи по обработке первичной информации психика индивида должна успешно решать и множество других задач. В основе их решения лежит обработка информации, поставляемой органами чувств, без разделения её на первичную и прочую, осуществляемая в процессе взаимодействия индивида с потоком событий в его жизни.

4. Различные схемы обработки информации

в процессе взаимодействия индивида с жизненными обстоятельствами

В состоянии бодрствования в процессе взаимодействия индивида с потоком событий в его жизни работа личностной психики состоит в следующем:

·    некоторым образом воспринимается поток информации, приносимой органами чувств;

·    на основе сложившегося мировоззрения и потока информации, поступающей через органы чувств, в темпе, опережающем реальное течение событий, многовариантно моделируется развитие ситуации и участие в нём самого индивида;

·    один из вариантов кладётся в основу линии поведения индивида и его воздействия на дальнейшее развитие ситуации;

·    в дальнейшем избранная линия поведения:

Ø либо корректируется соответственно той информации, которую продолжают приносить органы чувств, и её воплощение в жизнь осуществляется более или менее успешно;

Ø либо происходит отказ от выработанной линии поведения, причинами чего могут быть как объективная невозможность её реализации, так и разочарование самого субъекта в получаемых результатах.

Главное состоит именно в этом:

В состоянии бодрствования поток информации, приносимой органами чувств (как вещественными, так и биополевыми), сопоставляется с мировоззренческой моделью, на основе какого соотнесения вырабатывается линия поведения, которая в дальнейшем корректируется либо от которой субъект отказывается под воздействием объективных или субъективных причин.

И описанное имеет место при всех типах стоя психики, при всех разновидностях эмоционально-смыслового строя, при всех вариантах взаимодействия личности и эгрегоров.

Хотя всё названное налагает свою печать на процесс обработки информации в психике в состоянии бодрствования, тем не менее можно выявить некие основные схемы организации потоков информации в психике в процессе её обработки, не обусловленные всеми названными и не названными особенностями.

Если мы строим самоуправляющуюся систему (а психика каждого из нас является таковой системой в объемлющих её процессах), то мы имеем возможность организовать в ней выработку управленческих решений и алгоритмов поведения в среде несколькими способами.

Ниже показаны три схемы организации обработки информации в самоуправляющихся информационно-алгоритмических системах. Эти схемы в силу того, что информация и алгоритмика — объективные категории бытия, носят общий, универсальный характер[145], вследствие чего интересующие нас варианты организации обработки информации в психике индивида могут быть представлены с их помощью.

На каждой из схем:

·    Прямоугольник с надписью «Замкнутая система (объект управления)» обозначает организм индивида вместе с его психикой как информационно-алгоритмической системой.

·    Показаны два входных потока информации: один имеет начало в пределах прямоугольника (организма индивида), а второй имеет начало во внешней среде. Они соответствуют потоку самочувствия и потоку информации, поступающей из окружающей среды.

·    Надпись «Преобразователь информации» обозначает интеллект уровней психики сознания и бессознательного.

·    Через «Исполнительные органы» проистекает два потока действий (управления): один — воздействие на самого себя; второй — воздействие на внешнюю среду.

Первый способ представлен на схеме 1 слева[146]. Поток воспринимаемой информации, поступающей из организма и из внешней среды, обладает наивысшей приоритетностью. Он непосредственно подаётся на вход алгоритма выработки управленческого решения. Соотнесение его с содержимым памяти — мировоззрением и миропониманием — в процессе обработки носит настолько поверхностный характер, что им можно в рассмотрении пренебречь. По этой причине память — мировоззрение и миропонимание — на схеме не показаны.

Второй способ представлен на схеме 2 слева. Информация, поступающая из внешней среды, загружается непосредственно в долговременную память, т.е. в мировоззрение и миропонимание, а алгоритм выработки управленческого решения черпает информацию из долговременной памяти, и в самóм процессе выработки решения сопоставляет входные потоки информации с информацией, уже наличествующей в памяти.

Третий способ представлен на схеме 3 ниже.

Информация, поступающая из внешней среды, достоверность которой сомнительна, алгоритмом-сторожем загружается в «буферную память» временного хранения (на схеме она обозначена надписью «Карантин»). Некий алгоритм-ревизор в «Преобразователе информации», выполняя в данном варианте роль защитника мировоззрения и миропонимания от внедрения в них недостоверной информации, анализирует информацию в буферной памяти «Карантина» и присваивает ей значения: «ложь» — «истина» — «требует дополнительной проверки» и т.п. Только после этого определения и снабжения информационного модуля соответствующим маркером («ложь» — «истина» и т.п.) алгоритм-ревизор перегружает информацию из «Карантина» в долговременную память, информационная база которой обладает более высокой значимостью для алгоритма выработки управленческого решения, чем входные потоки информации. Также «Преобразователь информации» осуществляет совершенствование алгоритма-сторожа, распределяющего входной поток информации между «Карантином» и остальной памятью.

Управленческое решение строится, как и при втором способе в процессе сопоставления информации, уже наличествующей в долговременной памяти (мировоззрении и миропонимании), с информацией входных потоков. Однако информация, помещённая в «Карантин», не может стать основой выработки управленческих решений, по крайней мере, — особо значимых решений, неосуществимость которых неприемлема. При прочих равных условиях, время реакции системы на поступление информации из внешней среды растёт от первой схемы к третьей; т.е. быстродействие, оцениваемое по времени реакции на воздействие, падает.

Однако, если в информационном потоке, поступающем в систему из внешней среды, присутствует помеха типа «бессмысленный шум» или помеха типа «наваждение», в котором выражается целенаправленная попытка извне изменить самоуправление нашей системы в соответствии с чуждой нам концепцией управления ею, то устойчивость процесса самоуправления растёт от первой схемы к третьей, поскольку растёт помехозащищённость выработки управляющего воздействия, которое строится на основе стабильной или медленно изменяющейся информационной базы долговременной памяти в целом.

·    В первой схеме «шум» и «наваждения» (т.е. недостоверная информация) являются непосредственной информационной базой выработки управленческого решения. При этом «шумы» и «наваждения» могут представлять собой целенаправленный поток управления извне, если реакция системы на различные варианты внешнего воздействия предсказуема для внешних субъектов.

·    Во второй схеме «шум» и «наваждения» включаются в информационную базу выработки управленческого решения и по мере того, как ими замусоривается долговременная память и они бесконтрольно вовлекаются в алгоритм выработки управленческого решения в качестве достоверной информации, на основе которой оно вырабатывается.

·    В третьей схеме «шум» и «наваждения», прежде чем войти в информационную базу, на основе которой вырабатывается управленческое решение и строится поведение системы, должны обмануть алгоритм-сторож и алгоритм-ревизор, перегружающий информацию из буферной памяти временного хранения в долговременную память и определяющий принадлежность информации к взаимно непересекающимся категориям «ложно», «истинно», «требует дополнительной проверки».

Соответственно, если система самоуправляется по третьей схеме, то чтобы навязать ей чуждое внешнее управление[147], следует либо загрузить информацию в долговременную память «контрабандой» в обход алгоритма-сторожа; либо остановить алгоритм-сторож и алгоритм-ревизор — и тем самым перевести систему на вторую схему управления; либо подать на вход системы информационный поток «шумов» и «наваждений» такой интенсивности, чтобы управление по третьей или второй схеме потеряло устойчивость вследствие недостаточного быстродействия и система перешла на управление по первой схеме, которой свойственна скорейшая реакция на информацию, непосредственно поступающую из внешней среды, при практически полной утрате памяти в процессе выработки управленческих решений. Но и первая схема обладает своими пределами устойчивости. В алгоритмике психики людей потеря устойчивости самоуправления по первой схеме проявляется либо в форме ступора (отсутствие какой-либо реакции на течение событий: это ещё одно состояние, которое может быть охарактеризовано поговоркой «башню клинит») либо в форме истерики (эмоционального срыва, в котором реакция несообразна и несоразмерна течению событий).

С точки зрения обеспечения информационной безопасности в смысле устойчивости самоуправления по определённой концепции, в которой определены цели управления и средства их достижения, нормальной является третья схема самоуправления и обработки информации в психике. Первая схема управления допустима для управления в чрезвычайных ситуациях, в которых предпочтительнее хоть какое-то управление, чем полный отказ от управленческого воздействия на течение событий. Вторая схема — это ущербная третья схема.

Человеческая психика, если это психика нормального человека (т.е. достигшего человечного строя психики), генетически настроена на осуществление третьей схемы самоуправления на основе мозаичного мировоззрения и миропонимания.

Соответственно:

Второй по приоритетности задачей в психической деятельности индивида является поддержание осмысленно-волевым порядком обработки информации в своей психике по третьей схеме на основе мозаичного мировоззрения и миропонимания триединства материи-информации-меры и возвращение себя к ней в случае перехода процесса психической деятельности к менее помехозащищённым схемам.

5. Вопрос о методологии познания и творчества

и принцип «практика — критерий истины»

Знания и навыки, которые индивиду открыты для освоения, можно разделить на две категории:

·    воспринятые им в готовом к употреблению виде из культуры своего общества или культуры человечества в целом;

·    произведённые им самостоятельно.

Если говорить о соотношении этих категорий, то индивид в принципе способен самостоятельно воспроизвести любые знания и навыки, которые уже в некотором виде в культуре существуют или существовали в прошлом, однако реально никому не дано подменить своей персоной всё человечество, тем более в его историческом развитии; а с другой стороны, все знания и навыки, существовавшие в прошлом и наличествующие в культуре ныне, были некогда впервые произведены кем-то либо персонально, либо в результате коллективной деятельности.

Если соотноситься с той проблематикой, которая была рассмотрена в лекциях 3 — 5 и предшествующих разделах лекции 6, то все вновь полученные знания и навыки, вне зависимости от конкретики их содержания, — результат осмысления первичной информации, данной в озарении Различением, и переосмысления всей прочей информации. А вся совокупность знаний и навыков, несомых культурой общества, это — «интеграл по времени» от реализации познавательно-творческого потенциала людей в преемственности поколений за всю историю нынешней глобальной цивилизации.

И это обстоятельство приводит к вопросу о методологии познания и творчества.

Познание и творчество взаимосвязаны:

·    познание включает в себя познание существующего и познание возможностей существования того, что ещё не существует, по крайней мере в пределах восприятия субъекта;

·    а творчество включает в себя воплощение в жизнь выявленных в процессе познания возможностей осуществления чего-либо.

Новое знание в культуре общества может производиться двумя способами:

·    Доказательный. В его основе лежит соответствующая информационная база, полученная в результате наблюдений или экспериментов. А далее следует некая интеллектуально рассудочная деятельность, результатом которой являются определённые мнения о тех или иных явлениях в жизни природы и общества, выраженные теми или иными языками (лексическими, иносказательно-символическими, образными и т.п.), которые поддерживает культура общества.

·    Описательный. В его основе лежит непосредственное (или как-то опосредованное) восприятие личностью объективной информации, которая как-то преломляется в «призме» субъективизма личности, в результате чего становится одной из составляющих её внутренней образно-музыкальной модели Жизни. За этим, как и в первом случае, следует выражение этой объективной информации, преломившейся в призме личностного субъективизма, с помощью языковых средств, которые поддерживает культура общества.

Первый способ более распространён в естествознании и в основанных на естествознании отраслях деятельности людей, а второй более распространён в сфере гуманитарных дисциплин и их приложений.

При обеспечении метрологической состоятельности, при определённой культуре чувств и мышления исследователей оба способа позволяют получить жизненно состоятельное знание как в случае самостоятельного применения каждого из способов, так и в случае их взаимопроникновения друг в друга.

Отказывать любому из этих двух способов в научной состоятельности — значит плодить ошибки в познавательной практике, обрекать себя на ущербность (неполноту) и дефективность мировосприятия и миропонимания, на творческую импотенцию и неблагодатность творческих успехов. Познание и очищение культуры от накопившихся заблуждений требует сочетания обоих способов.

Принципиальное отличие названных способов производства нового знания состоит в том, что:

·    Если информационная база или природные и социальные явления, лежащие в её основе, общедоступны, то алгоритм доказательного способа, посредством которого то или иное знание было впервые получено, может быть повторён другими с теми же результатами.

·    Информация, которая легла в основу некоего знания, полученного описательным способом, во многих случаях (по разным объективным и субъективным причинам) может быть недоступна другим людям, вследствие чего процесс, в котором некое знание было впервые получено, не может быть воспроизведён другими.

Исторически сложившаяся господствующая в научных кругах культура осмысления жизни такова, что требование воспроизводимости процесса, которым некое знание было впервые получено, подменило собой принцип «практика — критерий истины», вследствие чего то, что воспроизводимо «независимыми исследователями» — почитается истинным, а тому, что невоспроизводимо «независимыми исследователями», — тому в научной состоятельности и истинности оказывается.

В действительности:

Осуществимость требования воспроизводимости не является критерием истинности результатов, поскольку объективно независимыми исследователями воспроизводимы и процессы получения определённых результатов, которые на поверку оказываются неадекватными жизни либо в принципе, либо в тех или иных приложениях к решению практических задач. Иными словами, воспроизводимость ошибок, которые не осознаются в таковом качестве, не обращает ошибки в достоверное знание и работоспособные навыки.

Наряду с этим в жизни встречаются ситуации, когда один и тот же результат может достигаться на основе подчас различной информации разными способами, каждый из которых впоследствии вовсе не обязательно может быть воспроизведён не только другими исследователями, но одним и тем же.

В отличие от требования воспроизводимости результатов (по существу алгоритмики их получения), принцип «практика — критерий истины» предполагает подтверждение или опровержение мнений, составляющих результат познания, в практической деятельности на основе этих результатов.

Иными словами, если у Вас есть рецепт производства торта «Наполеон», то в результате следования этому рецепту у Вас не должен получаться суп-рассольник и, тем более — «помои», но должен получиться торт «Наполеон»; и при этом для Вас не имеет значения, достался ли Вам рецепт вместе с бабушкиной поваренной книгой, либо же Вы, однажды попробовав торт в гостях, смогли воспроизвести рецепт и технологию его приготовления самостоятельно.

Однако вопреки здравомыслию требование воспроизводимости результатов во многих случаях (если не в большинстве) подменило собой в науке принцип «практика — критерий истины». При этом многие предметные области исследований, в которых результаты невоспроизводимы в силу уникальности объективных явлений либо в силу неповторимости пути личностного развития тех, кто впервые их получил, выпали из сферы интересов науки или же для неё как бы не существуют, представляясь предметом вымыслов, а не неотъемлемой частью познаваемой объективной реальности. К числу таких выпавших из интересов науки предметных областей принадлежит весь «мистический» и религиозный опыт человечества.

Действительно то, что стало в своё время достоянием психики Моисея, Будды, Христа, Мухаммада, не может быть воспроизведено никем, прежде всего по двум главным причинам: во-первых, судьбы всех людей, включая и названых основоположников так называемых «мировых религий», уникальны, и, во-вторых, если предположить, что Бог есть и Он — Вседержитель, то можно полагать, что в каждую историческую эпоху в каждом обществе Промысел вёл человечество к разрешению тех проблем развития, в решении которых ныне либо вообще нет необходимости, либо которые должны ныне решаться иными средствами вследствие того, что человечество и обстоятельства его жизни изменились.

В результате описанной выше подмены и забвения принципа «практика — критерий истины» и произошло разделение науки и религии в лице большинства традиционных конфессий, переходящее временами в конфликт на взаимоуничтожение.

То, что представители науки в их большинстве провозглашают приверженность принципу «практика — критерий истины», — достаточно широко известно. Но то, что основоположники всех вероучений, на чей авторитет ссылаются представители традиционных конфессий, провозглашают тот же принцип в тех или иных формах, — далеко не все об этом знают, а из числа знающих — понимают это ещё меньше.

·    Так целью религиозной практики всякого буддиста является в конечном итоге пройти через просветление, а не нескончаемо болтать о «просветлении»: Слово «луна» — только «палец», указующий на «луну»: горе тому, кто примет «палец» за «луну», не увидит «луны» или сочтёт отсутствие «перста указующего» за отсутствие «луны»[148].

·    Иудаизм: «Если пророк скажет именем Господа, но слово то не сбудется и не исполнится, то не Господь говорил сие слово, но говорил сие пророк по дерзости своей, — не бойся его» (Второзаконие, 18:22).

·    Христианство: «15. Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные. 16. По плодам их узнáете их. Собирают ли с терновника виноград, или с репейника смоквы?» (Матфей, гл. 7).

·    Ислам: «А когда спрашивают тебя рабы Мои обо Мне, то ведь Я — близок, отвечаю призыву зовущего, когда он позовёт Меня. Пусть же они отвечают Мне и пусть уверуют в Меня, — может быть, они пойдут прямо!» (Коран, 2:182 (186) ). «И большинство их следует только за предположениями. Ведь предположение (т.е. жизненно несостоятельная гипотеза: — наше пояснение при цитировании) ни в чём не избавляет от истины. Поистине, Бог знает то, что они делают!» (Коран, 10:37 (36) ).

·    Познавательные (гносеологические) принципы язычества[149] проистекают из утверждения — своего рода аксиомы: Всевышний говорит с людьми языком жизненных обстоятельств, и этот язык надо учиться понимать, чтобы понимать смысл жизни в потоке событий и действовать в соответствии с ним в русле Промысла. — Это касается как индивидов персонально, так и культурно своеобразных обществ, и человечества в целом.

Хотя в разных редакциях, этот принцип формулируется по-разному, но суть его остаётся узнаваемо неизменной во всех его формулировках:

ПРАКТИКА — КРИТЕРИЙ ИСТИНЫ.

Этот принцип — всеобщий: как в смысле заявлений о его признании практически всеми (кроме чванных психопатов — агностиков[150] и солипсистов[151]), так и в смысле рекомендуемости его применения и к вопросам богословия (объективность существования предметной области которого материалистическая наука отрицает), и к вопросам естествознания, техники и гуманитарного знания (от многих объективных явлений в которых приверженцы исторически сложившихся конфессий отгораживаются своими писаниями и традициями).

Однако реальная история религии, науки и техники такова, что каждая из этих субкультур человечества даёт множество примеров отказа следовать этому — не знающему исключений — принципу и подмены его какими-то иными принципами проверки на «истинность» тех или иных мнений.

И это обстоятельство приводит к вопросу о тех личностных и общественных — по-разному субъективных — причинах, вследствие которых люди уходят от применения принципа к тестированию своих знаний и навыков на адекватность жизни и живут при множестве взаимоисключающих друг друга мнений по одним и тем же вопросам, которые только отчасти в некоторых своих аспектах подтверждаются жизнью.

По своему существу это вопрос о личностной культуре познания и творчества, в основе которой лежит организация психики индивида как информационно-алгоритмической системы.

6. Личностная культура диалектического познания

Миропонимание и мировоззрение как его компонента представляют собой конечную совокупность информационных модулей, каждый из которых характеризуется:

·    границей, выделяющей его из фона, возникающей вследствие того, что информация не существует без соответствующей системы кодирования, а также вследствие того, что вся первичная информация на уровне сознания психики индивида впервые появляется в результате озарения Различением и предстаёт как некое «это», разграниченное с фоном — «не это»;

·    системой взаимосвязей с другими информационными модулями в составе мировоззрения и миропонимания, а так же и с Жизнью в целом.

Развитие мировоззрения и миропонимания, выявление и исправление в них ошибок, выработка новых знаний и навыков, по своему существу представляют разрешение неких неопределённостей (а равно — выработку определённостей) как в пределах этой субъективной системе разграничений и взаимосвязей дискретных информационных модулей друг с другом, так и в системе её взаимосвязей с жизнью.

На уровне сознания в психике индивида неопределённости выражаются в форме вопросов, а их разрешение в форме ответов на вопросы. Соответственно этому обстоятельству и вопросы и ответы должны быть определёнными по своему смыслу и некоторым образом взаимно соответствовать друг другу. При этом уровни психики сознание и бессознательные должны работать во взаимодействии друг с другом. Однако процесс познания и творчества может протекать в двух режимах:

·    В одних случаях его полностью несут бессознательные уровни психики, ставя сознание перед готовыми результатами и в большей или меньшей степени не предоставляя ему самой последовательности вопросов и вырабатываемых ответов на них. Сознание при этом может не ценить, пренебрегать, почитать ложными и вздорными даже вполне адекватные Жизни результаты бессознательной познавательно-творческой активности, а может спустя некоторое время признавать успехи познавательно-творческой деятельности бессознательных уровней психики в целом.

·    В других случаях диалог (информационный обмен) сознания и бессознательных уровней психики подчинён осмысленной воле индивида, и сознание в этом варианте опирается в своей познавательно-творческой активности на бессознательные уровни психики и обязательно оценивает полученные результаты.

На наш взгляд для человека нормален второй вариант организации своей познавательно-творческой активности, а первый — представляет собой выражение либо некоторой задержки в личностном развитии, либо выражение патологии (юродствование, одержимость).

Понятно, что если процесс выработки нового знания и навыков как разрешение неких неопределённостей путём постановки вопросов и выработки ответов на них — объективно генетически запрограммирован для человека, то встают два вопроса:

·    первый — чисто исторический по своему существу: Осознавался ли это процесс людьми в прошлом и как?

·    второй — какие объективные и субъективные факторы обеспечивают безошибочность действий индивида в процессе постановки вопросов и нахождения ответов на них, подтверждаемую в конкретике жизни принципом «практика — критерий истины»?

Ответ на первый вопрос состоит в том, что всё описанное выше в лекции 6, в действительности не является чем-то содержательно новым. Так «Советский энциклопедический словарь» (1986 г.) в статье, посвященной Сократу (древнегреческий философ, годы жизни: ок. 470 — 399 гг. до н.э.), характеризует его следующими словами: «один из родоначальников ДИАЛЕКТИКИ, КАК МЕТОДА ОТЫСКАНИЯ ИСТИНЫ ПУТЁМ ПОСТАНОВКИ НАВОДЯЩИХ ВОПРОСОВ».

Т.е. в древней Греции описанный в начале этого раздела лекции 6 метод выработки нового знания путём разрешения неопределённостей осознавался, именовался термином «диалектика» и был предметом изучения и совершенствования.

И здесь мы соприкасаемся проблемой разграничения:

·    диалектики как метода осознанной выработки новых знаний и навыков путём построения последовательности вопросов, определённых по смыслу, и нахождения адекватных жизни ответов на каждый из них (или сети, т.е. набора такого рода последовательностей, пересекающихся в некоторых узлах и взаимно дополняющих друг друга);

·    логики как метода выработки новых знаний на основе:

Ø определённых исходных данных, характеризующих некую проблему,

Ø некоторой аксиоматики[152] и набора правил, определяющих допустимые и недопустимые операции с исходными данными и промежуточными результатами;

·    и так называемой «дьявольской логики», с помощью которой в чём угодно можно убедить  всякого, кто не владеет ещё более изощрённой «дьявольской логикой» либо — диалектикой.

«ЛОГИКА — наука о способах доказательств и опровержений» («Советский энциклопедический словарь», 1986 г.). Все функционально специализированные разновидности логики по-своему отвечают на вопрос: как от истинных суждений-посылок (исходных данных) прийти к истинным суждениям-следствиям (решениям, ответам на вопросы) и отличаются друг от друга функциональным предназначением, аксиоматикой, набором правил, определяющих допустимые и недопустимые операции с исходными данными и промежуточными результатами.

Для логики характерна обусловленность каждого из последующих суждений суждениями предыдущими и исходными данными. При этом все вопросы в логической процедуре проистекают из предшествующих суждений, аналогично тому, как в начальных классах школы все решали задачи по арифметике по вопросам, переходя от ответа на один вопрос к ответу на следующий вопрос в ходе решения задачи.

Так называемая «дьявольская логика» от нормальной логики во всех её разновидностях отличается тем, что она исходит из следующих принципов:

·    аксиоматика и правила, оглашённые при начале процесса логических рассуждений, могут без объявления заменяться другими;

·    одни понятия — скрытно подменяться другими, т.е. с одними и теми же лексическими (или иными символическими) формами отображения логики на разных этапах «логической» процедуры могут связываться разные субъективно-образные представлении и объективно разные явления;

·    под видом определённостей могут предлагаться скрытые неопределённости, которые в последующем позволят подвести внимающего «дьявольской логике» к вполне определённым выводам и невозможности обосновать другие выводы;

·    набор исходных данных, необходимых для адекватного восприятия проблемы и её разрешения может искусственно сужаться, а также в него могут включаться данные, к рассматриваемой проблеме отношения не имеющие, но, возможно, имеющие отношение к другой проблеме, что позволяет в ряде случаев навязать под видом решения одной проблемы — решение или псевдорешение какой-то иной проблемы;

·    могут предлагаться по своему существу «туннельные сценарии» рассмотрения проблематики, в которых заранее предопределены вход и выход на заранее известные желательные выводы, а переход к другим сценариям рассмотрения проблематики будет пресекаться тем или иным способом и т.п.

Уход мышления индивида в «дьявольскую логику» может быть вызван:

·    Либо злым умыслом, стремящимся убедить кого-то персонально либо общество в целом в истинности заведомой лжи.

·    Либо следствием одержимости, т.е. следствием искажения психической деятельности в целом (включая и деятельность интеллекта) воздействием на индивида эгрегоров, других людей или психотропных веществ.

Один из признаков проявлений дьявольской логики ― сокрытие принципиально значимой для понимания жизни лжи в больших объёмах достоверной информации. Так в ряде случаев (если соотноситься с объёмом текста или продолжительностью речи) принципиально значимая ложь может составлять менее 1 % от общего объёма текста, вследствие чего сознание, оценив общий смысл как достоверный, способно принять в качестве достоверной и незначительную (по продолжительности своего воздействия на сознание) деталь. В других случаях на принципиально значимую достоверную информацию навешивается много сопутствующей ей лжи, примером чего является Библия в её исторически сложившемся виде: Бог есть ― это факт, подтверждаемый Жизнью, но неоднократному провозглашению этого факта в Библии сопутствует столько лжи, что, чем более индивид убеждён в истинности Библии, — тем больше у него проблем во взаимоотношениях с Богом по жизни.

ДИАЛЕКТИКА — не логика. Диалектика объемлет логику в том смысле, что вопросы по ходу диалектического процесса познания (и созидания) и ответы на них могут проистекать:

·    из исходных данных и предыдущих суждений, как это имеет место в логике;

·    из каких-то догадок, обоснованных как-то иначе, а не логически;

·    «браться с потолка» — т.е. из никак не обоснованных (в логике на это «имеют право» только аксиомы) интуитивных предположений и понятийно неясного ощущения не выявленных формально причинно-следственных связей разных, казалось бы не связанных друг с другом явлений.

В силу двух последних обстоятельств диалектика является неформализуемым искусством, психическим навыком, возможность освоения которого генетически заложена в человеке, но который невозможно освоить формально алгоритмически: делай «раз», делай «два», делай «три», …, поздравляем Вас и вручаем Вам квалификационный сертификат «диалектик-бакалавр» («диалектик-магистр» и т.д. вплоть до степени «президента Академии диалектики и всех наук» включительно).

Поэтому, если искусство диалектики не освоено, то человеком задаются «не те вопросы» и не в той последовательности, и даже, если на них даются в общем-то верные соответствующие этим вопросам ответы, то последовательность «вопрос — ответ, вопрос — ответ, …» (или сеть «вопросов — ответов» в их некоторой взаимосвязи) оказывается жизненно несостоятельной и не приводит к истине.

Вследствие этого диалектика отсутствием в ней формализованных алгоритмов и формально-логических законов внешне — формально — похожа на так называемую «дьявольскую логику», в которой законы и правила вырабатываются, утверждаются и отменяются (в том числе и по умолчанию) по ходу дела соответственно целям и потребностям заправил процесса убеждения кого-либо в чём-либо на основе «дьявольской логики», что делает её, в свою очередь, похожей на шизофрению[153].

В отличие от «дьявольской логики» процесс диалектического познания и созидания содержательно иной и потому ведёт к Правде-Истине, а не к ошибкам и шизофрении.

Также необходимо пояснить неформализованность законов диалектики и алгоритмики диалектического познания. Законы диалектики существуют и выражаются в тех или иных языковых формах, но они не формальны. Их формы требуют внесения в них адекватного жизни содержания, что далеко не во всех случаях поддаётся формализации и «автоматизации», вследствие того, что в жизни познание всегда конкретно. Т.е. есть общие принципы познания, но нет универсальных рецептов осуществления познания. Соотношение между принципами и конкретными рецептами осуществления познания таково, что:

·    общие принципы формализовать можно, выразив их в лексике или какой-то символике;

·    а вот конкретные рецепты осуществления познания тех или иных явлений жизни на основе осознания общих принципов необходимо вырабатывать самостоятельно.

Иными словами, если для успеха логической процедуры достаточно большей частью левополушарного (дискретно-абстрактно-логического) мышления, то для успеха диалектического процесса требуются определённая культура чувств и соответствующая организация психической деятельности в целом, включая взаимодействие абстрактно-логического, процессно-образного и ассоциативного мышления.

Причины сбоев диалектического процесса познания (в том числе и перехода его в «дьявольскую логику») состоят в порочной нравственности, в ошибочности мировоззрения и неадекватной в целом организации психики.

В основе личностной культуры диалектического познания лежит способность индивида решать две главные задачи организации собственной психической деятельности, о которых речь шла в предыдущих разделах в лекции 6:

——————

1. Осмысленно волевым порядком поддерживать устойчивость цепочки: «Озарение Различением от Бога Þ Внимание самого индивида Þ Волевое решение об осмыслении обретённого в озарении Различением Þ Интеллект в работе с мировоззрением и миропониманием Þ Изменившиеся мировоззрение и миропонимание Þ Осмысленно волевые действия в конкретике течения событий в Жизни».

2. Осмысленно волевым порядком поддерживать обработку информации в психике в соответствии с третьей схемой, в которой выработка линии поведения основывается на мировоззрении в целом и защите процесса выработки линии поведения от включения в него недостоверной информации.

При признании принципа «практика — критерий истины» и включения его в процедуру выработки новых знаний и навыков, названное — тот минимум, на основе которого можно взрастить в себе эффективную личностную культуру диалектического познания и творчества.

——————

Однако этот минимум ещё не всё, что обеспечивает адекватность процесса диалектического познания: он только обеспечивает предпосылки к тому, чтобы на его основе сформировалась эффективная личностная культура диалектического познания.

Идрис Шах в книге «Суфизм» (М.: «Клышников, Комаров и КО», 1994, с. 184) приводит высказывание суфия Аль-Газали (1058 — 1111 гг.):

«Смесь свиньи, собаки, дьявола и святого — это не подходящая основа для ума, пытающегося обрести глубокое понимание, которое с помощью такой смеси обрести будет невозможно».

Как видите, Аль-Газали соотнёс черты психики изрядной доли особей вида «Человек Разумный» по существу с теми же категориями, что и мы, когда рассматривали типы строя психики в разделе 7 лекции 5, хотя и назвал их другими именами. Свинья — в его высказывании олицетворяет животный тип строя психики, полностью подчинённый инстинктам. Собака, хотя и животное, но одно из тех, что хорошо поддаются дрессировке, иными словами, — целесообразному программированию поведения, и олицетворяет собой строй психики биоробота, зомби, автоматически служащего своим хозяевам, на основе отработки в ситуациях-раздражителях заложенных в него алгоритмов поведения и исполнения прямых команд, отданных хозяином. Дьявол — первоиерарх среди некоторой части демонов, соответствует демоническому строю психики вообще. Святой — соответствует нормальному человечному строю психики, поскольку согласно Корану предназначение Человека (биологического вида и каждой личности) — быть наместником Божьим на Земле (суры: 2:28, 27:63, 35:37).

Т.е. возможность взращивания эффективной личностной культуры познания и творчества Аль-Газали прямо связал с типом строя психики претендента в исследователи, подразумевая при этом, что только носитель человечного типа строя психики может быть не только эффективно познающим субъектом, но и безопасным для себя самого, окружающих и потомков.

Однако определение человечного типа строя психики, данное в разделе 7 лекции 5, — для носителей атеистического миропонимания предстаёт как некая умозрительно выведенная гипотеза, которая в жизни (по их мнению) ничем не подтверждается; а для многих из них утверждение о бытии Бога не приемлемо даже в качестве гипотезы, вследствие власти над ними некоторых специфических для атеистов предубеждений. И поскольку различие демонического и человечного типов строя психики выявляется из взаимоотношений личности с Богом, то для атеистов обусловленность эффективности личностной культуры познания религиозностью индивида представляется утверждением, не имеющим никаких оснований в жизни.

При этом мировоззрение и миропонимание подавляющего большинства людей, их личностная культура познания, включая и представления о критериях истинности тех или иных утверждений, таковы, что в их психике просто нет основы для того, чтобы они могли от абстрактно-логического отрицания факта бытия Бога обратиться к рассмотрению гипотезы о бытии Бога по её жизненному существу.

Поэтому, не однократно упоминая гипотезу о бытии Бога в предшествующих лекциях в порядке уведомления о её существовании и о различиях, которые свойственны атеистическому и религиозному миропониманию, мы не могли рассмотреть её по жизненному существу до тех пора, пока не были рассмотрены структура психики личности, её взаимосвязи с Жизнью, организация обработки информации в психике, и на этой основе — методология познания, включая и вопрос о критериях истинности тех или иных утверждений.

7. Гипотеза о бытии Бога и практика жизни:

вера как составляющая мировоззрения и миропонимания,

нравственно-этическая обусловленность результатов познавательно-творческой деятельности

Для существования атеизма в современной культуре есть объективные (в смысле объективности статистики и исторических фактов) основания. Под воздействием межконфессиональных разногласий по богословско-догматическим и социологическим вопросам многие люди, не вдаваясь в существо разногласий, отрицают жизненную состоятельность веры и религии в принципе, объясняя наличие веры и религии в культуре человечества невежеством, субъективными заблуждениями, слабостью и неустойчивостью психики людей.

Мотивация их отказа от веры и религии проста и может быть выражена словами: «Если Всевышний — один единственный, и Он — не шизофреник, не интриган, не садист, то этот «плюрализм» взаимно отрицающих друг друга конфессионально-канонических мнений — не от Бога. Если Бог действительно есть, то Он бы пресёк существование этого «плюрализма» мнений и пресёк бы злодейства, которые на основе этого «плюрализма» во имя Его творятся на протяжении всей памятной истории. А раз Он не пресекает всего этого, то, стало быть, Он и не существует».

— Тем самым на Бога возлагается миссия быть верховным полицейским и инквизитором. Однако это — пример логики, близкой к «дьявольской», но не диалектичность познания жизни, поскольку:

Возможность того, что этот «плюрализм» мнений люди должны изжить сами методами познания Жизни и просвещения, а не путём возлагания по своему произволу на Бога — вопреки нормам этики — миссии полицейско-инквизиторского характера, — такого рода атеистами не рассматривается…

В результате «успехов» материалистической науки в области методологии познания на основе такой логики мы живём в такое время, когда большинству вопрос о доказательствах бытия (а равно и небытия) Бога известен по его освещению в романе М.А. Булгакова «Мастер и Маргарита»[154] в завязке сюжета — в беседе Воланда с Берлиозом и поэтом Иваном Бездомным на Патриарших прудах:

«— Но, позвольте вас спросить, — после тревожного раздумья заговорил заграничный гость, — как же быть с доказательствами бытия Божия, коих, как известно, существует ровно пять?

— Увы! — с сожалением ответил Берлиоз, — ни одно из этих доказательств ничего не стоит, и человечество давно сдало их в архив. Ведь согласитесь, что в области разума никакого доказательства существования бога быть не может.

— Браво! — вскричал иностранец, — браво! Вы полностью повторили мысль беспокойного старика Иммануила Канта по этому поводу. Но вот курьёз: он начисто разрушил все пять доказательств, а затем, как бы в насмешку над самим собою, соорудил собственное шестое доказательство!

— Доказательство Канта, — тонко улыбнувшись, возразил образованный редактор, — также неубедительно. И недаром Шиллер говорил, что кантовские рассуждения по этому вопросу могут удовлетворить только рабов, а Штраус[155] просто смеялся над этим доказательством».

После чего Берлиозу было предъявлено «седьмое доказательство» бытия Божиего от противного[156] — отступник от Бога, вопреки предостерегающей лекции по вопросам богословия и практики управления, которую ему и «поэту» прочитал Воланд, — попал под трамвай.

Действительно: все интеллектуально-рассудочные доказательства, а равно опровержения бытия Божия — вздорны. Разум всякого индивида ограничен, ограничены и знания: это — следствие ограниченности непосредственного мировосприятия человека на основе его собственных органов чувств (как вещественного тела, так и биополевых). Вследствие этого всегда есть то, что остаётся познавать не непосредственно чувствами, а опосредованно — интеллектуально-рассудочно, осмысляя данное в чувствах, — и принимать на веру свои собственные умозаключения и интуитивные озарения, а также и сведения, сообщаемые другими (по крайней мере на тот период времени, пока не сложится ситуация, в которой сработает принцип «практика — критерий истины»).

Отказ от составляющей веры в мировоззрении и миропонимании влечёт за собой их ущербность, т.е. неполноту, ограниченность:

По существу принцип «я никому, ничему и ни во что не верю» обязывает всякого, кто его провозглашает, единолично воспроизвести в очищенном от ошибок и заблуждений виде всю совокупность достижений культуры человечества в его историческом развитии, — но никто не способен подменить своей персоной всё человечество во всей череде поколений. Поэтому все люди обречены очень многое принимать на веру, даже если и провозглашают свою приверженность принципу «я никому, ничему и ни во что не верю».

Вера же позволяет расширить мировоззрение и миропонимание до границ Объективной реальности, будучи способной объять всё. Однако при таком подходе сразу же встаёт вопрос об истинности принимаемого на веру.

Принятие чего-либо на веру обладает своей спецификой: принятие на веру в качестве истины, а равно и отказ принять на веру в качестве истины ту или иную определённую информацию, определённый смысл — в конечном итоге (так же как и интеллект и интуиция, выражением которой на уровне сознания является вера) обусловлены в психике индивида его истинной нравственностью, поскольку информация, относимая к вере, и информация, относимая к интеллектуально обоснованной, не изолирована одна от другой, а взаимно дополняет одна другую в нравственно обусловленной алгоритмике психики личности, включающей в себя и интеллектуальную деятельность на уровне сознания индивида.

Однако бытие Бога — это не предмет веры. Это ― предмет непрестанно подтверждаемого Богом в жизненном диалоге с человеком знания — показательного, а не доказательного по характеру своего происхождения, если соотноситься с методами выработки знаний в культуре человечества.

Бог даёт доказательство Своего бытия человеку на веру, а не на разум:

Доказательство бытия Божиего носит по его существу нравственно-этический характер и состоит в том, что Всевышний отвечает молитве верующего Ему тем, что обстоятельства его жизни изменяются соответственно смыслу его молитв тем более ярко и явственно, чем более он сам нравственно праведен и отзывчив Богу, когда Бог обращается к нему персонально через его совесть, сокровенный внутренний мир, через других людей, через памятники культуры или как-то иначе на языке жизненных знамений.

По сути дела доказательства бытия Бога, даваемые Им каждому, кто об этом попросит, подтверждает кораническое обетование, которое уже приводилось ранее: «А когда спрашивают тебя рабы Мои обо Мне, то ведь Я — близок, отвечаю призыву зовущего, когда он позовёт Меня. Пусть же они отвечают Мне и пусть уверуют в Меня, — может быть, они пойдут прямо!» (Коран, 2:182 (186) ).

Но единожды данное человеку Богом доказательство Его бытия — своеобразное, соответствующее неповторимости каждого человека, обстоятельствам именно его жизни, должно обязывать человека к выбору продолжения жизни в русле Промысла в диалоге с Богом по жизни. А кроме того, оно ставит его перед вопросами:

·    верит ли он Богу как личности (субъекту)?

·    доверяет ли он Ему свою жизнь и посмертное бытиё?

·    доверяет ли он Богу судьбы своих близких, человечества, Мироздания?

·    как он желает строить свою дальнейшую жизнь и взаимоотношения с Богом как личностью (субъектом)?

Понятно, что все эти и проистекающие из них другие вопросы носят нравственно-этический по их существу характер. Понятно, что перед убеждёнными атеистами в жизни они не встают.

Но они не встают и перед множеством из тех, кто считает себя истинно верующими в Бога на том основании, что они — приверженцы той или иной традиционной массовой конфессии или секты. Своими же делами в жизни они показывают всем, что в бытие Бога они верят, но этот факт не является для них подтверждаемым каждодневно Жизнью знанием; а вот Богу как личности (субъекту) они не верят и не доверяют.

Если по получении и ответа на свой запрос «Бог, ты есть?» нравственно-этические по их сути вопросы типа тех, что приведены выше, перед индивидом не встают, то, следуя своим атеистическим предубеждениям, — вопреки здравомыслию — он относит соответствие событий в жизни смыслу его тестового обращения к Богу к беспричинным случайным совпадениям или проявлениям своей «мистической мощи» над течением событий. Однако Бог и в этом случае предоставляет человеку возможность убедиться в том, что он ошибся в своём осмыслении полученного доказательства. И вопрос состоит только в том, как и когда на языке жизненных обстоятельств выразится принцип «практика критерий истины», и как к его проявлению отнесётся человека.

Отрицание же жизненной состоятельности доказательств бытия Божиего после того, как они предъявлены индивиду сокровенным образом (что исключает возможность их фальсификации), действительно протекает вопреки здравомыслию:

Сначала индивид задаётся вопросом «Бог, Ты есть?» и получает ответ, суть которого связана с его сокровенным — с тем, что может знать только он сам и Бог и не может знать никто из других субъектов[157]; получив ответ в смысле «Да, Я существую и отвечаю тебе на твой сокровенный вопрос сокровенным образом», — субъект, начинает измышлять разное на тему: «Да я вовсе и не спрашивал; да этот «ответ» просто вздор, не достойный «величия Божиего», как я его себе представлял; да и вообще это всё — «шутка природы» — случайное совпадение, а никакого Бога нет, это так мне привиделось…»

Всё подобное проистекает не из здравого смысла, а из нравственной неприемлемости для индивида факта Божиего бытия и осуществления Им Вседержительности, вследствие чего он впадает в «дьявольскую логику», с помощью которой можно обосновать любые выводы вопреки фактам жизни объективной реальности.

Но реально, в Жизни имели место — и вопрос индивида: «Бог, Ты есть?», и ответ Божий на него: «Да, Я есть — живой, сущий». Однако после отказа признать ответ — общаться с таким лицемером, отрекающимся от самого себя, до той поры пока он не образумится, у нравственно-этически здравого субъекта желание пропадает, хотя в жизни с ними возможно и приходится общаться «по долгу службы». Возможно, что и Бог с таким типами общается разве что только по нравственно-этическому долгу принятой Им на Себя миссии Вседержительности…

До понимания нравственно-этической обусловленности ответа на вопрос «Есть ли Бог?» — приверженцы требования повторяемости результатов научных экспериментов не доросли ни в интеллектуальном отношении, ни в нравственно-этическом.

А освоенные ими методы изучения живых существ (поймать, посадить в клетку, анатомировать, выставить в музее скелет и чучело, а потом написать диссертацию и стать «выдающимся биологом») — далеко не во всех случаях оказываются работоспособными, не говоря уж о том, что при определённых обстоятельствах можно и самому стать экспонатом в чьём-то «зоопарке» или чучелом[158].

Тем не менее, свою убеждённость в бытии Бога на протяжении истории выражали многие выдающиеся деятели науки. Подборку высказываний некоторых из них привела «Комсомольская правда» (30.10.2007 в статье Светланы Кузиной «Бог живёт в другой вселенной?»):

«Исаак НЬЮТОН (1643 — 1727), физик и математик:

«Чудесное устройство космоса и гармония в нём могут быть объяснены лишь тем, что космос был создан по плану всеведущего и всемогущего существа. Вот моё первое и последнее слово».

Чарлз ДАРВИН (1809 — 1882), естествоиспытатель:

«Объяснить происхождение жизни на Земле только случаем — это как если бы объяснили происхождение словаря взрывом в типографии. Невозможность признания, что дивный мир с нами самими, как сознательными существами, возник случайно, кажется мне самым главным доказательством существования Бога. Мир покоится на закономерностях и в своих проявлениях предстаёт как продукт разума — это указывает на его Творца».

Луи ПАСТЕР (1822 — 1895), химик, биолог:

«Ещё настанет день, когда будут смеяться над глупостью современной нам материалистической философии. Чем больше я занимаюсь изучением природы, тем более останавливаюсь в благоговейном изумлении пред делами Творца. Я молюсь во время своих работ в лаборатории».

Макс ПЛАНК (1858 — 1947), физик:

«Как религия, так и наука в конечном результате ищут истину и приходят к исповеданию Бога. Первая представляет Его как основу, вторая — как конец всякого феноменального представления о мире».

Альберт ЭЙНШТЕЙН (1879 — 1955), физик:

«Каждый серьёзный естествоиспытатель должен быть каким-то образом человеком религиозным. Иначе он не способен себе представить, что те невероятно тонкие взаимозависимости, которые он наблюдает, выдуманы не им. В бесконечном универсуме обнаруживается деятельность бесконечно совершенного Разума. Обычное представление обо мне как об атеисте — большое заблуждение. Если это представление почерпнуто из моих научных работ, могу сказать, что мои работы не поняты... Напрасно перед лицом катастроф XX века многие сетуют: «Как Бог допустил?» Да, Он допустил: допустил нашу свободу, но не оставил нас во тьме неведения. Путь познания добра и зла указан. И человеку пришлось самому расплачиваться за выбор ложных путей».

Вернер фон БРАУН (1912 — 1977), физик, один из основоположников космонавтики, руководитель американской космической программы[159]:

«Я не могу понять учёного, который не признавал бы Высшего Разума во всей системе мироздания, равно как и не мог бы понять богослова, который отрицал бы прогресс науки. Религия и наука являются сёстрами».

Из лекции нейрофизиолога Джона ЭККЛЗА (род. 1903) во время получения им Нобелевской премии:

«Я вынужден думать, что существует нечто подобное сверхъестественному началу моего уникального, сознающего себя духа и моей уникальной души... Идея сверхъестественного творения помогает мне избежать очевидно нелепого умозаключения о генетическом происхождении моего уникального «Я».

Андрей САХАРОВ (1921 — 1989), физик:

«Я не могу представить себе Вселенную и человеческую жизнь без какого-то осмысляющего начала, без источника духовной «теплоты», лежащего вне материи и её законов. Вероятно, такое чувство можно назвать религиозным».

(…)

МНЕНИЕ СКЕПТИКА

Нобелевский лауреат Виталий Гинзбург:

Вера или, наоборот, атеизм — интуитивные понятия. Нельзя здесь ничего доказать математически. Я ни в какой мере не считаю, что вера в Бога несовместима с наукой. Но только нужно сугубо различать религию и веру во «что-то такое вне нас, что не сводится к природе». Это нельзя опровергнуть, но я не разделяю эту точку зрения. Это мне совершенно не нужно, непроверяемо и ничего не даёт. Это сведение чего-то неизвестного к другому неизвестному. Совершенно иное дело — религия, то есть следование какой-то конфессии. Как известно, в христианстве, иудаизме и мусульманстве полагают, что есть активный Бог и что он вмешивается в дела людей, и это называется теизмом. Я считаю, что теизм совершенно несовместим с научным мировоззрением. Христианин верит в святость Библии, в непорочное зачатие и сатану, а это всё чудеса, которые противоречат науке. Когда зарождались религии, состояние науки было таким, что можно было верить и в непорочное зачатие... Эйнштейн подчеркивал, что верит не в Бога, который управляет делами людей, а во что-то высшее, в Бога Спинозы, а это природа. Ну и назовите Бога природой, это вопрос терминов. А если есть Бог, почему же он допускает такие дикие вещи — геноцид, убийства? Где логика? Я не понимаю, как человек может верить во всемогущего Бога, который с этим со всем мирится.

Но, если честно, то я завидую верующим. Мне почти 90 лет, я человек трезвый и понимаю, что могу в любой момент умереть. Можно заболеть, мучиться, а у меня есть семья. Если бы я был верующим, мне было бы легче, я был бы этому рад...» (http://www.kp.ru/daily/23993/77475/).

— Последнее признание В. Гинзбурга по сути своей аналогично описанному Ф.И. Тютчевым в стихотворении «Наш век»:

Не плоть, а дух растлился в наши дни,

И человек отчаянно тоскует…

Он к свету рвется из ночной тени

И, свет обретши, ропщет и бунтует.

Безверием палим и иссушён,

Невыносимое он днесь выносит…

И сознаёт свою погибель он,

И жаждет веры — но о ней не просит…

Не скажет ввек, с молитвой и слезой,

Как ни скорбит пред замкнутою дверью:

«Впусти меня! — Я верю, Боже мой!

Приди на помощь моему неверью!..

Однако ограниченные и неадекватные представления о методологии познания и критериях истинности не позволяют многим людям, а не только нобелевскому лауреату В. Гинзбургу, преодолеть конфликт научного и конфессионального знания, конфликт веры и лично пережитого. И как следствие по вопросу об обусловленности работы интеллекта человека и её результатов нравственностью ― существуют разные мнения.

Одно из них состоит в том, что интеллект и результаты интеллектуальной деятельности нравственно не обусловлены. Оно свойственно материалистической науке. В её видении интеллект аналогичен функционально специализированной машине, конструкция которой определяет тип задач, которые она может решать, и производительность в решении каждой из них. По сути это мнение выразил математик-прикладник академик Н.Н. Моисеев (1917 — 2000) на круглом столе в «Горбачёв-фонде» ещё в 1995 г.:

«Наверху (по контексту речь идёт об иерархии власти — наше пояснение при цитировании) может сидеть подлец, мерзавец, может сидеть карьерист, но если он умный человек, ему уже очень много прощено, потому, что он будет понимать, что то, что он делает, нужно стране» («Перестройка. Десять лет спустя». Москва, «Апрель-85», 1995 г., тир. 2500, с. 148).

Нравственность в той дискуссии тоже была упомянута — представительницей так называемого «гуманитарного» знания, но как «нечто», не поддающееся пониманию и не относящееся к рассматриваемой проблематике общественного развития. И это игнорирование проблематики нравственной обусловленности результатов деятельности людей произошло даже после того, как академик Н.Н. Моисеев огласил приведённое выше мнение. В названном сборнике на странице 159, искусствовед И.А. Андреева сумбурно (её самооценка, см. стр. 156), высказывает следующее:

«Нравственные основы — это высоко и сложно[160]. Но элементы этики вполне нам доступны».

Исключающе противоположное воззрение известно всем в редакции А.С. Пушкина: «гений и злодейство — две вещи несовместные»[161], — однако А.С. Пушкин не стал его обосновывать, и потому большинство не связывает его с реальной жизнью. Но это всё ещё в древности изъяснил царь Соломон, вошедший в историю с эпитетом премудрый:

«1. Любите справедливость, судьи земли, право мыслите о Господе, и в простоте сердца ищите Его, 2. ибо Он обретается не искушающими Его и является не неверующим Ему[162]. 3. Ибо неправые умствования отдаляют от Бога, и испытание Его силы обличит безумных. 4. В лукавую душу не войдёт премудрость и не будет обитать в теле, порабощённом греху, 5. ибо Святый Дух премудрости удалится от лукавства и уклонится от неразумных умствований, и устыдится приближающейся неправды. 6. Человеколюбивый дух — премудрость, но не оставит безнаказанным богохульствующего устами, потому что Бог есть свидетель внутренних чувств[163] его и истинный зритель сердца его[164], и слышатель языка его. 7. Дух Господа наполняет вселенную и, как всё объемлющий, знает всякое слово» (Библия, синодальный перевод, Ветхий завет, Премудрость Соломона, гл. 1).

Это воззрение поясняет Новый Завет: Дух Святой — наставник на всякую истину (Иоанн, 14:26, 16:13). Из Корана можно понять то же самое, что в терминологии современной информатики можно выразить так: способность к выделению в темпе развития ситуации сигнала, несущего новую информацию, из фона — даётся человеку непосредственно Богом, и это обусловлено нравственностью человека и его верой Богу.

И ещё раз повторим слова царя Давида:

«Сказал безумец в сердце своём: “Нет Бога”» (Библия, Псалтирь, 13:1).

8. Ещё один аспект проявления принципа «практика — критерий истины»: «по вере вашей да будет вам»

На основе миропонимания, отрицающего интуицию и Вседержительность как объективные явления, — принцип «практика — критерий истины» работает только в режиме осознания уже полученных результатов.

По отношению к научным теориям это означает, что если теория, на основе которой моделируется развитие ситуации, утверждает, что в перспективе — неприятность или катастрофа, то в реальной жизни следует не предпринимать тех действий, которые ведут к этой неприятности или катастрофе.

Однако все теории носят характер знания, практическое применение которого ограничено конкретными обстоятельствами. Т.е. в одном диапазоне параметров теории работоспособны, а при выходе за его пределы они дают недостоверные результаты. Так закон Гука, согласно которому деформация пропорциональна приложенной силе, неработоспособен в тех случаях, если после снятия действия силы наличествует некоторая остаточная деформация.

Несоответствие теорий и экспериментальных результатов моделей может приводить к катастрофам и более мелким неприятностям.

Так первый советский реактивный истребитель-перехватчик Би-1 разбился в ходе испытаний; погиб лётчик Г.И. Бахчиванджи (1908 — 1943), которому посмертно (в 1973 г.) было присвоено звание Героя Советского Союза.

Анализ причин катастрофы показал, что аэродинамическая компоновка Би‑1 была выбрана на основе аэродинамики низких скоростей, при которых воздух, обтекающий самолёт, можно считать несжимаемым газом. Однако в одном из полётов Би-1 достиг скорости близкой к скорости звука, а в этом диапазоне скоростей воздух нельзя считать несжимаемым газом, вследствие чего теории аэродинамики низких скоростей утрачивают работоспособность. На скоростях, близких к скорости звука, вследствие реальной сжимаемости газа в набегающем потоке, аэродинамические характеристики Би-1 изменились так, что он втянулся в пикирование, из которого его невозможно было вывести. Т.е. лётчик-испытатель был обречён на гибель самой конструкцией Би‑1.

Явление сжимаемости газов ко времени начала работ по проекту Би‑1 было известно, и можно было догадаться, что:

·    изменение картины обтекания и распределения давления по внешней поверхности самолёта в условиях ощутимо проявляющейся сжимаемости воздуха повлечёт изменение его аэродинамических характеристик (аэродинамические силы и моменты в их математическом представлении — интеграл от давления набегающего потока по поверхности летательного аппарата);

·    это изменение аэродинамических характеристик на скоростях полёта, при которых параметры обтекания далеки от получаемых на основе теоретической модели несжимаемого газа, может быть опасным для обеспечения управляемости самолёта;

·    соответственно для обеспечения безопасности полёта на скоростях, при которых сжимаемостью воздуха можно пренебречь, необходимы работы по развитию аэродинамики больших скоростей.

Настаивал ли конструктор Би‑1 — В.Ф. Болховитников (1899 — 1970) — на решении этих проблем в процессе проектирования самолёта, но получил отказ вышестоящих инстанций, либо сам положился «на авось», — нам неизвестно. Но реально катастрофа Би‑1 стала выражением принципа «практика — критерий истины» в том смысле, что аэродинамика низких скоростей, при которой сжимаемостью воздуха можно безопасно пренебрегать, и аэродинамика высоких скоростей, при которых сжимаемость воздуха изменяет и картину обтекания, и аэродинамические силы, — разные аэродинамики, что должно выражаться и различии теорий и в различии экспериментальной базы.

Этот и многие другие примеры приводят к вопросу: Можно ли избежать таких ситуаций, в которых принцип «практика — критерий истины» срабатывает как стимул к тому, чтобы выявить и понять причины реально свершившейся катастрофы или более мелкой неприятности?

Ответ на этот вопрос субъективен и тесно связан с вопросом о признании либо нет объективности существования таких явлений как интуиция и Вседержительность. Однако при любом варианте ответа (интуиция и Вседержительность — объективные явления, либо интуиция и Вседержительность — выдумки) принцип «практика — критерий истины» выразится в практической реализации другого принципа «по вере вашей да будет вам» (Библия, Новый завет, Матфей, 9:29), т.е.:

·    отвергающие интуицию и Вседержительность в качестве объективных явлений — будут гарантированно попадать в ситуации, в которых принцип «практика — критерий истины» будет обнажать несостоятельность тех или иных теорий в неприятностях и катастрофах, свершившихся по причине следования этим теориям;

·    признающие интуицию и Вседержительность в качестве объективных явлений — будут практически убеждаться в том, что интуиция, а также и Вседержительность (если они в ладу с Божьим Промыслом) упреждающе указывает им на реальные опасности и грядующие беды, тем самым позволяя им миновать их или подготовиться к тому, чтобы их успешно преодолеть.

Эти утверждения проистекают не из доказательного метода выработки знаний и навыков, а из описательного. Ключ к пониманию этого объективного явления — различия судеб носителей двух видов субъективизма — даёт достаточно общая теория управления (ДОТУ), которая тоже является порождением большей частью описательного, а не доказательного метода выработки знаний.

Первое обстоятельство, понимаемое на основе ДОТУ, состоит в том, что с точки зрения теории и практики управления, значимость информации, характеризующей процесс управления как таковой, убывает в следующем порядке:

·    объективно открылись (возникли, появились[165]) возможности к тому, что течение процесса управления в будущем может отклониться от нормальных параметров;

·    возможности начали реализовываться и наметились тенденции к тому, что течение процесса управления отклонится от нормальных параметров;

·    течение процесса отклонилось от нормальных параметров, но ещё находится в пределах допустимого;

·    отклонение параметров процесса на грани допустимого;

·    процесс вышел за допустимые пределы.[166]

И практически нулевой управленческой значимостью обладает информация о том, что всего названного ранее нет, вследствие чего процесс управления протекает нормально.

При этом следует пояснить ещё один аспект учёта возможностей и тенденций в выработке управляющего воздействия. Открываться могут не только не благоприятные возможности, но и возможности благоприятные, реализация которых позволяет ощутимо повысить качество управления. То же касается и учёта тенденций.

Второе обстоятельство, понимаемое на основе ДОТУ, состоит в том, что управление всегда носит концептуально определённый характер, т.е. цели, пути и средства их достижения — определённы.

Оба эти обстоятельства относятся и к тому, как индивид или общество вписываются в процесс Вседержительности:

·    если они действуют в русле Промысла Божиего, то заблаговременно по отношению к возможным неприятностям им даётся в русле Вседержительности информация об этом и оказывается иная информационно-алгоритмическая поддержка, позволяющая избежать неприятностей или их успешно преодолеть;

·    если они действуют в пределах Попущения Божиего ошибаться и творить отсебятину вопреки Промыслу Божиему, то такого рода информация им не даётся и для них принцип «практика — критерий истины» работает постфактум по отношению к неприятностям и катастрофам, что является основанием для того, чтобы подумать о причинах «невезения».

И это обстоятельство ставит нас перед необходимостью понимать различие интуиции, воображения и памяти.

Практически каждый может вспомнить ситуации, когда «внутренний голос» или некое предощущение предупреждало его, что не надо делать что-то конкретное. Такого рода ситуации для большинства людей соотносятся с ситуациями-продолжениями, которые относятся к двум взаимоисключающим классами:

·    в тех случаях, когда индивид следовал рекомендациям «внутреннего голоса» и предощущениям, каких бы то ни было неприятностей не происходило;

·    в тех случаях, когда он отвергал рекомендации «внутреннего голоса» и предощущений, то происходили неприятности либо ему едва-едва удавалось их избежать, подчас по не зависящим от его воли причинам.

Но также многим памятны ситуации, когда их воображение рисовало кошмары, которые якобы уже произошли за пределами их восприятия либо якобы могут произойти в будущем, а потом оказывалось что эти кошмары были плодом их вымыслов, т.е. реально за пределами их восприятия события протекали достаточно благополучно (а если и не благополучно, то без какой бы то ни было сюжетной общности с их кошмарами) и опасения в отношении будущего оказывались напрасными.

Но воображение может не только рисовать мнимо происходящие кошмары в прошлом, настоящем и будущем, но и в большей или меньшей мере подменять реальную память о действительно происшедших событиях, участником которых был сам индивид. Этот порок психики свойственен подавляющему большинству людей. Единственно эффективное средство избавления от него — научиться вызывать в сознание тот поток чувств, которые реально имели место в период, когда индивид был участником событий, о которых он пытается вспомнить. В русском языке это явление в психике индивида характеризуется словами «пережить заново»[167].

Если вызвать в сознание самоощущение — настроение, — которое было свойственно индивиду в то время, когда его о чём-то предостерегал «внутренний голос» и предощущения, и в то время, когда его воображение рисовало кошмары, то придётся признать, что это были два качественно различных типов самоощущений — настроения, а точнее — эмоционально-смыслового строя.

И это приводит к вопросу о наилучшем (в смысле обеспечения безопасности и эффективности деятельности) эмоционально смысловом строе психики личности.

9. Наилучший эмоционально-смысловой строй

Можно сформулировать утверждение:

Вседержитель безошибочен: всё, что ни делается, — делается к лучшему; всё, что свершилось и свершается, — свершилось и свершается наилучшим возможным образом при той реальной нравственности и производных из неё намерениях и этике, носителями которых являются индивиды, в совокупности составляющие общество; Вседержитель велик и всемогущ, и милость Его безгранична.

Смысл его понятен однозначно. Спрашивается: Какие эмоции должно вызывать осознание этого факта? — Понятно, что при разных типах строя психики — разные. При человечном типе строя психики осознанию этого факта должны сопутствовать светлые — положительные эмоции, которые можно характеризовать словами: спокойно-торжественная радость.

Можно научиться при осознании этого утверждения вызывать в себе именно такие эмоции и поддерживать этот эмоционально-смысловой строй в жизни в процессе взаимодействия индивида с социальной и природной средой.

Именно этот эмоционально-смысловой строй является наилучшим для обеспечения жизни и деятельности. Надо научиться осмысленно волевым порядком 1) создавать его сразу же по пробуждении и 2) возвращаться к нему, если под воздействием текущих событий произошёл переход к какому-то иному настроению.

Утверждение, с формулировки которого мы начали этот раздел лекции 6, является своего рода «камертоном» для создания в себе правильного эмоционально-смыслового строя. Именно при этом эмоционально-смысловом строе психика обеспечивает наилучшую работу чувств, интеллекта, осмысленной воли.

Соответственно этому можно согласиться с утверждением исторически сложившейся христианской традиции о том, что уныние есть грех.

Кроме того, сказанное означает, что индивид при человечном типе строя психики эмоционально-положительно самодостаточен, т.е. его эмоции не «штампуются» обстоятельствами. Однако это не означает, что он не внемлет ничему происходящему. Именно при таком эмоционально-смысловом строе, в состоянии спокойно-торжественной радости, приходящее беспокойство, вызванное реально происходящими негативными событиями осознаётся наиболее отчётливо и заблаговременно.

10. Освоение метода диалектического познания

и тандемный принцип деятельности

Тем не менее, из всего изложенного должно быть понятно, что описание метода диалектического познания это — одно, а его освоение, т.е. выработка в себе самом личностной культуры диалектического познания это — другое. И соответственно встаёт вопрос о том, как освоить диалектический метод познания.

Вариантов освоения несколько:

·    ПЕРВЫЙ. Самостоятельно на основе изложенного ранее выявить в своей психике те компоненты и процессы, о которых идёт речь в лекциях 3 — 7, благо двухуровневая модель психики метрологически состоятельна на основе работы органов чувств и интеллектуальной деятельности уровня сознания. Потом целенаправленно-волевым порядком реорганизовать процессы обработки информации в соответствии с изложенным.

·    ВТОРОЙ. Надо понимать, что почти все тексты, которые существуют в культуре цивилизации, можно отнести к одной из двух категорий:

Ø первая — в них автор повествует о том, что уже большей частью знает и понимает к моменту начала написания текста;

Ø вторая — в них автор (либо авторы) к моменту начала работы над текстом, не знают и не понимают того, что будет содержать в себе законченный текст, однако в процессе написания текста автор (либо авторы) мыслят и текст представляет собой более или менее адекватную запись их потока мышления.

Если авторы текстов, относимых ко второй категории, владеют диалектической культурой познания и действительно решают задачу выработки понимания той или иной проблемы, то процесс диалектического познания запечатлевается в тексте.

Соответственно интерес при прочтении такого рода текстов может быть двоякий: во-первых, понять то знание, которое представлено в тексте, и во-вторых, выявить выражение в тексте метода познания. Т.е. после ознакомления со знанием, которое представлено в тексте, можно прочитать этот текст вторично, не обращая внимание на его содержание в аспекте знания, но выявляя метод выработки этого знания, также запечатлённый в тексте. Варианты запечатлённости метода диалектического познания в такого рода текстах однако могут быть различными: либо вопросы о разрешении выявленных авторами неопределённостей ставятся ими по тексту в явной форме, либо они подразумеваются. В случае, если они подразумеваются, придётся по ответам на вопросы, наличествующим в тексте, реконструировать сами вопросы, оставленные авторами в умолчаниях, либо которые их бессознательные уровни психики не выдали на уровень сознания.

Если в процессе прочтения такого рода текста с интересом ко второму аспекту — выражению в тексте диалектического метода познания — психика индивида не будет пребывать в «закрепощённом», «зацикленном» или «парадоксальном состоянии», а будет свободна, то диалектика — как метод познания и творчества — станет её достоянием. После этого вопрос только в том: осознает в своих чувствах этот процесс индивид и будет в дальнейшем пользоваться методом диалектического познания в жизни волевым порядком либо же нет?

Это приводит к вопросу: А чьи произведения можно читать для того, чтобы на их основе освоить диалектический процесс познания?

— Можно читать ныне забытого А.С. Хомякова (хотя надо иметь ввиду, что его диалектичность ограничивалась закрепощением православным вероучением), можно читать И.В. Сталина. Читать Г. Гегеля и К. Маркса бесполезно: Г. Гегель — изощрённый честный логик, а К. Макрс — «коктейль» из пустословия и «дьявольской логики», хотя из его произведений можно узнать важную для понимания истории фактологию. Можно читать Ф. Энгельса и В.И. Ленина, однако весьма критично, поскольку вследствие атеизма обоих их диалектика достаточно часто превращается в «дьявольскую логику». Кроме того, вся литература, рекомендованная во Введении к настоящему курсу: «Диалектика и атеизм: две сути несовместны», «Язык наш: как объективная данность и как культура речи», «Достаточно общая теория управления», «Общество: государственность и семья», «От человекообразия к человечности», — представляет собой тексты, в которых выразился процесс диалектического познания и политандемный принцип деятельности, о котором речь пойдёт далее.

·    ТРЕТИЙ. Выработка диалектического метода познания на основе тандемного или политандемного принципа деятельности.

Издревле известна пословица «ум — хорошо, а два — лучше».

Однако, классическая психология толпо-«элитраного» общества индивидуалистов обходит молчанием вопрос, почему два ума, лучше чем один? почему три ума не лучше двух? и почему, хотя «Бог троицу любит», но всё же «третий лишний» и не только в отношениях между мужчиной и женщиной? И хотя древнее наблюдение утверждает, что «ум — хорошо, а два — лучше», но поскольку оно умалчивает, почему именно два ума определённо лучше, чем один индивидуальный ум, это придётся понять самостоятельно.

Для этого обратимся к истории древнего Египта. В ХХ веке учебники истории и многие художественные произведения (например, фильм «Мумия») представляют дело так, будто высшее жречество было элитарной корпорацией, подчинённой фараону. В действительности всё было иначе.

Всякой управленческое решение может быть выработано либо единолично, либо коллективно. Но при воплощении решения в жизнь ответственность может быть только единолично-персональной. А качество жизни в первую очередь определяется качеством самого решения (концепции управления как взаимно согласованной совокупности целей, путей и средств их достижения), а потом уж — как следствие — исполнением решения.

Жреческая корпорация была «мозговым трестом», познающим Жизнь, её проблематику и вырабатывающим управленческие решения.

Фараон как один из посвящённых в жреческий сан тоже входил в жреческую корпорацию, но возглавлял не её, а государственный аппарат, на который жреческой корпорацией возлагалось воплощение её решений в жизнь.

При этом, вопреки реальной значимости функций жреческой корпорации и государственного аппарата — жреческая корпорация представляла обывателю дело так, будто она служит фараону, а не фараон ответственен перед нею за работу государственного аппарата. С ХХ века таким же образом рисуют древний Египет учебники истории и многие художественные произведения (например, фильм «Мумия»)[168].

Во времена фараонов в Египте верхушка жреческой иерархии состояла из десятки высших посвящённых Севера и десятки высших посвящённых Юга[169], а каждая из десяток возглавлялась одиннадцатым иерофантом[170] — её первоиерархом и руководителем.

Иными словами высшая властная структура древнего Египта математически описывалась весьма своеобразной формулой:

2 ´ (1 + 10)

Два верховных жреца обладали одинаковым статусом и равными полномочиями. Эта структура высшей жреческой власти поддерживалась в Египте в преемственности поколений на протяжении многих веков. Эта структура несла в себе запрограммированную принципами её построения неизбежность того, что в каких-то ситуациях верховные жрецы будут приходить к взаимно исключающим друг друга мнениям по одним и тем же вопросам.

Конечно, легко вообразить, что двое первоиерархов могли договориться между собой бросить жребий, и какое решение вопроса выпадет по жребию, то и принять. Такой подход к решению проблемы разрешения конфликта управления и неопределённости в принятии решения (в случае распределения голосов поровну между двумя взаимно исключающими вариантами) понятен и приемлем для подавляющего большинства любителей «машин голосования», в своём большинстве не задумывающихся о последствиях осуществления каждого из несовместимых друг с другом решений. И построение многих «машин голосования» на принципе нечётности числа участников голосований играет роль именно такого рода бросания жребия, поскольку мало кто заранее может предсказать, как именно распределятся голоса при синхронном голосовании группы, и на чьей стороне окажется единственный решающий голос.

Однако, хотя по высказанному предположению руководители десяток и могли договориться между собой бросить жребий, но это было бы с их стороны нарушением системообразующих принципов их рабочей структуры «2 ´ (1 + 10)», которую осознанно целенаправленно построили и поддерживали при смене поколений таковой, чтобы она статистически запрограммировано допускала ситуации возникновения взаимоисключающих мнений двух её первоиерархов по одному и тому же определённому вопросу.

Иными словами, хотя первоиерархи, руководившие десятками высшего жречества, были явно не глупее нынешних демократизаторов и могли догадаться, что такого рода невозможность принятия определённого решения при равенстве числа голосов «за» и «против» легко снимается простым бросанием жребия или нечётностью числа участников, но сверх того они понимали и другое:

Лучше этого не делать потому, что должно быть принято мнение, наилучшим образом выражающее объективную истину (если точно, то — Правду-Истину), а жребий может выпасть и на ошибочное решение.

И не все вероучения считают, что метание жребия в той или иной форме, даже совершаемое после молитвы, представляет собой отдание решения Богу. Так Коран налагает прямой запрет на метание жребия, относя такое к уделу сатаны. Т.е. принятие решения методом жеребьёвки всегда протекает в пределах Божиего попущения[171]. Т.е. НОРМАЛЬНО человек должен вырабатывать и принимать решение на основе процесса, в котором сознание и осмысленная воля должны исполнить решающую роль вне зависимости от того, выработано решение интеллектуально-рассудочно или же интуитивно.

И именно то, что решение вопроса действительно лучше не отдавать на волю непостижимого случая, а в ряде обстоятельств и не доверять большинству голосов[172], не понимают наивные недалёкие сторонники «машин голосования» (а также и сторонники монархии), заботящиеся об автоматически неизбежном принятии решения по любому вопросу преимуществом минимум в один голос при нечетном количестве участников голосующего «комитета».

Эта особенность построения рабочей структуры высшей внутриобщественной власти в древнем Египте «2 ´ (1 + 10)», устойчивая в преемственности многих поколений, подразумевает, что при несовпадении мнений двух равноправных первоиерархов по одному и тому же вопросу, они оба должны были стать участниками какого-то своеобразного процесса выработки и принятия решения, исключающего осознанно непостижимую случайность выпадения жребия, а равно единственного решающего голоса. Это — единственное разумное объяснение такому системно выраженному отвращению высших иерархов Египта к принятию решения на основе непостижимости случайного выпадения жребия, а равно и в результате непостижимости случайного перевеса в один голос. Кроме того в случае метания жребия высшими первоиерархами, которые были и магами, чьей воле многое подвластно, метание жребия может быть и не осознаваемым состязанием в том, чья воля как способность подчинять себе течение событий пересилит.

И если рабочая структура «2 ´ (1 + 10)» существовала в течение веков без склок между первоиерархами её ветвей и не была заменена структурой, выражающей принцип нечётности в некой «машине голосования», то это означает, что первоиерархи действительно умели обеспечить работоспособность системы на основе принципа «ум — хорошо, а два — лучше» и обосновано целесообразно выбрать из двух взаимно исключающих мнений наилучшее, либо выработать третье мнение, превосходящее два прежних — несовместных друг с другом.

Иными словами, они умело осуществляли тандемный принцип своей интеллектуальной и психической в целом деятельности.

Если же исходить из того, что владение методом диалектического познания запрограммировано генетически и первоиерархи владели им в какой-то версии, то всё становится на свои места. Метод позволяет понимать, что истина многогранна в своей конкретике (некой абстрактной «истины вообще» не существует) и единственна, и все взаимно исключающие друг друга разногласия о её существе — выражение ошибочности субъективизма познающих истину индивидов.

Понимая это, первоиерархи жречества древнего Египта понимали и то, что в случае выработки ими или их командами взаимоисключающих друг друга мнений по одним и тем же вопросам они обязаны выявить ошибки субъективизма и, освободившись от ошибок субъективизма каждого из них, — придти к единству мнений: либо выявив в первоначальной паре ошибочное либо выработав третье мнение, свободное от ошибок, неточностей и ограниченности двух первоначальных.

Вне зависимости от того, опирались они на двухуровневую модель психики «сознание + бессознательные уровни», как это делаем мы; либо их понимание психической деятельности было основано на том, что они осознанно воспринимали несущие психическую деятельность биополевые процессы (как свои собственные, так и окружающих) на основе того, что владели некими психофизиологическими практиками типа индийских йог, — но если они поддерживали на протяжении веков структуру «2 ´ (1 + 10)», это означает, что они умели выявлять, диагностировать и устранять ошибки субъективизма в ходе взаимного психоанализа в режиме тандемной деятельности.

Если вернуться к рассматриваемой нами двухуровневой модели психики «сознание + бессознательные уровни» и соотноситься:

·    с последовательностью преемственных этапов обработки первичной информации «Озарение Различением от Бога Þ Внимание самого индивида Þ Волевое решение об осмыслении обретённого в озарении Различением Þ Интеллект в работе с мировоззрением и миропониманием Þ Изменившиеся мировоззрение и миропонимание Þ Осмысленно волевые действия в конкретике течения событий в Жизни»;

·    с третьей схемой обработки информации в психике индивида;

·    вспомнить о том, что нравственные стандарты управляют информационными потоками в психике индивида и интеграцией индивидуальной психики в эгрегоры,

— то в обмене мнениями свободном от предвзятой предубеждённости в собственной непогрешимости и правоте можно выявить и причины разногласий.

Причинами расхождений во мнениях даже при едином для них векторе целей (т.е. при отсутствии в нём инверсий приоритетов целей и взаимно несовместимых целей[173]) могут быть:

·    сложившиеся различия мировоззрения и миропонимания как информационной основы выработки решений — один не знает того, что знает другой;

·    несогласованность работы процессно-образного и дискретно-логического мышления вследствие чего то, что знают оба, они понимают по-разному;

·    разрывы в последовательности преемственных этапов обработки первичной информации;

·    пороки нравственности — неполнота набора нравственных стандартов, их двойственность, ошибочность.

Всё это выявляемо и устранимо в ходе взаимного анализа процесса диалектического познания, в котором участвуют оба участника, при условии: если они свободны от единолично-авторских притязаний на результат исследований и его монопольно авторскую эксплуатацию. Это тем более эффективно, если процесс протекает в искренней ориентации на постижение и воплощение в жизнь Промысла.

Кроме того тандемный принцип может быть реализован в политандемном режиме. Политандемный режим осуществим в двух вариантах:

·    «Ромашка» — один координатор последовательно работает с разными людьми в тандемном режиме (с каждым из них);

·    «Синхрофазатрон» — тандемы образуют цепочку и замыкаются в кольцо. В этом кольце циркулирует информация, относящаяся к исследованию той или иной проблематики (это делать лучше в письменной форме, предоставив каждому участнику право вписывать в текущую редакцию всё, что он посчитает необходимым, и вычёркивать из неё всё, что он посчитает лишним). Если все участники «синхрофазатрона» владеют методом диалектического познания, то процесс гарантированно сходится к редакции текста, в которой выражено понимание избранной проблематики, многократно превосходящее понимание любого из участников на момент начала работы. При этом:

В силу того, что мощь бессознательных уровней психики многократно превосходит мощь уровня сознания, то в ряде случаев до осознанного понимания всей глубины смысла завершённого текста участникам процесса приходится дорастать на протяжении нескольких лет, а то и десятилетий.

Если же участники «синхрофазатрона» не владеют методом диалектического познания и, тем более, — обуреваемы своими амбициями на самоутверждение в качестве «гения», то процесс рассыпается. Если в устойчивый процесс попадают отдельные люди, не владеющие методом диалектического познания и преисполненные самодовольством и нежеланием учиться, — то процесс их отторгает и они уходят, отягощённые обидами на тех, кто «незаслуженно» отверг их «гениальность».

В тандемном режиме личностная культура диалектического познания может быть выработана и может совершенствоваться, если участники тандема способны обуздать свой Я-центризм, самодовольство и авторские притязания на персональный вклад в общий результат.

11. Свобода процесса диалектического познания

от формулировок «законов диалектики»

Философия выразила законы диалектики. Однако:

Нельзя быть рабами формулировок, «подстригая» восприятие и осмысление конкретных ситуаций под формулировки тех или иных «законов».

Покажем это на примере формулировок законов диалектики в марксизме.

Первый закон диалектики — закон единства и борьбы противоположностей. В него не вписывается издревле известный принцип делания политики «разделяй и властвуй»: например, такие ситуации, когда имеется конфликт двух сторон, а некая третья сторона взаимодействуя с обеими конфликтующими противоположностями, управляет конфликтом в своих интересах.

Второй закон диалектики — закон перехода количественных изменений в качественные и качественных в количественные. В него не вписывается явление изомерии в химии, когда разные химические соединения обладают одинаковым составом атомов, которые однако по-разному упорядочены в структуре молекул каждого из соединений.

Третий закон диалектики — закон отрицания отрицания. Во-первых, слово «отрицание» само по себе в большинстве случаев употребления несёт негативный смысл. Во-вторых, в одном из вариантов череда отрицаний — череда разрушений и этапов деградации: «проотрицали» один шаг на пути развития, совершённый в прошлом, «проотрицали» шаг, ему предшествующий, и так далее — дошли до полной разрухи и хаоса.

Если же говорить о развитии, то оно совершается как эволюционно, так и в череде преображений. Хотя преображения свершаются быстро или мгновенно, но подготовка к ним протекает продолжительное время и требует целенаправленных усилий.

Никто в здравом уме не будет работать на череду отрицаний, ведущую к разрушению всего и вся и к хаосу. Но как показывает история, здравомыслящие люди бескорыстно работают на идею преображения.

«Интегральный закон диалектики» банален в своей формулировке:

В Жизни[174] происходит взаимодействие объективных разнокачественностей, имеющих общим свойством их принадлежность к Объективной реальности[175]. Такого рода взаимодействие разнокачественностей выражается как процессы развития структур Мироздания, а так же и как процессы их деградации и разрушения. В этом взаимодействии разнокачественностей имеет место взаимная обусловленность качества количеством и порядком: количественные и порядковые изменения влекут за собой качественные изменения; а качественные изменения выражаются в количественных и в порядковых изменениях в череде преображений[176], свершающихся на основе внутренней и внешней алгоритмики во взаимодействии разнокачественностей. Во взаимодействии разнокачественностей[177] всегда может быть выявлено управление[178]: либо в форме самоуправления, в процессе осуществления которого никто из выявленных субъектов участия не принимает; либо в форме непосредственного управления со стороны кого-то из выявленных субъектов (одного или множества); либо самоуправление и управление как-то взаимно дополняют друг друга.[179]

Однако в реальных процессах диалектического познания эта формулировка никчёмна поскольку в ходе развёртывания логики обоснования тех или иных вопросов и ответов на них, все разнокачественности, о которых абстрактно (вне конкретики) говорит эта формулировка, обретают конкретное жизненное выражение и должны именоваться не обобщающими категориями, а своими именами, предельно точно выражающими их сущность. Банальности же, возводимые в ранг непреложных истин, — бесплодны.

12. Резюме лекций 6 и 7

Сказанное в предшествующих разделах объединённых лекций 6 и 7 можно собрать воедино и изложить кратко:

Диалектика — процесс выработки нового знания и навыков путём целенаправленного выявления и разрешения неопределённостей, который выражается в постановке последовательности вопросов и нахождении ответов на них (либо в построении сети пересекающихся последовательностей вопросов и ответов).

Субъективная основа диалектического процесса включает в себя преемственную последовательность обработки первичной информации в психике индивида и выработку решений (в том числе — постановку вопросов и нахождение ответов на них) в ходе соотнесения входного потока информации с миропониманием в целом, которое должно быть защищено от включения в процесс выработки решений информации, о достоверности которой судить не представляется возможным. При этом процесс диалектического познания наиболее результативен при человечном типе строя психики. Истинность получаемых в нём результатов так или иначе проверяется принципом «практика — критерий истины»: как постфактум, так и упреждающе — на основе практического владения интуицией.

Объективной основой успеха диалектического процесса познания является Вседержительность, в русле которой распределяется первичная информация, и объективность в Мироздании триединства материи-информации-меры, обеспечивающие метрологическую состоятельность процесса для каждого познающего субъекта. Метрологическая состоятельность выражается в конкретике мировосприятия и именовании явлений по их существу.

В силу того, что диалектическое познание не сводится к интеллектуально-рассудочным (а тем более — исключительно к формально логическим) доказательствам — всё выше изложенное недоказуемо и алгоритмически-процедурно невоспроизводимо.

Но при этом всё выше изложенное — диалектически подтверждаемо на основе доступных читателю фактов и на основе его интеллектуальной деятельности, если читатель готов воспринять сказанное как гипотетическую возможность, которую принцип «практика — критерий истины» (при искреннем следовании ему) способен подтвердить в случае, если гипотетическая возможность объективно истинна, а читатель не порабощён предубеждениями, ранее выработанными его «субъективным иллюзионизмом».

13. Послесловие к лекциям 6 и 7:

«Плюрализм мнений» как выражение

познавательно-творческой несостоятельности

Общество, в котором достаточно универсальная и более или менее эффективная культура познания — достояние не всеобщее, а некоторого меньшинства, тем более меньшинства, несущего некоторую эзотерическую субкультуру, не может быть властно над своей судьбой и обречено быть жертвой обстоятельств, подчас формируемых его врагами. Примером тому и крах российской империи в 1917 г., и крах СССР в ходе перестройки.

Покажем это на конкретном примере. В журнале «Наука и жизнь» № 4, 1988 г. была опубликована статья «Как подойти к научному пониманию истории советского общества» профессора, доктора философских наук А. Бутенко. В названной статье он пишет:

«Руководствуемся одной методологией, факты изучаем и знаем одни и те же, а к выводам приходим разным. Почему?»

И несколько далее даёт ответ на этот вопрос — на его взгляд:

«… это объясняется тем, что при изучении истории наряду с методологией и фактами ещё существует концепция, связывающая воедино основные этапы рассматриваемого исторического времени. Вот она-то, эта концепция, у спорящих авторов разная, а потому одни и те же факты выглядят каждый раз в разном освещении, со своим смысловым оттенком».

Во времена, когда мировая система социализма существовала, доктор философских наук, профессор А. Бутенко был зав. отделом общих проблем мирового социализма Института экономики мировой социалистической системы АН СССР. Т.е. А. Бутенко — далеко не рядовой младший научный сотрудник, а представитель тогдашней научной «элиты».

Из того, что он пишет в приведённых выдержках, можно понять, что при такой нищете в области методологии познания, свойственной научной «элите», консультировавшей политиков, готовившей и обосновывавшей политические решения, — СССР просто не мог не рухнуть.

Его статья — один из многих примеров того, как носители официальной философии в СССР, — по калейдоскопичности своего миропонимания, — противореча не только Жизни, но и своим же основоположникам и классикам[180], настаивают по существу на принципиальной невозможности познать Мир: дескать «концепции у всех разные». А откуда и как возникли и взаимоисключающие друг друга концепции и какая концепция из множества возможных — истинна? — этим вопросом он не задаётся, что по существу подразумевает объективную неизбежность «разности концепций» и проистекающего из него множества взаимно исключающих друг друга мнений.

Поэтому необходимо внести ясность и в понимание вопроса, что есть и в чём выражается методологическая культура.

Методология познания призвана выявлять и распознавать частные процессы (объективные разнокачественности) в их взаимной вложенности в объемлющих процессах. Методология имеет дело с процессами — событиями[181] в совокупности событий в Жизни. Частные факты могут принадлежать одновременно нескольким взаимно вложенным процессам, которые и необходимо изучать для того, чтобы управлять обстоятельствами.

А. Бутенко же пишет об «изучении фактов», ни слова ни говоря о процессах-событиях, для иллюстрации сути которых привлекаются факты при изложении концепций-моделей. Если мы «изучаем» факты и игнорируем процессы, их объемлющие, то мы программируем возникновение ситуации, описываемой поговоркой «за деревьями леса не видит», в результате чего имеем полную возможность в одну концепцию сгрузить частные факты, относящиеся к различным объективным процессам, и таким путём получить модель-концепцию объективно несуществующего процесса. То же получится и в случае, если какие-то факты будут изъяты из рассмотрения в целях осуществления некой «дьявольской логики» и построения на её основе туннельного сценария убеждения общества в чём-либо.

Концепция, предназначенная исполнять роль модели реального процесса, не объединяет «этапы времени», как пишет А. Бутенко. Концепция объединяет факты в субъективной интерпретации возможно объективно существующего процесса, а этапы процесса, сменяя друг друга, тем самым порождают время (историческое или, иначе говоря, — социальное, обусловленное социальными процессами: см. раздел 7 лекции 4 о триединстве материи-информации-меры), обусловленное самим процессом как эталоном времени, которое может быть соотнесено с другим эталоном времени.

Обилие частных фактов, принадлежащих к длительным разнородным и многогранным объективным взаимовложенным процессам, при отсутствии освоенной осознанной методологии познания Правды-Истины, ориентированной на выявление и распознавание процессов, выражается у множества методологически безграмотных людей в множестве («плюрализме») НЕДОСТОВЕРНЫХ, несовместимых между собой мнений об одном и том же объективном процессе.

В годы перестройки это было возведено в ранг идеала жизни общества и названо «плюрализмом мнений», безотносительно к тому, какие из них ложные, а какие истинные; и в чём именно многогранные мнения истинны либо ложны[182]. Более того, проявления публичного интереса к вопросу о том, какие именно мнения и теории истинны, а какие ложны, и попытки развернуть в обществе публичные дискуссии по этой проблематике горбачёвский режим методично целенаправленно пресекал. При этом режим так же методично культивировал «плюрализм мнений», ничего общего не имеющий к уважению права личности иметь своё собственное мнение и быть убеждённым в его правоте.

«Плюрализм мнений» в толпе, безграмотной в области методологии познания, не имеющей вождя-вожака, — неизбежное явление, если толпу предоставить самой себе на некоторое время. Именно по этой причине реальная демократия в толпе невозможна, а формально «демократические» процедуры в ней становятся простой ширмой на диктатуре закулисной мафии методологически вооруженных эзотеристов. Плюрализм мнений — разрушителен по отношению к обществу, поскольку подавляющее большинство мнений вздорны и не представляют собой выражение разных граней общей истины.

Но если человек несёт эффективную личностную культуру познания, то частные факты пропускаются им через призму метода познания, в результате чего появляется субъективная концепция объективного процесса. Если в обществе складывается достаточно широкий слой методологически грамотных людей, и они осуществляют миссию просвещения, распространяя в обществе методологию познания, то у общества есть шансы перейти к иному качеству жизни.

Иными словами:

Все концепции и все разновидности каждой из них — следствия той или иной методологии познания, выразившейся в субъективных личностных навыках познания.

Принцип «практика — критерий истины» по отношению к достоверности субъективной концепции объективного процесса выражается в сходимости с реальностью прогнозов развития объективного процесса в будущем и вскрытие раннее неизвестных фактов и их связей в его прошлом на основе концепции, принявшей на себя роль модели реальной жизни. Именно поэтому основной вопрос жизненно полезной философии — вопрос о решении задачи о многовариантной предсказуемости течения событий в Жизни с целью выработки наилучшей линии собственного воздействия на их течение.

И соответственно, новые, ранее неизвестные факты и общественная практика с течением времени либо подтверждают правильность субъективной концепции объективного процесса, либо вынуждают совершенствовать, пересматривать концепцию вплоть до порождения принципиально новой концепции.

Поскольку один и тот же объективный процесс обычно проявляется в разнообразии множества частных фактов, то разным исследователям могут быть доступны разнородные совокупности фактов. Но если они изучают не факты, а один и тот же объективный процесс и обладают достаточно эффективной личностной культурой познания, осуществляемого в целях и в русле Промысла Божиего, то они неизбежно с течением времени придут к единой концепции одного и того же объективного процесса в силу общности меры (матрицы возможных состояний) и объективности информации в Жизни. При этом одно и то же мнение, относимое к одному и тому же процессу (событию) в Жизни, высказываемое разными людьми может быть обосновано (проиллюстрировано) разными фактами[183].

———————

Как ясно из объединённых лекций 6 и 7, рассмотрение процессов в психике индивида на основе двухуровневой модели «сознание + бессознательные уровни психики» — весьма продуктивно вследствие метрологической состоятельности этой модели, и потому на её основе каждый может совершенствовать собственную психику и личностную культуру психической деятельности, если того пожелает.

Лекции 6 и 7 в редакции от 02.04.2008 г.

[1] Как видно даже из названия отчёта «провидцы» из Института США и Канады ошиблись в исходных данных при постановке этой НИР: в 1990 г. паритета уже не было, а СССР шёл к своему краху.

[2] «Теория игр» — название одного из разделов математики. Основная область приложения аппарата теории игр — анализ конфликтов и процессов взаимодействия различных систем.

[3] Пункт 1 «Рекомендаций парламентских слушаний» по вопросу о Концепции общественной безопасности гласит следующее:

«1. Рекомендовать Президенту Российской Федерации, Правительству Российской Федерации, парламенту Российской Федерации, общественным объединениям ознакомиться с предложенной концепцией общественной безопасности России и начать её гласное обсуждение в средствах массовой информации, в аудиториях».

Пункт 6 «Рекомендаций парламентских слушаний» по вопросу о Концепции общественной безопасности гласит следующее:

«6. Новому составу Государственной Думы рекомендовать проведение парламентских слушаний на тему “Концепция общественной безопасности” в самом начале своей деятельности с учётом замечаний и предложений, поступивших на парламентских слушаниях, а также из министерств и ведомств субъектов Федерации, от депутатов и отдельных граждан» («Думский вестник» № 1 (16), 1996 г., Издание Государственной Думы, с. 136, 137).

[4] Тематика обзорной лекции весьма обширна и обладает определённой взаимосвязностью, которую не удаётся изложить в течение одной лекции (2‑х академических часов). Чтобы не разрушать целостное восприятие этой тематики, две обзорные лекции сведены воедино в одном разделе.

[5] Этим словом М.Е. Салтыков-Щедрин именовал госчиновников — администраторов-управленцев.

[6] В переводе на русский «n-i-ni, c’est fini» означает «кончено».

[7] Это правильный подход, поскольку реальная нравственность определяет характер обработки информации в психике личности и характер участия личности в жизни общества, её совместимость и взаимодействие с другими людьми, обладающими вполне определёнными личностными качествами. Об этом в речь пойдёт в последующих лекциях.

[8] В стихотворении А.А. Блока «Возмездие» есть строки: «Кто меч скуёт? — Не знавший страха. / А я беспомощен и слаб, / Как все, как вы, — лишь умный раб, / Из глины созданный и праха, — / И мир — он страшен для меня». — Эта самооценка более глубока, нежели признания героя «Скучной истории» А.П. Чехова.

[9] Бедность в том значении, что индивид беден осознанием смысла жизни как своей собственной, так и общества и человечества в целом.

[10] По мнению западной медицины до 80 % известных ей болезней носят психосоматический характер: т.е. сначала возникает неудовлетворённость жизнью, вследствие чего психика либо прямо генерирует болезнь, изменяя физиологию организма; либо снижает активность иммунной системы, что открывает дорогу проникновению инфекций в организм извне. Кроме того неудовлетворённость жизнью, если она угнетает индивида психически, повышает риск бытового и производственного травматизма, толкает людей на путь наркомании и является главной причиной самоубийств.

[11] И это высказывание вызывает встречный вопрос: а действительно ли хотели? — Ведь себя и свои семьи властьимущие не обидели: они и члены их семей по уровню потребления многократно превосходили на протяжении всех лет хрущёвско-брежневской эпохи, перестройки и реформ постсоветских времён уровень потребления подавляющего большинства населения страны. Это обстоятельство даёт основание в соответствии с принципом «практика — критерий истины» полагать, что «как лучше для народа» — они не хотели, а только декларировали, но в действительности хотели «как лучше для себя», вследствие чего и получилось «как всегда».

[12] Эта особенность «гуманитарного знания» вызывает к себе ироничное отношение многих. Так и польский писатель-фантаст и философ Станислав Лем иронизировал в цикле сказок своей «Кибериады» на эту тему:

«Как известно, драконов не существует. Эта примитивная констатация может удовлетворить лишь ум простака, но отнюдь не учёного, поскольку Высшая Школа Небытия тем, что существует, вообще не занимается; банальность бытия установлена слишком давно и не заслуживает более ни единого словечка. Тут-то гениальный Цереброн, атаковав проблему методами точных наук, установил, что имеется три типа драконов: нулевые, мнимые и отрицательные. Все они, как было сказано, не существуют, однако каждый тип — на свой особый манер. Мнимые и нулевые драконы, называемые на профессиональном языке мнимоконами и нульконами, не существуют значительно менее интересным способом, чем отрицательные» (Перевод Ф. Широкова, приводится по публикации в интернете интервью Станислава Лема «95 процентов информации в интернете — это хлам!», данного им журналу «Компьютера» в 2001 г.: http://old.computerra.ru/online/firstpage/bl/8428/for_print.html).

Другой писатель Владлен Бахнов в повести-памфлете, высмеивающей возомнивший о себе тоталитаризм, «Как погасло Солнце, или история тысячелетней диктатории Огогондии, которая существовала 13 лет 5 месяцев 7 дней», пользуется не общепринятым термином «гуманитарии», а термином «гуманитологи», созвучным с никем не употребляемым публично термином «гуманитОЛУХИ». Повесть легко и с удовольствием читается благодаря изящному юмору, многое проясняя при этом в жизни. С нею можно ознакомиться в интернете по адресу:

http://www.oldsf.ru/BACHNOV/Bachnv11.htm (гиперссылка по состоянию на начало июня 2006 г.).

[13] Графомания — болезненное пристрастие к писанию многословных бессодержательных или банальных текстов, патологическая страсть к сочинительству. В тяжёлых случаях квалифицируется как психическое заболевание.

[14] По определению В.Г.Белинского: «Толпа есть собрание людей, живущих по преданию и рассуждающих по авторитету… Такие люди в Германии называются филистёрами, и пока на русском языке не приищется для них учтивого выражения, будем называть их этим именем» (В.В.Одинцов, «Лингвистические парадоксы», Москва, «Просвещение», 1988 г., с. 33).

Если «филистера» именовать по-русски, то он — толпарь. Его основное качество, нежелание и неумение самостоятельно думать и приходить ко мнениям, соответствующим реальному положению дел и направленности течения событий. Так называемая «элита» — тоже толпа, но более информированная в некоторых вопросах, нежели простонародье. В толпо-«элитарном» обществе отчасти не-толпа — знахари, умеющие думать самостоятельно и внедрять не мытьем так катаньем свое мнение в психику окружающих под видом их собственного мнения, либо под видам мнения безукоризненных авторитетов, которых они сами же взрастили для того, чтобы их авторитетное мнение было воспринято толпой. Соответственно этому в материалах Концепции общественной безопасности общество, образуемое двумя видами толп, управляемых «знахарями», именуется толпо-«элитарным».

В данном случае термин «толпа-народ» не имеет такого специфического смысла, а именует исторически сложившуюся общность людей, на фоне которой и во взаимодействии с которой действуют так называемые «исторические личности».

[15] А тем, кто думает, что это не так, то читайте: «Соответственно гипотетической возможности выявления такого рода фактора…».

[16] «МАСОНСТВО (франкмасонство) (от франц. franc maçon — вольный каменщик религ.-этич. движение, возникло в нач. 18 в. в Англии, распространилось (в бурж. и дворянских кругах) во мн. странах, в т.ч. России. Назв., орг-ция (объединение в ложи), традиции заимствованы М. от ср.-век. цехов (братств) строителей-каменщиков, отчасти от ср.-век. рыцарских и мистич. орденов. Масоны стремились создать тайную всемирную орг-цию с утопической целью мирного объединения человечества в религ. братском союзе (выделено нами жирным при цитировании) Наиб. роль играло в 18 — нач. 19 вв. С М. были связаны как реакц., так и прогрес. обществ. движения» («Советский энциклопедический словарь», изд. 1986 г.).

Что касается выделенной нами жирным в цитате фразы [о том же почти в тех же словах сообщает и “Большая советская энциклопедия” (изд. 3, т. 15, с. 447)], то по существу “Советский энциклопедический словарь” так — прямо и недвусмысленно — сообщает: деятельность масонства состоит в осуществлении тайного всемирного заговора. Т.е. масонство занимается политической деятельностью надгосударственного международного характера.

Насколько эта цель утопична? — каждый человек решает сам в зависимости от того, какими представлениями об управлении и навыками управления он лично обладает; а также по своим возможностям, во-первых, осмыслять происходящее на его глазах и известное ему из хроник о прошлых событиях, а во-вторых, целесообразно действовать по своему разумению волевым порядком на основе свободы нравственного выбора.

Авторы всех известных нам учебников истории, обладают такими представлениями об управлении, что тему масонства в повествование не включают; а если эта тема встаёт в изучаемых в школьной программе литературных произведениях (например, в романе Л.Н. Толстого «Война и мiр», граф Пьер Безухов становится масоном; также надо пояснить: мiр — общество, мiроздание; мир — отсутствие войны; безразличие в написании этих разных по смыслу слов — ещё один пример вредности ныне действующей шепеляво-бессмысленной орфографии), то характеризуют масонство и его деятельность в том же смысле, что и авторы приведённой статьи в «Советском энциклопедическом словаре»: дескать те романтики-идеалисты, кому нечем заняться и у кого есть средства, чудят от безделья, не влияя ни на что серьёзное в жизни общества и в политике; а если и влияют, то в силу того, что они — идеалисты-романтики, влияют благотворно.

О том, что идеалисты — именно «романтики», а не практики, верные идеалам; и что у «романтиков» часто за душой нет навыков, позволяющих воплотить благие намерения в жизнь, — об этом всем тем, кто читает такие бредни о благотворном влиянии идеалистов-романтиков на течение исторического процесса, — надо подумать самим, а не полагаться доверчиво на статьи, подобные статье, приведённой из «Советского энциклопедического словаря».

[17] Необходимо пояснить упоминание Бога и Божьего Промысла в тексте учебного пособия светского вуза.

Во-первых, как было отмечено выше, религиозность, верования и разнородный мистицизм свойственны людям на протяжении всей истории и потому исключить их из набора описательных категорий социологии было бы аналогичным тому, чтобы запретить при арифметических вычислениях записывать цифры, принадлежащие к тем или иным порядкам в позиционной системе счисления: например сказать, что сотни и тысячи якобы не существуют и потому их ненулевые значения под запретом. Это можно наглядно представить, из дисплея калькулятора удалить соответствующие разряды. Что станет в результате такого подхода с арифметикой, — понятно… Что можно насчитать на основе такой арифметики — тоже понятно…

Во-вторых, на месте последующих скобок с многоточием «(…)» в цитированном отрывке из “Мёртвой воды” даётся пояснение следующего содержания:

«Тем, кто по разным причинам не в состоянии признать бытие Бога — Творца и Вседержителя — и сатаны, скажем, что языки народов не удерживают пустословия, за которым не стоит никаких объективных или субъективных явлений. Поэтому при чтении данной работы под Царствием Всевышнего Господа Бога они могут понимать иерархически упорядоченную совокупность явлений в природе и в обществе, обладающую как минимум качеством поддержания устойчивости процессов развития без взаимоуничтожения однокачественных систем в пределах одного иерархического уровня. А под иерархией сатаны — ещё одну иерархически упорядоченную совокупность явлений в природе и обществе, обладающую альтернативным качеством антагонизации всего и вся и дополняющую первую иерархию явлений до полноты мировосприятия атеиста» (цитата с некоторыми изменениями, уточняющими смысл).

В-третьих, в «гипотезе» бытия Бога в науке возникает потребность достаточно часто, хотя эта потребность в наши дни редко признаётся её представителями публично. Так президент Российской академии наук Юрий Осипов в марте 2007 года на Соборных слушаниях на тему «Вера и знание: наука и техника на рубеже столетий» сделал следующее признание:

«Создание любой стройной научной системы неизбежно приводит к мысли о существовании, как в нашей среде говорят (выделено мною. — НГ), абсолютного разума» (приводится по публикации в «Независимой газете» от 27.11.2007 г.: Андрей Ваганов, «Знание обессилило»: http://www.ng.ru/science/2007-11-28/16_mrakobesie.html). Дальше этого представители науки в своём большинстве не идут, а такого рода высказывания в учебники по тем или иным отраслям естествознания атеистическая традиция науки не допускает ни под видом выявленной проблемы, ни под видом гипотезы, разрешающей проблему в случае своего практического подтверждения.

Однако осознание Промысла и отношение к нему — должно быть личностно своеобразным, поскольку при насаждении всеобщего «стандарта исповедания», прежде всего, подавляется религиозное чувство, совесть, и получаетя субкультура зомбирования психики.

[18] В годы перестройки был главным редактором теоретического журнала ЦК КПСС «Коммунист».

[19] В 1952 г. на XIX съезде был избран членом Президиума ЦК КПСС.

[20] В частности, этические представления — в зависимости от их характера — либо позволяют получать подтверждаемые Жизнью ответы на вопросы, относимые к религиозной проблематике, либо не позволяют приблизиться к изучению явления религиозности в жизни общества.

[21] Н.И.Рыжков “Десять лет великих потрясений”, Москва, «Книга. Просвещение. Милосердие», 1995 г., с. 29.

[22] «Я говорил про обновление социализма, а сам знал к чему дело идёт. Александр Яковлев — о перестройке, демократии, “стабильности”» (интервью А. Костюкова с А.Н. Яковлевым, опубликованное в «Независимой газете» 2 декабря 2003 г. в связи с 80‑летием «архитектора перестройки»).

[23] Если говорить о том, каких бед возможно было избежать, то, в частности, можно было избежать Чернобыльской катастрофы. В 1957 г. вышел в свет другой научно-фантастический роман И.А.Ефремова — «Туманность Андромеды». В одной из сюжетных линий романа речь идёт о гибели на одной из планет цивилизации вследствие того, что она развивала ядерную энергетику на основе тех технологий, которые вели к накоплению радиоактивных отходов. В результате некой катастрофы на планете цивилизация погибла. Это было написано за 29 лет до Чернобыля, но те, кто делал в СССР научные карьеры и завоёвывал социальный статус, работая в области ядерной энергетики, не вняли предостережению. В постсоветские времена взят курс на расширение сектора ядерной энергетике в энергетическом балансе страны вопреки тому, что никаких научно обоснованных гарантий безопасности и решения проблемы накопления радиоактивных отходов атомная наука после Чернобыля так и не дала. Ссылки якобы на секретность в данном случае здесь не уместны, поскольку проблема носит глобальный характер и открытая публикация информации о её разрешении — это не только обеспечение безопасности других государств, но и защита своего собственного населения от последствий возможных катастрофических выбросов радиации в авариях на ядерных объектах за рубежом.

[24] В.О. Ключевский. Сочинения в 9 томах, т. 9, Москва, «Мысль», 1990 г., с. 368.

[25] «Табу» — от полинезийского «tapu» — священный, запретный. Слово перешло через французский язык из лексикона этнографии в обыденную речь многих языков и стало в них нарицательным в значении «запрет», подразумевающий не обсуждаемый и неусомнительный характер запрета.

[26] Именно потому, что они и не дураки вовсе, «дураки второго рода» знают и понимают то, чего не знает и не понимает подавляющее большинство общества.

[27] В той серии, в которой все приехали в Простоквашино встречать Новый год, но машина, на которой ехали Дядя Фёдор и его папа, застряла в снегу, и её пришлось вытаскивать всем персонажам мультфильма, в том числе и Коту Матроскину. В ходе этой работы Кот Матроскин помирился с Псом Шариком, а потом, уже дома в тепле, промурлыкал эту фразу.

[28] В данном случае простонародно-грубоватый жаргонизм «ишачить» точнее, нежели «политкорректная» лексика, поскольку передаёт не только смысл «много работать», но и указывает на то, как «работодатель» относится к работникам — как к рабочему скоту.

[29] Алгоритм — искаженное аль-Хорезми — имя среднеазиатского математика средних веков, данное по названию города Хорезм. Его именем называется преемственная последовательность действий, выполнение которой позволяет достичь определённых целей. Также алгоритмом называется описание такой последовательности действий. Алгоритм представляет собой:

·   совокупность информации, описывающей характер преобразования входного потока информации в каждом блоке алгоритма, и

·   мер (мерил), управляющих передачей потоков преобразуемой в алгоритме информации от каждого блока к другим.

Под алгоритмикой понимается вся совокупность частных функционально специализированных алгоритмов.

Среди понятий, свойственных субкультуре на основе гуманитарного образования терминам «алгоритм», «алгоритмика» наиболее близок термин «сценарий», причём сценарий — многовариантный.

[30] После создания соответствующих методик социализации и обучения таких детей некоторые из них смогли получить высшее образование и даже стали докторами наук.

[31] Поясним: обычные, так называемые случайные, спонтанные ошибки представляют собой сбои в работе разного рода систем, работоспособность которых до этих ошибок признавалась удовлетворительной. Системные же ошибки обусловлены ошибками в построении систем и их информационно-алгоритмического обеспечения, вследствие чего работоспособность систем вообще или в каких-то специфических обстоятельствах оказывается неудовлетворительной.

[32] По существу в этом признался и президент РАН Ю. Осипов, когда говорил: «Создание любой стройной научной системы неизбежно приводит к мысли о существовании, как в нашей среде говорят абсолютного разума», — о чём было упомянуто ранее.

[33] Так изучение электричества опровергло все поверья о богах-громовержцах или простонародные выдумки об Илье-пророке, разъезжающем по облакам на колеснице, из под колёс которой вылетают молнии и гром, будто она несётся по булыжной мостовой.

[34] Термину «религиозность» в данном случае придан эпитет «некоторая» потому, что религии по своему характеру в обществе могут быть разнородны. Термин же мистицизм в данном случае подразумевает те «паранормальные» явления, которым нет места ни в лоне официальной (либо традиционной) религиозности общества, ни в лоне его традиционной науки.

[35] В 2007 г. произошёл конфликт между студентами и руководством Социологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова. Одна из причин недовольства студентов — низкое, по их мнению, качество образования. Хотя высказывается мнение, что не закончившие курс студенты о качестве образования судить не могут, хотя бы потому что ещё не завершили обучение, однако это утверждение не правомерно относить к образованию в области социологии, поскольку все люди — члены общества и соответственно — в той или иной мере сами социологи. И потому, если они видят, что осваиваемые ими в соответствии с образовательными стандартами в области социологии учебные курсы не позволяют им понимать проблематику жизни общества, то неизбежна постановка вопроса о качестве этих учебных курсов и качестве образования.

На сайте Общественной палаты РФ о конфликте между студентами и руководством соцфака МГУ сообщается следующее:

«…студенты соцфака распространили заявление, в котором, в частности, говорится: “За последние годы с факультета было вытеснено более 15 признанных учёных. Их место заняли молодые некомпетентные карьеристы. Штатные преподаватели не могут вести исследований, чтобы рассказывать об их результатах на занятиях. Вместо этого администрация обязывает их читать курсы по бессодержательным учебникам”.

Кроме того, студенты утверждают, что они “не в курсе современного состояния науки”, а практические занятия у них проводят “вчерашние троечники”.

Руководству МГУ поступили письма со словами поддержки в адрес студентов соцфака от Американской социологической ассоциации и из Национального центра научных исследований Франции.

Декан социологического факультета Владимир Добреньков называет происходящее “хорошо спланированной акцией, за которой стоят политические силы прозападной ориентации” (http://www.oprf.ru/publications/forum/paperannounces/2107).

Общественная палата РФ после обращения в неё студентов соцфака МГУ вошла в рассмотрение этого конфликта:

«Уровень подготовки специалистов на соцфаке МГУ неудовлетворителен, не соответствует мировым стандартам и потребностям рынка труда. Как передает агентство “Новый регион”, об этом говорится в заключении экспертного совета Общественной палаты.

В заключении рабочей группы Общественной палаты по ситуации на социологическим факультете МГУ была отмечена идеологизация образования на соцфаке, воспитание “нетерпимости к другим культурам и изоляционизма”. Общественная палата также подвергла критике используемые на факультете учебные пособия, назвав их устаревшими, а в базовом учебнике “Социология” под редакцией декана Владимира Добренькова обнаружили плагиат, отмечает интернет-издание Избранное.Ру.

Отмечается также тот факт, что Добреньков активно высказывается за подготовку специалистов по “православной социологии”, смешивая, по мнению экспертов, религию и науку.

Участники дискуссии о положении дел на соцфаке порекомендовали создать консультационный совет факультета из российских и зарубежных социологов, объявить конкурс на замещение должности декана и профессорского состава, а также укомплектовать библиотеку новыми изданиями.

Руководителем рабочей группы стал ректор Института проблем образовательной политики “Эврика” и член Общественной палаты Александр Адамский» (http://www.newsland.ru/News/Detail/id/121483/).

Как можно понять из приведенного, отчасти прав и глава соцфака МГУ В. Добреньков: конфликтом воспользовались прозападные силы именно вследствие того, что социология всегда носит прикладной характер, а «объективной» (в смысле политической нейтральности, политического безразличия) социологии не бывает. Однако, будь социологическое образование на соцфаке МГУ адекватным жизни, то оно таковым и воспринималось бы большинством студентов, вследствие чего конфликта по вопросу о качестве образования на соцфаке МГУ и соучастия в нём прозападных сил не было бы.

[36] Профессор ошибся по крайней мере в одном слове: по-венгерски “bоkr” (“bоkоr”) — куст…

[37] Приставкам.

[38] Примерно в 1929 г.

[39] Годы жизни: 1880 — 1944; академик АН СССР с 1943 г.

[40] Морфология — раздел языкознания, изучающий структуру слов и функциональное назначение различных частей в структуре слов.

[41] Сказанное касается текстов на основе фонетической (буквенной) письменности — письменности, непосредственно подвластной левому полушарию головного мозга. Иероглифическая письменность, непосредственно подвластная правому полушарию головного мозга.

[42] Это подобно тому, что в процессе освоения нотной грамоты музыканты не сразу научаются «слышать» нотную запись в своём внутреннем мире непосредственно, т.е. минуя воспроизведение записанной нотами музыки на тех или иных музыкальных инструментах.

[43] Ещё одна шутка на тему «куздры», найденная в интернете:

«Сегодня свершилось сенсационное лингвистическое открытие, которое перевернёт всю судьбу Толкиноведения!

Всем известно, что на тайном гномьем языке слово “гномы” звучит как “казад”. Госпожа Ниэннах уверяет, что единственное число от этого слова будет “кузд”. Из другого достоверного источника нам известно, что в тайном гномьем языке формант женского рода — “ра”. Итак, “гномиха” — это “куздра”.

В середине ХХ века академик Щерба диктовал своим студентам загадочную фразу, о которой говорил, что грамматика в ней русская, а лексическое (смысловое) значение слов отсутствует. Вот эта фраза: “Глокая куздра штеко будланула бокра и курдячит бокрёнка”. Благодаря нашему открытию мы можем уверенно констатировать, что академик Щерба лукавил, и ему отлично было известно значение этих слов, которые он связал русскими окончаниями. Это некая фраза на тайном гномьем языке, повествующая о деяниях гномихи. Обратите внимание на гортанный, резкий звуковой строй корней этих слов — и у вас отпадут последние сомнения в их принадлежности именно гномьему языку! Увы, пока мы смогли расшифровать лишь одно слово. Однако благодаря тому, что грамматическая принадлежность всех других известна, дело дальнейшей дешифровки прямо-таки обречено на успех.

Возникает и другой вопрос. Щерба был современником Толкиена. Едва ли они независимо друг от друга привносили в этом мир знания о Средиземье. Следует самым тщательным образом пересмотреть всю переписку Толкиена, а также получить доступ к переписке Щербы — и новые сенсации вполне ожидаемы.

С любовью к науке,

Альвдис Н.Н. Рутиэн.

Опубликовано 1 апреля 2002 года» (http://darina.kiev.ua/whatnot/other/glokaja_kuzdra_shtek_1799.html).

[44] Для сопоставления приведём определение термина «понятие» из «Философского словаря» (Москва, «Политиздат», 1981 г., с. 287) под редакцией академика И.Т. Фролова («главный» советский философ 1970‑х — 1980‑х гг.):

«Понятие — одна из форм отражения мира на ступени познания, связанная с применением языка, форма (способ) обобщения предметов и явлений. Понятием называют также мысль, представляющую собой обобщение (и мысленное выделение) предметов некоторого класса по их специфическим (в совокупности отличительным) признакам…».

Но как именно понятие «связано с применением языка»? — из неоднократно переиздававшегося массово (заявленный тираж цитированного издания — 500 000) «Философского словаря» уяснить невозможно… Это ещё один пример метрологической несостоятельности формулировок, которыми оперируют в так называемых «гуманитарных» науках.

[45] Жизнь Мироздания — это разнородные колебательные процессы. Иными словами Природе свойственны не только звуки, но колебания в иных частотных диапазонах и материальных средах, которые однако подвластны тем же законам мелодийности и гармонии, которые выражаются в музыкальной культуре общества. Эта разнородная «музыка жизни» — основа жизни Мироздания. Поскольку за её восприятие и переработку, как и за обработку и переработку образов, в ходе психической деятельности отвечает правое полушарие головного мозга человека, то далее речь будет идти об образно-музыкальных представлениях как о компонентах мировоззрения индивида.

[46] О матрице возможных состояний и переходов материи из одних состояний в другие речь пойдёт в лекции 4.

[47] Калейдоскоп — игрушка. Представляет собой трубу, на одном конце которой расположен окуляр, в который смотрят, а другой конец закрыт матовым стеклом. К матовому стеклу примыкает полость, в которую помещены разноцветные стекляшки. Внутри трубы калейдоскопа, находится несколько пластин (в большинстве случаев их три), примыкающих друг к друг краями. Они образуют собой призму. Внутренняя поверхность призмы — зеркальная. Одно основание призмы упирается в прозрачное стекло, отделяющее полость со стекляшками от внутреннего пространства калейдоскопа. Противоположное основание призмы открыто для просмотра через окуляр. При вращении или потряхивании трубы калейдоскопа стекляшки перемешиваются, образуя при этом причудливые узоры, а зеркальная изнутри призма создаёт иллюзию, что вы смотрите на узорчатую бесконечную плоскость.

[48] Характерным для языка набором несущих смысл корней слов.

[49] Звучанием языка.

[50] «Кубик Рубика» — игрушка-головоломка, изобретённая венгром Рубиком. «Кубик Рубика» разрезан параллельными его гранями плоскостями так, что каждая грань слагается из 9 квадратиков-сегментов. Соответственно между двумя любыми противоположными гранями «кубика Рубика» оказывается три слоя «кубиков»-сегментов втрое меньшего размера. В центре «кубика Рубика», внутри него помещён шарнир, с которым соединены все наружные сегменты «кубика Рубика». Конструкция шарнира такова, что каждый наружный слой «кубиков»-сегментов может быть повернут вокруг оси, перпендикулярной его наружной грани, относительно двух других ему параллельных слоёв. У куба 6 граней, соответственно — три взаимно перпендикулярных оси, вокруг которых вращаются слои сегментов «кубика Рубика».

Кубик поставлялся в виде, когда все его подвижные сегменты находятся в таком положении, что каждая из его граней одноцветная (каждая грань покрашена в свой цвет). Если повращать слои в разных направлениях и в разной последовательности, то одноцветность граней утрачивалась. Целью игры являлось восстановить одноцветность всех граней.

[51] Общее название приборов, назначение которых — показать внутреннюю структуру непрозрачных в оптическом диапазоне предметов. Наиболее известный пример интраскопа — рентгеновские аппараты, применяемые в медицине и технике.

[52] Если переходить к проблематике социологии, то если Вы хотите понять историю какого-либо периода какой-либо страны, то Вам дóлжно знать предысторию этого периода, проблематику общественного развития в период предыстории и политические намерения на будущее, характерные для предыстории и для самого рассматриваемого периода времени. Причём всё это следует знать в контексте всемирной истории и взаимодействия человечества в разных регионах с биосферой планеты в общеприродных процессах.

Если же изучать только фактологию рассматриваемого периода, то можно построить концепцию истории в нём, не отвечающую исторической реальности, вследствие того, что причины многих событий и намерения на будущее будут либо отброшены, либо ошибочно истолкованы.

[53] Как показывает практика, тематика этой лекции может быть освещена за два академических часа за счёт того, что в процессе чтения лекции в аудитории нет необходимости зачитывать приводимые в тексте обширные цитаты из различных источников, а потом комментировать их, что тяжело воспринимаются на слух: можно просто ссылаться на них и соотноситься с той или иной фактологией жизни, известной аудитории. Однако при письменном изложении содержания, цитируемые тексты (их необходимо привести, чтобы показать историю вопроса) и комментарии к ним существенно увеличивают объём текста лекции, вследствие чего не удаётся уложиться в принятый стандарт «запись содержания одной лекции — порядка 10 — 15 страниц формата А4 12-м размером шрифта Таймс».

Это одно из проявлений различий в подаче одной и той же информации в изустной речи и посредством текста.

Соответственно при освоении материала лекции целью работы студента является не вызубрить все приводимые цитаты и пояснения к ним, а понять те явления в жизни общества, которые выразились в фактах, сообщаемых в цитируемых источниках. Т.е. надо понять, чем типы мировоззрений, включающие в себя различные наборы предельных обобщений = первичных различий, отличаются друг от друга и к чему их различия ведут в жизнедеятельности личностей на основе каждого из типов.

[54] В данном случае, как и в других местах цитируемой статьи Е. Гильбо, следовало употребить слово «различие», а не «различЕНие». Слово «различение» в этом контексте неуместно, оно означает совсем другое, о чём речь будет идти в последующих лекциях.

[55] Поэтому вопрос о том, кто и как, с какими целями и под какую концепцию организации жизни общества формирует образовательные стандарты? — Это — особый вопрос, ключевой по отношению к ответу на вопросы о существе демократии и суверенитета.

[56] В названии советского, а ныне российского научно-популярного журнала это высказывание Ф. Бэкона было опущено по мере понимания в переводе до «знание — сила»: сила далеко не во всех случаях — власть, а большей частью только одно из средств осуществления власти, т.е. сила — служанка власти, а знание по сути своей есть один из источников власти.

[57] И тем самым оставлять письменное свидетельство, способное подрывать монополию на Знание и власть.

[58] Жречество всегда знахарство, но знахарство — не всегда жречество. Их различие будет пояснено в последующих лекциях при рассмотрении проблематики самоуправления общества.

[59] Ещё до выхода в свет первого издания «Майн кампф» А. Гитлера.

[60] Имеется в виду внесоциальный источник информации, нечеловеческий разум, что прямо говорит о бесноватости и одержимости Гитлера.

[61] При типографской печати для воспроизведения цветного изображения применяется способ цветопередачи на основе совмещения четырёх оттисков одного и того же изображения, запечатлённого одноцветно — голубого, пурпурного, жёлтого, к которым добавляётся чёрно-белое для улучшения точности цветопередачи и контрастности при оттиске.

Если на этом примере строить аналогию, то смутность и расплывчатость мировоззрения подобна тому, как при типографской печати цветного изображения на основе наложения друг на друга четырёх одноцветных экземпляров одной и той же картинки, запечатлённой в голубом, пурпурном и жёлтом цветах и чёрно-белом отображении, один из экземпляров изъять, второй сделать не резким и при печати сместить относительно третьего, а в четвёртом ошибиться в градации контрастности при переходе от белого к чёрному через разные степени серого. Такой оттиск будет расценён как типографский брак.

[62] Название «месяца» сложилось из названия месяца март и окончания, свойственного именам нескольких месяцев, начиная с сентября.

[63] До тех пор, пока наука не выявила так называемые «силовые поля» и не включила их в философскую категорию «материя», до открытия полей включавшей в себя только вещество в различных агрегатных состояниях.

[64] В связи с этим следует отметить одну особенность Я-центричного мировоззрения и миропонимания в его крайних проявлениях, в которой выражается его слепо-бездумное неверие, обусловленное пороками нравственности и этики его носителей: с их точки зрения якобы «объективно» не существует всё то, что:

·   не воспринимается органами чувств индивида и приборным арсеналом науки,

·   либо имеет единичные, уникальные проявления и потому не поддаётся многократной экспериментальной проверке.

Уникальные и редкие явления, свидетелями которых они сами не были, объявляются ими объективно несуществующими и невозможными, и характеризуются как заведомые вымыслы. Примером тому длительная убеждённость французской академии наук несколько веков тому назад в том, что «камни не могут падать с неба», вследствие чего все сообщения о падении метеоритов отвергались ею как выдумки и выражение невежества людей.

[65] «Физические поля» — если пользоваться грекоязычной терминологией науки: «физика» по-гречески — «природа»; «метафизика» — то, что за пределами «природы».

Однако в науке прижился термин «силовые поля». И в этом термине выразилась неадекватность миропонимания материалистов: абсурдно звучит словосочетание «силовое вещество», поскольку контактное взаимодействие друг с другом вещественных объектов характеризуется возникающими силами; поле — разновидность материи, взаимодействующее с разными видами материи. Понятно, что взаимодействие разных видов материи также должно характеризоваться силами, как и в случае механического взаимодействия вещественных объектов. Вследствие этого эпитет «силовое» по отношению к полю, как к разновидности материи, неуместен точно так же, как неуместен по отношению к природному полю и более новый эпитет — «энерго-информационное», неуместность которого будет ясна из дальнейшего. Эпитет же «природные», «физические» по отношению к полям — уместен, поскольку в нём обобщены все разновидности полей как одного из видов «материи вообще».

Как можно догадываться, в те времена, когда материалисты от науки не желали пользоваться издревле употреблявшимся термином «дух», им было не вполне ясно, что такое «поле как явление природы», но «сила» ими воспринималось как объективное явление и было понятно, вследствие того, что термин был метрологически состоятелен. Поэтому «силы», в объективном существовании которых никто не сомневался (за исключением сил инерции, которые во многих теориях рассматриваются как фиктивные), грамматически были преобразованы в эпитет и искусственно «прилеплены» ко «вновь открытому виду материи» — к «полям», о природе которых у них представления не имелось. Сам же термин «поле» им, судя по всему, пришлось перенять из весьма далёкой от материализма математики: один из разделов математики, употребляемого для описания и моделирования полевых явлений, называется «векторный анализ», и в нём есть подраздел «векторные и скалярные поля». В приложениях же математического аппарата к решению тех или иных задач математические абстракции нуждаются в эпитетах для установления взаимосвязей с описываемыми с помощью математики объективными явлениями. Так, судя по всему, слово «поле», обретя эпитет «силовое», заместило в лексиконе науке неприемлемый для материалистов «дух» как носитель определённых аспектов жизни. Как будет ясно из дальнейшего, эта замена не способствовала развитию миропонимания.

[66] В частности, магнитные и электростатические явления были известны и в древности. Хотя магнетизм и электричество незримы, но воздействуют на вещество, и это воздействие зримо и ощутимо.

[67] Эта особенность выразилась в русском языке в описании строения человека: человек состоит из плоти (вещество его тела), духа (биополя организма), и души — неотмирной (по отношению к тварному Миру) вечной компоненте человека.

[68] В русском языке вещественная по своей сути среда атмосферы планеты получила название «воздух», т.е. «ВОЗ-ле ДУХ-а», поскольку осязаемая атмосфера более отзывчива к воздействию непосредственно не осязаемых большинством и невидимых природных полей, нежели вещество в других агрегатных состояниях: твёрдом и жидком.

[69] Следует обратить внимание на то, что в ХХ веке учебники истории и фильмы типа «Мумия» представляют жречество не как власть, стоящую над властью фараона, а как интеллектуально-знахарскую «прислугу» фараона.

[70] «Принцип, разработанный Хаббардом (Лафайет Рональд Хаббард, 1911 — 1986, основоположник дианетики и саентологии, создатель ряда психологических практик и организаций, включая и Саентологическую церковь, действующих на их основе — наше пояснение при цитировании), теория Тэта — MEST, причем Тэта (Q) (...) представляет собой качество, или потенциал.

MEST (произносится: «мэст») — новое слово, состоящее из начальных букв английских слов Matter (материя), Energy (энергия), Space (пространство) и Time (время), которые являются составными частями физической вселенной», — выдержка из книги Бернда вон Виттенбурга «Шах планете Земля», с. 441 (М., «Новая планета», 1997).

«Тэта (Q) — единица сознания, её способность созидать». Тэта определяется так: «Энергия жизни, которая воздействует на материю в физической вселенной, оживляет её, приводит в движение и изменяет» (там же, с. 433 со ссылкой на «Технический словарь дианетических и саентологических терминов»).

Как видно из приведённого, саентологическая Тэта (Q) выделена всё из того же древнеегипетского «бога НЕФА», «духа» ипостаси Амона и определяется в саентологии как неделимый «квант духовности», свойственной человеку, лежащий в основе его природы.

[71] Поскольку в основе упорядоченности лежит информация, то и возник термин «энерго-информационное поле».

[72] Как сообщает теория относительности и некоторые наблюдения (в частности особенности орбиты Меркурия) «кривизна» пространства в пространственно-временном континууме зависит от наличия в нём материи. Если «пространственно-временной континуум» взаимодействует с материей, то это означает одно: он — не «пустое вместилище», он материя в одном из возможных для неё агрегатных состояний. Волны (в том числе и электромагнитные) могут распространяться только в материальной среде. Так что во вселенной пустоты нет, а то, что некоторыми физиками воспринимается как пустота — есть первичное агрегатное состояние материи.

[73] Обратимся к одной из основных книг «Общества сознания Кришны» «Бхагавад-гита как она есть». В ней Кришна (имя Всевышнего бога в ведической традиции) говорит: «Из Адитий Я — Вишну, из светил Я — лучезарное солнце, из Марутов Я — Маричи, и среди звёзд Я — луна» (гл. 10:21).

Читаем в комментарии к этому тексту:

«Луна наиболее выделяется ночью среди звёзд и потому она представляет Кришну. Из этого стиха можно понять, что луна является одной из звёзд; то есть звезды, мерцающие в небе, также отражают свет солнца. Теория о том, что во вселенной есть много солнц, не принимается в ведической литературе. Солнце одно, а луна и звёзды светят как отражение солнца. Поскольку “Бхагавад-гита” указывает, здесь, что луна есть одна из звёзд, мерцающие звёзды также не являются солнцами, но подобны луне».

Вообще-то, если читать этот комментарий, соотносясь с исходным текстом, то встаёт вопрос: если Солнце — единственное светило, согласно этому комментарию, то о каких иных светилах идёт речь в исходном тексте в словах Кришны «из светил Я — лучезарное солнце»? — однако такого рода несуразности для носителей калейдоскопа и Я-центризма незаметны.

[74] Пример тому — упоминавшийся ранее отказ французской академии наук рассматривать сообщения о падении камней с неба.

[75] «По словам Раушенбаха, он «никогда не занимался темой, если над ней работает больше десяти учёных в мире» (это одно из выражений принципа «никогда не делай то, что сделают другие» в его праведном, а не паразитическом понимании: наше пояснение при цитировании). И постепенно интересы Раушенбаха начали перемещаться в совершенно иную область — в искусствоведение. Всё началось с решения актуальной технической задачи: конструкция первых советских космических аппаратов была такова, что космонавт был вынужден производить стыковку, не видя стыковочного узла, с помощью монитора, и Раушенбах «задался вопросом: насколько правильно изображение на экране передает действительную обстановку, можно ли по нему управлять?» Так он углубился в теорию перспективы, а потом в искусство, в частности в иконографию.

Что видит глаз, и что видит мозг? Раушенбах пришёл к выводу, что видят они не одно и то же. Математический анализ показал, что никогда не существовала и не могла быть разработана научная система перспективы, без искажений передающая пространственные характеристики объекта на плоскости картины. Согласно выводам Раушенбаха, законы зрительного восприятия различны применительно к пейзажу и интерьеру; и «обратная перспектива», характерная для русской иконописи, отражает особенности зрительного восприятия близких к глазу предметов. Искусствоведческие книги Раушенбаха вышли большими тиражами и привлекли внимание широкого круга читателей» (http://www.krugosvet.ru/articles/90/1009079/1009079a1.htm).

[76] Руководитель работ по созданию практической космонавтики в СССР. Годы жизни: 1907 — 1966.

[77] Пояснение терминов «эзотеризм» и «экзотеризм» дано на основе соответствующих статей в «Толковом словаре иноязычных слов» под редакцией Л.П. Крысина (Москва, «Русский язык», 1998 г., с. 811, 814).

[78] В Коране главы называются по-арабски «сурами», а стихи в главах — «аятами».

[79] М.-Н.О. Османов, переведя «ал-Фуркан» на русский как «Различение», к этой скобке даёт комментарий: «Имеется в виду Коран» вопреки тому, что Различение это — Различение, а Коран это — Коран (в переводе на русский — Чтение).

[80] Мимоходом отметим, что в этих словах Коран отрицает догмат исторически сложившегося христианства о «Боге Сыне», и соответственно — в целом догмат о «Боге — Святой Троице», «единотроичном» божестве. Более обстоятельно об этом речь будет идти в последующих лекциях о богословских и социологических воззрениях, свойственных традиционным вероучениям исторически сложившихся культур.

[81] В переводе Г.С. Саблукова к этому слову дана сноска: «Т.е. Коран».

[82] «Ты не видишь в творении Милосердного никакой несоразмерности. Обрати свой взор: увидишь ли ты расстройство?» — Коран, сура 67:3.

[83] В древней русской письменности, где каждая букова была не только знаком, обозначающим звук в устной речи, но и иероглифом, «мера» через «е» — слово однокоренное со смертью, мерзостью, мерзавцем. Та «мера», о которой идёт речь в тексте, грамотно пишется через « h » (ять): мhра/. Сделав эту оговорку, мы, однако продолжим текст на основе современных нам алфавита и орфографии, построение которых шло не от объективных явлений жизни и смысла, а от звучания речи, утратившей ясность звукопроизнесения, вследствие чего некоторые буковы, необходимые в древности, стали никчёмными к нашему времени.

[84] Термин «агрегатные состояния» традиционно употребляется по отношению к веществу: твёрдое (кристаллическое), жидкое, газообразное. В данном случае термин «агрегатные состояния» понимается в расширенном значении: по отношению ко всей совокупности разновидности материи, а не только по отношению к веществу.

[85] Те, кто не согласен признать вакуум материей, способной взаимодействовать с материей в других её агрегатных состояниях, пусть объяснят всем прочим, как волны (электромагнитные, гравитационные и т.п. колебания) распространяются в идеальном ничто — в пустоте. Почему «пространственно-временной континуум» «искривляется» при наличии в нём материи, подобно тому, как прогибается сетка вещественного батута под весом гимнаста? как это «ничто», «пустота» из себя производит «спонтанные» элементарные частицы, и как она же поглощает их? Эти и подобные им вопросы не встают, если природный вакуум — не ничто, а нечто — материя в одном из её агрегатных состояний и в таковом качестве осознаётся человеком.

[86] Простейшие примеры этого известны всем из курса арифметики начальной школы: количества яблок, выраженное в единицах веса, не могут складываться с количеством таких же яблок, выраженном в штуках; количества не могут складываться с порядковыми номерами.

[87] Готфрид Вильгельм Лейбниц, немецкий философ, математик, богослов, юрист (1646 — 1716): http://www-sbras.nsc.ru/HBC/2001/n25/f28.html/.

[88] Численное соотношение ошибок при измерении координаты и импульса (масса, умноженная на скорость) микрочастицы: неопределённость в измерении координаты, умноженная на неопределённость в измерении импульса, по абсолютной величине не менее значения постоянной Планка.

[89] Данные об эталонах секунды и метра взяты из «Советского энциклопедического словаря» (Москва, «Советская энциклопедия»,1986 г.).

[90] Один из них — советский астрофизик Н.А. Козырев (1908 — 1983).

Сборник избранных трудов Н.А. Козырева, выпущенный издательством ЛГУ (Ленинград, 1991 г.) представлен в интернете по адресу: http://www.timashev.ru/Kozyrev/.

Названия некоторых работ Н.А. Козырева из названного сборника: «О возможности экспериментального исследования свойств времени»; «Астрономические наблюдения посредством физических свойств времени»; «О воздействии времени на вещество»; «О возможности уменьшения массы и веса тел под воздействием активных свойств времени».

Даже из названий (а не только из текстов) этих работ видно, что о «времени» Н.А. Козырев пишет как о специфической разновидности материи, взаимодействующей с другими видами материи.

[91] В соотнесении с кораническим триединством материи-информации-меры, свойственным Мирозданию в целом и его фрагментам, догмат о «единосущной и нераздельной Троице» исторически реального христианства — выражение пантеизма, т.е. обожествления Природы.

[92] Различие терминов «вероятность» и «статистическая предопределенность» имеет место за пределами раздела математики, именуемого «теория вероятностей и математическая статистика» и поясняется в достаточно общей теории управления (см. постановочные материалы учебного курса «Достаточно общая теории управления», а также последующие лекции). С точки зрения достаточно общей теории управления «теорию вероятностей» правильно было бы назвать по её существу: математическая теория мер неопределённостей.

[93] По имени австрийского физика и философа Эрнста Маха (1836 — 1916), относимого материалистами-«диалектиками» к «субъективным идеалистам». Э. Мах один из создателей «эмпириокритицизма». Один из критериев подобия аэродинамики «число Маха» (М = v/a , где v — скорость потока газа в точке; a — скорость распространения звука) получило своё название в его честь.

[94] Если быть более точным, то в этом вопросе запутался не только Э. Мах, но и В.И. Ленин, хотя каждый из них запутался по-своему, запутав при этом и многих других.

[95] Агностицизм — термин философии, которым именуют учения о принципиальной невозможности познания объективной истины.

[96] Одно из субъективно-идеалистических направлений в философии конца XIX века.

[97] «Меньшиков О.М. (1859 — 1919), реакционный публицист, сотрудник газеты “Новое время”. После Великой октябрьской социалистической революции вёл активную борьбу против Советской власти, расстрелян в 1919 г.» (Указатель имён в цитируемом издании).

[98] Обычно чувств упоминают пять: В.И. Ленин не упомянул вкус. Кроме того, шестым чувством человека, как было отмечено ранее, является чувство мhры, как чувство непосредственно объективной матрицы возможных состояний материи и переходов из одного состояния в другие.

[99] То же касается и возможности запечатлеть копию некоего образа на ином материальном носителе.

[100] Определённые ответы, на которые составляют теорию познания.

[101] Том 2, статья «ОБРАЖÁТЬ», с. 614 по изданию 1881 г. и его репринтным воспроизведениям.

[102] В том числе и в лице В.И. Ленина: что он сделал, кроме написания «Развития капитализма в России», в Шушенском с мая 1897 по январь 1900 г.?

— Потерял время, хотя была возможность ознакомиться с миропониманием, теорией и практикой познания мира тамошних знахарок и людей, почитаемых мудрыми своими односельчанами, если уж до шаманов окрестных северных народов было не добраться, чтобы узнать и их — обоснованное многовековой практикой — мнение по вопросам, относимым «научной философией» к так называемой «гносеологии».

[103] А равно «хаотизирован»: кому, как больше нравится.

[104] Афоризм В.О. Ключевского: «Закономерность исторических явлений обратно пропорциональна их духовности».

[105] Здесь полезно вспомнить, что кроме количественных числительных есть ещё и порядковые. Т.е. «количественная определённость» недостаточна для предопределения и характеристики сущности вещей. А порядковая определённость включает в себя ещё и векторно-матричную определённость.

[106] А также и идеалисты, в том числе субъективные, агностики и солипсисты, что видно по всей философской литературе.

[107] Негели Карл Вильгельм (1817 — 1891), австрийский ботаник, антидарвинист, агностик, метафизик (т.е. не материалист и не атеист).

[108] См. работу ВП СССР «Любовь к мудрости: от прошлого к будущему...» (СПб, 1998 г.).

[109] Хотя Коран содержит ключи к выходу из Я-центризма на мировоззрение и миропонимания триединства материи-информации-меры в Мироздании, однако мир исторически сложившегося ислама ими не воспользовался и более 1300 лет до сих пор живёт на основе Я-центризма в форме калейдоскопа и узко профессионально специализированных мозаик.

[110] По умолчанию: И никакой «нумерологии», а по существу — учения о мhре и её проявлениях в жизни:

·   и как о матрице возможных состояний материи и путях перехода материи из одного состояния в другие;

·   и как о том, что запечатлевает в материальных носителях образы, идеи и т.п., будучи объективно общевселенской системой кодирования информации, если говорить языком современной науки.

И в этой связи вспомните приводившееся ранее высказывание Ф. Энгельса о «материи как таковой», где как шаг назад характеризовалось возвращение к воззрениям Пифагора, «который уже рассматривал число, количественную определённость, как сущность вещей».

В этой же связи встаёт вопрос и о том, чем в действительности обусловлено изъятие из переиздания книги английского этнографа XIX века Э.Б. Тайлора «Первобытная культура» в 1989 г. именно той главы, в которой речь идёт о математических воззрениях в первобытных культурах? — На наш взгляд — желанием скрыть проблематику меры и не обсуждать её роль в жизни и миропонимании.

[111] Как показывает практика, тематика этой лекции может быть освещена за два академических часа, хотя объём её текста вышел за пределы 10 — 15-страничного стандарта.

[112] Кого интересует анализ саентологии, то в материалах Концепции общественной безопасности см. работу: «Приди на помощь моему неверью…» (О дианетике и саентологии по существу: взгляд со стороны).

[113] Бессознательная устремлённость убить своего отца и совокупиться со своей матерью, якобы объективно свойственная психике всех мужчин. Название дано по имени царя Эдипа — персонажа одного из древнегреческих мифов, совершившего всё это по неведению.

[114] Бессознательная готовность к гомосексуальным отношениям, якобы объективно свойственная психике всех.

[115] Специфическая разновидность «комплекса неполноценности», якобы объективно свойственная психике женщин, вследствие того, что их промежность не имеет тех органов, которые наличествуют в промежности мужчин. Но почему мужчины со своей стороны не «комплексуют» по поводу неразвитости своих молочных желёз, созерцание и осязание которых у женщин доставляет им удовольствие? — Этим вопросом З.Фрейд не задавался и ответа на него не дал.

[116] Напомним, что в основе миропонимания — мировоззрение, вследствие чего всякий раз, когда упоминается миропонимание как явление в психике человека, следует осознавать, что мировоззрение как основа миропонимания — не забыто, а подразумевается.

[117] Так один из участников Великой Отечественной войны рассказывал, что, когда рядом с ним упал и взорвался снаряд, то он видел, как по корпусу снаряда медленно поползли трещины, через трещины стали прорываться раскалённые газы взрыва, а потом снаряд разорвался на куски и его осколки полетели в разные стороны. Хотя все осколки пролетели мимо, но очевидец получил контузию, после которой приходил в себя некоторое время.

[118] «Бит — единица количества информации в двоичной системе счисления, соответствующая информации, полученной при осуществлении одного из двух равновероятных событий» («Толковый словарь иноязычных слов» под редакцией Л.П.Крысина, Москва, «Русский язык», 1998 г., с. 117).

[119] Стандартная скорость киносъёмки и проекции в профессиональном большом кино — 24 кадра в секунду; в домашнем узкоплёночном любительском кино, которое существовало до эпохи видеокамер, скорость съёмки составлял 16 кадров в секунду.

[120] Сон — необходимый для психики процесс, в течение которого организм не только физиологически отдыхает и восстанавливается, но в течение которого происходит и упорядочивание компонент психики и решение разного рода задач. Поэтому прерывание сна, если оно обрывает в неподходящие время процессы обработки информации, ведёт к утрате работоспособности индивидом в большей или меньшей мере. Соответственно этому цивилизация, в которой большинство живёт не по своим биоритмам, а по будильнику, — неправильная цивилизация. Точно так же и перевод часов с зимнего на летнее время, хотя и экономит электроэнергию, но психологически вреден, вследствие чего может быть допустим только в каких-то чрезвычайных периодах жизни общества. Если он — норма календаря из года в год, то это показатель того, что общество — анонимно-рабовладельческое, и чтобы от энергоресурсов была наибольшая отдача рабовладельцам, биоритмы рабов можно ломать без зазрения совести.

[121] Широко известный пример — король из фильма «Обыкновенное чудо» (по сказке Е.Л. Шварца) в исполнении Е.П. Леонова.

[122] История техники знает примеры такого рода. На заре реактивной авиации массово бились американские истребители «Сейбр». Анализ обломков показал, что погибшие самолёты в своём большинстве были исправны. Это поставило перед необходимостью исследовать «человеческий фактор» как причину аварий. На тренажёрах, воспроизводящих кабину «Сейбра», было установлено, что в некоторых ситуациях лётчик теряется в обилии приборов, не успевает считывать и осознавать все их показания, вследствие чего теряет управление самолётом и происходит авиакатастрофа. Выяснив это, американцы вынуждены были иначе перегруппировать приборы в кабине с учётом приоритетов значимости для управления самолётом их показаний и убрать лишние. После такой модернизации аварийность «Сейбров» резко упала.

[123] Так в английском языке сочетания букв «CH» — эквивалент звука «Ч», «SH» — эквивалент звуков «Ш» либо «Щ», для обозначения которых специфические символы в латинице отсутствуют.

[124] Традиционно считается, что за арифметику, счёт отвечает исключительно левое полушарие. И хотя это так, но если за отображение результатов вычислений на уровень сознания отвечает правое полушарие, рисуя перед внутренним взором страницу тетради с уже решенной задачей или табло калькулятора, то человек считает и осознаёт результат вычислений существенно быстрее, нежели на уровне сознания «вычисления в столбик» сопровождает лексическая процедура в стиле «7 пишем, 2 на ум пошло…».

[125] Т.е. процессы в вещественном теле, грациозность движений либо специфическая утрата грациозности, могут служить индикатором того, что в алгоритмике психики не всё в порядке. И если быть внимательным и вдумчивым, то вещественное тело способно быть очень хорошим индикатором проблем в алгоритмике психики личности без освоения каких-либо экстрасенсорных практик. См. в интернете публикации по проблематике так называемого «целостного движения»: хотя во многих публикациях по этой проблематике выразился Я-центризм и коммерческие интересы разработчиков различных систем обучения «целостному движению», выявлению и разрешению проблем на основе предлагаемых ими психофизиологических практик, тем не менее в этом есть объективная основа, на которую полезно опираться, исходя из своих собственных чувств и осмысленности; попытки же копирования без соотнесения с собственными чувствами — могут стать одной из разновидностей зомбирования.

[126] Описанное выше преодоление «кошмара стереометрии» имело место в жизни и представляет собой запись воспоминаний о реально происходивших событиях. Но поскольку это имело место в 10‑м классе не самой последней по рейтингу школы в Санкт-Петербурге, то неизбежен вопрос: А чему учат в педагогических вузах и чем занята Академия педагогических наук, если даже студенты вузов не обладают навыками произвольного создания в себе настроения, адекватного работе и учёбе?

[127] При этом не стоит самообольщаться тем, кто употребляет алкоголь и/или курит якобы «в меру», якобы когда хочет (а когда не хочет — то не пьёт и не курит). Реально интенсивность систематического воздействия разного рода дурманов на их психику такова, что говорить о трезвости их духа не приходится (последствия новогоднего фужера шампанского при рассмотрении интеллектуальной деятельности на пределе возможностей человека компенсируются через 2 — 3 года, и то же самое касается воздействия однократного употребления пол-литра пива).

Тем самым индивид, допускающий в своём рационе разные дурманы и психотропные вещества в любом количестве, — уже сходит с того пути, на котором он может стать человеком и осуществлять Божий Промысел. Особенно это касается тех, кто уже уведомлён об этом, но продолжает настаивать на том, что волен жить так, как ему захочется. Более обстоятельно об этом см. Приложение в постановочных материалах учебного курса «Достаточно общая теория управления» факультета Прикладной математики — процессов управления Санкт-Петербургского государственного университета.

[128] Чарльз Дарвин некогда сказал: «Обезьяна, однажды опьянев от бренди, никогда к нему больше не притронется. И в этом обезьяна значительно умнее большинства людей» (приведено по публикации «Орангутаны — культурное племя» в газете «Известия» от 8 января 2003 г.; интернет-адрес: http://www.izvestia.ru/science/article28471).

Однако Дарвин говорил об обезьяне, которой «на психику не давят». Если же это условие не выполняется, то «Человек разумный» способен приучить домашних животных к чему угодно: в том числе и к алкоголизму, поскольку при совместном проживании, именно хозяин-кормилец воспринимается домашними животными в качестве вожака стаи, который предписывает им образцы поведения.

[129] В связи с этим необходимо отметить одно выявившееся статистически значимое обстоятельство. Есть субъекты, которые, получив знания о типах строя психики, их особенностях и различии, впадают в убеждённость, что они вследствие этого уже состоялись в качестве человеков, не свершив определённой (для каждого своей уникальной) работы по приведению организации их собственной психики к необратимо человечному типу.

[130] Указанным типам строя психики (за исключением противоестественного и скотского) соответствуют возрастные периоды естественного развития ребёнка от младенчества ко взрослости, в каждом из которых его поведение характеризуется преобладанием: 1) рефлексов и инстинктов; 2) освоенных навыков, перенятых у окружающих; 3) склонности к творчеству, самовыражению, своеволию без оглядки на последствия как для себя самого, так и для окружающих и будущего.

Остановка в личностном развитии на каком-то из этапов, для которого характерно преобладание в поведении индивида чего-то одного из названного, во взрослости характеризует сложившиеся типы строя психики: 1) животный, 2) зомби, 3) демонический. Если индивид в возрастном периоде, поведенчески аналогичном демоническому типу строя психики взрослого, начинает задумываться о приведении своей ограниченности в лад с неограниченностью Мироздания и Бога и работает над собой в этом направлении, то он с Божией помощью достигает человечного типа строя психики.

В материалах Концепции общественной безопасности эта проблематика обстоятельно освещена в работе «Диалектика и атеизм: две сути несовместны» в разделе 7.2 «Жизненный алгоритм становления личности».

[131] В этом же сюжете по существу даётся и рекомендация, как следует обращаться с женским по половому составу «спецназом» противника.

[132] Нравственные стандарты неравнозначны, как и компоненты вектора целей управления.

[133] В этом случае индивиды по своему положению в эгрегоре аналогичны клеткам организма: организм существует, а клетки в нём обновляются, сменяя друг друга.

[134] Тематика лекции 6 весьма обширна и обладает определённой взаимосвязностью, которую не удаётся изложить в течение одной лекции (2‑х академических часов). Чтобы не разрушать целостное восприятие этой тематики, лекции 6 и 7 сведены воедино.

[135] Для большинства людей работа биополевых органов чувств, отображаемая на уровень сознания, это:

·   либо — «экстрасенсорика», которой они не владеют;

·   либо — вздорные выдумки и шарлатанство (но к ним в этом случае вопросы: а есть ли у Вас биополе? как оно организовано (структурировано)? какие функции в жизни организма выполняет и какие процессы в нём при этом протекают?).

[136] Судьба — матрица возможностей жизни индивида или некоторой общности индивидов. В общем случае судьба — многовариантная матрица, и потом в ней есть некая «программа минимум» и некая «программа максимум». Соответственно реальная биография — один из вариант жизни, предусмотренный судьбой и осуществившийся в жизни.

[137] Не воспринимаемые различия не могут закрепиться в языке как устойчивые понятия, само собой разумеющиеся подавляющим большинством представителей соответствующей культуры.

[138] Транслитерация — перевод звучания слова с одного алфавита одного языка на алфавит другого языка.

[139] Так, то, что мы услышали как «филармония», в древнегреческом произносилось приблизительно как «филХармония»; и в связи с этим же — то, что мы услышали как «гармония», другие услышали как «хармония»: некий звук, разновидность «Х», в одних случаях заимствования в русский язык был утрачен, а в других услышан как «Г». То имя, которое в русском языке звучит как «Фёдор», из европейских языков приходит к нам как «Теодор», вследствие того, что в греческом языке оно начиналось с межзубного звука (аналогичного английскому «TH» в слове «thing» — «вещь»), который в одни языки отобразился как «Ф», а другие как «Т», а в третьих — остался самим собой — «Q».

[140] И как сказано об этом в Коране, «И большинство их следует только за предположениями. Ведь предположение (т.е. жизненно несостоятельная гипотеза: — наше пояснение при цитировании) ни в чём не избавляет от истины. Поистине, Бог знает то, что они делают!» (сура 10:37 (36) ). — Иными словами, всё в полном соответствии с декларируемым наукой принципом «практика — критерий истины», опровергающим жизненно несостоятельные гипотезы-предположения.

[141] И в связи с этим следует обратить внимание на то, что в Коране в аяте 8:29 ответ на исходный вопрос психологии как науки уже дан. И произошло это более, чем за 1 300 лет до того, как в публичных дискуссиях по проблематике психологии люди догадались сформулировать этот исходный вопрос. Об объективных и субъективных причинах этого упреждения тоже полезно подумать, а не списывать по предубеждению и этот факт на слепой и бессмысленный «случай» или пытаться убедить, что постановка исходного вопроса психологии как науки якобы жизненно несостоятельна и потому упреждающей его коранический ответ значимостью не обладает.

[142] Джины, о которых сообщается в Коране, если говорить языком современной нам науки, — полевые формы жизни в биосфере Земли, какое сообщение в принципе не противоречит возможностям течения бытия в их понимании на основе мировоззрения триединства материи-информации-меры, хотя наука, сложившаяся на основе Я-центризма расценивает такого рода утверждения как не соответствующие действительности.

[143] Этот смысл обычно передают словосочетанием «обретающие себя в невнимательности», а не «вне внимательности».

[144] Понимание это — один из аспектов осознания, связанный с выражением в лексике ранее осознанного или осознаваемого в процессе выработки понимания в неких образах.

[145] Они взяты из постановочных материалов учебного курса «Достаточно общая теория управления», где рассматриваются в более широком значении.

[146] Если рисунок не отображается, то это означает, что Вы читаете файл в режиме «обычного просмотра» и отсутствие рисунка это — «глюки» Word, для преодоления которых необходимо перейти в режим «разметка страницы» (для этого следует нажать мышкой третью кнопку слева на горизонтальной полосе прокрутки — в левом нижнем углу экрана монитора).

[147] В том числе и чужое, готовое к употреблению, «авторитетное мнение», что в толпо-«элитарной» культуре большинством не воспринимается в качестве внешнего управляющего воздействия в отношении их поведения.

[148] Д.Т.Судзуки. «Основы Дзэн-Буддизма», МП «Одиссей», Главная редакция Кыргызской Энциклопедии, Бишкек, 1993 г.

Буддистский мудрец Дайэ в письме к своему ученику предостерегал его: «Существует две ошибки, которые сейчас распространены среди последователей Дзэна, как любителей, так и профессионалов. Одна состоит в том, что человек думает, что в словах скрыты удивительные вещи. Те, кто придерживается этого мнения, пытаются выучить как можно больше слов и изречений. Вторая представляет собой другую крайность, когда человек забывает, что слова являются пальцем, указующим на луну. Слепо веруя предписаниям сутр, в которых сказано, что слова мешают правильному пониманию истины Дзэна и буддизма, они отвергают всё словесное и просто сидят с закрытыми глазами и кислыми физиономиями, как покойники».

Наше пояснение к последнему сравнению Дайэ с покойниками некоторой части последователей буддизма: в буддистской традиции покойников, по крайней мере, — наиболее уважаемых, — хоронят, придав их телу сидячее положение «в позе лотоса» — см., например, книгу: Лобсанг Рампа, «Третий глаз», «Лениздат», 1991 г. (воспоминания тибетского ламы).

[149] Мимоходом отметим, что язычество, многобожие, идолопоклонство — разные по своей сути жизненные явления и, соответственно, они должны обозначаться каждое своим названием:

·   язычество — убеждённость в том, что Бог (либо боги) говорят с людьми языком жизненных обстоятельств;

·   многобожие — убеждённость в том, что богов много;

·   идолопоклонство — поклонение идолам, обожествление рукотворных или нерукотворных кумиров.

Отождествление этих различных по своей сути явлений — извращение миропонимания, которое злостно целенаправленно насаждала на протяжении веков православная церковь.

[150] Течение в философии, настаивающее на непознаваемости Мира.

[151] Течение в философии, настаивающее на том, что весь Мир существует только в воображении самого философа, соответственно — нечего и познавать.

[152] Аксиомы — утверждения, принимаемые в качестве истинных без доказательств.

[153] Разница в том, что шизофреник — искренне убеждён в адекватности жизни того, что он делает, а «дьявольский логик» — оператор, технолог, политтехнолог, сам не подвластен тому виду шизофрении, который он выражает в процедуре «дьявольской логики» с целью убедить в чём-то других; но если он убеждает в этом и себя самого, то и он сам становится шизофреником.

[154] Анализ этого романа в материалах Концепции общественной безопасности см. в работе «“Мастер и Маргарита”: гимн демонизму? либо Евангелие беззаветной веры».

[155] В этом фрагменте романа упомянут Давид Фридрих Штраус (1808 — 1874) немецкий теолог и философ-младогегельянец.

[156] 3‑я глава романа «Мастер и Маргарита» имеет название «Седьмое доказательство».

[157] Здесь отметим, что сокровенное в целом принадлежит и бессознательным уровням психики, и в большей или меньшей мере сознанию. Соответственно воля и внимание индивида могут действовать, исходя из этой части сокровенного. На границе же сокровенного концентрируется эгрегориальная энергетика подобно тому, как всевозможный мусор концентрируется в полосе прибоя при нагонном ветре. При отсутствии этой концентрации граница сокровенного — невидима в проявлениях биополя, но её непроницаемость при концентрации на ней энергетики эгрегоров и наваждений делает её как бы видимой в проявлениях биополя. Если информационно-алгоритмическое содержание эгрегоров и наваждений на границе сокровенного воспринимает экстрасенс, то отождествлять это содержание с информационно-алгоритмическим достоянием личности — принципиальная ошибка в случае активности внимания и воли, действующих, исходя из сокровенного.

[158] В «повести-сказке для научных работников младшего возраста» «Понедельник начинается в субботу» братьев Стругацких один из героев — маг Кристобаль Хозевич Хунта. В прошлом он был Великим инквизитором, а в годы второй мировой войны ХХ века, судя по всему, попал в гитлеровский концлагерь, где познакомился с неким штандартенфюрером СС. О результатах этого знакомства в сказке сообщается:

«В кабинет к себе он (Хунта: — наше пояснение при цитировании) почти никого не пускал, и по институту ходили смутные слухи, что там масса интересных вещей. Рассказывали, что в углу кабинета стоит великолепно выполненное чучело одного старинного знакомого Кристобаля Хозевича, штандартенфюрера СС в полной парадной форме, с моноклем, кортиком, железным крестом, дубовыми листьями и прочими причиндалами. Хунта был великолепным таксидермистом. Штандартенфюрер, по словам Кристобаля Хозевича, — тоже. Но Кристобаль Хозевич успел раньше» (таксидермист — специалист по изготовлению чучел…).

Как известно, заключённые некоторых гитлеровских концлагерей служили материалом для научных исследований, в которых исследователи не были связаны какими бы то ни было нравственно-этическими нормами в отношении исследуемых.

[159] «Комсомольская правда» постеснялась упомянуть, что он же — и военный преступник, поскольку в годы второй мировой войны работал на гитлеровскую Германию и создал ракеты «Фау-1» (крылатая) и «Фау-2» (баллистическая), которыми гитлеровцы вели обстрел Лондона. По завершении второй мировой войны Вернер фон Браун был политическим решением руководства США освобождён от ответственности за соучастие в военных преступлениях гитлеровского режима и стал готовить военные преступления США, возглавив техническую сторону руководства их ракетными программами, только одна из которых была познавательно-космической.

[160] О причинах того, почему «нравственные основы — это высоко и сложно», было сказано в лекции 5.

[161] А.С. Пушкин, «Моцарт и Сальери».

[162] Обратим внимание, что Соломон говорит о вере Богу, а не о вере в Бога, при неверии Ему…

[163] В том числе и тех чувств, что ныне относятся к «экстрасенсорике».

[164] Это — о сокровенном.

[165] Слова «возникли», «появились», — может быть, — более привычны, но если соотноситься с понятием о триединстве материи-информации-меры, то точнее и по существу будет сказать: объективные возможности открылись в течении процесса в его конкретике в соответствии с матрицей возможных состояний. Возможности не могли «возникнуть», «появиться», поскольку изначально наличествовали в Мере — в Матрице-Предопределении бытии Мироздания.

[166] Однако для обыденного Я-центричного управленчески безграмотного понимания иерархия значимости управленческой информации представляется обратной: наиболее значимо фактически свершившийся выход процесса за пределы допустимого и наименее значима информация о «каких-то там открывшихся возможностях».

О том, что выход за пределы реально, а не теоретически допустимого — уже начавшаяся катастрофа, а управление открытием возможностей и тенденциями — наиболее эффективно как в смысле достижения целей, так и в смысле минимума расходов мощности и иных ресурсов, — об этом управленчески безграмотное Я-центричное миропонимание не догадывается.

[167] В практике саентологии этому соответствует термин «recall» — в прямом значении: «повторный вызов», подразумевается — «потока чувств».

[168] Ещё в конце ХIХ века и учебники истории (примером тому упоминавшаяся в лекции 4 «Книга для начального чтения» В. Водовозова — 1878 г.), и художественные произведения (например, роман Б. Пруса «Фараон» — 1895 г.) показывали, что власть жреческой корпорации в Египте была выше власти фараона.

[169] Египет времен фараонов считался состоящим из двух земель: Юга и Севера, объединенных под одной короной фараона — соответственно было и две столицы (Фивы и Мемфис). Обе десятки и руководители каждой из команд высшего жречества (впоследствии деградировавшего до знахарства) в совокупности в системе властных отношений Египта реально стояли иерархически выше фараона, хотя в обществе поддерживался культ личности фараона, а не знахарской иерархии, и фараон обычно обладал достаточно высокой степенью посвящения.

В этой связи отметим, что Россия со времён Петра I тоже имеет две столицы: это — Москва и Петербург. Что бы это значило?

[170] Это слово означает: знающий будущее, читающий судьбу.

[171] И таким способом Русская православная церковь избирает Патриарха Московского и всея Руси.

[172] В нём может выражаться господствующее в обществе заблуждение, следование которому общественно вредно, тем более в кризисных ситуациях.

[173] Вектор целей управления — понятие ДОТУ. ДОТУ в кратком изложении будет представлена в последующих лекциях в Части 2 учебного курса и там же будет пояснена структура вектора целей управления.

[174] Называемой в марксизме-ленинизме «объективной реальностью».

[175] Не обязательно проникающих друг в друга разнокачественностей или как-то иначе «единых» помимо того, что они имеют общую основу в принадлежности к Объективной реальности.

[176] Как уже было сказано ранее, череда преображений — это более обще, чем «диалектико-материалистическая» беспросветно-адская циклика «отрицание отрицания отрицания…», реально выражающаяся в череде катастроф, хотя то, что в «диалектическом» материализме названо «отрицанием отрицания», может быть одним из событий в объемлющем процессе череды преображений.

[177] При этом количество взаимодействующих разнокачественностей может быть и больше двух (т.е. они никак не противоположности), а их взаимодействие может быть и не борьбой.

[178] В освещении вопросов управления, как уже говорилось ранее, марксизм невнятен.

[179] Текст в предшествующих сносках к настоящему абзацу необходим только как напоминание об ограниченности и неточности оглашений и вредоносности умолчаний в формулировках законов диалектики в марксизме.

[180] К. Маркс, Ф. Энгельс, Л.Д. Бронштейн (Троцкий), В.И. Ленин, И.В. Сталин были убеждены в познаваемости Мира и открыто пропагандировали и обосновывали это убеждение.

[181] Со-бытие — как явствует из структуры слова — это процесс в совокупности других процессов, а не застывший факт.

[182] Соответственно это — один из неоспоримых показателей скудоумия по отношению к занимаемой им должности лидера правящей партии и главы государства М.С. Горбачёва или его изощрённой злоумышленности. То же касается и остальных политически активных демократизаторов эпохи перестройки и реформ на территории СССР.

[183] В этой связи полезно упомянуть саморазоблачительную преамбулу Льва Ройтмана (одного из ведущих радио «Свобода») к передаче «Факты и мнения. Комментаторы за круглым столом», неоправданно названной «аналитической»: «Мнения могут быть субъективными, факты — только объективными. Свобода мнений гарантируется. Свобода фактов нет».

Начнём с того, что объективные факты доступны восприятию только очевидцев и участников событий, и то отчасти, поскольку большинство из них не видят процесса-события во всей его полноте; кроме того объективные факты доступны в некоторой форме «ясновидцам». Всем остальным, в том числе и участникам передачи «Факты и мнения», собирающимся за «круглым столом» (иногда при помощи телефонной связи), факты доступны только в их субъективных описаниях, вследствие чего они в своём большинстве не могут быть объективными, хотя этот вопрос и можно отнести к «философским тонкостям».

Но ещё хуже на радио «Свобода» дело обстоит именно со свободой, и в особенности, со свободой мнений. Если свобода мнений действительно гарантируется, то среди всего прочего она гарантируется и тем, что гарантируется свобода привлечения к рассмотрению новых фактов. Если на основе определённой по составу и тематике некоторой совокупности «фактов» можно обосновать определённое мнение, то привлечение к рассмотрению новых фактов, в том числе и относящихся на первый поверхностный взгляд к иной тематике, может обнаружить и вскрыть процессы и их взаимосвязи, которые покажут несостоятельность первого мнения, обоснованного ограниченной совокупностью фактов.

Запрет на свободу привлечения фактов к рассмотрению (для выявления с их помощью истины и обнаружения ошибок и заведомой лжи) — по своему существу является одним из средств порождения «тоннельных сценариев» рассмотрения проблематики, неизбежно ведущих к наперёд заказанным мнениям и обоснованию их «истинности» средствами «дьявольской логики». При этом, если в свободе привлечения фактов к рассмотрению отказано, то это означает, что выявление истинного мнения, истинного положения и течения дел организаторов дискуссии не интересует. — Иными словами, организаторы дискуссии преследуют иные цели, отличные от тех, которые декларируют. И для достижения своих открыто не оглашаемых целей (а возможно и не осознаваемых ими целей их хозяев, если организаторы — зомби) — занимаются программированием психики людей наперёд заказанными мнениями, к которым участники дискуссии должны придти как бы сами под давлением целенаправленно подобранных организаторами дискуссии реальных или вымышленных фактов.

Вне зависимости от того, является приведённая преамбула выражением зомбированности Льва Ройтмана господствующей культурой, либо он — отдающий себе в этом отчёт специалист по ведению информационной, психологической войны, огласивший формулу-заклятье, но после такого отношения к фактам и мнениям остается сделать вывод, что персонал радио «Свобода» далеко не свободен.

Также это — один из показателей того, что миссия этого учреждения, финансируемого из госбюджета США, не только не имеет ничего общего с утверждением свободы, народовластия, прав человека, но наоборот состоит в том, чтобы изощрённо подавлять свободу, народовластие, пытаться ущемить человека в его объективных правах от Бога в интересах глобального «элитарного» меньшинства, паразитирующего на человечестве и поддерживающего паразитический по отношению к биосфере Земли характер нынешней глобальной цивилизации. И это действительно так, поскольку свободного обсуждения тематики передач на сайте радио «Свобода» нет: всякое мнение, которое пользователь интернета адресует на сайт, действительно принимается, а потом администратор сайта в соответствии с полученными им указаниями помещает его на соответствующий форум, если оно отвечает поддерживаемому радио «Свобода» «тоннельному сценарию» рассмотрения проблематики; если не отвечает, то оно никогда не появится на сайте, хотя специалисты по ведению психологической войны возможно и примут его к сведению, обдумают и может быть сделают «соответствующие выводы».

Table of Contents

Введение. 3

Лекции 1 и 2. Обзор тематики курса. 7

1. Последствия социологического невежества  в жизни личности и в жизни общества. 7

2. Предметная область социологии и её отрасли. 9

3. Метрологическая состоятельность науки  и метрологическая несостоятельность псевдонаучных теорий.

4. Субъективизм исследователя в социологии  как источник знаний и как источник ошибок. 16

5. Свобода исследований в социологии и ограничения на распространение информации социологического ха

6. Прикладной характер социологии и две взаимоисключающие задачи, которые она может решать. 20

7. Взаимосвязи:  психология личности и общество, религиозность и атеизм в жизни общества, теория и п

Лекция 3. Миропонимание, мировоззрение: типы.. 28

1. Что позволяет увидеть «глокая куздра» академика Л.В. Щербы.. 28

2. Типы мировоззрения и миропонимания. 34

3. Функциональное назначение мировоззрения и миропонимания  в психике индивида и вопрос  об эффектив

4. Функциональность мировоззрений и миропониманий различных типов. 38

Лекция 4. Предельные обобщения = первичные различия:  это — основы миропонимания. 41

1. Мировоззренческое разделение общества. 41

2. Предельные обобщения = первичные различия. 45

3. Я-центризм: вещество, дух, пространство, время. 46

4. Неизменность предельных обобщений Я-центризма в истории,  его пороки и последствия. 49

5. Я-центризм и предпосылки к атеизму и религиозности. 52

6. Пример эзотерической альтернативы Я-центризму. 53

7. Мировоззрение триединства материи-информации-меры.. 54

8. Ещё некоторые иллюстрации триединства материи-информации-меры.. 54

9. Переход от Я-центризма  к мировоззрению триединства материи-информации-меры.. 54

Лекция 5. Структура личностной  и порождение коллективной психики. 54

1. Главная задача психологии  как общественно полезной прикладной науки. 54

2. Претензии к исторически сложившимся традициям психологии. 54

3. Двухуровневая модель психики:  сознание и бессознательное — режимы взаимодействия. 54

4. Нравственность. 54

5. Эмоции и эмоционально-смысловой строй. 54

6. Процессно-образное и дискретно-логическое мышление. 54

7. Типы строя психики. 54

8. Порождение индивидами коллективной психики (эгрегоров)  и взаимодействие личности и эгрегоров. 54

Лекции 6 и 7. Теория и практика познания как основа творчества. 54

1. Исходный вопрос психологии как науки. 54

2. Различение как способность. 54

3. Преемственные этапы обработки первичной информации  в психике индивида. 54

4. Различные схемы обработки информации  в процессе взаимодействия индивида с жизненными обстоятельс

5. Вопрос о методологии познания и творчества  и принцип «практика — критерий истины». 54

6. Личностная культура диалектического познания. 54

7. Гипотеза о бытии Бога и практика жизни:  вера как составляющая мировоззрения и миропонимания,  нр

8. Ещё один аспект проявления принципа «практика — критерий истины»: «по вере вашей да будет вам». 5

9. Наилучший эмоционально-смысловой строй. 54

10. Освоение метода диалектического познания  и тандемный принцип деятельности. 54

11. Свобода процесса диалектического познания  от формулировок «законов диалектики». 54

12. Резюме лекций 6 и 7. 54

13. Послесловие к лекциям 6 и 7:  «Плюрализм мнений» как выражение  познавательно-творческой несосто

[1]

[2]

[3]